Fairy

— Как же вы так умудрились? — прощебетала молодая фельдшер местной захудалой клиники, с именем "Салли Хоусен" на бейджике, и негодующе покачала головой, осматривая пострадавшее бедро Маркуса. Тот, чувствуя себя лягушкой перед препарированием, сидел на кушетке и, стиснув зубы, изучал облупившийся потолок. — Порыбачил неудачно, — все-таки выдавил Маркус, когда понял, что Салли ждёт от него ответа. Она недоверчиво хмыкнула, пробежавшись взглядом по шишке на его лбу, и склонилась над раной. — Придётся наложить швы, — резюмировала она после того, как извлекла крючок и обработала пострадавшее место. Маркус напряженно кивнул, прикидывая, как отомстить Оливеру за эту внеплановую операцию, и пропустил её последний вопрос. — А? — рассеянно переспросил он. Салли многозначительно хмыкнула. — Видимо, нужно проверить вас и на сотрясение мозга, — Маркус прикусил губу от боли, когда она начала штопать рану, и не сразу уловил насмешку в её голосе. Однако Салли, похоже, очень интересовал этот вопрос, так как она повторила: — Вы же недавно переехали в особняк покойной миссис Блэк? — Маркус кивнул, и Салли продолжила. — Там давно никто не жил. Вас это не пугает? — А почему меня это должно пугать? — вопросом на вопрос ответил Маркус. — Я рассчитываю выручить за него неплохие деньги. — Сомневаюсь, что кто-то захочет купить его, — небрежно бросила она. Маркус хмыкнул — в голове шумело, а тупая боль в ноге отвлекала, не давая принять полноценное участие в разговоре. Салли продолжала выжидающе смотреть на него, и Флинт попытался воспроизвести мысленно, что последнее она сказала. — Почему? — флегматично спросил он, и Хоусен просияла. — Как же, — всплеснула она руками, — неужели никто не сказал вам? — Маркус отрицательно помотал головой, но ей уже и не нужна была какая-то реакция. — Слушайте. Она понизила голос до заговорщического шепота и чуть склонила голову к Маркусу. — Говорят, тетушка ваша, пусть земля ей будет пухом, была женщиной эксцентричной и глубоко-несчастной. После смерти супруга она и сама некоторое время выглядела так, словно со дня на день готова последовать за ним. Но потом все резко изменилось. — В смысле? — буркнул Маркус. Пока в этом рассказе не было ничего принципиально интересного. — Месяц ее никто не видел: она не выходила из дома и никого к себе не приглашала. Даже Джейсона, — на вопросительный взгляд Маркуса она пояснила: — Садовника. А она, как известно, терпеть не могла, когда сад был в ужасающем состоянии. — Да что вы, — язвительно вставил Маркус, но Салли не придала этому значения и продолжила. — А через какое-то время она словно воскресла: посвежела, повеселела, стала появляться на людях, но все, кто попадал к ней в дом, говорили, что там творятся странные вещи. — Ауч, — воскликнул Маркус, когда Салли импульсивно дернулась, видимо, забыв об иголке в руках и флинтовской штопанной ране. — И что же за странные вещи там происходили? — внезапно он заинтересовался на самом деле, почуяв, что эта информация может пролить хоть немного света на происхождение его негостеприимного сожителя. — Говорили, что покойная миссис Блэк промышляла Тёмной магией, разговаривала с духами и натравливала их на неугодных, — потусторонним шепотом сообщила она, но через пару секунд лучезарно улыбнулась и, кивком указав на ногу Маркуса, резюмировала: — Жить будете. — Судя по вашим рассказам, недолго, — невесело отозвался Маркус и пояснил на её вопросительный взгляд: — Ну, духи там всякие. Кровожадные до неугодных. Видимо, что-то в его чрезмерно серьёзном виде развеселило Салли, потому что она звонко расхохоталась. — Вы скажите ещё, мистер Флинт, что купились