Цыпочка

Оливер, как ему самому показалось, проснулся довольно рано. Во всяком случае, будильные чары еще не звенели, и Маркус спал, крепко сжимая его в своих объятиях. Оливер боялся даже пошевелиться, чтобы не разбудить его, и просто разглядывал его расслабленное сейчас лицо. Он мог бы лежать так долго, но вдруг в "клетке", все еще накрытой курткой, раздалось шебуршание: Минни проснулась и заверещала, требуя внимания. Маркус тут же беспокойно нахмурился, очевидно, просыпаясь. — Блять, цыпленок, чего ты пищишь-то? Дай поспать, — сонно пробурчал он, недовольно заерзав на кровати. Свинья уже истерически визжала и, казалось, в прямом смысле слова кидалась на прутья, стараясь перевернуть свое жилище. — Неужели мой голос так похож на этот чудовищный писк? — чуть обиженно протянул Оливер. — Это Минни бесится! — он кивком головы указал в сторону клетки, не отводя глаз от Маркуса, стараясь запомнить во всех подробностях его неспешное пробуждение. Маркус застонал в подушку и приоткрыл один глаз. — Так это бестолочь мохнатая орет? Твою же мать, — он широко зевнул и потер глаза. — Ты такой милый с утра, — вдруг сказал Оливер с явной иронией и затаенной нежностью. — Милый? — Маркус замер, сонно моргая. — Сейчас как оттрахаю с особой жестокостью, чтобы всякую чепуху не молол. Только вот встану, — он потянулся и дернул Оливера на себя, чтобы поцеловать, а потом потерся щетиной об его подбородок. Оливер притворно-недовольно забурчал, пытаясь вывернуться из объятий, но вскоре устроился поудобнее, отвечая на поцелуй. Но свинья снова отчаянно заверещала, и клетка опасно затряслась. Куртка сползла, открывая миру разъяренную пеструю бестию. — Блять! Да чего тебе нужно, чудовище?! — Маркус приподнялся на локтях и смерил Минни фирменным суровым взглядом из серии "грозный капитан Маркус Флинт сейчас будет иметь ментально всех и вся за отвратительную игру". Однако свинью это, похоже, не особо впечатлило. Она воинственно заверещала в ответ, рождая у Маркуса желание пнуть ее хорошенько под мохнатый зад. — Марк, я смотрю, ты нашел себе достойного соперника, — Оливер заржал, а Маркус смерил его таким же взглядом, каким только что гипнотизировал Минни, однако и Вуд на это только хмыкнул. — Извини, но меня уже тоже не впечатляет, — соврал он и тут же оказался прижат к кровати сильным телом. — Не впечатляет, значит? — опасно начал Флинт. — Шучу-шучу, я просто трепещу от страха, — лукаво прищурившись, снова поддел его Оливер и довольно застонал, когда тот впился в его губы грубым и жадным поцелуем. Однако Минни затарахтела клеткой с новой силой, в очередной раз пытаясь привлечь их внимание. Складывалось впечатление, что «экс-апельсин» обладал зачатками разума. — Она, наверное, жрать хочет, — оторвавшись от Маркуса, предположил Оливер. — Только я даже не представляю, что она может есть. — Я тем более, — буркнул Маркус недовольно. — Дай ей уже что-нибудь, чтобы она заткнулась! — Нет, — уверенно мотнул головой Оливер и снова издевательски улыбнулся. — Ты же ее... папочка, — он прыснул, оценив всю гамму эмоций на лице Флинта. — Ты ее создал, вот сам и корми. И побыстрее, пожалуйста, а то у меня от ее визга уши закладывает. — А в жопу тебя не поцеловать?! — искренне возмутился Маркус такой наглости, но у него сейчас было слишком миролюбивое настроение, чтобы воспитывать зарвавшегося Вуда. — Раскомандовался! Но, несмотря на свои слова, он высвободился из объятий Оливера и встал. — Слышь, тупой комок шерсти, я в душе не ебу, что ты жрешь, поэтому будешь то, что дам! — рявкнул он и, подойдя к клетке, поднял свою куртку. Осмотрев ее критически — внутренняя сторона явно была пожевана — Маркус