Я люблю тебя

Альфред был по настоящему счастлив. Наконец, он смог добиться расположения Ивана. У них было уже четыре свидания и все шло просто прекрасно. Ваня много улыбался, впервые искренне смеялся, но все еще был достаточно замкнут. О себе он ничего не рассказывал, о своем прошлом предпочитал умалчивать. Джонс уже нафантазировал, что его возлюбленный был чуть ли не главой русской мафии, но из-за проблем с законом ему пришлось сбежать. Альфред понимал, что это глупо, но он просто не знал, почему Брагинский от него скрывает свое прошлое. Да чтобы там не произошло, ничего не изменится, он его не разлюбит. Сейчас он стоял в парке и ждал Ивана. Они решили просто погулять. Брагинский опаздывал, чем очень волновал Альфреда, который уже выдумал в голове сценарий кровавой аварии или еще чего-нибудь ужасного. - Привет, Альфред! Извини, что опоздал. Джонс обернулся на красивый голос. - Привет, Ванечка. Русское имя Альфред произносил с акцентом, и это казалось Брагинскому до ужаса милым. Джонс улыбнулся и притянул Ивана за шарф ближе к себе. Ваня удивленно на него посмотрел, но не отстранился. - Я соскучился. Альфред осторожно прикоснулся поцелуем к его губам. Ваня широко распахнул глаза и вцепился руками в его плечи. Джонс провел языком по нижней губе и чуть прикусил её. Глубоко вздохнув от наслаждения, Альфред слегка надавил пальцами на скулы Брагинского, прося приоткрыть рот. Иван подчинился и крепко прижал его к себе. В груди разгорелся теплый огонек, который с быстрыми ударами сердца разносился по всему телу горячими волнами. Он крепко прижал к себе любимого человека и позволил ему вести. Брагинский просто наслаждался происходящим. У них обоих уже начали гореть легкие, но им не хотелось отстраняться друг от друга. Наконец, с тихим стоном, Джонс прервал поцелуй, счастливыми глазами смотря на Ивана. - Боже, Ваня, это просто…черт! Я люблю тебя. Брагинский вновь с силой прижал к себе Альфреда, утыкаясь лицом ему в шею. Ему хотелось плакать и смеяться одновременно. Было сложно в это поверить, но все это действительно происходило наяву. Иван не смел даже мечтать о том, что у него появится любимый человек. - И я тебя люблю. Джонс облегченно выдохнул. Они вместе – это предел его мечтаний. Они простояли так еще несколько минут, затем Альфред легко отстранил Брагинского. - Ну что, куда пойдем? Можем в кафе? Мне кажется, ты немного замерз. - Да, совсем немного. Джонс поправил Ване шарф, чтобы тот не застудил горло. Иван перехватил его руки и прижался к ним губами. Альфред почувствовал, что его щеки покраснели. Было непривычно видеть такую любовь в глазах другого человека, но это было очень приятно. - Пойдем? Ваня посмотрел на него своими ясными и прекрасными глазами, и Джонс понял, что просто пропал. Иван приворожил его. Кивнув, Альфред потянул его в сторону небольшого кафе на другой стороне улицы. Джонс заказал крепкий кофе, а Ваня – чай. Альфред не сводил с него влюбленного взгляда, отчего Иван чувствовал себя неловко и крепко сжимал в руках горячую чашку, грея руки. - Ванюша, может, сегодня поедем ко мне? Брагинский посмотрел на него, чуть нахмурив брови. Он прекрасно понимал, зачем Джонс его зовет. Ваня не знал, хочет ли он этого. С одной стороны очень хочется познать эту часть отношений, но с другой стороны от одной только мысли бросало в холодный пот. Иван доверял Альфреду, но очень боялся того, что он сам неопытен и не сможет доставить ему удовольствия. - Вань? Джонс заметил, что его возлюбленный как-то заметно занервничал после его предложения. Неужели решил, что он его в постель хочет затащить? Конечно, Альфреду очень бы хотелось этого, но это же не значит, что Брагинский должен потакать его желаниям вопреки своим. - Ты думаешь, я зову тебя, чтобы заняться сексом? Ваня покраснел и отвел взгляд. - Нет! То есть...