Цыпочка

— Бабушка, все говорят, что я лошара! — Ну какой же ты лошара? Пиджачок в брючки, брючки в носочки, на носочки сандалики! Красавчик! (с)

Маркус топтался у входа в слизеринскую гостиную, свирепея с каждой секундой все больше. Туда-сюда сновали сокурсники, в комнате было шумно и людно — слизеринцы активно готовились к вечеринке. Поэтому на самого виновника торжества поглядывали недоуменно. — Эй, Марк, ты куда собрался? — спросил Пьюси, хлопнув его по плечу. — Сваливаю, —­ отстранено отозвался Маркус, в очередной раз выглядывая из прохода. Увидев приближающегося Вуда, он выскочил наружу, игнорируя негодующий возглас Эдриана. — Ну, наконец-то! — возмущенно встретил он Оливера, но выслушав рассказ про капризную Минни, про Поттера, который где-то шлялся, хотя обязан был находиться в спальне и читать полезные книги, которые ему сам Оливер и всучил, наконец, про то, что Минни осталась как раз-таки у Поттера на попечении, Маркус немного успокоился и, подозрительно прищурившись, протянул: — Я надеюсь, с ней будет все в порядке. Этот ваш Поттер не может и дня прожить, чтобы куда-нибудь не влипнуть. Себя покалечит — пофиг, а вот за Минни порву нахуй, — Оливер на это только фыркнул и явно хотел было что-то сказать в защиту своего ловца, но тут Маркус наконец обратил внимание на его одежду. — Что это?! — выпалил он, рассматривая Оливера с ног до головы. — Блять, Вудди, ты как девственник на первом свидании, — он ткнул пальцем в маленький кармашек на рубашке и разразился громким смехом. — Отвали, — буркнул Оливер, тут же заливаясь краской стыда. Он хотел сказать еще что-то гневное и пылкое, но Маркус ухватил его за воротник рубашки и, потянув на себя, куснул за нижнюю губу. — Не бурчи. Ты в любых тряпках хорош. А еще лучше — совсем без них, но мы идем в такое место, — Маркус замялся и снова критично осмотрел его. — У меня идея. Идем. Я дам тебе что-нибудь более подходящее, — он ухватил Вуда за рукав и потянул за собой. — С ума сошел! Я не пойду туда! — громко зашипел Оливер, дернувшись в сторону. — Приличная рубашка. И брюки. Все гармонирует, не слишком аляповато, никаких стразов или, не дай-то Мерлин, перьев! И вообще, что может быть не так с классикой? — затараторил он, упираясь ногами и не позволяя Флинту тащить его за собой. — Да стой ты! — Тихо, не дергайся, — шикнул Маркус, все-таки затаскивая его внутрь. Едва они переступили порог, в гостиной повисла тишина. Несколько десятков пар глаз недоуменно уставились на них. Оливер застыл за спиной у Флинта, нервно сглатывая и недовольно хмуря брови. Тот же долго здесь задерживаться не стал, а снова потянул Вуда за собой, казалось, даже не обратив внимания на вытянувшиеся лица слизеринцев. Оливер с трудом подавил ребяческое желание показать им всем язык. Уставились, блин. Как будто он сам рад оказаться здесь. Маркус втянул его в одну из спален и бросил через плечо: — Раздевайся! — А друзья твои не войдут? — ехидно отозвался Оливер, но все-таки стянул с себя рубашку, ежась под оценивающим, прикидывающим взглядом. — Напомни мне, мы все еще собираемся куда-то или часть со свиданием решили упустить? — Сейчас-сейчас, — Маркус кинулся к шкафу, распахнул его и стал рыться в одежде, выкидывая одну вещь за другой через плечо. Наконец он извлек из недр шкафа нечто голубое и потертое, оказавшееся джинсами, и кинул не глядя в Оливера — тот, не глядя, поймал. Охотник и вратарь, мать вашу. Следом полетела белая майка и кожаная черная «косуха» с бесконечным числом заклепок. — Все. Переодевайся, — Маркус упал спиной на кровать и заложил руки за голову. Оливер все еще немного обиженно стянул штаны и нацепил на себя джинсы. Когда он потянулся за майкой, ткань съехала с его бедер и неаккуратной кучкой собралась у ног. Возмущенно сопя, Оливер дернул штаны вверх и так и застыл, придерживая джинсы на месте и воинственно глядя на Маркуса. — Так лучше, да? — с вызовом поинтересовался он. Маркус рассмеялся и, поднявшись с кровати, подошел к Оливеру. Он подхватил спадающие с того джинсы, не забыв облапить задницу, и, отстранившись, достал из кармана палочку. Прочистив горло, Маркус взмахнул ей, произнося уменьшающее заклинание. Джинсы мгновенно стали впору, аппетитно обтягивая ноги Оливера. Пожалуй, даже слишком обтягивая. — Я немного перестарался. Но тебе идет. Блять... Буду цербером вокруг ходить, чтобы никто не позарился. Надеюсь, и ты задницей крутить не начнешь, — хмыкнул он и снова по-хозяйски шлепнул Оливера. Тот возмущенно пискнул и гневно зыркнул на него. — Да-да, ты не девчонка. Знаю, — Маркус поднял куртку с пола и поочередно засунул обе руки Вуда в рукава. Оливер тяжело вздохнул, покачал головой, но промолчал. — Вот. Так-то лучше, — закончив, Маркус отошел на шаг и с удовольствием оглядел Оливера. Тот же только сейчас обратил внимания на внешний вид самого Флинта. Учитывая его вызывающе сексуальную одежду, он действительно в своем приличном «наряде» выглядел фриком. — Я знаю, чего и тебе в твоем супер-крутом «прикиде» не хватает, — протянул Оливер, подняв с пола неаккуратно брошенные брюки, и запустил руку в карман, вытаскивая подарок. Он сделал шаг к Маркусу и протянул руку ладонью вверх, на которой лежала цепочка с подвеской. — С днем рождения, Маркус, — бросил он небрежно и немного нервно улыбнулся. — Подарок? Мне? — Флинт потрясенно уставился на подарок. Он неуверенно дотронулся