Рыжик в стране чудес

      Оба солнца давно ушли за горизонт, сумерки спустились на деревеньку, редкие дома освещались луной. Как только служители Культа Луны исчезли, он пригласил меня в дом. Я прошел через проем, мимо пепла, бывшего когда-то дверью, переступил через порог и оказался в светлой просторной комнате. Около стены по правую мою руку стояла добротная скамья, высеченная, судя по виду, из цельного куска древесины. Рядом с ней находился такой же внушительный стол, ножки которого украшал причудливый цветочный узор, написанный яркими красками. По левую руку я не мог не заметить широкую ширму, отделяющую часть комнаты от посторонних. Не утерпев, заглянул за нее, увидел прям-таки огромную кровать, с кованным из железа изголовьем, под смешным балдахином с рюшами, но без ножек. Оборотень на мое любопытство только хмыкнул, но одергивать не стал. Он ушел к печи, стоявшей в дальнем углу, разжег её и поставил огромный чайник греться. - Что предпочитает мой муж к чаю? - спросил он, отодвигая занавесь в небольшую кладовую. - Есть хлеб, что испекла Кафка только сегодня утром, но, знаешь, пожалуй, угощу тебя мятными пряниками с ярмарки.       Он вынес бумажный цветной пакет и положил его на стол напротив меня. Сходил за вскипевшим чайником, и разлил по чашам ароматный чай. Мягкий теплый запах луговых трав успокаивал. Пряники же были мягкими, очень похожими на те, что на день рождения подавали в нашем приюте на десерт. - Теперь, думаю, нам стоит обсудить нашу семейную жизнь, - насытившись, сказал мне Тишрах, я же все это время боязливо жевал сладкое и молчал. Это заметил и он: - С адептами ты разговорчивее был. Куда же делся твой задор? - Слишком многое на меня свалилось за этот день. Утром я был простым школьником из приюта, а к вечеру чудо-юдо-маг с культом и кучей странных слуг. Но этого же мало! У меня появился муж, которого я не хотел, и козел, ходящий за мной по пятам. Надеюсь, что он сюрпризов мне больше не преподнесет, - на одном дыхании выпалил я и тут же засмущался собственной откровенности.       Оборотень ничего на это не сказал, только встал со своего места, подошел ко мне и обнял, неловко ткнувшись лицом мне в шею. Однако, большой и злой серый волк, в душе, видимо, робкий и стеснительный. Или только он со мной такой? - Хватит, волче, ты меня смущаешь, - не смог не зардеться от его проявления чувств я. Ко мне так добры в приюте никогда не были. Думаю, и к лучшему, мне не о чем сожалеть из прошлой жизни. Тот нехотя отстранился. - Никогда не думал, что обзаведусь мужем вот так быстро, с одного жеста, - улыбнулся оборотень, - но мне это нравится. Не было дурацких смотрин, как у многих моих друзей, мук выбора между омегами и интриг. Всё легко и просто получилось. - Ты ошибаешься, - возразил я ему, - или забыл, что мне надо получить причитающееся Истинному Магу знания и изменить к лучшему этот мир? Как я вообще буду это делать, если ничегошеньки не знаю. Тут два солнца, о чем еще говорить? - моему возмущению не было предела. - А что если я выйду на улицу завтра и обзаведусь новым супругом? Или вернусь с выводком детей? Могу по незнанию в тюрьме оказаться, в рабстве, если оно тут есть... - Тшшшшш, - прислонил Тишрах свою большую ладонь к моему рту, заставляя замолкнуть на полуслове, - успокойся. Не стоит волноваться раньше времени. Ты одним словом превратил Верховного адепта в животное. Магия тебя защищает.       Удивительно, но после этих слов я действительно успокоился. Может, оборотни обладают какими-то особыми чарами, действующими на людей. Хотя возможен и тот вариант, что этот волк просто первым в моей жизни проявил ко мне внимание и заботу. Как всякий детдомовский ребенок, я не был избалован ни тем, ни другим.       В глазах неприятно защипало от одной мысли, что мне нужно было умереть, чтобы кто-то отнесся по-человечески к такому мальчишке, как я. Отвернувшись от Тишраха почувствовал, как предательская слеза скатилась по моей щеке. Украдкой я стёр её тыльной стороной ладони, но мокрый след был будто выжжен на коже. Волк никак не прокомментировал мои действия, за что ему отдельная благодарность. - Господин сиятельный маг не желает принять горячую ванну? - решил сгладить неловкую ситуацию оборотень, - я бы с удовольствием тебе бадью с расслабляющим настоем сделал. - Тишрах, это было бы здорово, - улыбнулся ему, тем самым порадовав этого мужчину, - день был не из простых. - То ли еще будет, - хитро улыбнувшись, он вышел из дома.       Через пару минут вернулся с двумя огромными ведрами, полными воды, и почему-то горячей - пар от неё так и валил. Всё из той же кладовки была вытащена деревянная ванна, куда незамедлительно волк и слил воду, затем достал с полок подле печи травы, растер их в порошок и бросил в воду. Та сразу окрасилась в приятный голубой цвет и пахнула чем-то знакомым. Принюхавшись, я понял, что так пахли волосы одной девочки, нравившейся мне в четырнадцать лет. Любовь между нами не сложилась, но вот легкий запах цитрусов так и остался одним из любимых. - Чего стоим, кого ждем? - спросил Тишрах. - Ты собрался смотреть на моё раздевание? - румянец не сходил с моих щёк. - А потанцевать не попросишь? - Чего я там не видел? - недоуменно уставился на меня собеседник. - Писька как писька.       