Я просто… - Иван тяжело вздохнул, - У меня еще никогда… - Ты девственник?! – Джонс чуть кофе не подавился. Брагинский зарылся лицом в шарф, пытаясь не показывать свое смущение. - Да. И до тебя я даже ни с кем не целовался. - Почему? Ты никогда не влюблялся? - В меня никто не влюблялся. Ваня отвернулся к окну, смотря на проезжающие машины. Пальцами левой руки он нервно сжимал край шарфа. Альфред пораженно замолчал, не понимая, как можно не влюбиться в такое чудо. Ивана было очень жаль. Сейчас Джонс, наконец, понял, что у Ивана есть некоторые проблемы с самооценкой. Он пообещал себе, что обязательно с этим разберется. Будет говорить, что Ваня самый красивый, милый, прекрасный, манящий. Самый любимый человек на этой планете. Однако, мысль о том, что у Брагинского никого не было, льстила Альфреду. И сделала Ивана еще более желанным. Джонс сжал его руку. - Я влюблен в тебя. Влюблен так, что иногда забываю, как дышать, глядя в твои прекрасные глаза. Брагинский даже немного рот приоткрыл от удивления. Такие слова вызвали волну дрожи в его теле. Теперь Ваня знал, что значит выражение «бабочки в животе». От такой нежности Иван не смог сдержать слез. - Ты чего, Ванечка? Все же хорошо. Альфред подсел ближе, крепко обнимая его. Невыносимо было видеть слезы Ивана. - Извини, я в порядке, правда. Брагинский быстро вытер лицо и улыбнулся. Сидеть в объятиях Джонса было невероятно тепло и приятно. Ваня мог бы так просидеть вечность. - Так что, пойдешь ко мне? Просто посмотрим фильм. Обещаю, что не буду приставать к тебе. Иван тихо рассмеялся и отстранился. - Хорошо, пойдем. Альфред быстро чмокнул его в нос и вскочил с кресла. - Ты любишь ужасы? - Ужасы? – Ваня тоже встал, накидывая пальто, - Я редко их смотрю. - Я их просто обожаю! Тебе тоже обязательно понравится. Они вышли из кафе и направились к машине Джонса. Через пятнадцать минут они были в квартире. Альфред жил в довольно шумном квартале. В самой квартире царил небольшой беспорядок. У Брагинского появилось стойкое желание немедленно все здесь прибрать. Он не любил разбросанные вещи. У него дома все лежало на своих местах и никогда никуда оттуда не девалось. - Извини, у меня тут не прибрано. – Джонс был явно немного этим смущен. - Ничего, все в порядке. Альфред проводил его в комнату и убежал на кухню. Пока Ваня перебирал диски, Джонс притащил еды и выпивки. Специально для Ивана он купил яблочный сок, потому что, как успел заметить Альфред, Брагинский его просто обожал. За вечер они посмотрели несколько фильмов. Ничего особенного Иван там не увидел. Они были абсолютно не страшными. Для него. А вот Джонс постоянно подпрыгивал от страха или мог громко заорать. Ваня только тихо посмеивался и крепче его к себе прижимал. На последнем фильме Иван не выдержал и задремал. Сквозь сон он услышал, как Альфред выключил телевизор. Через секунду он почувствовал, как тот над ним навис. Брагинский не стал открывать глаза и решил узнать, что будет дальше. Джонс провел носом по его щеке вниз, к шее. Втянув носом его запах, Альфред поцеловал его в шею и отстранился. Иван едва смог сдержать стон. Прикосновение к шее вызвало бурю мурашек. Тем временем Джонс накрыл его одеялом и лег рядом. Брагинский повернулся на бок, стараясь все делать так, будто он спит. Альфред придвинулся к нему и обнял, забираясь рукой под футболку. Крепко прижавшись, он уткнулся лицом ему в спину. Ваня улыбнулся, чувствуя горячие прикосновения и обжигающее дыхание любимого человека. Нет ничего прекраснее, чем чувствовать себя любимым. С такими мыслями Иван заснул. А вот Джонс не спал. У него был переизбыток эмоций. Его даже немного трясло от осознания того, что у него все получилось. Вот он Ваня, лежит рядом и мило сопит. Иван принадлежит ему, и нет ничего прекраснее. Джонс решил немного подумать о том, как помочь Брагинскому избавиться от всех комплексов. У него была трудная жизнь, его, похоже, не раз предавали и оставляли одного. Нужно будет чаще говорить о своих чувствах, показывать их. Главное, чтобы Иван действительно ему верил. Слушая тихое дыхание, Альфред пообещал себе, что никогда не причинит Ване боли. Он будет заботиться и оберегать его от неприятностей. - Я люблю тебя. – Шепотом сказал Джонс. Нужно завтра встать раньше и приготовить Брагинскому завтрак, чтобы порадовать его. Улыбнувшись своей гениальной мысли, Альфред прикрыл глаза и попытался уснуть.