рыкнул, отбросил ее в сторону и, отодвинув ткань, закрывавшую вход в палатку, как был голышом, выскользнул на улицу. Пару минут его не было, а с улицы раздавалось какое-то шуршание и трехэтажные маты. Наконец Маркус, подрагивающий от холода и клацающий зубами, вернулся с пучком влажной от росы травы в руках. Он снова подошел к клетке и стал запихивать траву между прутьями. Минни, дергая своим крошечным носиком, стала обнюхивать предложенный завтрак и вдруг с явным удовольствием цапнула маленькими острыми зубками потерявшего бдительность Маркуса за палец. — Ах ты, сволочь! — он зашипел сквозь зубы и тут же сунул пострадавший палец в рот. — Жри давай, я сказал! Если бы морские свинки могли смотреть скептически, то этот взгляд глаз-пуговок наверняка можно было бы назвать именно таким. Маркус раздраженно передернул плечами и повернулся к ржущему в голос Оливеру. — Вуд, лохматая твоя башка! Хватит ржать и топай сюда. Если уж я папочка, то ты — мамочка! Накорми эту жертву Трансфигурации! — приказал он. — Иначе я ее просто придушу сейчас! Или обратно в апельсин превращу! Словно поняв его последние слова, Минни вдруг резко замолчала, и Маркус удивленно глянул на нее. Животное замерло, и под ним стала медленно расползаться лужа. — Ссышь, когда страшно? То-то же, — удовлетворенно кивнул Маркус. — О, да ты просто гроза всех тварей дрожащих! — Оливер снова громко рассмеялся. — Не пугай животное, изверг! — все еще хихикая, он сполз с кровати и отпихнул Маркуса от клетки за что, правда, тут же получил подзатыльник, впрочем, несильный. Он потер ушибленное место ладонью и беззлобно пояснил: — Ласково надо, — в доказательство своих слов он просунул палец между прутьями и погладил свинку по дергающему носу. Та благодарно пискнула. — Вот, видишь? — Угу, — буркнул Маркус, явно смутившись. — Вот сам с ней тогда и нянчись. "Ты не такой суровый, каким хочешь казаться", — так и хотелось сказать Оливеру, но он сдержался. За такие слова можно было не только подзатыльник словить, но и крепкую зуботычину. — Да, Марк. У нас с тобой только свинья и могла получиться, — улыбнулся он и оглядел комнату в поисках чего-нибудь съестного. Он заметил у ножки стола оставшийся после вчерашнего урока одинокий апельсин. Дотянувшись, Оливер быстро очистил его и дал свинке дольку. Минни заинтересованно дернула головой, принюхалась и, ухватив угощение лапками, вгрызлась в сочную мякоть зубами, громко чавкая. — Прикинь, да? Жрет апельсин! — фыркнул Оливер. — Она не только жуткая привереда, но еще и каннибализмом страдает! Это точно твое творение. — Я что, по-твоему, такой извращенец? — Маркус хмыкнул. — Ну спасибо. — Кто же тебе еще, кроме меня, правду-то скажет? — меланхолично отозвался Оливер, подсовывая Минни одну дольку за другой. Свинья ела, громко фыркая и причмокивая, пока наконец не обнюхала новую порцию равнодушно и не отползла от прутьев, еле волоча набитое брюхо. Маркус буркнул что-то о бестолковых комках шерсти и вдруг подхватил Оливера подмышки, поднимая вверх и подталкивая к кровати. — Я до сих пор уверен, что ты съедаешь на ужин пару-тройку младенцев для пущей брутальности, — уверенно сказал Оливер. — Угу, а на завтрак я предпочитаю наглых неощипанных цыплят, — кивнул Маркус и, наклонившись, укусил Оливера за голое плечо. Он опрокинул его на кровать и навалился сверху. — Ну, так, чем меня кормить будешь? Я тоже жрать хочу. Выбирай, руку или ногу? — спросил Маркус наигранно серьезно. — Жопу! — в тон ему ответил Оливер. — Нет, на нее у меня другие планы, — пообещал Маркус. — Между прочим, сырое мясо плохо усваивается организмом, — предупредил его Оливер. — Серьезно? — Флинт притворно нахмурился. — Ну