Путь одной кошки

Звёзды молочного цвета сияли на тёмно-синем небе. Соловей проснулся и уже распевал свою трель в далёком перелеске. Стриж, новопосвящённый воин, проводил ночное бдение. Он молчал, вглядываясь во мрак ночи, прислушиваясь к звукам, достойно исполняя поставленную задачу. Ученица не была на его посвящении, крепко уснув в палатке. Снеголапка ворочалась на своей подстилке, не в силах провалиться в сон. Она будто выспалась за какой-то часик. Немного погодя, белая сдалась и села, глубоко вздохнув. Янтароглазая принялась умываться, надеясь, что работа отнимет скопившиеся силы, и она наконец забудется во сне. Сейчас Снеголапка хотела отдохнуть от суеты и происшествий сегодняшнего дня, но откровения Львинолапа на тему чувств к серой сестре кошки вызывали злость, обиду и ярость, терзали душу, мучали, да и просто не давали жить спокойной жизнью. Из-за того, что картина и слова всплывали в её сознании, кошка не могла заснуть. Проворочалась так ученица с того момента, как начались сумерки, и до этого времени — когда месяц достиг вершины. Скрипнув зубами от досады, Снеголапка тихо, чтобы не разбудить уставших целительницу и её ученицу, пробежала к выходу и шмыгнула к пожелтевшей траве, расположившейся неподалёку от пещеры Мотылинки и Ивушки. Улёгшись поудобнее, она направила свой взор к ясному небу. Снеголапка решила отвлечься от мыслей о сестре и бывшем друге; возможно, она забудется и вскоре уснёт. — Не поздно ли? Тебе вроде пора спать, как и всем, — позади послышался зевок, и Снеголапка, повернув голову, увидела подходившую к неё Мотылинку. — Бессонница, — без особого интереса ответила белая. — А почему тебе не спится? — Ну, не знаю, — солгала ученица, отводя взгляд и подёргивая ушами. — Ладно, не хочешь — не говори, — махнула хвостом целительница, разрушив наступившую тишину. — Но ты обещала сказать причину того, что заставило тебя переночевать у меня сегодня. — Дело в том, что это одновременно и является причиной моего недомогания, — вздохнула Снеголапка, отводя взор от пристального взгляда собеседницы. Она поведала всю историю целительнице в сжатом варианте. Та внимательно слушала, кивая. — Нельзя прятаться и избегать их вечно, — возмутилась целительница, дослушав рассказ ученицы. — Тебе придётся ходить в патрули с ними, а спать ты обязана в одной палатке с ними, так как вы сверстники и станете воителями в один день. Я подскажу тебе совет: поговори и обсуди всё с ними. — Никогда, — закричала ученица, вспрыгивая на лапы и вздымая загривок. Кусты зашевелились, и из них вышел Стриж, вопросительно смотря на шумящих. Снеголапка пригладила шёрстку, садясь на место. Целительница кивнула и взмахнула хвостом, позвав Снеголапку зайти обратно в пещеру. Войдя в пещерку, ученица села напротив серебряной кошки, копошившейся в своих травах. Вдыхая сладкий аромат, Снеголапка ждала, нервно подрагивая хвостом. Наконец, целительница пододвинула ей листок с зёрнышками внутри. Белая кошка обнюхала зёрна и уставилась на целительницу. — Мак. Успокоит нервы, поможет заснуть. Прожуй хорошенько и проглоти, — объяснила Мотылинка, придвинув листок с маком поближе к ученице. Та без споров послушно слизнула маковые зёрнышки, тщательно прожевав и сглотнув. Потом кошки разошлись по подстилкам. Мак и вправду помог Снеголапке: спокойствие затмило нервы, а сон мягко окутал кошку.