до импровизированного квоффла и восхищенно выдохнул: — Охуеть. Оливер фыркнул и чуть смущенно придвинул ладонь к нему еще ближе. — Бери уже, — буркнул он. Маркус подхватил цепочку пальцами и, поднеся к глазам, стал рассматривать. — Вот это да, — он снова перевел взгляд на Вуда и вдруг резко подался вперед, с силой сжимая его в объятьях. — Спасибо, цыпленок. Не стоило. Отстранившись, он попробовал сам одеть украшение, но пальцы, непривыкшие к манипулированию такими хрупкими вещами, не слушались. Оливер заулыбался еще шире, наблюдая за его стараниями, но вскоре решил помочь и перехватил руки Маркуса за запястья. — Давай я, — чувствуя себя неловко, предложил он, нащупывая замочек цепочки. Маркус коротко кивнул, чуть напряженно всматриваясь в лицо Оливера, который отводил взгляд. Как только Вуд справился с застежкой, замок слился со звеньями. — Нравится? — Оливер замер, разглядывая маленький квоффл на груди Флинта. — Спрашиваешь, — хмыкнул Маркус и, протянув руку, растрепал и без того лохматую вудовскую челку. — Ну что, погнали? Только шмотки твои закину в шкаф, — он наклонился, чтобы собрать одежду. Пока Маркус возился с вещами, Оливер использовал это время, чтобы осмотреться. Здесь было, на его взгляд, слишком чисто и обезличенно — не сразу можно было понять, кому какая кровать принадлежит. Но вот он заметил носы тяжелых выглядывающих из-под кровати ботинок, банку полироли на прикроватной тумбочке и перчатки из грубой кожи. Бросив мимолетный взгляд на Флинта, Оливер подошел ближе к его кровати. Сомнений не было — носа коснулся едва уловимый запах его одеколона. Рассеянно скользнув пальцами по пологу, он заглянул внутрь и тут же увидел распотрошенный подарочный сверток. Любопытства ему было не занимать, поэтому Оливер цапнул сверток и развернул, не спрашивая разрешения. Какие у Флинта могут быть от него секреты? Он ухмыльнулся, разглядывая фотографию, но тут заметил исписанный пергамент, приложенный к снимку. В голове сразу всплыло воспоминание, как Алисия высмеивала Гранс, строчащую открытку Флинту. Кажется, это и была та самая открытка. Взгляд скользнул по строчкам. Несмотря на распространенное мнение об Оливере, что он не замечает ничего вокруг, если это не касается квиддича, он все же был не слепым и замечал некоторые вещи, например, излишнюю заинтересованность в нем Спиннет. Однако он просто избегал очередного выяснения отношений, поэтому просто делал вид, что настолько не проницателен. Вот и сейчас Оливер сразу понял, что значило это письмо. Как бы Гранс ни пыталась изображать из себя хорошую подругу, этого ей было явно недостаточно. Это было ожидаемо, но на удивление неприятно. Маркус громко хлопнул дверцей шкафа, и Оливер, поспешно запихнув послание в сверток, бросил его обратно на кровать. К Флинту он повернулся, натянув улыбку. — Готов? Маркус кивнул и направился к двери. Оливер тут же последовал за ним. Слизеринцы снова провожали их взглядами, но, что было странно, никто из них не бросил в адрес Оливера ожидаемой колкости или оскорбления. Такая кротость, если это можно так назвать, удивляла его. С чего бы это слизням реагировать на него так сдержанно? Через весь замок к Главному входу они шли молча. За воротами Маркус дернул Оливера к себе и утянул их обоих в аппарационный поток. Их ждали шум и огни вечернего Лондона. * * * Гарри с Минни, зажатой подмышкой, нервно вышагивал по холлу, ожидая Малфоя. Тот не опаздывал, нет. Просто сам Гарри явился раньше положенного времени, не в силах усидеть на месте. Он нервно отряхнул брюки, так как ему все время казалось, что он выглядит слишком небрежно, и в очередной раз поправил красную ленточку на шее Минни — ему хотелось, чтобы та тоже выглядела празднично и нарядно, то есть соответствующе свиданию с Малфоем. Ему уже начало казаться, что Драко обманул его, когда послышались легкие шаги, и тот вышел в холл — минута в минуту. Гарри застыл, разглядывая его во все глаза, словно видел впервые. Малфой остановился, позволяя ему себя рассматривать, и едва заметно улыбнулся — он осознавал, что, как всегда, безупречен, а Гарри чувствовал себя все более неуютно, внезапно особенно остро ощутив отличие между ними и пытаясь понять, как он сам выглядит в глазах Драко. — Поттер, — Малфой недоуменно посмотрел на Минни и протянул: — Я смотрю, ты не с пустыми руками. Это мне? — он усмехнулся. — Нет, — Гарри опустил голову, глядя на уютно устроившееся в его руках животное, и по дурацкой привычке снова поправил несуществующие очки. — Но она пойдет с нами. Минни, познакомься, это Малфой. Малфой, это... — Кажется, мы знакомы, — хмыкнул Драко, сразу узнав в свинке питомца Флинта. Но говорить об этом вслух не считал нужным. Достаточно того, что они оба отлично все понимали. — В любом случае она нам не помешает, — он достал из кармана серебряную ложечку и протянул одной стороной Поттеру. — Портключ, — небрежно бросил Драко. — Через пару секунд сработает. Гарри послушно ухватился за ложечку и почувствовал неприятный рывок в районе пупка. С трудом удержавшись на ногах, он потрясенно распахнул глаза, осматриваясь вокруг. Несмотря на то, что к Хогвартсу уже подбиралась зима, здесь вовсю царило лето. Яркая сочная зеленая трава, голубое безоблачное небо, шум воды неподалеку, щебет птиц — все это после пасмурного ноябрьского неба восхитило и тут же заставило забыть обо всем на свете. — Ух