тогда держись. Сейчас буду тебя жарить! — зарычав, он бросился на Оливера с поцелуями-укусами. Тот в свою очередь хохотал и слабо отбивался. Постепенно эта шуточная возня перешла в полноценные поцелуи и поглаживания. Маркус перевернулся на спину, увлекая Оливера за собой и укладывая его на себя сверху. Оливер нетерпеливо вздрогнул, моментально возбуждаясь от действий Маркуса. От его языка, хозяйничающего в его рту, от его ладоней, поглаживающих бедра. Он немного приподнялся, просовывая руку между их телами, зашипел и влажно прикусил мочку уха Флинта, сжимая оба члена в ладони и порывисто двигая бедрами. Маркус выгнулся, подаваясь навстречу, и застонал сквозь зубы. Положив ладони на ягодицы Оливера, он подтянул его повыше и торопливо толкнулся в его рот пальцами, которые тот тщательно облизал. Поспешно смазав слюной свой член, Маркус приподнял Оливера и приставил головку к входу. И тут Оливер перехватил инициативу, он выпрямился и, обхватив член Маркуса рукой, придерживая его, сам насадился — резко, быстро, сразу до упора. Он тихо охнул и замер, тяжело дыша сквозь зубы. Непривычное положение вдруг заставило Оливера почувствовать себя неуверенно. Оно неожиданно оказалось слишком смущающим, даже после того, что они немереное количество раз занимались сексом. Поэтому он медлил, продолжая смотреть на Маркуса сквозь прикрытые ресницы. Маркус судорожно вздохнул, было видно, что он изо всех сил сдерживал желание поскорее вскинуть бедра и начать двигаться. Но, вероятно, он решил предоставить Оливеру возможность вести, и тот не мог упустить такую возможность. Оливер провел ладонями вниз по груди Маркуса и потянулся за поцелуем, снова почти ложась на него. От этого движения член Маркуса частично выскользнул из него. Вырвавшийся негодующий стон был заглушен поцелуем, но Флинт заскользил руками по его спине вниз, сжимая пальцы на бедрах, и резко неконтролируемо дернулся вверх, явно теряя терпение, но тут же замер, уткнувшись Оливеру в плечо. — Ну давай же, — подстегнул его Маркус. Он терпеливо ждал, сдерживая себя, но его тело под Оливером подрагивало от нетерпения. Казалось, что прошла целая вечность, когда Оливер наконец уперся ему в грудь ладонями и выпрямил спину, приподнимаясь над ним и снова насаживаясь на член. Он еще не смог до конца справиться с волнением и неуверенностью и, откинув голову назад, уставился в потолок, лишь бы не смотреть сейчас Маркусу в глаза. Он продолжал медленно двигаться, наращивая напряжение, и, выработав ритм, наконец рискнул посмотреть на него. Наслаждение — чистое и безграничное — захлестнуло его, сразу срывая в бешеный ритм. Он насаживался на его член все резче и резче, не в силах оторвать взгляда от лица Маркуса. Тот как будто удерживал его взглядом, заставляя концентрироваться на себе. Волна удовольствия прошла по его телу, и Оливер почти рухнул на Маркуса — горячий, тяжелый, содрогающийся от оргазма. В последнюю секунду он успел уткнуться ладонями в постель и откатиться в сторону, всхлипнув, когда обмякший член Маркуса выскользнул из него, а по бедрам потекли теплые капли спермы. Флинт, что—то шепча, тут же уткнулся ему в шею, а Оливер обвил его ногами и закрыл глаза, пытаясь отдышаться. Тут резкий звон будильных чар наполнил уши. Маркус поморщился и в очередной раз удивился предусмотрительности Оливера. Резко подорвавшись с кровати, они стали носиться по комнате, натягивая на себя вещи и поспешно убирая следы своего пребывания в палатке. Маркус, нацепив куртку и еще раз возмутившись по поводу пожеванной внутренней подкладки, подхватил Минни подмышку, и, когда Оливер закончил спешно накладывать проветривающие чары, они вышли.

