Отпустить прошлое

Ночь. Плотная бархатная темнота окутала все вокруг, принося с собой успокоение и безмятежность. Она лениво струилась по земле, проникая во все самые укромные уголки. Ночь – это не просто время суток. Ночь – это тайна. Неизведанность. Вдохновение. Запрет. Страсть. Ночь - это состояние души. Ночью становится свободнее дышать, проще исчезать, думается легче, и решения возникают сами собой, как будто кто-то тихонько нашептывает их тебе на ушко. Ночью лучше слышно все - и отложенные "на потом" мысли, и чужие шаги. Ночью спокойно и уютно, как в любимом пледе, в нее закутываешься до самых глаз и растворяешься без остатка. Меняется все – предметы, ощущения, люди, мир преображается. И даже город, при свете дня обычный и предсказуемый, с наступлением темноты превращается во что-то сказочное, таинственное. Ночью все видится совсем по-другому. Самые обыденные предметы и явления приобретают совершенно новые очертания и смысл. Ночь - это время, когда стерты границы между реальностью и мечтами. Можно быть абсолютно свободным. Можно думать и размышлять о том, на что не хватает времени в дневной суете. Ночью в голову приходят все самые дерзкие мысли, самые смелые решения, самые безбашенные идеи. Как и мне сейчас, например. Начало второго. Мне совсем не хочется спать. Сидя на балконе своей комнаты, я смотрю прямо перед собой, на мокрые, блестящие в свете фонаря листья деревьев, и на их фоне воображение яркими красками рисует картину моего признания... ему. Гарри. Да-да, это и есть то самое решение, смелое и неожиданное, которое невесомым дуновением ветра шепнула мне на ухо ночь. Ведь мы не персонажи компьютерной игры, нам дается лишь одна жизнь, и прожить ее так, чтобы, уходя, было о чем жалеть – это преступление. Всем известна эта простая истина, но управляют своей судьбой лишь единицы, к сожалению. Большинство людей покорно плывут по течению. А я не хочу принадлежать к их числу. Хочу наслаждаться жизнью, а не кусать локти и молить, чтоб мне дали шанс вернуть время вспять и всё исправить. Выйти замуж на нелюбимого – зачем? Глупо, наверное, менять решение за несколько дней до свадьбы, но еще глупее дать ей состояться. Так что, завтра с утра объявлю об отмене торжества. Надеюсь, Пол простит меня, а вот реакция родителей... Ух, честно – немного страшно, но, думаю, справлюсь. Далее, решение номер два – сказать Гарри правду. Правду о том, что наша дружба меня вообще никак не устраивает, потому что я люблю его. Так, как друзей не любят. Сколько можно обманывать себя? Не уверена, конечно, что для Стайлса мое признание будет хоть что-то значить. За последние дни мы провели довольно много времени вместе, и память особо бережно хранит некоторые его слова, фразы и жесты, которые и натолкнули меня на отчаянную мысль – может, Гарри тоже что-то чувствует ко мне? С трудом верится, но все же есть вероятность. А даже если это и не так, если его чувства ко мне и в самом деле только дружеские, то что я потеряю, сказав ему о своей любви? Ничего, разве что остатки гордости и... наши нынешние отношения. Вот черт. Нет, нельзя думать об этом, иначе я снова испугаюсь, растеряю с таким трудом собранную смелость и никому ничего не скажу. Это недопустимо. Ведь ночь не посоветует плохого, тем более сердце с ней согласно, а разум... Э-эй, разум, ты вообще существуешь? Тишина. Только дождь шуршит. Половина второго. И новая, невесть откуда явившаяся мысль – нужно поговорить с Гарри прямо сейчас. Пока я не повелась на собственные коварные глупости, пока не передумала, ведь кто знает, что еще придет мне в голову этой бессонной ночью? Сегодня мы с ним не виделись, у него много работы в ресторане, он точно пробудет там до закрытия, то есть – до 02.00, а значит, у меня есть полчаса. Надо поторопиться. И никаких предупредительных звонков – сюрприз. Будем надеяться, не самый плохой. Выйти из дома было проще простого. В это время все домашние уже спят, а если и не спят, то делают это за плотно закрытыми дверьми. Быстрым шагом миновать расстояние от крыльца