ты! — воскликнул Гарри, оглядываясь и поворачиваясь вокруг своей оси. Драко готовился к этому свиданию как никогда тщательно, продумывая все до мелочей. Он рано проснулся для того, чтобы успеть исполнить свою задумку. Идея провести выходной на природе пришла спонтанно, наверное, сам Драко истосковался по свежему воздуху и солнцу. Почему-то он был уверен, что и Гарри эта идея придется по вкусу. Организовать на опушке Запретного леса небольшой магический купол не составило для Драко труда, наведение чар иллюзии тоже. Солнце грело по-настоящему, трава получилась по-летнему хрусткой и ароматной, небо ясным и нежно-голубым, даже птичьи трели вышли как-то сами собой. Наверняка во всем этом было виновато нетерпеливое предвкушение увидеть удивление на лице Гарри и характерное для Драко стремление сделать все идеально. Последним штрихом стали заготовленные заранее плед и корзинка со всякими вкусностями для пикника. Драко не смог сдержать довольной ухмылки, когда Гарри стал восхищенно озираться по сторонам. Значит, сюрприз удался. — Нравится? — спросил Драко. Поттер закивал с энтузиазмом и, плюхнувшись на плед, выпустил Минни из рук. Та стала носиться по покрывалу, радостно попискивая. Гарри и Драко рассмеялись, наблюдая за ней, и одновременно потянулись к свинке, чтобы погладить ее. Их руки случайно встретились на полпути. Гарри смущенно одернул свою руку. Повисло неловкое молчание, которое Драко поспешил нарушить: — А почему у нее красная ленточка? Должна быть зеленая, — он быстро достал палочку и, пока Поттер не успел ничего возразить, перекрасил ее заклинанием. — Вот теперь другое дело, — сказал Драко задиристо, но тон его голоса был миролюбивым. Все-таки у них с Гарри всегда была эта своеобразная манера общения — обмен пикировками. Это было правильно и привычно, а вот то, что хотелось немедленно поцеловать Поттера — было неправильно. Гарри фыркнул и, быстро достав палочку, тоже произнес заклинание и вернул ленточке красный цвет. Минни остановилась лишь на мгновение, чтобы окинуть парочку негодующим взглядом — похоже, она не очень любила вспышки заклинаний над собой, и уж точно не понимала, какая, к мерлиновым свиньям, разница, какого цвета будет свинячья же ленточка. В ушах все еще стоял смех Драко, а ладонь горела от нечаянного прикосновения. Вся эта ситуация была одновременно и конфузной, и волнительной, потому что Гарри был не уверен, как следует вести себя, чтобы в очередной раз не ударить в грязь лицом. Свинка наконец-то набегалась и стала заинтересованно обнюхивать корзинку с едой, невинными глазами поглядывая на Драко. Тот снова расплылся в улыбке и откинул крышку. — Я не знал, что ты любишь, поэтому тут всего понемногу, — протянул он, выкладывая из корзины сандвичи с разнообразной начинкой — с ветчиной, беконом, сыром, тунцом, фрукты и бутылку вина. — Ох! — Гарри почесал затылок и тоже потянулся к корзинке, помогая выкладывать провизию на импровизированную скатерть. Драко действительно учел все. Чудесное место, плед, еда. Желудок довольно заурчал, словно выражая Малфою свою благодарность, и Гарри смущенно потер его ладонью. Пока он отвлекся, Драко в свою очередь с хулиганским видом махнул из-за спины палочкой. Минни метнулась под ладонь Гарри, пытаясь успеть к раздаче, и он недоуменно оглядел ее. На свинке снова кокетливо красовался зеленый бантик. Гарри снова шепнул заклинание, но на этот раз что-то пошло не так. Может, бывший апельсин какие-то флюиды магические выпустил, когда понял, что от него так просто не отстанут? Ленточка оказалась символично окрашенной в красно-зеленый. Гарри немного рассеянно отломил кусочек сандвича и протянул его Минни, которая, конечно же, от угощения отказываться не стала. Он улыбнулся, поднял голову и тут же словил взгляд Драко, который, оказывается, все это время наблюдал за ним. Гарри неуверенно искривил губы в очередной, на этот раз нервозной, улыбке и кашлянул, прикрыв рот ладонью, чтобы прервать эти переглядывания. Драко казался чуть отчужденным, и Гарри сейчас не верилось, что не так давно он его целовал. Сейчас он не рискнул бы и прикоснуться к нему. Но, стоило ему только об этом подумать, как его мысли приняли неправильное направление. Вспомнив о том поцелуе, Гарри не смог отделаться от мыслей о том, как отреагировал бы Драко, если бы он решился повторить это. Взгляд его снова и снова возвращался к губам Малфоя, и он даже чуть подавался вперед, словно собирался вот-вот поцеловать его, но неизменно смущался своего порыва. Должен был быть какой-то особенный момент, как думал он, когда поцелуй станет неизбежным. Драко же, казалось, был абсолютно расслаблен: он открыл вино и разлил его по кубкам. — Держи, -— он протянул один бокал Гарри и отсалютовал своим. — Это бургундское вино "Романи-Конти" 1934 года разлива. Его отличает тонкий, чувственный аромат. Гарри послушно принюхался, но ничего особенного не заметил, однако кивнул, чтобы не выглядеть в глазах Драко совсем уж безнадежным. Все было слишком неловко: его незнание таких, наверняка, с точки зрения Драко, элементарных вещей, неумение поддерживать ничего не значащие разговоры или ненавязчиво отвесить витиеватый комплимент, — Малфой точно уже слышал немало в свой адрес, а потому ему было с чем сравнивать, — даже отсутствие вышколенных манер. Раньше Гарри был уверен, что достаточно есть, закрыв рот, и не хватать еду