* * *

Гарри старательно копался в своем сундуке, чуть ли не с головой нырнув в ворох одежды, вышвыривая из его недр все неподходящее, серое и непритязательное, то есть, на его неожиданно проснувшийся взыскательный вкус, почти все. Наконец он остановился на темно-синих джинсах, черной водолазке и зеленом свитере. "Извини, Малфой, но сорочек из тончайшего французского кружева эпохи Ренессанс в нашем плебейском гардеробе нет, — подумал Гарри и замер, уставившись на собственное отражение в зеркале. — Какого хрена я вообще делаю?! Это даже не свидание, а фарс!" Стянув тут же показавшиеся неудобными вещи, Гарри подобрал отброшенную еще в самом начале фланелевую застиранную рубашку и потертые на коленях джинсы. Накинув на плечи куртку, он стремительным шагом вышел из комнаты и спустился вниз, в гостиную. Но уже у портрета Полной Дамы резко развернулся и отправился обратно. Прыгая на одной ноге, просовывая вторую в штанину, он пытался убедить себя, что «хорек» и так найдет к чему придраться, чтобы унизить его, поэтому не стоит давать ему лишний повод, и старательно подавлял робкий голос в голове, что выглядеть убого рядом с Малфоем не хочется. Наконец Гарри спустился в холл, где они договорились встретиться. Малфоя еще не было. Прислонившись спиной к стене, он стал ждать. Гарри не сомневался, что Малфой опоздает, но то, что придется ждать больше четверти часа, заставило его нервничать еще больше. Тот вырулил из-за угла так неспешно и непринужденно, словно и не опаздывал вовсе. Как всегда идеально сидящие строгие брюки, приталенная рубашка — белоснежная, идеально выглаженная, мантия, начищенные туфли — Малфой выглядел так, словно над ним трудилась армия модистов, один из которых не так давно поработал над самим Гарри. Пока он приближался, Гарри пытался определить, что он испытывает: облегчение, что Малфой все-таки пришел и не выставил его безнадежным придурком, или негодование, что уже не отвертеться от этого идиотского свидания. — Поттер, — стандартное приветствие, дежурная ухмылка и снисходительный кивок головой. — Малфой, — раздраженно отозвался Гарри. Одним своим появлением тот пошатнул отвоеванную силой у собственного подсознания уверенность. — Ну это... Пойдем. "Сейчас наверняка последует комментарий, что словарь я одолжил у Хагрида", — с каким-то неожиданным весельем подумал Гарри, за эти годы основательно изучивший Малфоя. — Ну это... Пойдем, — передразнил его Малфой и, резко развернувшись, уверенным шагом пошел к выходу. Гарри, немного замешкавшись, отстал. — Поттер, ты не только косноязычен, как домовой эльф, но и такой же медлительный? — бросил Малфой через плечо. — Идем быстрей, на нас и так таращатся, как на фестралов. Гарри поплелся за Малфоем, не переставая думать, что с ним делать и куда вести. Он и с девушками-то на свидания не ходил толком, а уж с парнем — тем более. Гарри поднял голову и вперился взглядом в прямую спину шагающего впереди Драко. Наверняка тот знал о таких вещах гораздо больше, но так как приглашение прозвучало от самого Гарри, значит, за свидание в ответе он. Правда, стоило отметить, что когда это самое пресловутое приглашение прозвучало, он не задумывался о таких нюансах. Гарри вздохнул и оглянулся по сторонам. Студенты, попадающиеся им по пути, останавливались и перешептывались. Гарри вздернул голову и прибавил шаг, поравнявшись с Малфоем, чтобы не плестись за ним, как комнатная собачка. Они продолжали идти в тишине, держась на почтительном расстоянии, что стало делать труднее, когда они оказались в Хогсмиде. Слишком узкие улочки и слишком много людей заставляли их идти ближе друг к другу, время от времени касаясь то локтем, то кистью — скользяще, но ощутимо и непривычно. Увидев кафе, Гарри резко остановился. — Малфой, может, сюда зайдем? — предложил он. Драко окинул высокомерным взглядом небольшое заведение, но все-таки кивнул. Гарри вздохнул с облегчением и даже чуть повеселел. Он тут же засуетился, подскочил перед ним, открыл дверь, потом вспомнил, что тот все-таки не девушка, и отпустил ее, чуть не заехав тому по носу, чувствуя себя при