до калитки, затем, уже чуть ли не бегом, еще немного по тротуару мимо сонных зданий, пара минут и – вуа-ля, я стою на весьма оживленной для этого позднего часа улице и пытаюсь поймать такси. Заметили, что когда от скорости их появления зависит едва ли не целая жизнь, они словно назло разбегаются по наиболее отдаленным от тебя местам? А минуты бегут вечным бегом, одна за другой, и, кажется, я непременно опоздаю. Где же ты, миленький черный кэб? Я жду от силы минуты три, но терпения уже не хватает, поэтому, достав из кармана телефон, набираю первый в списке контактов номер такси. Пять минут. Черт. Черт! Это слишком долго, но других вариантов нет, и я покорно жду, медленно промокая под тихим летним дождем. Водитель попался слишком уж разговорчивый. Черта характера, а может, ему нужно это для того, чтобы не заснуть за рулем? Я не знаю, и отвечаю невпопад на все вопросы. Таксист, кажется, обиделся, потому как замолчал и на мои просьбы ехать быстрее никак не реагировал. Я же ерзала на заднем сиденье, шепотом ругая каждый красный сигнал светофора, каждого пешехода, вздумавшего переходить дорогу, и каждый раз, когда мы вновь и вновь трогались с места, просила – быстрее, пожалуйста, быстрее! Черствый сухарь за рулем и ухом не вел, но я машинально повторяла свои просьбы, даже не замечая, что делаю это вслух. Кому-то эта спешка может показаться странной, ведь в два часа закроется ресторан, но не наступит конец света, и можно будет позвонить Гарри, узнать, где он, приехать туда... Да только моя решимость уже слегка поостыла под холодными каплями дождя, и теперь медленно тает, и важно успеть, пока она окончательно не испарилась. Поэтому я в очередной раз обращаюсь к водителю – быстрее, пожалуйста... Два часа семнадцать минут. Кэб плавно тормозит у ресторана, и по идее, мне бы попросить развернуть авто и доставить меня домой – всё, опоздала. Но я смотрю в окно и не верю своим глазам. В окнах "Deja Vu" горит свет и видно, что в здании есть еще люди, хоть и немного, но есть. Есть! Расплатившись с вредным водителем, я выхожу на улицу и подхожу к крыльцу, где вывеска вежливо оповещает меня о том, что ресторан работает до половины третьего. Волна радости – успела! – приносит с собой и свежую порцию вдохновения, которое мигом оживляет мою почти угасшую решимость. Войдя (ладно, давайте по-честному – вломившись и едва не своротив двери), я на мгновение останавливаюсь, обводя взглядом зал, хотя почти уверена, что Стайлс в своем кабинете. -Простите, мисс, мы уже закрываемся, - ко мне подходит метрдотель. -Да-да, знаю, я... – вижу Гарри. Он стоит возле бара, совершенно невероятный в темной рубашке навыпуск, с кудряшками, уложенными с тщательной небрежностью, и со своими умопомрачительными ямочками, играющими на его щеках. Спустя пару коротких мгновений, я замечаю девушку, с которой он разговаривает, которой он улыбается... как-то странно. Необычно. Не как мне, или кому-либо из его друзей, или их девушкам. Совсем не так. И стоит, пожалуй, слишком близко к ней. Слишком – для положенного расстояния между просто знакомыми или друзьями. И смотрит на нее взглядом, очень похожим на тот, которым мой кот провожает соседскую кошку. Особенно в марте. -Мисс? – напоминает о себе встретивший меня парень, а я не могу оторвать взгляд от Гарри, и чем дольше наблюдаю за его флиртом с этой девицей, тем ярче разгорается желание поскорей уйти отсюда и больше никогда не возвращаться. Поздно, черт возьми – кудрявый каким-то чудом заметил меня. -Я к мистеру Стайлсу, - обреченно признаюсь я, и метрдотель неуверенно оборачивается в сторону бара, очевидно желая получить подтверждение. Гарри кивает и делает знак рукой – пропусти. Снова повернувшись ко мне и извинившись, парень отходит в сторону, а я неторопливо шагаю к бару. И зачем только приехала? Начало совсем не такое, каким я его себе представляла, и это сбивает с толку. Девица, улыбнувшись во все свои 32 и кивнув раз пять на слова Гарри, уходит, когда расстояние между нами сокращается до нескольких