с тарелок руками, за что, например, Рон постоянно получал осуждающие взгляды Гермионы. Рядом с Малфоем таких знаний этикета было явно недостаточно, а потому Гарри вел себя все более скованно, а чувствовал все более неуверенно. — Гарри, — неожиданно прервал его мысли Драко. Гарри поднял вновь опущенную голову и обнаружил, что тот успел придвинуться к нему и сейчас внимательно рассматривал. Очевидно, он что-то понял, потому что вздохнул и коснулся пальцем его лба. — Хватит так напряженно думать. Драко протянул руку и взял у Гарри его бокал, отставив его в сторону, а затем провел кончиками пальцев по линии его подбородка. Тот закрыл глаза, ловя эту неожиданную ласку, и тогда Драко погладил большим пальцем нижнюю губу Гарри, продолжая всматриваться. — Могу я, — начал Драко, но тут же прервался и отрицательно качнул головой. Вместо вопроса, который он собирался задать, раздалось утверждение. — Я собираюсь тебя поцеловать. Гарри вдруг усмехнулся. Это неожиданно напомнило ему о Чарли и их разговоре в его комнате. Мысль эта промелькнула мимолетно и тут же испарилась, потому что Драко наконец невесомо коснулся его губ своими, чтобы через секунду провести языком между ними, раздвигая, проникая внутрь. Его руки обвились вокруг талии Гарри, притягивая к себе вплотную, но уже через несколько минут и этой близости стало казаться мало. Хотелось наконец дотронуться до кожи, и Драко, тяжело дыша от зарождающегося возбуждения, но не прекращая поцелуя, скользнул ладонью с талии на поясницу, пробираясь к границе свитера. Запустив руку под тонкую вязаную ткань, он провел вверх по голой коже, ощущая под пальцами жар, бисеринки пота и тонкие едва ощутимые волоски. Не прекращая целовать Гарри, Драко обрисовывал пальцем позвонки на его пояснице, очерчивал линию пояса брюк, желая пробраться туда, но еще не чувствуя полной уверенности, что Гарри не будет против. Серые глаза были так близко и, казалось, гипнотизировали своей глубиной. За мгновение до прикосновения пальцев, скользнувших под тонкую ткань свитера, Гарри все-таки закрыл глаза и шумно выдохнул. Он потянулся к Драко навстречу, выгибая поясницу под прикосновениями, и, подняв руку, запустил пальцы в мягкие волосы, чуть дернул за пряди, надавил на затылок и жадно поцеловал в ответ, пытаясь перехватить инициативу, проскальзывая языком в рот Драко. Драко задохнулся от неожиданного напора, но позволил Гарри вести, отвечая на пылкие поцелуи, впуская чужой язык, переплетая с ним свой собственный. Голова кружилась от переполняющих эмоций, сердце бешено колотилось в груди, по всему телу расходилось сладкое удушающее возбуждение. Драко стал отклоняться назад, пока не лег спиной на покрывало, увлекая Гарри за собой, позволяя ему навалиться сверху. В бедро уперся возбужденный член, и от этого ощущения в паху заныло. Одних губ уже было катастрофически мало, и Драко, оторвавшись от них, плавно перетек поцелуями на шею Гарри. Мягко прикусывая кожу зубами, он чувствовал чуть солоноватый вкус кожи, тихие вздохи Гарри и его нетерпеливое ерзанье сверху заводили еще больше. Уже обе руки Драко забрались под поттеровский свитер, лаская спину, гладя между лопаток, то поднимаясь вверх, то снова спускаясь вниз на поясницу, мягко надавливая, ненавязчиво принуждая сильнее подаваться вперед. Тут что-то зашуршало почти над ухом, и Драко распахнул глаза, встретив такой же дезориентированный, пьяный от возбуждения взгляд Гарри. Они синхронно повернули головы и уставились на Минни, которая сидела совсем близко на задних лапках, прижимая передние к своей разноцветной груди, и наблюдала за ними. Во всем ее виде было столько комичности, что они громко расхохотались. — Мне кажется, или она действительно очень увлечена тем, что мы делаем? — весело спросил Драко. — Мне кажется, что тебе не кажется, — фыркнул Гарри. — Она явно хочет, чтобы мы продолжили, — многозначительно закончил он. Момент был комично разрушен, и, наверное, сейчас уже было не лучшее время для поцелуев, но тело не слушалось. Гарри снова потянулся к Драко как-то интуитивно, не раздумывая, позволяя себе действовать. Он поцеловал растянутые в улыбке губы. Драко то ли простонал, то ли прошипел что-то, и от этого звука кожа вмиг покрылась мурашками. Гарри застыл на мгновенье и тут же оказался перевернутым на спину, а Малфой сверху смотрел в его широко распахнутые глаза. Гарри все еще опасался что-либо предпринимать. Он позволял Драко вести, чтобы проверить границы дозволенного. Тот наклонил голову, и взгляд Гарри остановился на его шее, соблазнительно и дразняще открытой. Он сжал пальцы на его бедрах, не позволяя отодвинуться, и приподнял голову, чтобы коснуться губами возле мочки уха. Драко вздрогнул, а Гарри воодушевился от его реакции. Он выдохнул — горячий воздух коснулся кожи, — потом провел языком по тому же месту, в то время как его руки уже мяли одежду Драко. И хотя Гарри абсолютно точно не был влюблен в Драко, с ним уже сейчас он был готов пойти дальше, чем рискнул сделать это с Чарли. Вся эта неспешность и непередаваемая на словах чувственность подталкивали его к большему быстрее, чем напор Уизли, потому что сейчас Гарри знал, что в любой момент может перехватить инициативу. Драко приподнялся на руках и, мягко улыбаясь, потерся своим носом о его нос, и от этой незамысловатой ласки Гарри сглотнул и прикрыл глаза, прежде чем потянуться за