этом крайне неловко. Малфоя же его метания, кажется, забавляли. Драко критично оглядел зал и, выбрав столик в углу, сел. Он выбрал тактику выжидания. Молча наблюдать за смущением и неловкостью Поттера было приятно и любопытно. Вся ситуация оказалась довольно забавной. Хотелось узнать, что тот предпримет дальше. Поэтому Драко, вежливо улыбнувшись подлетевшей молоденькой официантке, принял из ее рук меню и с преувеличенно заинтересованным видом стал вчитываться в ассортимент, бросая незаметные взгляды на Поттера из-под челки. Гарри потянул стул и буквально свалился на него. Он облегченно вздохнул, мысленно вычеркнув из списка, содержащего примерный план этого свидания, первый пункт "Куда привести этого сноба?". «Сноб» уже изучал меню, игнорируя его самого, и Гарри воспользовался передышкой, чтобы осмотреться. Их появление вызвало небольшой ажиотаж. Гарри поймал очередной направленный на него взгляд и запоздало попытался пригладить волосы, чтобы скрыть шрам. Нахмурившись, он принялся сосредоточенно всматриваться в строчки, пытаясь понять, что скрывается за поэтическими названиями вроде "Малиновый гиппогриф", "Клубничный УПС", "Ванильная мечта аврора" и тому подобное. Честно говоря, это до ужаса напоминало зелья: непонятно, что намешано, неизвестно, как названо и ни за что не догадаться, как подействует. Поэтому, отложив меню, Гарри решил пойти по пути наименьшего сопротивления. — Малфой, — начал он и тут же поправился, решив, что называть друг друга по фамилии на свидании неуместно. — Драко, что ты будешь заказывать? Драко резко поднял голову и пару раз ошарашенно моргнул. Похоже, суть вопроса почти ускользнула от него, но, в считанные секунды взяв себя в руки, он догадался, чего от него хочет Поттер. — Я буду просто зеленый чай, — он пожал плечами и, отложив меню, огляделся. Складывалось впечатление, что посетители кафе ни много ни мало выиграли в лотерею — с такими счастливыми улыбками они пялились на них. — Поттер, из-за тебя во мне сейчас дырку прожгут. Так что готовь галлеоны, после кафе мы, вероятно, пойдем покупать мне новую мантию. "А тебе придется покупать мне новый свитер, потому что меня определенно тошнит от тебя", — мысленно огрызнулся Гарри, но скорее по привычке, чем считая так на самом деле. Но он не совсем покривил душой: его и правда мутило от волнения рядом с Драко, который вел себя непривычно приемлемо, и мучило постоянное ожидание колкости или какой-либо подлости. Пауза затянулась, грозя перерасти в напряженное молчание, и Гарри с опозданием выпалил: — Они, скорее всего, на тебя пялятся, Малфой, — Драко вопросительно приподнял бровь, но отвечать, к счастью, Гарри не пришлось. Именно в этот момент вернулась официантка, чтобы принять заказ. Так и не определившись с выбором, Гарри просто ткнул пальцем наугад. — Вы будете "Банановую загадку Сфинкса"? — уточнила она. Гарри кивнул, с затаенным страхом предполагая, на что эта самая «загадка» будет похожа. Через пару минут официантка уже отлевитировала с подноса на стол перед ними зеленый чай и нечто кислотно-желтого цвета с огромной шапкой сливок. Гарри вздохнул и протянул руку, чтобы подвинуть заказ ближе к себе, и чуть не опрокинул его. Часть напитка выплеснулась на стол, а он тут же вскочил, размахивая руками, и опрокинул висящий в воздухе поднос. Раздался оглушительный грохот, официантка тут же принялась все убирать. Гарри бросился ей помогать, но девушка остановила его и ободряюще улыбнулась, правда, легче ему от этого не стало. Он поднял голову и перевел взгляд на откровенно веселящегося Малфоя. — Похоже, ты успешно провалил план "Привлекать к нам как можно меньше внимания", Гарри, — насмешливо хмыкнул тот, отпив из чашки. Гарри присел на край стула, сложив руки на коленях, чтобы, не дай Мерлин, опять что-нибудь не сбить. — Зато ты никогда в курьезные ситуации не попадаешь. Держу пари, твоя жизнь такая скучная, — усмехнулся он, подшучивая, в первую очередь, над самим собой. — Похоже, чтобы я страдал от этого? — протянул Драко. — Хотя, знаешь, иногда все-таки случается, — вдруг он улыбнулся — открыто, широко, искренне. — Как с тем учебником по Зельям, например. — Кхм, — кашлянул порядком удивленный Гарри и тоже улыбнулся. — Ну это не такой страшный курьез, как полеты с лестницы, например. — О да, тут не поспоришь, — ответил Драко и задумчиво уставился в окно, медленно отпивая из чашки. Тема, едва начавшись, сошла на нет, а о чем говорить с Поттером, он не знал. Гарри поерзал на стуле. Он не знал, что можно сказать, чтобы не показаться в очередной раз полным идиотом, но хотел разрушить неловкое молчание. — А почему ты вдруг согласился на это свидание? — спросил он. Гарри догадывался, что Малфой сразу понял, что его буквально вынудили подойти к нему с этим предложением из-за глупого спора. Правда, только сейчас до Гарри дошло, что его самого идти на свидание никто не заставлял. По условиям пари нужно было только пригласить. — Ты был так убедителен и красноречив, что я не смог отказать, — Драко обезоруживающе улыбнулся, но тут же посерьезнел и прямо ответил: — Я понял, что это спор. Решил не лишать себя удовольствия посмотреть на твое удивленное и раздосадованное лицо. Что может быть ужаснее общества Малфоя, правда? — это был даже не вопрос, а констатация факта. Драко был убежден, что Поттер считает именно так. Он снова улыбнулся и отвел взгляд, с преувеличенным интересом разглядывая интерьер кафе. Совершенно безвкусный, на его взгляд. — Ну... Ты не так уж плох, — попытался Гарри сделать комплимент. — То есть спасибо, что не пытаешься прокомментировать каждый мой промах. Он вздохнул и уткнулся взглядом в столешницу. Его не покидало ощущение, что он говорит что-то "не то". Он никогда не обладал особым красноречием, однако, например, при общении с друзьями таких проблем у него не возникало. Вот только представить на месте Драко того же Рона было просто невозможно. И все же стоило отдать Малфою должное, он не усугублял ситуацию. — Не так уж плох? Уж не знаю, порадоваться или оскорбиться? — фыркнул Драко. — Комплименты получаются у тебя лучше всего, Гарри, — протянул он насмешливо, наблюдая, как Поттер в очередной раз мучительно краснеет. — Я исправился? Драко вытащил из подставки салфетку и стал медленно складывать ее, бросая слова небрежно, как бы между делом: — На самом деле, твои, как ты сказал, промахи выглядят не как промахи вовсе. Скорее, это воспринимается как данность. Мол, "это же Гарри Поттер". В общем, я не ждал первоклассного свидания. И знаешь, мне это даже нравится. Такие свидания раздражают своей однотипностью. Скучно. А ты оригинален, Гарри, — он помолчал, наслаждаясь ошарашенным видом Поттера. — И да, это был комплимент. Драко посадил готового бумажного лебедя на шапку из сливок, которая возвышалась в бокале Гарри, и отвернулся, выискивая взглядом официантку в толпе. — Эмм, — Гарри протянул руку и, сняв лебедя с бокала, покрутил его в пальцах, рассматривая. — Странно так... Мне первый раз делают комплимент за то, что я такой несуразный, неуклюжий и невоспитанный. Но слова Малфоя и правда дали ему возможность немного расслабиться. Тогда Гарри попытался снова наладить разговор. — А ты бы хотел пойти куда-нибудь в другое место? Может, покажешь мне, что такое первоклассное свидание? — поделку из бумаги он убрал в карман. Официантка подошла, и Драко о чем-то тихо переговорил с ней, затем снова повернулся к Гарри. — Ммм... Может быть, в другой раз, — задумчиво протянул он, запустил руку во внутренний карман мантии и положил на стол пару галлеонов, что было куда больше суммы, необходимой для оплаты его заказа. Драко несколько долгих секунд смотрел прямо в глаза Гарри, вдруг наклонился и быстро, почти мимолетно, прикоснулся губами к его губам. Резко встал и быстрым шагом вышел из кафе. Когда Малфой ушел, Гарри почувствовал что-то вроде разочарования. Он пытался понять, почему, черт возьми, не чувствует облегчения, да и этот мимолетный поцелуй за одно мгновение пошатнул всю картину его мира. Малфой его поцеловал. Гарри даже не развернулся, чтобы посмотреть ему вслед. Он продолжал сидеть там еще некоторое время, то и дело поднося руку к губам и касаясь их кончиками пальцев.