шагов. -Привет, мисс Неожиданность, - Стайлс улыбается мне, но уже по-другому. Дружески так. – Что-то случилось, или просто решила порадовать меня сюрпризом? -Соскучилась, - я выдавливаю ответную улыбку и лихорадочно пытаюсь придумать, какую фразу произнести следующей. – Помешала? – кивок в сторону, куда ушла его собеседница. Кажется, не самая удачная импровизация. Стайлс сначала недоуменно хмурит лоб, а затем его лицо разглаживается. -А, ты про Энджелу. Нет, что ты, конечно не помешала! -Энджела? – тупое имя. – Вроде никогда от тебя не слышала. Коллега? – будничным тоном спрашиваю я, изо всех сил стараясь не выдать свою заинтересованность. -Не совсем. Просто... хорошая знакомая, - Гарри как-то неловко замялся и продолжил. – Завтра у нас свидание. -Оу, здорово! – радостно восклицаю я, в то время как в душе все будто наизнанку выворачивается. Свидание. У него с этой Энджелой завтра свидание. А я опоздала. Вот так. – Ну, потом с тебя все подробности, - ага, я же мазохистка. -Обязательно, - смеется Стайлс, и я смеюсь в ответ, хотя больше всего хочется заплакать, от собственной глупости и вселенской несправедливости. - Пойдем в кабинет, тут сейчас убирать будут, - предлагает кудрявый. -Эм, да я... – что? Домой поеду? Да, хочу в свою комнату, и не хочу никого видеть. Зачем только мне пришла в голову эта идея? Нужна я ему со своей любовью, как же. А сюда в два часа ночи ехала только чтоб "Привет" сказать? Как-то нескладно и тупо. – Идем, да. Большая стрелка на круглых белых часах едва заметно дернулась и замерла. Два-сорок пять. В ресторане нет никого, кроме нас двоих. Мы на кухне: я сижу на одном из столов и, опустив голову, болтаю ногами, а Стайлс копается в холодильнике. -У тебя точно ничего не случилось, Кит Кат? – достав какую-то тарелку, он придирчиво изучил ее содержимое и поставил обратно. -Дурацкое прозвище, - тихо усмехаюсь я, вскидывая голову. -Что? – Гарри явно не расслышал мои слова. Поставив очередную тарелку на стол, он поднимает на меня вопросительный взгляд. А не пошел бы ты лесом, Бон-Бон хренов? -Все в порядке, правда, - мило улыбаюсь, мысленно проклиная день, когда познакомилась с ним. -Ты какая-то другая. Не такая, как обычно, - Стайлс, кажется, озадачен моим поведением. – Включи, пожалуйста, чайник. -Нормальная я, - пожав плечами, протягиваю руку и нажимаю на зеленую кнопочку, которая тут же загорается ярким огоньком. -Нет настроения? – кажется, в покое меня не оставят. -Нет, - соглашаюсь я. -Почему? – Стайлс подходит ближе. Э, нет уж, стой, где стоишь! И ни шагу больше в мою сторону. -Мне танцевать запретили, - немного подумав, озвучиваю я одну из причин. – Врачи – временно, чтоб швы не разошлись. Родители – совсем, потому как это "фи" и все такое. -Зная тебя, сильно сомневаюсь, что ты их послушаешься, - улыбается Гарри и я, не удержавшись, улыбаюсь в ответ. -Разумеется, я не прекращу заниматься танцами. Просто... скоро соревнование, к которому я очень долго готовилась, которого ждала. И все зря, - слезы подступили слишком близко, и я боюсь моргнуть, чтоб ни одна из них не выкатилась за пределы глаз. Этого не хватало только. Пусть уходят обратно, вдох-выдох... -Ну, ты чего, Кэм? – Стайлс подходит еще ближе, и... черт. Обнимает меня. Это предел. Я больше не пытаюсь сдерживать слезы, и просто отпускаю их на волю, неосознанно обнимая кудрявого в ответ и утыкаясь в его плечо. Он что-то говорит о том, что это не последнее соревнование в моей жизни, что их будет еще много, очень много, и я обязательно буду участвовать в каждом, и непременно побеждать... О чем вообще речь?! Какие соревнования, что ты несешь, Стайлс? Я люблю тебя, болван, вот где проблема! Разумеется, вслух я уже этого не скажу. Ведь у тебя появилась Энджела. Я сомневаюсь, что ты бы назначил свидание девушке, к которой совершенно равнодушен. А раз так, то к чему мне теперь смущать тебя своими признаниями? Я опоздала, и мне остается только завидовать красотке Энджеле. Ей повезло куда больше, чем мне. Три часа десять минут. Гарри кормит меня с ложечки