Давай будем друзьями

От Автора: Дорогие читатели. Я вижу (по статистике) что у моей работы очень много просмотров. Но, к моему сожалению, нет ни одного комментария. Это так обидно. Вам ведь не стоит абсолютно ничего черкнуть пару одобрительных или порицательных строк, а мне будет приятно. И я сразу пойму, в каком направлении мне действовать, пойму, что пишу не в пустоту. Вы увидите, как быстро будет писаться продолжение. Надеюсь, вы меня услышали, мне хочется вашей поддержки! Глава 15.       Впервые за несколько недель я проснулась до обеда, и даже выспалась. Такое приятное, давно забытое ощущение появилось у меня в груди. Будто вот-вот случится что-то необыкновенно-замечательное. Я тихонько напевала, пока принимала душ, тихонько напевала, когда одевалась и пела громко в голос, когда варила кофе. И не грустную лирику, а вполне себе жизнерадостную Zee Avi: - No, I really don’t think so That you think I’d be incapable of being on my own. No, I really don’t think so That I would for a second let you back in through my door.*       Как вы поняли, свою меланхолию я вытолкала из квартиры и захлопнула дверь прямо перед ее грустно-опущенным носом. Такие сожители мне больше не нужны. Да и раньше не нужны были, просто я была слишком добра и позволила поселиться этой мадам со мной. Жизнь определенно налаживалась. Я определенно налаживалась.       Погода будто разделяла мое настроение. Последние августовские денечки были на странность солнечными и теплыми. Стоя на балконе, я щурилась от ярких лучей и улыбалась непонятно чему. Как вы наверное уже догадались, я смогла побороть саму себя. Или почти смогла, главное не это. Главное то, что я предприняла первые шаги в нужном направлении, и они мне удаются. И пусть их будет хоть сотня, хоть тысяча, хоть сотни тысяч — я смогу их пройти. Я настырная.       Сентябрь начинал дышать в затылок своей прохладой. Это особо ощущалось после захода солнца: теперь, чтобы выйти на балкон, нужно было прихватить плед и надеть носки, что я категорически не люблю делать. А еще то и дело приходилось греть руки о кружку с горячим напитком, на что я, кстати, не жалуюсь. Но дни были по прежнему теплыми и солнечными, и я старалась не упустить ни секунды этого прощального подарка Лета. Как можно меньше я старалась находиться в стенах квартиры, гуляя по скверам и паркам, часами сидя на потертых скамейках площадей и маленьких двориков. Чаще одна, но иногда компанию мне составлял Том. Крайне редко, потому что днем он обычно отсыпался после бессонной ночи. И я еще себя считала «совой»? По сравнению с ним я абсолютный жаворонок. Он только просыпался, когда я возвращалась домой. И тогда начиналась абсолютно невероятная и каждый раз непредсказуемая, моя Новая Жизнь.       Чтоб не вводить вас в заблуждение, хочу сразу сказать: в моих отношениях с Томом не было никакой романтики. Просто так совпало, что в момент, когда я от одиночества готова была выть на звезды, он оказался рядом. Совершенно незнакомый и чужой, Том подставил свое плечо. Это было ново и спасительно. Он стремительно вошел в мою жизнь, позволяя войти в свою, и вот уже этот Город перестал быть мне чужим. Нет, не так. Я перестала чувствовать себя чужой в этом городе. Похоже, я нашла свое место. А все благодаря юноше с глазами цвета Лондонского неба. Да и не готова я сейчас к романтике. Слишком много эмоций она приносит, в моем случае далеко не положительных. Мне нужно думать о другом.       Например о том, что все время прохлаждаться на улицах и бездельничать я больше не могла. Нужно было срочно найти работу, иначе я рисковала остаться без пенса в кармане, который фактически опустел, не смотря на то, что я далеко не транжира. Из крайне короткого списка вещей, которые мне удаются лучше всего (исключая сон и поиск приключений на пятую точку) я сразу же отмела режиссуру и написание сценариев. По известной причине, которую я уже озвучивала. Остался только один пункт. И как вы думаете, какой? Конечно же приготовление кофе! Поэтому, в очередной раз гуляя по лондонским улицам, я зашла в несколько кофеен и заполнила там анкету. Не работа мечты, конечно, но в кофейнях какая-то невероятная атмосфера. К тому же, как вы знаете, к приготовлению кофе (да и к самому напитку) у меня особая любовь. Так что я не без трепетного волнения ждала отклика на свои анкеты. И вот вчерашним вечером дождалась.       