на эти байки, — она покачала головой и сжала его плечо. — Уверена,злые духи вас не тронут, — добавила она насмешливо. Маркус неопределенно пожал плечами и не стал отвечать на эту реплику, планируя завершить разговор на этом. Но Салли, очевидно, не могла молчать более пары минут. — Так вот Джейсон, — она сделала стратегически важную паузу в своем разговоре, чтобы заинтриговать Флинта, и тот понятливо кивнул. — Садовник, да? — Именно, — Хоусен махнула свободной рукой. — Он как-то рассказал Хилари... — Хилари? — перебил Маркус, все больше теряя нить разговора. — Да, официантке, подрабатывающей в кафе на въезде в город, — Салли замолчала на мгновение, словно и ей было сложно понять, о чем она говорит. — А та рассказала Брэндону. На вопросительный взгляд Маркуса она пояснила: — Брэндон — ее молодой человек. Тот еще мудак, скажу я вам. За спиной у Хилари встречается с Люси, а ведь Люси когда-то была ее лучшей подружкой, до того, как они не рассорились из-за Девида. Маркус почувствовал, что голова у него идет кругом. — Джейсон, который садовник, сказал Хилари, которая официантка и в свою очередь девушка Брэндона, который... Неважно, что сказал то? — Брэндон тот еще сплетник, скажу я вам, — сообщила Салли, и Маркус, не удержавшись, скептически посмотрел на нее. К счастью Хоусен этого не заметила. — Он в целом неплохой мужик, только болтливый, — говорила Салли, накладывая повязку на рану. — Брэндон? — снова переспросил Маркус. — Да нет же, Джейсон! — воскликнула Салли. — Как я уже говорила, он стриг газон вашей покойной тётушки. — Что, черт возьми, он сказал?! — не выдержав, вспылил Маркус. Салли не ответила. Она, словно издеваясь, молча закончила бинтовать рану и отошла к столу, чтобы сделать записи в медицинской карточке. — Так что да, — невпопад сообщила она после почти минуты молчания. — Это все выглядело странным. Маркус предположил, что у себя в голове Салли успела провести диалог с куда более благодарным слушателем, чем он сам. К сожалению, это не проливало света на сложившуюся ситуацию. — После смерти мистера Блэка, — Салли нахмурилась, словно это было столь давно, что и вспоминалось с трудом. — Местные пытались поддержать вашу покойную тетушку, но она не желала никого видеть. Переживала очень. Бог не дал им детей, так что она осталась совсем одна. — Это объясняет, почему я стал наследником, — невпопад хмыкнул Маркус. Салли качнула головой. — А потом Джейсон сообщил, что видел его. — Кого? — Маркус нахмурился. — Ребенка. Он еще молодой тогда совсем был и впечатлительный, — она вздохнула. — Ребенок? — непонимающе спросил Флинт. — Джейсон, — Салли снова нахмурилась. — Придумал какого-то ребенка. Как будто тетушка ваша скрывала бы его. Она протянула Маркусу рецепт и заключила: — У нас тяжело достать лекарства, но есть одна аптека на окраине города. Там вы сможете найти то, что я вам выписала. Перевязку делайте ежедневно, пока рана полностью не затянется. Маркус рассеянно кивнул, потер виски и, тяжело вздохнув, спросил: — Салли, а где я могу найти этого Джейсона? Он жив ещё? Салли понимающе улыбнулась. — Я давно не видела старика. Раньше он часто жаловался на радикулит в дождливую погоду, а сейчас, когда его племянник открыл аптеку, стал лечиться самостоятельно. Так что, когда пойдёте за лекарствами, можете узнать и где Джейсон, — пояснила она и отвернулась к столу, показывая, что разговор закончен. Маркус поблагодарил её и поспешил побыстрей выйти из кабинета. Но едва он взялся за ручку двери, в спину ему прилетело искреннее, судя по благоговению в голосе, предостережение: — Берегите себя, мистер Флинт. В наших местах опасно... Рыбачить.