Ну вот, взрослый мужик член писькой называет, приехали. Если этот мир такой, думаю, будет весело в нём осваиваться. Оборотень тем временем подтащил ко мне ширму, которая отделяла его кровать от остальной комнаты и приказал: - Раздевайся тут, смотреть не буду. Вещи оставь на кровати. И сразу в воду, я, так и быть, подсматривать не буду, - шутливо сказал он и добавил. - Недотрога.       Боясь, что тот все-таки будет подсматривать, я быстро спрятался за ширму, скинул с себя милостиво одолженную Тишрахом одежду и, протопав босыми ногами до бадьи, плюхнулся в воду, обдав волка брызгами воды. Он встряхнулся, как собака, и рассмеялся так звонко и искренне, что я заслушался. - Знаешь, а ведь этот мир, говорят, до появления первого Истинного Мага был совсем другим, примитивным. Тут не было школ, люди не умели считать и писать, питались они охотой да собирательством. Всюду царила разруха, беззаконие. Дети болели и умирали раньше, чем учились ходить. Мой прадед рассказывал мне, что это были темные времена, - на секунду оборотень остановился, а затем, хлебнув остывшего чаю, продолжил, - именно тогда и появились на карте Тёмные Земли, населенные жуткими существами, лиц которых никто до сих пор не видел, и Далекие Острова, кишащие ядовитыми змеями и такими же ядовитыми людьми, отравляющими всё, к чему прикасаются.       Я слушал, затаив дыхание, так интересно мне не было даже на уроках продвинутой математики. Тишрах смог пробудить моё любопытство, которое к истории я редко проявлял. Он же тем временем не останавливался: - Хуже всего стало, когда жители Темных Земель пошли войной против Змей, мор начал царить вокруг, люди погибали тысячами, но высших существ это не заботило, пока и их детей не коснулись людские болезни. Расы начали вырождаться. И именно тогда пришел первый Истинный Маг, который, судя по всему, был послан высшими силами, чтобы вернуть равновесие. Его звали Ахай, как он говорил, его мир тоже погибал, но от естественных причин - солнце его выжигало. Наверно, страдания здешнего народа тронули его, напомнив о том, что ему пришлось пережить, поэтому он применил кардинальные меры, разделив людские земли, Темные Земли и Далекие Острова морями. Добираться даже с применением магии на поля сражений стало тяжело, войны стихли.       Через пару десятков лет народы совсем перестали общаться, став друг для друга чужими. Только иногда их представители пересекались на землях людей, но конфликтов не затевали, понимая, сколь ценно равновесие, достигнутое так тяжко.       Ахай прожил недолго, но многое успел сделать для нашего мира. Дети стали получать образование, а во взрослых он лично вложил свои знания, первыми его учениками стали те, кто позже и основал Культ Луны. Постоянная работа с магией истощила Ахая, и он покинул этот мир. Но мы до сих пор возносим молитвы богам о том, чтобы его душа оказалась в лучшем месте, спокойном.       После приходило еще три Истинных Мага. Никто уже и не помнит, как было плохо, после их нововведений. Последним был Лшан, он создал расу оборотней, сильных охотников и преданных охранников. Но прошло три поколения, люди начали беспокоиться, что Маг больше не появится, но тут судьба послала нам воришку одежды, - Тишрах улыбнулся мне, закончив рассказ.       Я долгое время обдумывал слова оборотня. Как же невероятен этот мир, а еще невероятнее Истинные Маги и их сила. Создать оборотней - это надо же придумать. Неужели и я способен на такое? С улицы раздалось блеяние козла, как бы говоря: "Ты ещё и не такое сделаешь, фантазёр."       Волк тем временем взял мочалку в свои руки и, смочив её чем-то из маленькой бутылочки, вопросительно глянул на меня. - Мой меня, что уж поделать, наглый мужик, - уступил я ему просящему взгляду. - Ничего, если я тебя буду звать Тишем?       Тот кивнул и принялся меня намыливать. Пена, появившаяся на мочалке, пахла тем же цитрусом. Оборотень осторожно прошелся по моей спине, рукам, затем попросил их поднять. Приятна такая забота. Ещё лучше стало, когда он начал мыть мою голову: большие руки Тишраха нежно касались меня, массировали. От накатившего удовольствия я откинулся на бортик и отдался ощущениям.       После Тишрах вытер меня полотенцем и, укутав в него, отнес в постель. Вначале я боялся, к чему это может привести, хоть и обзавелся мужем, но к сексуальным игрищам был совсем не готов, да и вообще к семейной жизни. Но оборотень просто уложил меня, сам бухнулся рядом и не притронулся ко мне даже пальцем. Совсем незаметно даже для себя я уснул.