***

Следующее утро было туманным, но на удивление тёплым. Небо было ярким, пара облаков безмятежно плыли по его бескрайним просторам. Солнце медленно поднималось, раздавая лучи света налево и направо. Снеголапка приятно урчала, наслаждаясь прохладным, лёгким, не буйным, как обычно, а спокойным ветерком, шевелившим её шерстку. «Удивительно: приближается холод Голых Деревьев, а тут необычно тепло, » — удивлялась белая кошка, наблюдая за лагерем. Снеголапка пыталась понять, что вызвало тепло этого дня, но потом оставила эту мысль. Подумаешь, ей надо учиться, а не ерундой маяться. А пока такой удачный день, то нужно его с умом использовать, ведь дальше котов ожидает метель и лёд. Кошечка была маленькой, когда был Сезон Голых Деревьев. Она родилась в его конце, наверное, поэтому у неё белая шёрстка, как снег, покрывающий землю, а у Серебролапки она серебристая — сияние лучей на снегу. Невольно она хлестнула себя хвостом по боку, выпустив когти и впиваясь ими в землю. Воспоминания о сестре теперь не радовали её. Она готова была порвать её в клочья, после того, что увидела вчера. Теперь их отношения были испорчены и навряд ли белоснежная ученица когда-нибудь это простит серой полосатой сестре. «Как я не хочу в самом начале прекрасного дня встречать её или Львинолапа, » — горестно вздохнула кошка, когда эти мысли залезли в её голову. Снеголапка задумалась, как избежать встреч с этими двумя и, восторженно пискнув, подбежала к Мотылинке. Мысли крутились в голове, но идея была яркой; сейчас главное, чтобы целительница приняла её. Мотылинка сидела над травами, рассуждая, что понадобится им на будущее. Ивушка внимательно разглядывала другие травки, а потом обернулась, заслышав шаги. Вид ученицы был уставшим, несмотря на то, что она недавно проснулась. С самого утра серая проверяет травы, помогает целительнице, вспоминает, учится, да ещё и проверяет своих соплеменников! Снеголапка поражалась такой целеустремлённости, готовности выполнять свою работу и, конечно, желанию действовать с неумолимой усталостью юной Ивушки! Снеголапка прекрасно знала, что кошка просто старается не подавать виду, а на самом деле устаёт так, будто целую луну бегала и плавала! — Ты что-то хотела? — мяукнула она, пристально глядя на белую с вопросом. Длинная серая шерсть была запутана, скомкана узлами, покрыта пылью и остатками мха с другими травами, запутавшихся там. Глаза были потухшие; видно было, как измоталась бедняга. Мотылинка тоже мгновенно повернула голову, оторвавшись от своих дел. Она нахмурилась, и Снеголапка поняла, что целительница знала, почему она зашла к ним. Теперь серебряная прекрасно ведала о случившемся с белой, знала, что та не хотела видеть двух оруженосцев и готова на всё ради этого. — Слушайте, сегодня чудесный день, — мяукнула ученица. — Нам понадобятся травы, потому что скоро сезон холодных времён, а вместе и Белого, и Зелёного кашля. Думаю, самое время добавить трав в запасы, я готова помочь. Ну, что скажете? — Хм, да. Ты права, не помешало бы раздобыть еще целебных растений, — задумалась целительница. — Ивушка, скажи, чего у нас мало, что может пригодиться? — Кошачьей мяты, бурачника, пижмы, можжевельника и тысячелистника, — протараторила кошка. — Также у нас маловато тростника. — Тогда попробуйте найти хоть что-нибудь из этого списка! Конечно, сейчас всего почти не осталось, как-никак надвигаются холода, да и Листопад очень дождливый выдался, навряд ли мы найдём что-то, но постарайтесь. И да, Снеголапка, поймай пару мышек, а то мышиная желчь кончается, а Длиннохвост жалуется на блох в шерсти. Кивнув, ученицы выбежали из пещерки, направляясь к выходу из лагеря. У зарослей камыша показался охотничий патруль, во главе Птичьего; среди охотников был наставник белой кошки. Буран остановился у выхода, взмахнув хвостом. Ученицы сели, готовые выслушать воина. Буря, которая шла с Птичьим и патрулём на охоту, повернула голову, остановившись. Песчаная кошка вопросительно посмотрела на Бурана, но тот кивнул, тем самым говоря «иди, я скоро вас догоню». Та последовала дальше за патрулём, а воин повернул косматую морду к ученицам. — Снеголапка, сегодня после полудня иди к озеру, — мяукнул наставник.  — Чудесный день выдался! Пока озеро не замёрзло, пора бы подучить плавание. Похоже, что теперь ты всё знаешь и не станешь делать глупостей. — Хорошо, я приду, — кивнула ученица, взмахнув хвостом. Обернувшись на Ивушку, янтароглазая увидела некое раздражение в глазах юной целительницы. Снеголапка быстро кивнула, вставая с места: — Я с Ивушкой пойду за травами. Кошки вышли через камышовые заросли на полянку, испещрённую мелкими ручейками. Вокруг были лишь камыши да папоротники, редкие деревья стояли у кустиков, между камышей. Вдохнув в себя свежий воздух, ученица шагнула вперёд, вслед за Ивушкой, которая уже рысцой побежала по поляне. Ученица целительницы внимательно смотрела под лапы, вглядываясь в траву, выискивая среди зарослей трав нужные растения. — Давай пойдём к границе с племенем Теней, поищем там бурачник и тысячелистник? — предложила белая кошечка, чихнув от травинки, залезшей ей в нос. Ивушка остановилась, это было резко и неожиданно, так что Снеголапка чуть не врезалась в соплеменницу. Фыркнув, кошка возмущённо окинула взглядом серую, а потом дожидалась того, что скажет та. Тишина провисела над ними несколько недолгих мгновений. — Хорошо, — мяукнула кошка, углубляясь в заросли ежевики, исцарапав себе нос. Снеголапка шипела, продираясь сквозь колючки, а затем, выйдя на открытую поляну, хлестнула себя хвостом. Кошки пострусили по тропинке, уходя в сторону островка, за которое боролись Речное и Сумрачное племена. — А откуда ты знаешь, что там есть эти растения? — Слышала, — легко ответила белая. Кошки шли ещё некоторое время. Вскоре перед ними показался остров, окружённый нешироким ручьём. Снеголапка подошла близко к кромке воды, напрягла лапы, припадая к земле, а затем рывком перелетела препятствие, оказавшись на песчаном берегу у подножия островка. Ивушка присела, а потом лёгким движением отпрыгнула от земли, взмывая в воздух. Прыжок был слишком коротким, поэтому задними лапами ученица приземлилась в холодную воду. Быстро отпрыгнув, Ивушка отряхнулась, и они пошли дальше, изучая остров на наличие целебных растений. Ученицы внимательно всматривались и принюхивались. В нос Снеголапки ударил лёгкий, нежный и приятный аромат. Она облизнулась, узнав запах кошачьей мяты. Белая внюхалась в участок земли и побрела в сторону, где аромат был сильнее. Быстро придя к зарослям кустарников, она остановилась у ствола молодой ивы. Поведя носом по высокой траве, кошечка уткнулась в заросли зелёных зубчатых листочков. Через несколько мгновений она радостно мяукнула, выходя из зарослей кустов с охапкой зелёных сладкопахнущих листочков. Ивушка повернула голову и улыбнулась, заметив лекарство в пасти янтароглазой. — Кошачья мята! Чудесно! — воскликнула она, оживлённо взмахнув хвостом и дёрнув плечами. В следующие мгновения она скрылась за папоротниками. Снеголапка сглотнула слюни, удерживаясь от желания проглотить листочки мяты. Листья закачались, и из них показалась серая ученица целительницы. Белая кошка увидела жёлтые цветочки круглой формы и листья, тоже желтоватого цвета, зажатые в зубах кошки. — Пижма. — А-а-а, понятно, — кивнула Снеголапка. Прошло много времени, солнце поднялось в высь неба на наивысшую