Мне позвонили в районе девяти и спросили, когда я могу приступить к работе. — Да хоть сейчас! — радостно воскликнула я. — Это здорово, — засмеялись на том конце трубки, — но кофейня работает до восьми. Ждем вас с понедельника. Надеемся, к тому времени ваш энтузиазм не растеряется. — Разумеется нет! Я буду! — меня переполняли эмоции, будто не баристой в кофейню взяли, а как минимум зам.директора. Хотя, так ли это важно, какую должность ты занимаешь, если ты получаешь удовольствие от того, что делаешь? Я считаю, не бывает плохих должностей, бывают люди, которые находятся не на своем месте и занимаются не своим делом, от того и несчастны. А когда ты рад каждой минуте, проведенной на своей работе, имеет ли значение уборщик ты, доставщик пиццы или водитель такси, если ты счастлив? Совершенно не имеет. Жаль, что так считают немногие, мир стал бы добрее.       У меня оставались целые выходные впереди, прежде чем я приступлю к работе, и на эти самые выходные намечались грандиозные планы. Какие именно, Том не сказал, но кое-какие догадки у меня есть. — Это сюрприз, но думаю, тебе должно понравится, — загадочно произнес он, перекидывая ногу через перила моего балкона, — приходи в субботу в 20:00 в The Blues Kitchen и все узнаешь. Я буду там.       Как вы поняли, Том не воспользовался традиционным способом ходить в гости, и все так же перелазил ко мне через балкон. Чаще без предупреждения, как только ему вздумается. У меня чуть инфаркт не случился, когда выйдя из душа (слава всем Богам, что одетой) я застала его на своей кухне, сидящего на подоконнике. — Ты не представляешь, как я сейчас нуждаюсь в твоем кофе, — просто сказал он, увидя меня. — Тогда тебе стоит поставить номер неотложки на кнопку быстрого вызова. Чашка кофе чуть не стоила тебе моего рассудка, — отойдя от шока произнесла я. Том рассмеялся: — А я думал, что он давно утерян, твой рассудок. Я беззлобно фыркнула, подойдя к плите и ставя на нее турку: — Пожалуй теперь окончательно.       Но в дальнейшем такие спонтанные визиты меня не пугали и перестали удивлять. Наоборот, когда их не случалось, становилось немного грустно — к хорошему быстро привыкаешь. Что касается сюрприза, который приготовил для меня Том, то я почти сразу обо всем смекнула. Ну или почти обо всем. Я знаю о The Blues Kitchen две вещи. Первая — это бар, который находится в Камдене, одном из Лондонских боро, расположенном в центральном районе, и второе — это бар со сценой и живой музыкой. Так что, не сложно догадаться, что сюрприз связан с музыкой. Вот только интересно, Том выступит сам или будет концерт одного из моих любимых исполнителей? Что бы это ни было, я с нетерпением ждала наступления вечера, вы же знаете, как тесно моя жизнь переплетена с музыкой. А от живого исполнения у меня вообще рвет крышу. Я будто покидаю свою телесную оболочку и сливаюсь с музыкальными частотами. Ничего лучшего в своей жизни я еще не испытывала, такой вот я музыкальный наркоман.       Кстати да, я забыла упомянуть о том, что у Тома своя группа. Он поет и играет на гитаре, сочиняет тексты. Помимо него в группе еще три человека: барабанщик, басист и еще один гитарист. Мне даже удалось лично с ними пообщаться. Не могу сказать о них ничего определенного, но ребята они веселые.       День тянулся очень долго. Я переделала все домашние дела, перемыла всю квартиру (даже окна в кои то веки), но до восьми часов было еще далеко. Для написания сценария мне не хватало сосредоточенности и усидчивости, все мысли были перемешаны и сбивчивы. Так что, покончив с уборкой, я бесцельно слонялась по квартире, открывая и закрывая кухонные шкафы и холодильник. Подобное со мной случается не часто. Обычно, если у меня нет никаких дел, я преспокойно сижу в кресле, пью кофе и о чем-нибудь мечтаю, что-нибудь планирую, полностью погруженная в себя. Или сажусь за сценарий. Сегодня же со мной определенно что-то не так.        