* * *

Уже следующим утром в Большом зале Гарри не спускал взгляда с дверей, ожидая, пока Малфой появится. Сам он пытался завтракать и лениво отмахивался от расспросов друзей по поводу прошедшего свидания. Может быть, когда-нибудь потом он им и расскажет, но сейчас его занимало совсем другое: зачем Малфой поцеловал его. Он мог бы подумать, что это очередная шутка, если бы сейчас над слизеринским столом завели бы очередную издевательскую песню про героя-неудачника, но насмешек не было, а значит, Малфой не преследовал цели выставить его в дурном свете. Когда тот наконец появился в зале, Гарри сразу это заметил, но пресловутой гриффиндорской храбрости явно не хватало, чтобы пересечь разделяющее их расстояние и задать вопрос, мучивший его. Пока Гарри прикидывал, как именно подойти к Малфою, тот быстро закончил с завтраком, почти ни к чему не притронувшись, и направился к выходу. И тут Гарри сорвался с места. Схватив сумку, он соскочил со скамьи и понесся за ним. — Малфой! — окликнул он его, оказавшись за дверью и переходя на шаг. Драко же вел мысленный отсчет. Один, два..."Малфой!". Драко мысленно засчитал себе с несколько десятков баллов. Он нарочито медленно обернулся и сделал крайне удивленный вид. — Поттер? — Малфой, — повторил Гарри вновь, подходя ближе и перекидывая сумку через плечо. — Я тут узнать хотел, — он замялся, думая, как спросить, и покосился на проходящих мимо студентов. Подумав всего секунду, он схватил Драко за запястье и затащил за угол, чтобы никто не мог их увидеть. — Ты зачем меня поцеловал? — все-таки спросил он шепотом. Драко выдернул руку из цепких пальцев и, недовольно зыркнув на Гарри, потер запястье. — Захотел и поцеловал. Тебе нужна какая-то особая причина? Так ее нет. Люди целуются, Поттер. Такое бывает, — насмешливо сказал он. — Вот так просто, да? Захотел и сделал? — почти прошипел Гарри. Его разозлил, прежде всего, не сам факт поцелуя, а то, что он сам придал этому слишком много значения: думал всю ночь, не мог заснуть и сейчас чувствовал себя разбитым. — Значит, и я просто! — Гарри вцепился ладонями в предплечья Драко, резко дернул его на себя и прижался губами к его губам в неуклюжем, почти болезненном поцелуе. Драко даже вздохнуть не успел, как в его губы впились чужие — горячие, сухие, сильные. Невольно он подался навстречу поцелую, приоткрывая рот, толкнулся языком в ответ. Гарри вздрогнул, видимо, не ожидая такой реакции, но не отстранился. Ладони Поттера на плечах были обжигающе-горячими. Вообще от самого Поттера, оказавшегося сейчас так близко, палило жаром. Драко прильнул ближе, накрывая руки Гарри сверху, медленно заскользил вверх, огладил плечи, начал спускаться вниз, пока не дошел до талии, притягивая его к себе вплотную. Между тем он продолжал поцелуй, мягко и ненавязчиво перехватывая инициативу. Вот его язык уже скользнул внутрь, огладил ровные зубы, коснулся чужого языка, подразнил, двинулся назад, увлекая за собой. Когда Драко подался навстречу, у Гарри из головы вылетело, зачем он вообще это сделал. Чужие губы были такими нежными и твердыми одновременно, а сам поцелуй стремительно становился все более чувственным. Гарри поднял руку, чтобы запустить пальцы в его волосы, растрепать их. От такой отзывчивости Гарри, от ярких ощущений, которые дарил этот поцелуй, Драко повело. Дыхание сбилось, ему стало казаться, что он сейчас просто задохнется от затопивших сознание эмоций. Драко отстранился, ощущая легкое головокружение, замутненным взглядом посмотрел Гарри в глаза и, увидев там самый настоящий ужас, разжал руки, выпуская Поттера из объятий. Тот буквально отпрыгнул от него, в панике таращась своими невозможными глазищами. Драко скривил губы в ухмылке и вопросительно поднял бровь, мол, ну и чего уставился. Гарри мотнул головой и сорвался с места. Секунда, и он уже скрылся за поворотом, по пути не забыв сбить рыцарские доспехи, которые сейчас со звоном рассыпались по полу. "Трусишка ты, Потти", — с сожалением подумал Драко и тоже поспешил скрыться, пока достопочтенный мистер Филч не наведался в этот коридор.