очередным поцелуем. Он уже знал, каким тот будет — долгим и чувственным, потому что начал представлять его себе еще до того, как их губы соединились. Это было нежное, мягкое прикосновение, но Гарри не успел насладиться этим ощущением сполна, потому что Драко прижался к нему крепче, и скользнул языком ему в рот, и порывисто толкнулся, целуя долго и глубоко. От этого и от поднимающейся по телу ладони на Гарри все больше накатывало возбуждение, и он совсем не собирался прерывать поцелуй первым, поэтому продолжал отвечать, пока Драко не отстранился сам, снова глядя ему в глаза. Губы покалывало от бесконечных поцелуев, но пока не один из них не решался пойти дальше, хотя оба уже хотели этого. Гарри все еще был уверен, что он не влюблен в Драко, но, возможно, он был уже близок к этому. Драко опустил руки вниз и, ухватившись за край свитера, потянул его вверх, заставляя Гарри вытянуть руки и стягивая с него ткань. Он стал изучать руками и губами открывшиеся плечи, грудь, живот, лаская разгоряченную кожу языком. Снова вернувшись к губам, Драко, словно пьяный, стал сцеловывать с них рваное дыхание и тихие стоны, сам начал шептать что-то бессвязное. Собственная рубашка мешала, жгла швами по особо чувствительной сейчас коже, липла к спине, и хотелось поскорее убрать это последнее разделяющее их препятствие, чтобы соприкоснуться голой кожей. Совершенно неконтролируемо Драко стал тереться пахом о бедро Гарри. Тот, словно почувствовав его желание, положил руки на спину Драко, с силой провел по ней ладонью, задрав рубашку, оголив поясницу и скользнув по горячей коже. В ушах шумело, низ живота сводило сладкой судорогой. Гарри боялся, что еще немного — и остатки рассудка покинут его, заставляя полностью отдаться инстинктам. Глубокий откровенный взгляд, тяжелое дыхание, закушенная губа, прикрытые глаза, хаотично скользящие руки, неровное дыхание, пот, выступивший на лбу... Гарри хотелось увидеть и почувствовать еще больше. Он не задумывался сейчас о собственной неопытности, его движения были порывисты, не слишком аккуратны, немного неуклюжи, но так естественны и искренни. Пальцы дрожали, поэтому расстегнуть рубашку получилось не сразу. Гарри наконец потянул ткань с плеч Драко и замер, разглядывая его. Тут Малфой нетерпеливо рыкнул и, упершись ладонями по обе стороны от головы Гарри, оседлал его бедра. Лицо Драко раскраснелось, ко лбу прилипли пряди волос, а глаза сияли. Он слышал свое собственное тяжелое дыхание. Скользнув кончиками пальцев по животу Гарри, он потянулся к застежке на его брюках. Тот не стал его останавливать, но Драко все же решил уточнить. — Можно? — прошептал он и выжидающе посмотрел в его затуманенное страстью лицо, немного нервничая. — Да, — вздохнул тот, слишком поглощенный своими ощущениями, чтобы пытаться остановить происходящее. Когда Драко расстегнул молнию и, потянув брюки вниз, сжал свои пальцы вокруг его члена, Гарри охнул и изогнулся, ненадолго прикрывая глаза, и Драко погладил большим пальцем головку, размазывая выделившуюся смазку. Гарри положил ладонь на его пах и сжал, а когда услышал сдерживаемый стон, его губы расплылись в улыбке. Даже в этом их действия напоминали соперничество. Свободной ладонью он надавил на затылок Драко, заставляя того склониться ниже, пока их щеки не соприкоснулись, а челка коснулась его виска. Дальше Гарри потерялся в невероятных ощущениях. Он слышал сдержанный стон Драко над его ухом, и где-то в глубине сознания промелькнула мысль, все ли он делает правильно, и тут Драко выгнулся, вжимаясь в него и дрожа, и Гарри тут же забыл обо всем на свете. Он терся спиной о мягкий плед при каждом движении, и это прикосновение ворса к спине неожиданно делало происходящее еще более чувственным, напоминая о том, что это реальность, а не сон. Когда Драко ускорился, Гарри захрипел, чувствуя, что не может вдохнуть. Ему казалось, что это может продолжаться бесконечно, на грани оргазма, когда проходящее уже превращается в пытку. Он почти замер, и Драко требовательно толкнулся в его ладонь, сам сжимая пальцы на его члене. Все произошло как-то внезапно. Его накрыло с головой, и Гарри зажмурился и закусил губу, содрогаясь всем телом. Он почувствовал, что такая же дрожь пробежала и по телу Драко — тот протяжно застонал и через несколько долгих мгновений обессиленно упал на него. Драко медленно приходил в себя, отстраненно и расслабленно поглаживая живот Гарри, кончиками пальцев подцепляя капельки спермы. Было так комфортно лежать у Гарри на плече, словно это вовсе не было новое, а очень даже привычное действие. — Тебе хорошо? — нарушил он молчание. — Да, — смущенно шепнул Гарри и тут же торопливо спросил в ответ. — А тебе? — Очень, — ухмыльнулся Драко и пообещал, лениво растягивая слова, — только в следующий раз я все-таки сниму с тебя штаны. Гарри ничего не ответил, только шумно выдохнул и поерзал, дотягиваясь свободной рукой до палочки и накладывая очищающие чары на них обоих. Они привели одежду в порядок и продолжили пикник, посмеиваясь над Минни, уснувшей в обнимку с распотрошенным сандвичем. К тому моменту, когда вино наконец кончилось, они, немного захмелевшие, успели нахохотаться так, что скулы сводило. Собрав остатки еды в корзинку, они уложили свинку на сложенное покрывало и, ухватившись за порт-ключ, покинули солнечную поляну, возвращаясь в выстуженный ноябрьским ветром холл школы.

