Запах карамели, вкус горького шоколада

Из приятного сна меня вырвал ор телефона. Я сонно осмотрелся и отметил, что солнце только взошло. Пошарив рукой в поисках своего телефона, который я вчера положил на тумбочку, прежде чем лечь в кровать к Денису, я обматерил того звонившего, кто так неприятно меня разбудил. Телефон оказался в моей руке уже через десять секунд. Но я отметил, что он молчит. Я поморгал и вслушался. Мелодии такой у меня не было, значит это телефон Малыша. Но он спал, как убитый и абсолютно никак не реагировал на звонок. Я приподнялся и стал осматриваться. В это время ужасный ор прекратился. И я увалился обратно. Однако уже через пять секунд телефон заорал вновь. Я выругался и уже сел на постели. Денис продолжал спать. Я пошарил взглядом и заметил, что телефон орет из заднего кармана. Я достал орущее устройство и глянул на дисплей. Звонила мама Малыша. Я решил ответить. Но прежде встал и ушел на кухню. - Алло. - Наконец-то… Влад, это ты? - Да, Ольга Николаевна. - А Дениска где? - Он спит, как убитый и даже не проснулся. - Удивительно. - Просто он вчера всю ночь не спал, переживал, да и все два дня после звонка Олега Сергеевича переживал. И весь разговор… - я неопределенно махнул рукой. - Вот как… - в голосе женщины сквозило раскаяние и нежность. – Ну, пусть спит. Мне собственно хотелось узнать, как у вас дела? - Все хорошо. Мы с Денисом у меня. Родители сейчас у сестры за границей. Да и с Денисом мама уже познакомилась. Женщина на том конце провода молчала. Я слышал, как она тихо дышит в трубку, а потом раздался тяжелый вздох. - А как твои родители восприняли то, что ты гей? Или они об этом не знают? - Знают. Я им еще два года назад это сказал. - Хм, и как они отреагировали? - Тяжело. Правда, приняли меня и таким. - И даже не говорили, что им внуки нужны? - А зачем? У меня есть еще брат и сестра, которые старше меня и уже оба имеют детей: сестра двух, а брат одного. Я услышал еще один тяжелый вздох. - А я внуков не дождусь. - Почему вы так решили? Неужели нельзя усыновить ребенка или воспользоваться суррогатной мамой? Наступила тишина. - Думаешь? Но ведь усыновленный ребенок – не твой, а суррогатная мать может его и не отдать. - А разве родители – это только те, кто родили? Не думаю. Ведь главное то, кто воспитал и дал возможность стать в этой жизни кем-то. А вот суррогатная мать может и не отдать ребенка, но все равно этот ребенок будет иметь отца. - Странная у тебя точка зрения. - Мне так мама когда-то сказала. И я просто ее слова обдумал, почитал дебаты на эти вопросы и пришел к таким выводам. - Интересно… А ты умный мальчик. Я улыбнулся. - Спасибо. Только… как там… Олег Сергеевич? Опять послышался вздох. - Тяжело. Он мне предлагает родить еще одного ребенка. И чтобы это была девочка. – И совсем тихо произнесла: - Будто она не сможет стать лесбиянкой. - А как там Олег Сергеевич? - Он приходит в себя. Но сказал, что гордится сыном. Потому что тот проявил твердость характера, как брат в свое время. Я рада, что мои сыновья нашли своих партнеров. Конечно, тяжело осознавать, что они стали геями, но все же это лучше, чем так и не встретить того, кто тебе не дорог. Я нахмурился. Чтобы все это могло значить? - Простите, может, я лезу не в свое дело, но вы любите своего мужа? Повисла тишина, потом Ольга Николаевна тихо произнесла. - Не так, как он думает. Я приподнял брови. Что-то здесь не так. - Послушай, Влад. Может, мы встретимся, я хочу с тобой кое о чем поговорить. Но это не телефонный разговор. Я задумался. На часах, которые были встроены в микроволновку, было только начало девятого. Но я понимал, что другого раза понять, что мне хочет сказать мама Дена, у меня не будет. - Конечно. Где? - Давай в «Виктории». Это на ***. Там делают очень вкусное мороженное. Я согласился. Договорившись встретиться через час, я повесил трубку. Потом встал со стула и потянулся. Тело приятно отозвалось