* * *

Аптеку найти оказалось не сложно. Маркус толкнул дверь, и над головой звякнул колокольчик. За прилавком скучал молодой парень в накинутом на плечи белом халате. Услышав звук, он поначалу встрепенулся, но, заприметив Маркуса, тут же снова принял скучающий вид. — Презервативы там, — жестом указал он и потянулся. Флинт уже начинал привыкать к этому местному колориту. — Мне лекарства вообще-то нужны, — возвестил он. Аптекарь посмотрел на него с подозрением: — Какие? — коротко спросил он. Вместо ответа Флинт подошел к прилавку и положил перед тем листок, исписанный убористыми каракулями Салли. — Рецепт, — отчего-то решил прокомментировать он. Но племянник Джейсона — если это был он, конечно, — не внушал доверия и уверенности в его профессионализме. Впрочем, тот несколько реабилитировался в его глазах, когда нашел нужные лекарства в считанные минуты. — Пятьдесят шесть фунтов шесть пенсов, — возвестил он довольно. — Это самый настоящий грабёж! — воскликнул Маркус, прикидывая, сколько должен за информацию. — Возьмешь еще и презики, скину десятку, — предложил парень и, когда Маркус закатив глаза, кинул на прилавок пару пачек, прокомментировал: — XXL? Либо у тебя большое самомнение, либо — комплексы. — У меня все большое, — буркнул Маркус, расплачиваясь. — В том числе и проблемы, — ненавязчиво переведя тему, заметил он. — И ты мне можешь помочь. Тебя как зовут? — Сэм, — несколько обескуражено отозвался парень. — А в чем дело? — А некий старик Джейсон... Не знаешь, где он? — стараясь, чтобы в голосе прозвучала скорее скука, чем заинтересованность, протянул Маркус. Сэм нахмурился и почесал затылок. — Ума не приложу, зачем тебе понадобился мой полоумный родственник, — он пожал плечами и, видимо, прикинув, что эта информация не является особо ценной, ответил: — Он живет со мной и моей семьей в нескольких домах отсюда. Зачем тебе он нужен? Маркус словно и не услышал его вопроса. Вместо того, чтобы ответить, он снова спросил: — В нескольких домах отсюда и в которую сторону? Сэм пожал плечами и махнул рукой, очевидно указывая, в какую сторону Флинту стоит идти. Маркус кивнул, подхватил с прилавка лекарства и направился к выходу, распихивая все это добро по карманам. — Эй! — уже на выходе окликнул его Сэм. Маркус обернулся и вопросительно посмотрел на него. — Ты же племянник безумной миссис Блэк? Маркус неопределенно пожал плечами — формулировка словно и его самого цепляла, намекая на безумие. Но не согласиться с тем, что он тот самый племянник, Флинт не мог. Он все еще рассчитывал на информацию. — Он самый, — бросил он. Сэм закусил губу, над чем-то напряженно раздумывая. — А в гости пригласишь? — наконец выпалил он. — У тебя же тут все равно друзей пока нет. Можем посидеть там, пива выпить. Маркус даже опешил. При всей недалекости, на которую без устали намекал Оливер, предложение это было не просто странным, а наталкивающим на определенные мысли. — И зачем тебе в мой дом надо? — хмуро спросил Флинт. Сэм выдавил смущенную улыбку. — Дом у тебя тоже большой. Я подумал, что там найдется хоть одна большая кровать, — намеренно выделяя слова, заключил он и намекающе повел бровью. Маркус неопределенно хмыкнул, оценивающе оглядел Сэма и угрюмо спросил: — Педик, что ли? Сэм от неожиданности поперхнулся воздухом и в противовес своим предыдущим словам замотал головой: — Я думал, ты! — выплюнул он обвиняющим тоном и развел руками, когда Маркус зло зыркнул в его сторону. — Извини. Ничего не ответив, Маркус вышел из аптеки, не забыв напоследок громко хлопнуть дверью.

* * *

— Тебя долго не было, — раздался тягучий, явно скучающий голос Оливера, едва Маркус переступил порог дома. Сам Вуд обнаружился наверху лестницы: он стоял, скрестив руки на груди и хмуро сдвинув брови, словно отчитывающая за позднее возвращение мамочка. Маркус прямо так и сообщил ему: — Извини, мамочка, — язвительно протянул он. — Не ожидал, что задержусь в школе. Вся эта свистопляска изрядно вымотала его: хотелось упасть на кровать, накрыться одеялом и проспать несколько часов кряду без опасения, что потолок внезапно обрушится на голову. Оливер продолжал испытывающе смотреть на него, словно пытался проникнуть в его мысли, и, что было ни менее странным, он даже не счел нужным прокомментировать обращение Маркуса. — М, — наконец кивнул он, словно нашел то, что так долго искал. — Вот как. — Что? — тут же спросил Флинт. — Местные, — скучающе протянул Оливер, — излишне драматизируют. Сам понимаешь, как им скучно, когда все развлечения состоят из поседелок в одном на весь город баре. Осведомленность Вуда нервировала, поскольку сам Маркус не мог похвастаться тем же, поэтому он лишь огрызнулся: — Можно подумать, у них повода не было. — Повод, может, и был, — туманно заметил Оливер, — но зачастую яркие подробности не имеют под собой никакой подоплеки, — он выжидающе уставился на Маркуса, и тот еще больше уверился в своем решении посетить на следующий день Джейсона. — Ты в курсе, что с тобой невозможно разговаривать? — устало спросил Маркус. — И это мое дело, чему и кому верить. — Безусловно, — хмыкнул Вуд и вдруг, спускаясь вниз по лестнице, стал насвистывать какой-то незамысловатый мотивчик. Маркус застыл, внимательно прислушиваясь, но ничего знакомого не приходило в голову. В конце концов эта резкая перемена в поведении Оливера его ошарашила. Отчего-то в глазах у Маркуса поплыло, он почувствовал, что воздуха стало не хватать, как будто кто-то перекрыл доступ кислорода в легкие, и, чем ближе Вуд приближался, тем сильнее становилось это удушье. — Ты устал, — заявил Оливер, остановившись прямо напротив него. Он приблизил свое лицо так , что Маркус смог рассмотреть светлые пятнышки на радужке его глаз. В то же время он неожиданно поймал себя на мысли, что не может даже пошевелиться. Голова кружилась, но он продолжал стоять на месте и смотреть на Вуда. — Я, — слова какие-то чужеродные, хоть и сказанные его голосом, вырвались из горла, — хочу отдохнуть. Оливер кивнул: — Да. Не стоило тратить столько сил на бесполезные разговоры, — подметил он. Маркус хотел было кивнуть, но перед глазами потеменело, и он потерял сознание.