точку. Был полдень. Снеголапка и Ивушка подходили к лагерю, загруженные травами. Они нашли много разных растений, а Снеголапка поймала две мышки в подлеске. Она закопала их там, Ивушка должна была потом вернуться за ними. Кошки вошли в лагерь, юркнув в песчаную пещерку. Мотылинка лежала у входа рядом с Дуболапом, который взрыл когтями землю под собой. Стиснув зубы, Дуболап пытался не закричать от боли, когда целительница рывком вытащила колючку из его бока. Мотылинка выплюнула колючку на лист берёзы, лежащий у неё под боком, а оруженосец крикнул во всё горло. Кошки прижали уши, когда громкий вой разрезал воздух. — Тише ты, — прошипела Мотылинка. — Спасибо тебе, — мяукнул бурый оруженосец и поспешил выбраться из палатки. Целительница покачала головой, а потом радостно улыбнулась. Заметив учениц, вернувшихся с травами, она махнула хвостом в сторону ямок. Ученица целительницы подошла ближе и уложила свои травы в разные ямки. Снеголапка положила травы и мышь у лап Ивушки, а затем выбралась из пещеры. Солнце светило в небе, но его тепло было слабым. Иногда пушистые облака загораживали его собой, отчего кошка ёжилась. Фыркнув, она выбежала из лагеря и направилась к озеру, где должна была встретиться с Бураном. Она бежала меж камышей, ветер легонько играл её загривком. Перескочив очередной ручей, она вышла из зарослей кустарников прямиком к песчаному берегу. Буран уже был там, он сидел, помахивая хвостом. Наставник обернулся на шум в кустах, но сразу заурчал, подойдя к Снеголапке. — Наконец-то ты пришла, — начал он. — Думаю, правила о том, как вести себя в воде напоминать не надо? Ученица, обиженно фыркнув, развернула голову. Она устремила свой взгляд вдаль, а за спиной раздался тихий смех. — Хорошо, сегодня хорошенько заставлю тебя поплавать, — Буран коснулся хвостом плеча ученицы, и та повернулась к нему. Наставник прошествовал к воде, дотронувшись до края лапой. Быстро её отряхнув, он поманил её хвостом, а сам уже зашёл по горло в воду. Ученица дошла до наставника. Проделав некоторое расстояние плаванием — небольшой участок был ямой, которую ей пришлось проплыть, прежде чем упереться лапами в ил, она встала рядом с белым воином. До первых сумерек они плавали. Сначала Буран велел разогреться, потом попрактиковали задержку дыхания. Дальше шли несколько боевых приёмов в воде. Начало холодать, а небо покрылось тучами, светлячки зажглись, летая над озером. Один из них залетел в ухо ученицы, та дёрнула им и завертела головой, прогоняя непрошеного гостя. Как только он вылетел, на нос Снеголапке приземлился новый светлячок. Он любопытно смотрел на неё. Белая кошечка фыркнула, сдувая насекомое в сторону. Она нахмурилась, но задрала голову вверх, делая гордый вид. Буран усмехнулся, а потом они вылезли на берег. Отряхнув с шерсти всю воду, они направились в сторону лагеря. Буран шёл впереди, раздвигая заросли травы. Кошка рассматривала красоту ночи: светлячки, осветившие поляну, красивое небо, хоть оно и было подёрнуто черными тучами, тонкие стволы деревьев, слившиеся с сумерками, колыхание папоротников, травы, камышей. Наконец они зашли в туннель из камышей. Прошмыгнув вперёд, она немного позлилась на то, что не может обогнать наставника. В итоге, появившись на островке лагеря, кошка почувствовала удовлетворение и спокойствие. Она заурчала. Как вдруг лапы запульсировали, готовые не удержать её. Усталость пробралась в разум ученицы, и та зевнула и отправилась в направление своей палатки. Она плюхнулась на подстилку, закрыв глаза. Ей было всё равно, здесь или не здесь были оруженосцы, она просто хотела спать. «Скоро я стану воительницей! Моё обучение подходит к концу! А дальше всё будет замечательно!»