Намотав неизвестно какой по счету круг (после десятого мне надоело считать) по квартире, я внезапно для себя решила, что этому месту не помешает ремонт. Не прямо сейчас, конечно, а в принципе. Закрепив эту мысль, я продолжила ничего-не-делание. И знаете, когда ты не представляешь, куда себя деть и чем себя занять, устаешь гораздо быстрее. Как-то незаметно выматываешься и опустошаешься. Потому, что в течении дня ничем не наполняешься. Однако, я не сильно переживала по этому поводу, ведь то, что ожидало меня вечером, должно было наполнить меня до краев.        Когда до назначенного времени оставалось полтора часа, я начала собираться. Быстро и спешно, будто опаздывала на последний в своей жизни поезд. Я открыла шкаф нараспашку, выдвинула все ящики комода, переворошила целую гору одежды и пришла к неутешительному выводу — мне совершенно нечего надеть. Вместо того, чтобы бесцельно шататься по квартире и пялиться на стены, могла бы продумать свой наряд. А теперь, когда с минуты на минуту нужно выходить, я стою в одном нижнем белье и тупо пялюсь на беспорядок, совершенный мной в поисках подходящей одежды. Такое со мной первый раз. Обычно я надеваю чуть ли не первую попавшуюся под руку чистую одежду и дело с концом. Но сегодня (сама не знаю почему) мне жизненно важно выглядеть подходящей и к месту. Со мной определенно что-то не так, иначе почему я переживаю и нервничаю как перед…свиданием! Но это же не свидание, это просто…просто…это просто приглашение на концерт! Наверное. Ох, моя голова сейчас лопнет.        Отругав себя за недопустимые мысли, я натянула узкие черные джинсы, надела белую рубашку с вишнями и, поскольку вечера стали прохладные, черную косуху. Нервно кусая губу, я быстро поправила свои волосы, прихватила рюкзак (в котором неизменно находилась камера) и быстро выскочила из квартиры, чтобы не передумать и не переодеться во что-нибудь еще.        Когда я фактически была у бара, зазвонил телефон. На ходу достав его из кармана, я взглянула на дисплей, да так и остановилась. Сердце бешено застучало, а во рту пересохло. Звонил Скандар. — Ну зачем? — пронеслось в моей голове. Только я научилась не думать о нем, только я начала жить спокойно и наметила четкий курс, как гром среди ясного неба появляется он. Он что, нарочно? Решил поиздеваться надо мной? А вот и не выйдет!        Поставив телефон на беззвучный, глубоко вдохнув несколько раз, я проигнорировала звонок и, ускорив шаг, направилась в бар. У меня другие планы, в которых больше нет бессонницы, слез и больного одиночества. Погруженная в эти, не совсем радужные мысли, я не заметила, как оказалась у входа в Blues Kitchen. Как ни странно, Том стоял там, и приветливо мне улыбался. — А ты пунктуальная, — заключив меня в быстрые объятия сказал он. — А ты заботливый, — освобождаясь от его объятий ответила я, — не каждый раз меня встречают у входа. Том рассмеялся. — Я бы мог сказать, что просто вышел покурить, а тут ты. Но ты права, я здесь стою, чтобы встретить тебя. Пойдем.       Том небрежным жестом открыл дверь и пропустил меня вперед, как джентльмен. Знаете, в нем странным образом сочетается небрежность и хорошие манеры. Такое мне встретилось впервые, и это не могло не нравиться. Я мотнула головой, отгоняя неуместные мысли и вошла в бар. Знаете, более атмосферного места я еще не встречала. На стенах плакаты и афиши старых времен, жестяные дорожные и указательные знаки, стилизованные под ретро, старые корпусы гитар и много, очень много виниловых пластинок. Деревянные, начищенные до блеска столы и стулья, мягкий свет причудливых ламп, но самое главное не это. Вертя головой по сторонам, чтобы рассмотреть всю прелесть интерьера The Blues kitchen, я не заметила самого главного — сцену. На ней не было сногсшибательных декораций, атрибутов и реквизита. Это была абсолютно обычная сцена. Но, представив, сколько именитых исполнителей на ней выступали, у меня подкосились колени и захватило дыхание. Я едва успела опомниться, как ноги сами двинулись к ней. Подойдя к сцене, я несмело, боясь, что это мираж, прикоснулась рукой к старому паркету, отполированному сотнями ног музыкальных легенд, и легонько провела по ней ладонью. Это потом я осознала, что в баре полно людей и все они пялились на меня со странной смесью удивления и понимания. Но в этот момент я просто находилась под чарующим гипнозом сцены.        