* * *

Аппарировав, они оказались в каком-то проулке. Оливер, следуя за Маркусом, тут же с любопытством завертел головой: тусклый свет на повороте, пасмурное небо над головой, нагромождение домов. Под ногами зашуршал потрескавшийся асфальт, а едва уловимый блеск луж позволял беспрепятственно обойти их. Спертый запах щекотал нос — несмотря на то, что они находились на улице, Оливеру было душно. К счастью, они не собирались тут задерживаться: Маркус переместил их таким образом, что уже через минуту они вышли на широкую дорогу. Был уже вечер, но улица была ярко освещена. Оливер продолжал глазеть по сторонам и вертеть головой, теребя бесконечные застежки на куртке, выдавая тем самым свою нервозность. То место, к которому они вышли через некоторое время, было невозможно не заметить. «Радужный кот» — яркая светящаяся вывеска зазывала войти внутрь, отводя внимание от остальных заведений в радиусе десятков метров. Они прошли к входу, и Маркус бросил пару слов, минуя охранника. Как только они оказались внутри, их сразу оглушил звук ритмичной музыки и гул голосов. Единственным источником света были постоянно мигающие разными цветами "гирлянды". Оливер с любопытством принялся осматриваться, Маркус тоже остановился, оглядываясь. А посмотреть здесь явно было на что. Оливер моргнул, поворачивая голову в очередной раз, и наткнулся взглядом на девушку в купальнике насыщенного оранжевого цвета с черными пятнами. У незнакомки были шикарные волосы, удерживаемые обручем, но полное отсутствие груди. Когда Оливер уже собирался перевести взгляд дальше, девушка повернулась к нему, очевидно, почувствовав, что ее рассматривают. Вуд моргнул, рассматривая скуластое лицо с трехдневной щетиной, мотнул головой и поспешил отвернуться. Возле стен клуба на некотором возвышении находилось несколько клеток, а в них — уже раздевшиеся по пояс мускулистые парни с блестящими в свете прожекторов телами. Оливер прищурился, присматриваясь к одному из них. На полу клетки уже валялась какая-то тряпка — явно что-то раннее прикрывающее торс, — а сам танцор выкручивался, как мог. Впрочем, если присмотреться, можно было понять, что он не слишком-то и старался: просто не останавливался и продолжал двигать бедрами, вертел пятой точкой и выгибался в разные стороны. На его теле было лишь подобие на шорты. Хотя больше, на взгляд Оливера, это было похоже на приличные трусы из фольги, плотно обтягивающие все интимные части тела ниже пояса. На ногах угрожающе смотрелись огромные ботинки на высокой подошве. Один глаз закрывала повязка, встрепанные волосы и перчатки без пальцев на руках завершали образ. Как раз в этот момент парень развел руки в стороны, взялся за прутья клетки, расставил ноги пошире, уперев их в противоположные стенки, по кругу тряхнул волосами, откинул их назад одним движением, с отрепетированной улыбкой упал на колени, выгнулся, снова поднялся, извиваясь. Примерно те же движения были и у остальных, так что можно было считать их командными танцорами. Судя по гулу посетителей — одних, разодетых чуть менее вычурно, чем та "девушка", завладевшая его вниманием чуть раннее, и других, вполне себе прилично одетых, — им это было по вкусу. Зрелище в какой-то мере было завораживающим, но Оливер не мог бы полной мере сказать, что ему здесь нравилось. Ухватив Оливера за рукав, Маркус потянул его к свободному столику в дальнем углу. Едва они устроились, к ним подлетела официантка. Она зачирикала приветствия сладким голоском и протянула им меню, хлопая накладными ресницами. — Виски двойной, — перебил ее Маркус и оглядел девушку. Та закивала головой, широко улыбаясь, и перевела взгляд на Оливера. — А что будешь ты, милашка? — проворковала она. Оливер поморщился и растерянно уставился в коктейльную карту. — Я... — он пожал плечами, всматриваясь в диковинные названия. — Я не знаю. А что вы посоветуете? — Ох, дорогуша, — еще больше оживилась официантка и ткнула наманикюренным пальцем в изображение одного из коктейлей, — попробуй "Оргазм"... — она томно закатила глаза и вдруг пробасила: — Такой нежный и сладкий. Прям как ты. — Кхм-кхм, — подал голос Маркус и смерил официанта, а теперь стало ясно, что это был все-таки он, таким взглядом, что с того враз слетела слащавая улыбочка. — Неси давай, да поживее, — угрожающе тихо приказал Флинт, и того сдуло через секунду. — Ор-газм, — протянул Оливер и округлил глаза. — Честно говоря, я опасаюсь, что туда могли намешать. — Тут же написано, — подтолкнул к нему меню Маркус. Оливер прищурился в полумраке и склонил голову: — Ликер, вишня, взбитые сливки, — прочитал он. — Напиток для хаффлпаффки, — фыркнул Маркус, а Оливер смерил его негодующим взглядом. — Я же не знал, что это такое. А ты не лезь к моим, — он скривился и вдруг рассмеялся, — взбитым сливкам. Маркус усмехнулся и мотнул головой. — Хотел спросить, кстати. Откуда узнал, что у меня день рождения? — Ну, так змейки ваши особо молчать-то не умеют. Шипят по углам по каждому поводу. Так что не удивляйся потом, что нам и без шпионажа становиться все известно о вашей стратегии, — тут Оливер, конечно, слукавил — кончики его ушей покраснели при такой явной лжи. Гриффиндорская команда шпионила за слизеринской с постоянной увлеченностью. Вуд, как честный гриффиндорец, делал вид, что не поощряет это, однако от принесенных новостей не отказывался. Маркус, к сожалению, об этом знал. Он собирался уже ответить что-то, когда рядом со столиком появился официант. На этот раз не такой улыбающийся и довольный. Он со стуком поставил перед Флинтом стакан с виски, а перед Оливером плавно опустил бокал на тонкой ножке, наполненный белой подозрительной жидкостью. — Символично, знаешь ли, выглядит, — с сомнением протянул Маркус и, дотянувшись до бокала, ухватил его за тонкую ножку, поднес к носу и втянул ноздрями запах. — Пахнет вроде нормально, — он вернул бокал Оливеру и отсалютовал