истомой. Хорошо поспал. Я вернулся в спальню и непроизвольно улыбнулся. Денис обхватил мою подушку и прижал ее к себе. Я полюбовался им немного и решил его раздеть. А то все же спать в одежде не так уж и приятно. Пока я стягивал с него джинсы, он что-то недовольно бормотал, но так и не проснулся. Я не стал снимать с него футболку. Через тридцать с лишним минут я уже выходил из дома, положив телефон Малыша рядом с ним. Я вдохнул майский воздух, который пах как-то по-особенному: весной и цветами, я двинулся к остановке. Через двадцать минут я уже стоял возле кафе, которое было довольно дорогим. Переступил порог заведения и тут же отыскал взглядом Ольгу Николаевну. Она сидела у дальнего столика у окна. Я двинулся к ней. Женщина как-то смущенно мне улыбнулась и продолжила есть свое мороженное. Я сел напротив нее. Ко мне тут же подошла официантка, и я заказал ванильный молочный коктейль. Когда девушка ушла, я перевел взгляд в окно. Мы молчали, пока не принесли мой заказ. Когда я стал медленно потягивать коктейль через соломинку, мама Дениса решилась, наконец, на разговор. - Как Денис? - Спал, когда я уходил. Она кивнула и посмотрела в окно. - А что Кирилл? Я его давно уже не видела. Да и созванивались мы больше двух недель назад. Я постарался скрыть от нее свою озабоченность. Говорить, как у него дела на самом деле, я не собирался. Это только привело бы к истерике или и того хуже – к сердечному приступу. Поэтому я солгал. Правда, постарался это сделать как можно правдоподобнее. Ведь лгать я совсем не умею. Меня спасло то, что женщина на меня не смотрела. - У него все хорошо. Встречается с Ромой вот уже несколько месяцев. Они любят друг друга. Заняты только собой. Я старался говорить без ехидства и сарказма в голосе. А то это могло бы привести к вопросам. Ольга Николаевна кивнула и посмотрела на меня. В ее глазах была решимость, которая была совершенно непресуща этой женщине. По крайней мере, с первого взгляда о таком и не подумаешь. - Собственно, я позвала тебя сюда не только затем, чтобы узнать, как поживают мои сыновья. Я просто хочу уже поделиться своим прошлым хоть с кем-то. Почему именно с тобой? Я и сама не отвечу тебе на этот вопрос. Просто знаю, что ты должен это знать. Рассказать все сыновьям я боюсь, а мужу это знать не к чему. Я удивился. - А как же подруги? - У такой женщины, как я не может быть подруг. В этот раз мои брови удивленно поползли вверх. Я ничего не понимал. - Просто мой статус не позволяет мне иметь подруг. Только знакомые. Не более того. Я не стал ничего уточнять, смутно понимаю причину. - Собственно, твой вопрос: люблю ли я мужа, - застал меня врасплох. Мне сложно на него однозначно ответить. Я действительно люблю его, но не как единственного. Он хороший, умный, гордый. Да, он может быть жестоким, но я знаю, что я за ним, как за каменной стеной. Это скорее любовь от благодарности за то, что он со мной рядом, за то, что любит меня. Женщина помолчала немного, пытаясь подобрать слова. - Когда мне было семнадцать, я поступила в один престижный ВУЗ в нашем городе. Тогда на одно место было восемь человек, и я радовалась, что смогла сразу поступить. Первые несколько недель я была окрылена этим чувством, но оно резко сменилось на влюбленность. Я полюбила одного старшекурсника. Он был старше меня на четыре года. Ему оставалось учиться еще два года. И это меня немного огорчало. Но я совершенно не замечала его характера. Сердцу ведь не прикажешь. Ольга Николаевна говорила, а я пытался понять, к чему она клонит. - Когда Иван был на пятом курсе, он меня заприметил. Мы стали встречаться. Я была просто окрылена этим. Летала, как на крыльях. Но через несколько месяцев он стал готовиться к диплому и как-то наши встречи постепенно сходили на нет. Я старалась говорить себе, что это временно, но все было не так. Совсем не так. После выпуска, Ваня уехал в другой город на два года. Я же осталась здесь и поступила