Когда Том тихонько тронул меня за плечо, я не сразу осознала, где я и как сюда попала, но обернувшись и взглянув в его лицо, тут же пришла в себя. — Извини, — смешалась я, и мои щеки, похоже, раскраснелись. Том долго вглядывался в меня, хитро прищурив глаза и скрестив руки на груди, а потом сказал: — Не понимаю, о чем ты. Но судя по твоему лицу, первая часть сюрприза удалась. — А будет еще вторая? — удивилась я. — Конечно! — Том рассмеялся, — только мне придется тебя покинуть. Но, думаю, одиноко тебе не будет. Сюда.       Он легко поддел меня под локоть и подвел к круглому столику, за которым никого не было. Убрав со стола табличку с надписью «reserved», Том привычным движением отодвинул стул. — Прошу.       Я немного смутилась от такой обходительности, но все же присела, кивнув головой в знак благодарности.       Задвинув стул вместе со мной, Том чмокнул меня в макушку и, наклонившись к моему уху, добавил: — Наслаждайся.       Потом он сделал небрежный жест в сторону бара и ушел, оставив меня в полном замешательстве. Спустя, буквально минуту, ко мне подошел официант и поставил передо мной бокал красного вина. — Но я не заказывала, — удивилась я. — Все оплачено, — пожал плечами официант, — приятного вечера.       Я даже спасибо не сказала, настолько была удивлена. Вот так действительно вечер сюрпризов.       Тем временем телефон продолжал вибрировать от входящих звонков, высвечивая на дисплее одно и то же имя. Я упорно старалась его игнорировать. И мне это (не без труда) удавалось. Момент, и свет в баре погас. Остались лишь прожектора над сценой и тусклый свет свечей на столах. Раздались одинокие аплодисменты, к которым подключились остальные, и на сцене появился Том. Не один, вместе со своей группой.       Подойдя к микрофону, Том произнес: — Всем крутого вечера и добро пожаловать. Сегодня будет не совсем обычная музыка для этого места, но думаю вам понравится! — глянув на меня, Том быстро подмигнул и, обернувшись к группе что-то сказал.       Барабанщик тут же задал ритм, зазвучали первые аккорды, и я чуть не подпрыгнула на стуле, когда узнала одну из своих любимых песен. Ребята играли кавер на песню «Nothing special» группы «My dad is dead». И действительно, репертуар не совсем для этого места. В The Blues Kitchen, как видно из названия, играют в основном блюз и джаз, а «nothing special» скорее панк-рок (или какой-то другой рок). Но как же здорово пел Том. Чертовски здорово. И, судя по тому, что зрители одобрительно засвистели и захлопали, в восторге была не одна я. Как же я соскучилась по живой музыке, по этим невероятным вибрациям в воздухе и по сумасшедшей энергетике, которая исходит от исполнителей. Ноги невольно начали отбивать ритм под столом, а губы подпевать. И вы понимаете, что я была бы не я, если бы заблаговременно не достала свою камеру и не начала съемку.       Песня закончилась, будто длилась один короткий, но такой потрясающий миг, и зал взорвался аплодисментами. Я аплодировала стоя, не в силах сдерживать свои эмоции. Толпа была разогрета, и зазвучала следующая песня. И следующая. И следующая. Градус в баре повысился, ребята на сцене взмокли, но было видно, как они наслаждаются тем, что делают. Особенно Том. Если честно, сегодня он стал для меня открытием. Таким вдохновленным и заряженным я видела его впервые. Он будто весь светился изнутри, когда исполнял ту или иную песню. Как будто нет в мире ничего другого и важного, кроме этой старой сцены, гитары и истории. Его истории. Сыграв несколько каверов, ребята стали исполнять свои песни. — Lights go down. You trying not make a sound. Hearts collide. We still have plenty of time**, — пел Том, прикрыв веки.       Я невольно залюбовалась им, настолько чувственным и живым он был в этот момент. Это была последняя песня, которую играли ребята. Под очень бурные и несмолкающие аплодисменты они покинули сцену. А я осталась сидеть одна за столиком и совсем не понимала, что мне делать дальше. Щеки пылали, мозг находился под гипнотическим воздействием, а сердце радостно стучало. Том появился неожиданно и незаметно. — Нам пора, — он взял бокал из моих рук и одним махом допил остатки. Поставив пустой бокал на стол, он взял меня за руку и вывел за собой из бара.        