тортом, а я послушно ем, между прочим, уже второй кусок. Он рассказывает разные забавные истории из своей жизни, про друзей, про семью, пытаясь отвлечь меня от грустных мыслей. Я смеюсь, делая вид, что ему это удается, а сама мечтаю сорваться с места и умчаться в свое прошлое, чтобы родиться где-нибудь в Австралии или Бразилии, никогда не приезжать в Англию и никогда не знать лично никакого Гарри Стайлса. -До свадьбы считанные дни, - закончив очередную историю, констатирует парень. – Спасибо за приглашение. -Не за что, - я тянусь к бокалу с чаем. Это была идея Пола. Как так, не пригласить моего лучшего друга детства – это же ой как нехорошо! Ты не права, Камила. Снова не права. Всегда не права, мать вашу. -Волнуешься? -Ага, - киваю, едва не опрокинув бокал на себя. Всего час назад я была твердо уверена, что утром отменю свадьбу. И весь этот ночной разговор мог бы звучать совсем иначе. -Это нормально, наверное, - начинает кудрявый, но я перебиваю его: -Расскажи про Нью-Йорк. Ты ведь был там? Расскажи, какой он. -Нью-Йорк? – удивляется Стайлс, но тут же начинает улыбаться. – Нью-Йорк – это город с поистине сумасшедшим ритмом... 5:49 – первое, что я вижу, открыв глаза. Синие электронные цифры часов отчетливо светятся на черном фоне. Поздний ужин на кухне завершился посиделками в кабинете Гарри. Мы еще какое-то время болтали о всякой ерунде, а потом, судя по всему, уснули на диване – этот момент я уже смутно помню. Взгляд натыкается на руку Стайлса, которой тот обнимает меня за талию. Пошел к черту. Друзья так не спят. Энджелу свою обнимать будешь. Несправедливо. Резко поднимаюсь с места, от чего Гарри, естественно, просыпается. -Доброе утро, - мило улыбаясь, приветствую я его и отправляюсь в туалет. Там умываюсь и полоскаю рот, стараясь при этом не смотреть в зеркало. Почему-то не хочется встречаться взглядом с самой собой. Отчего-то боюсь того, что могу увидеть в собственных глазах. Как-то ненормально это, правда? А, в прочем, что в моей жизни нормально-то?.. -Позавтракаем? – предлагает Гарри, когда я возвращаюсь в кабинет. – Там еще осталось ризотто... -Оно уже невкусное, спасибо. -Сама ты невкусная, – притворно обижается кудрявый. -Я-то как раз очень даже вкусная. -Да? И попробовать можно? -Разумеется, нет, - с важным видом поправив топ, я собираюсь на выход. -Ты куда? – удивленный Стайлс направляется следом. – Подожди, я отвезу тебя. -Нет, не надо, - не останавливаясь, я шагаю по коридору. – Хочу прогуляться немного. -В шесть утра? -Город только просыпается, здорово же. -Подожди! – его пальцы сжимаются на моей руке. Повернувшись лицом к парню, я останавливаюсь. – Ночью у тебя было совсем убитое настроение. Сейчас как? Лучше? – он с надеждой и беспокойством (или так кажется?..), заглядывает мне в глаза. -Да. Намного, - с улыбкой на губах обманываю я его. – Удачного дня, Бон-Бон! Шесть часов тридцать семь минут. Гуляла я не долго. Прошлась не спеша прямо по улице, наверное, вызвав недоумение у спешащих на работу людей, затем поймала такси и назвала адрес дома. Всю дорогу в голове бился один вопрос – что делать? Бился и бился, не давая расслабиться ни на минуту, но ответ так и не нашелся. Что делать? Лечь спать. И плевать на всех. И на все. Будь что будет. Ступив на территорию поместья, я прислушалась. Знаю точно, родители уже уехали на работу, а все остальные, по идее, должны еще спать. Главное, не наткнуться ни на кого из прислуги – миссис Шелтон уехала на две недели, а та, кого прислало агентство вместо нее, не вызывает у меня доверия. Неслышно шагая по дорожке, я, никем не замеченная, добралась до крыльца, следующий пункт – холл, далее лестница, затем – комната. И вот, когда я уже была на последней ступеньке (а мысленно и вовсе в постели), меня остановил грозный голос: -Извольте объясниться, юная леди. Сердце подпрыгнуло и застряло где-то в голосовых связках. Мысленно выругавшись, я развернулась. -Доброе утро, бабушка. ___________________________ Если не трудно, после прочтения оставляйте комментарии, пожалуйста :)