***

      Утро встретило меня иначе, чем я ожидал. Кто-то кричал прямо надо мной. - Ты кто, черт подери такой, и что делаешь в моей кровати? - орал Тишрах так громко, что я испугался за свои барабанные перепонки. - Отвечай! Вот тебе и доброе утро рядом с мужем. - Надеюсь, что ты шутишь, иначе на одного козла в этом мире станет больше, - предупредив его, я встал с кровати, посмотрел на свою голую тушку и, чтобы волка не смущать и самому не стесняться, надел свои вчерашние шмотки. - Я спрашиваю, кто ты такой? - не успокаивался оборотень, потом схватил за шкирку и потащил к двери, удивительным образом снова появившейся, - Если ты, жалкий омега, думал, что меня можно опоить дурман-травой и затащить под венец, забеременев, то ты ошибаешься!       Похоже, тут творится что-то непонятное. С чего вдруг такой ласковый и радостный обретению мужа Тишрах вчера, сегодня стал таким злым и нетерпимым, что изменилось за ночь?       Тем временем мужчина дотащил меня до выхода, распахнул толчком ноги дверь и швырнул меня на крыльцо. Пару ступенек я преодолел кувырком, остальные на заднице. Встал, потер задницу и услышал хлопок: Тишрах ушел в дом не удостоив меня больше ни одним словом. Я же, не понимая, что надо делать в подобной ситуации, пошел, куда глаза глядят, пытаясь успокоиться. Смешно, но за день я успел привыкнуть к этому оборотню, проникнуться к нему теплыми чувствами. Кто ж знал, что не стоит этого делать, даже если тебя мужем называют.       Я пошел по тропинке вперед, осматриваясь по сторонам. В поселении оборотней встретил несколько детей, которые подозрительно на меня глянули, прекратив игры. Затем испуганно заверещали, похватали игрушки и убежали в дом. Около одной из избушек сидела симпатичная девушка, она вышивала и тихо напевала себе под нос какую-то мелодию. Поравнявшись с ней, я решил проявить дружелюбие: - Привет, - сказал ей, она же вмиг бросила свое рукоделие и взвизгнула. Затем, видимо, взяла себя в руки, и прикрыла рот. Но в глазах девчонки был только страх. - Да что с вами всеми? Чего вы орете, как резаные? - задал я животрепещущий вопрос.       Девушка вскочила со своего места и забежала в дом, но буквально через минуту вернулась, таща в своих руках зеркало в железной раме, наверно, достаточно тяжелое. Она сунула мне его в руки. Я посмотрел на свое отражение и обомлел. Такое даже в кошмаре увидишь редко, не то что вживую: на меня взирал совсем не похожий на меня незнакомец. Рыжие волосы исчезли, а на их месте были черные, будто нечесаные месяц, космы, голубые глаза были без зрачков, превратившись в пустые бездонные озера, но самое страшное случилось с лицом. Его "украсила" татуировка из вязи черных букв. Лоб, щеки, нос, веки - она была везде. Я высунул язык и увидел на нем странную пентаграмму из шестиконечной звезды в круге, будто выжженную на плоти. Потрогал пальцем, но боли не почувствовал, зато узнал, что у меня выросли длинные черные ногти.       Из моей груди выскочила звездочка и, описав круг в воздухе, подлетела к девушке. Та смотрела на нее завороженно, затем протянула руку, и горящая точка впиталась в кожу ладони. Девчонка не издала ни звука, а через секунду передо мной стоял огромный ящер, скалящий зубы и будто улыбающийся. Чудеса, да и только.