Улица встретила нас свежей ночной прохладой, затянутым тучами небом, тусклым светом фонарей и неоновых вывесок. Я осторожно высвободила руку и вцепилась в лямки рюкзака, будто в спасательный круг. Том с нескрываемым весельем наблюдал за этим. — Прогуляемся? — спросил он, засунув руки глубоко в карманы брюк. — Конечно! — преувеличенно бодро согласилась я, — а где твоя гитара? Мы не спеша зашагали по улице. — Ребята ее заберут, правда сначала отметят наш первый концерт в таком потрясном месте. — То есть, — я остановилась, — ребята отмечают, а ты тут со мной тащишся по улице?       Том тоже остановился. По нему не было видно, что он жалеет и хочет находится в другом месте, наоборот. Весь его облик выражал веселье, немного странное и неуместное, ведь мы просто шли по улице. — Во-первых, — пряча улыбку начал он, — тащусь я не с тобой, а от тебя. А во-вторых, кто сказал, что я не буду праздновать?       Том так легко и небрежно говорит о таких вещах, которые я не умею открыто высказывать. Это вызвало восхищение и испуг. Он только что выразил мне симпатию, а я даже не знаю, как на это реагировать, и что чувствую по этому поводу, кроме смущения. По этому, я просто зашагала дальше. — И где будем праздновать? — оговорилась я, — то есть, я хотела спросить будешь? — Первый вариант был правильным, — рассмеялся Том, — пока не решил. На шестом или на пятом этаже. — Ты меня приглашаешь, — наигранно удивилась я. — Ага, — кивнул Том, — или ты меня. Я беззлобно фыркнула: — Разве тебе требуется приглашение, чтобы забраться на мой балкон? — Сегодня я собираюсь воспользоваться дверью, — он подмигнул мне, смутив меня окончательно.       Почему, ну почему меня так легко вогнать в краску? Ведь ничего сверхъестественного не происходит! Он просто очень дружелюбен и уверен в себе, и чертовски обаятелен. А я иду, и любуюсь своими кедами, своими старенькими кедами, у которых обаяния и уверенности, похоже, больше, чем у меня.       Видимо, Том это заметил, потому что тут же остановился. — Что-то не так? — серьезным тоном спросил он. Я тоже остановилась, но голову так и не подняла. — Да. То есть, нет. То есть, — я тяжело вздохнула и все же посмотрела ему в глаза, — это свидание? То есть, конечно это не свидание. Но сегодня весь вечер мне кажется, что ты пытаешься выразить мне свою симпатию, внимание повышенное.  — Тебе не кажется, — улыбнулся Том, — Эй, выдохни. Это ведь ни к чему не обязывает. Мы общаемся, нам здорово. Но это не значит, что от тебя что-то требуется, что я тебе что-то навязываю. Мне с тобой круто и весело. Думаю, и тебе со мной. — Да, — выдохнула я. — Вот и отлично, — Том приобнял меня за плечо, — мы живем сегодня и сейчас. А сегодня и сейчас мы празднуем.       Так мы и пошли в сторону дома, болтая ни о чем, будто не было этого неловкого (для меня) разговора. И правда, почему я так парюсь? Меня же никто не тянет сейчас в отношения, не навязывает свои чувства, так почему я должна чувствовать себя неловко? Какая же я глупая. Кое-кому пора взрослеть. В срочном порядке.       Когда мы добрались до дома и поднялись на пятый этаж, Том остановился. — Так к тебе или ко мне? — Учитывая то, что мы не зашли в магазин, то у меня мы будем праздновать чаем или кофе, — улыбнулась я, — а у тебя? — А у меня завалясь бутылка отличного виски, — он достал из кармана ключи и, покрутив их на пальце, вставил в замочную скважину, — вот и решили. — Только я все же поднимусь к себе, надену что-нибудь более удобное, — я уже положила руку на перила и поставила ногу на ступеньку. Ключ со щелчком повернулся в замке, и Том толкнул дверь. — У нас нет на это времени, мы же празднуем! — и схватив меня выше локтя, он втянул меня в квартиру. Привычным движением, Том включил свет и бросил ключи на журнальный столик. — Будь как дома, — сказал он, направляясь на кухню. — Да легко, — пожала плечами я, — учитывая, что наши квартиры фактически идентичны. Хочешь угадаю, где у тебя ванная? А еще, наверняка, с твоей кухни можно выйти на балкон. Том рассмеялся: — Да ты просто экстрасенс! — А то! в четвертом поколении, — я не смогла сдержать улыбки. Я и вправду словно находилась в своей квартире, только с другими обоями и мебелью. Так что какого-то дискомфорта и неловкости я не чувствовала. Пока Том суетился с посудой, я сидела на подоконнике и с улыбкой наблюдала за ним. Мне бы, как приличной девушке, предложить помощь, но нет. Разве приличные девушки ходят на ночь глядя в гости к юношам, чтоб потом там сидеть на подоконнике? Вряд ли.       