на третий. Я очень сильно по нему скучала, мне казалось, что без него мой мир рухнул. Ольга Николаевна замолчала. Потом подозвала официантку и заказала себе большой чайник чая. Мы ждали заказ. Женщина все это время молчала. Я догадывался, что она перебирала свое прошлое. Через пару минут девушка вернулась с чашками и чайником. Поставила их перед нами и удалилась. Ольга Николаевна разлила чай и наложила себе сахар. Я же кивнул благодарно и стал дуть на дымящуюся жидкость. Когда ложка звякнула о блюдце, я поднял глаза на маму Дениса. Она отхлебнула немного чая и продолжила свой рассказ: - Я с Олегом познакомилась на четвертом курсе. Мы стали встречаться, но я не была влюблена в него до беспамятства. Каждый день я вспоминала Ивана. Но со временем чувства стали притупляться, а мои мысли о нем отходили на второй план. Однако, когда я уже заканчивала обучение и думала, как дальше быть, Ваня вернулся в город. Ему предложили здесь место на заводе, и он ухватился за эту возможность. Он пришел ко мне и стал говорить, что скучал, что любит. А я поверила и ушла от Олега. Через пару месяцев я получила диплом и осталась в городе. А еще через полгода узнала, что беременна. Ваня стал говорить, что ребенок не его, и я поняла, что нужно что-то делать. Срок был совсем не большим. Через неделю после разговора с Ваней, когда он отказался на мне жениться, я вновь встретила Олега. Мы вновь начали встречаться. А потом он сделал мне предложение. Через месяц я сказала, что беременна. Он был рад. Мы сыграли свадьбу. Я, конечно же, сделала все возможное тогда, чтобы Олег не узнал правду. Ваня же уже через пару недель после разговора со мной уехал в, тогда еще, Ленинград. Там, я слышала, он женился на какой-то девушке, которая помогла ему войти в высшие круги общества. В апреле родился Кирилл. Олег просто не мог нарадоваться тому, что у него родился сын. Я же стала потихоньку отходить от кошмара, который преследовал меня, а потом и стала привязываться к мужу. Так мы и жили, пока в девяносто втором Ваня вновь не вернулся. Я, как дура, встретилась с ним. Олег тогда уехал в соседний город на две недели. Женщина вновь помолчала и тяжело вздохнула. Потом продолжила: - В общем, я забеременела. Ване я ничего не сказала, он уехал до того, как я поняла, что в положении. Олег опять ничего не узнал. Но я чувствовала, что просто предала его. Я видела, что хоть сыновья и похожи на меня, но в них есть кое-что и от настоящего отца. Это меня больше всего огорчает. Я не хочу, чтобы в моей семье был раскол. Детей с мужем у нас так и не было. Я не знаю причину, да и говорить, что мальчики не его сыновья, я боюсь. Но меня сейчас беспокоит кое-что другое. Я удивленно смотрел на женщину. Ее голос вдруг стал резким и тихим. - Влад, посмотри за Денисом. Он еще ребенок, чтобы справиться с этим в одиночку. А я должна все рассказать мужу, пока не стало слишком поздно. Я настороженно посмотрел на женщину. - Я не знаю, что может сделать муж, когда поймет, что воспитывал чужих детей. Но больше всего я боюсь то, что Денису может навредить его настоящий отец. Он ведь в начале двухтысячных развелся и стал пить. Он скатился. Других детей у него больше нет. Я выжидающе смотрел на женщину. - Влад, Ваня сейчас вернулся в город. И он шантажирует меня тем, что все расскажет мужу и сыновьям. Он не знает, что Денис тоже его сын. Но, думаю, его гниющая душонка сразу заприметит сходство между ними. Я хочу, чтобы ты сделал все возможное, чтобы он даже близко не подходил к Денису. А вот с Кириллом я как-нибудь сама решу вопрос. И не говори им, кто их настоящий отец. Это должна сделать я, как бы трудно это ни было. Я согласно кивнул и допил остатки чая. Оставалось только узнать, как выглядит этот человек. И Ольга Николаевна показала мне его фото. Душа у меня ушла в пятки, когда я увидел его. Я с ужасом посмотрел на Ольгу Николаевну, и срывающимся голосом произнес: - Это мой дядя.