своим. Оливер поджал губы и ткнул пальцем в шапку из сливок, пододвинул к краю выглядящую ненатурально "вишенку", а потом повернулся к Маркусу, облизывая фалангу. — На вкус как сливочные леденцы в "Сладком королевстве". Маркус ответил не сразу, прикипев взглядом к его рту и облизываемому пальцу. — Сливочные леденцы? — переспросил он бездумно через пару мгновений и, шумно выдохнув, сделал несколько больших глотков из своего стакана. — Вкусно, должно быть. Оливер пожал плечами, продолжая тыкать трубочкой в сливки. Маркус, с непередаваемым выражением лица наблюдая за ним, сделал глоток виски и неожиданно спросил. — Слушай, а тебе все нравится, что у нас происходит? Ну, в сексе... Оливер в этот момент как раз рискнул попробовать свой коктейль. От вопроса Маркуса он закашлялся и зажал рот ладонью. — Что? — переспросил он, рассчитывая, что ему послышалось. — Секс, говорю, тебя устраивает? Оливер судорожно кивнул и вцепился в трубочку, надеясь, что этого достаточно. Но Маркус продолжал выжидательно смотреть на него: — Хорошо, — кивнул он. — А как тебе больше нравится? В какой позе, например? — продолжил он сыпать вопросами. — Тебе нравится минет? А этот... Как его, — Флинт щелкнул пальцами, якобы припоминая слово. — Римминг! О, точно! В этот момент официант, составляющий на стол очередную порцию виски для Маркуса, подпрыгнул на месте и чуть не выронил поднос. Он заинтересованно покосился на Флинта и развратно улыбнулся: — Какие у вас тут разговоры, мальчики, — сладко протянул он. — Какой дурак не любит это самое дело. Особенно если партнер языком умело работает. Оливер побагровел, а Маркус рыкнул, припечатывая официанта взглядом: — Блять, неопознанное чудо природы, съебись отсюда по-быстрому! Дождавшись, пока официант уйдет, Маркус придвинулся к Оливеру поближе. — Ты пей свой "Оргазм". Остынет. Или сливки опадут, — бросил он. Оливер покосился на него, но поддаваться на явную провокацию не стал. Он вытянул трубочку из бокала и сделал глоток. — Определенно точно вкусно, — прокомментировал он. — Ну, не зря же так называется, — хмыкнул Маркус. — Хотя настоящий оргазм в любом случае лучше, да? — Эм, ну да, — кивнул Оливер. — "Ну да" или "да"? — Флинт достал из куртки сигареты, вытащил одну из пачки и покрутил ее в пальцах. — Да, Марк, да, — Оливер закатил глаза и криво усмехнулся. — Что за вопросы вообще? — Нормальный вопрос, — буркнул Маркус, прикуривая. — Я ведь не спрашиваю тебя, например, в какой позе оргазм более сильный. Или от чего ты кончаешь быстрее. Или... — Флинт! — негодующе воскликнул Оливер. — Что такое, Вудди? — глумливо улыбнулся Маркус. — Смущаешься? — Делать мне больше нечего, — возмутился Оливер, чувствуя, как щеки все-таки запылали. — Просто это глупо, — Флинт недоуменно нахмурился, и Оливер пояснил. — Глупо обсуждать это. Как говорится, меньше слов — больше дела. Маркус прищурился и откинулся на спинку стула. — Могу предложить туалет, — хмыкнул он и задумчиво покусал фильтр сигареты. — В подобных местах такое часто практикуется. Оливер смутился еще больше, но упорно продолжил делать вид, что на него провокации Флинта не действуют. Он наигранно-равнодушно повел плечами и снова отпил из бокала. Однако мелькнувшая перед глазами красочная картинка заставила его возбужденно поерзать на стуле. Правда, вместе с этой мыслью Оливера обожгла ревность. Он поднял голову и, тоже откинувшись на спинку стула, протянул: — А ты не понаслышке знаешь, видать, о том, что тут в туалетах делают? Маркус, продолжая мусолить сигарету, смерил его внимательным взглядом и недоверчиво хмыкнул. — Ревнуешь? — вопросом на вопрос ответил он. Оливер поджал губы и едко заметил: — Было бы к кому. Наверняка какой-нибудь трансвестит, подобно этому, — он покосился в сторону официанта. Маркус не выдержал и громко расхохотался. Оливер, наблюдая за ним, обиженно засопел. Перегнувшись через стол, он схватил флинтовский бокал и смело сделал щедрый глоток. Крепкое пойло прокатилось огненным комком по горлу, и он, утирая тыльной стороной ладони выступившие слезы и натужно кашляя, просипел: — Чего ты ржешь, придурок?! Смех Маркуса оборвался, он замер, с улыбкой всматриваясь в лицо Оливера. — Не трахался я ни с кем в туалете, — зачем-то решил объяснить он. Хотя можно было и промолчать, оставить Вуда в догадках, ведь видеть его ревность оказалось непередаваемо приятным. — Да иди ты, — мотнул головой Оливер. — Мне плевать. Маркус снова рассмеялся и, подавшись вперед и найдя коленку Оливера под столом, крепко сжал ее. — Врун, — припечатал он и провел ладонью по бедру Вуда выше. — И наглец. Хочешь, чтобы я стал оправдываться и уверять тебя, что ничего не было? У кого вообще сегодня День рождения — у тебя или все-таки у меня? — он говорил мягко и беззлобно, продолжая поглаживать Оливера. Оливер расслабленно откинулся назад и улыбнулся, глядя на него. — У тебя, конечно. Поэтому мы здесь. Трансвеститы, полуголые мужики в клетках, напитки с порнографическими названиями, — он понизил голос и подался вперед, словно собирался поцеловать его сейчас. Маркус выжидающе замер, но Оливер продолжил, почти касаясь его губ своими. — Секс в туалетных кабинках. — Вот последнего еще не было, но раз ты настаиваешь, — дразняще начал он, и Оливер разочарованно выпрямился. Чтобы смутить Флинта, явно требовалось нечто большее, чем такие провокации. Он снова сжал в ладони стакан и сделал очередной глоток. — А как же твой "Оргазм"? — двусмысленно и насмешливо бросил Маркус и снова чиркнул зажигалкой, зажав губами фильтр сигареты. Оливер пожал плечами, и Маркус махнул рукой официанту, чтобы тот подошел. — Убери эту гадость и притащи еще виски, — сказал он. Тот кивнул, поджав губы, и взял со стола бокал. — Ты его обидел, — насмешливо кинул Оливер, пытаясь перевести тему. — Неудивительно. У Минни яйца и то больше, чем у этого. Девка девкой, — Маркус затянулся и