Подумать о том, что еще не должны делать приличные девушки, я не успела. Завибрировал телефон, оповещая о смс. Я лениво достала его из кармана, нажала на сообщение, чтобы его прочесть, и когда прочитала, не поверила своим глазам, так что перечитала его раз пять. Но нет, мне не показалось. Сообщение от Скандара гласило:«Во вторник в 10:00 в Green Park на нашем месте. Твои сценарии кое-кому понравились.»       Я не знала, радоваться мне или плакать. С одной стороны — сбывается моя мечта. То, что я считала невозможным теперь в шаговой доступности от меня. С другой — я не уверена в том, что увидев Скандара вновь не потеряю голову. Легко не думать и не вспоминать о нем, когда его нет в поле зрения. Но как я поведу себя, увидев его вновь? Как же сложно…       От размышлений я нахмурилась и закусила губу. В этот момент ко мне подошел Том и протянул стакан со светло-янтарной жидкостью. — Что с тобой? — спросил он, заметив мое замешательство и рассеянный вид. Я взяла предложенный напиток, поболтала его в стакане и подняла глаза на Тома: — У тебя было когда-нибудь такое, что ты отчаянно хотел чего-то запретного, того что делало тебя счастливым и причиняло боль одновременно? А потом, когда ты этим, вроде бы, переболел, оно снова появляется в твоей жизни, и ты в полном отчаянии и не знаешь, что делать. Было? Том стоял и внимательно вглядывался в мое лицо. От его прямого взгляда по спине побежали холодные мурашки, будто он видел меня насквозь. Усмехнувшись, он выпил содержимое своего стакана и полушепотом сказал: — Возможно. Но тебе скажу так: не пытайся избежать столкновения. Лучше пережить удар сейчас и устоять на ногах, чем оттягивать столкновение и потом, когда оно произойдет, а оно обязательно произойдет, оказаться без почвы под ногами.       Сколько еще загадок хранит в себе этот человек? За сегодняшний день он открылся со стольких сторон, что кажется, не бывает у людей столько граней. — Спасибо, — только и смогла сказать я, а потом последовала примеру Тома и выпила все разом. Зря я это сделала. Во рту сильно зажгло, на глаза навернулись слезы и я сильно закашлялась, — ну и гадость.       Том заботливо похлопал меня по спине и улыбнулся: — Зато лечит от грустных мыслей. Сейчас дам запить.       И пока он ходил мне за водой, я достала телефон и написала ответ. Том прав. Глупо избегать столкновения. Я смогла выкинуть Его из головы, смогу и не пускать вновь. «Я буду». После сильного жжения в горле, стало до странного тепло и легко. А может, это от принятого решения? Я не знаю. Просто захотелось беспричинно смеяться. — Я хочу танцевать! — сказала я, спрыгнув с подоконника. Забрав у Тома стакан с водой, я отставила его в сторону и взяла Тома за руки. — Но нет музыки, — засмеялся Том, крутанув меня вокруг оси. — Мы сами себе музыка! — я даже не успела удивиться, откуда во мне столько смелости, — мы же празднуем, ты забыл? — Нет, хорошо, что ты тоже помнишь, — он уткнулся носом в мою макушку и прижал меня ближе к себе.       Так мы и танцевали, под музыку, слышимую только нам. В его объятиях было тепло и спокойно. Думаю, это называется доверие. Иначе, что это? — Спасибо за чудесный сюрприз, — отстраняясь от Тома произнесла я, вечер был замечательным. И твоя музыка замечательная. — Я рад, что тебе понравилось, — он улыбнулся и отошел к окну, — спасибо, что разделила со мной этот момент.       Домой я вернулась уже с рассветом. Счастливая и умиротворенная. И нет, не через балкон. Том прав, мы живем здесь и сейчас. Так что я позволю течению Жизни подхватить меня и нести на своих волнах. А там будь что будет. Теперь я умею плавать. __________ * Нет, я действительно так не думаю. Ты думаешь, я не смогу быть самостоятельной? Нет, я действительно так не думаю, что я позволю тебе вернуться через мою дверь ** Свет гаснет. Ты стараешься не издать ни звука. Сердца сталкиваются. У нас еще много времени.