огляделся, ни на чем, впрочем, не останавливая взгляд. — Здесь таких много, — заметил Оливер. — Зачем было тогда идти сюда, если они тебя раздражают? — Я не знал, — честно ответил Маркус. — Догадывался, конечно, что клуб специфичный, но не думал, что таких вот обабившихся пидорков тут будет так много. Оливер передернул плечами: — Неважно. Да я и не на них смотреть пришел. — А на кого? — Маркус расплылся в дразнящей улыбке, а Оливер дернул ногой, пытаясь сбросить его руку. — Уж точно не на тебя. Мне твоя рожа и в Хогвартсе глаза замозолила, — издевательски отозвался он. Флинт тут же посерьезнел и резко дернул Оливера, ухватив под коленкой, вперед, так, что тот впечатался в край столешницы. — Не нарывайся, — пригрозил он и свободной рукой поднес к губам бокал с новой порцией виски. На этот раз официант не проронил ни слова, но продолжал с явным любопытством посматривать на них, нарочито медленно меняя на столе пепельницу. Однако стоило Маркусу поднять голову и выжидательно посмотреть на него, он поспешил удалиться. Через полчаса Оливер уже весь взмок от напряжения, всерьез задумываясь над предложением Флинта перепихнуться в туалете: Маркус давно сел рядом, ненавязчиво, но довольно ощутимо поглаживая то тут, то там, дымил, глушил один за другим бокалы виски и вел с ним откровенные разговоры. Оливер пытался отвлечься, оглядываясь по сторонам: его взгляд метался от разномастной танцующей толпы к обмазанных маслом танцорам, которые, к слову, демонстрировали всему клубу мускулистые задницы в одних лишь стрингах. — Чего ты на этих пидоров смотришь? — раздался над ухом недовольный голос Маркуса. — Подумаешь, крутят жопой. Кто так не сможет?! Фигня. Повернув голову обратно к Флинту, Оливер только сейчас с ясностью понял, что тот напился. По-настоящему — набрался до зеленых гоблинов и еле ворочает языком. — Прям-таки все, — Оливер прыснул, всматриваясь в его расширенные зрачки. — Я вот не смогу, например. — А я смогу, — уверенно заявил Маркус. — Фигня, — повторил он настойчиво. Оливер задиристо протянул: — Ну, конечно. Они-то профессионалы, учились этому, наверное, — он специально подначивал Маркуса сейчас, было интересно посмотреть на него такого — не держащего все под контролем, как обычно. — То есть ты считаешь, что они лучше, да? — рыкнул Флинт. — Они, значит, могут, а я не могу! — запальчиво воскликнул он и, с шумом отодвинув стул, вскочил с места. Пьяно покачиваясь, он дернул с плеч рубашку. — Вот так, — заплетающимся языком пробормотал он, чуть не заваливаясь на бок, и ухватился за края майки, намереваясь стянуть ее с тела. Оливер, фыркнув, развалился на сиденье, откинувшись назад, и смерил Маркуса долгим взглядом. — Сексуальней, Марк, сексуальней. Я же знаю, что ты можешь лучше. Маркус покачивался, неуверенно стоя на ногах, но пытался двигать бедрами. То и дело он косился на "профессионалов" и пытался повторять их движения. И Оливер бы еще долго наслаждался этой картиной, если бы у Флинта не появились еще зрители, помимо него самого. Тогда он соскочил с места и дернул задранную, но так и не снятую майку Маркуса обратно на место. — Все, Марк. Хватит. Ты лучше их всех вместе взятых. Правда, — Маркус качнулся, наваливаясь на него, и ухватился за Оливера, устроив руки прямо у него на заднице. — Это-то что, — самодовольно отозвался он, мазнув губами по его уху. — Я еще лучше могу. И Маркус попытался снова повторить одно из подсмотренных чуть раннее движений, а на деле просто толкнулся пахом в пах Оливера, при этом сжимая ладони на его ягодицах. — Отлично танцуешь. Они тебе и в подметки не годятся, — зачастил Оливер и зажмурился, когда Флинт уткнулся губами в его шею. — Но... — Что "но"? — невнятно переспросил тот. — Я был бы не против такого танца в более приватной обстановке, — уверенно закончил Оливер, на что Маркус хмыкнул. — Ревнуешь все-таки, цыпа моя. Оливер закатил глаза, но, заметив за спиной Маркуса все того же официанта, прижимающего поднос к груди, гневно сверкнул глазами и возражать не стал. — Жуть как ревную. Поубивать всех готов. Маркус пьяно хихикнул. — Я, наверное, выгляжу, как поффн... идиот, — проявил он проблески благоразумия, но ненадолго. — Ой, писать хочу, — совершенно по-детски известил он Оливера и, оторвавшись от него, закрутил головой в поисках уборной. Приметив нужную дверь, Маркус попытался придать своему взгляду должную строгость, наморщил лоб и наставительно помахал пальцем у Оливера перед лицом, что со стороны смотрелось довольно комично. — Сиди здесь и никуда не уходи. Если подойдет кто, скажи, что ему не жить, — продолжая сыпать угрозами и покачиваясь, Маркус стал пробираться через толпу, бесцеремонно расталкивая всех на своем пути. Оливер расплылся в улыбке, наблюдая за ним, и послушно вернулся за столик. Чтобы чем-то занять себя, он начал крутить в руках трубочку, лениво осматривая зал. Вдруг его накрыло гигантской тенью. Оливер повернул голову и с трудом подавил желание съежиться, стать невидимым, аппарировать сию секунду. — Кто это у нас тут? — раздался глубокий баритон. — Я заметил тебя с другой стороны зала. Мало того, что этот внезапный поклонник был ощутимо выше Оливера, так на ногах у него еще и оказались ботинки на огромной подошве. Оливер моргнул и непроизвольно дернулся, чтобы отодвинулся подальше. К сожалению, бугай воспринял это как приглашение. Он грузно опустился на стул рядом с ним, отчего стаканы на столике жалобно задребезжали. — Какой ты хорошенький, — "просюсюкал" он и наклонился ближе. Оливер застыл, в ужасе разглядывая его одутловатое лицо и бритый череп, крепкие массивные кулаки и выпирающую вперед челюсть. Отчего-то его прошиб холодный пот. — Мой парень сейчас вернется, — неожиданно даже для самого себя пискнул он, с надеждой косясь на дверь туалета. — Отодвинем, — пообещал тот и криво усмехнулся. Еще никогда в жизни Вуд не ощущал себя такой мелочью.