* * *

Маркус резко сел на кровати и оглянулся. Он находился в своей комнате. Раздетый и укрытый одеялом, что позволяло предположить, что он спал и разговор с Вудом ему приснился, но что-то подсказывало, что все было на самом деле. Оливеру не понравились его попытки выяснить что-то о своей тетке, а скорее всего — о самом Вуде. Это как раз-таки было ожидаемо, но Маркуса испугало то чувство уязвимости, которое посетило его прежде, чем он потерял сознание. — Проснулся? — доброжелательно поинтересовался Оливер, появившийся из воздуха прямо на его кровати. — Что ты со мной сделал? — спросил Маркус вместо приветствия, хоть это было и невежливо. Оливер неоднозначно пожал плечами и не ответил. Вместо этого он поставил перед Маркусом непонятно откуда взявшийся поднос с завтраком. — Снова отравлено? — с сомнением разглядывая аппетитные булочки, протянул Маркус. — Я не повторяюсь. Это скучно, — Вуд снова вернулся на прежнее место, закинул ногу на ногу и чуть откинулся назад. — Тогда с чего вдруг такие перемены? — Маркус прищурился. — Тебе и так досталось, — миролюбиво пояснил Оливер, — от этих охотников за привидениями. И я решил дать тебе передышку. Маркус скептически хмыкнул. — Странная логика. Вроде: я сам тебя убью, но пожалею, если кто-то попытается сделать это за меня. Оливер на пару мгновений задумался. — Похоже на то, — как-то механически кивнул он. Маркус с подозрением посмотрел на него и с плохо скрываемой надеждой спросил: — Ты снова собираешься впасть в спячку? Оливер недоуменно моргнул: — Что? — Я думал, у тебя лимит пакостей, после которых надо подзарядится там, — неуклюже попытался объяснить Маркус. Эта мысль ему понравилась, потому что сулила продолжительный отдых. — Нет, — Оливер столь же медленно, словно неуверенно, мотнул головой. — Это на меня так смерть миссис Блэк повлияла. Он осекся и вдруг снова зло посмотрел на Маркуса. — Ты есть собираешься или нет? Маркус поднял руки в примиряющем жесте и демонстративно взял в руку ложку. — Овсянка, — недовольно буркнул он и под пристальным взглядом Оливера медленно поднес кашу ко рту. — Ну же, — поторопил его Вуд, и Маркус, зажмурившись, сунул ложку в рот. Подождав пару секунд, он сделал пару жевательных движений и сглотнул. — Что ты смотришь на меня, как удав на кролика? — выдавил он. — Вкусно? — излишне дружелюбно поинтересовался Оливер. Маркус поспешно кивнул и с ещё большим подозрением покосился на завтрак. — Я успею написать завещание? — тихо, словно обречённо, спросил он. Вуд самодовольно ухмыльнулся. — Зачем это? — миролюбиво отозвался он и вдруг придвинулся ближе. Маркус беззастенчиво ойкнул и чуть отпрянул. — С каких пор ты меня так боишься? — с долей удивления, но не лишенным удовольствия голосом, протянул Оливер. — Затем, что пусть этот дом достанется кому-то еще, кого ты будешь пытаться выжить, — озвучил Маркус еще не до конца оформившуюся мысль. — И не боюсь, я опасаюсь, это разные вещи, — пояснил он осторожно. — Тебе не кажется это закономерным, когда тебя кто-то хочет убить? И я все ещё не могу понять, почему. Оливер скривился. — Люди, — протянул он. — Как вы любите строить из себя беззащитных невинных жертв. Маркус замер, даже жевать перестал. Ему показалось, что Вуд планирует сказать нечто важное, нечто, что прольет свет на всю эту мутную со всех сторон историю. — Ты похож на неё, — вдруг с затаенной нежностью выдал Оливер. — Такой же противоречивый и хрупкий. Маркус с трудом сглотнул. В обычное время его бы оскорбило такое определение. Хрупкий? Вот ещё! Но он боялся спугнуть неожиданное откровение, а потому промолчал. Оливер тоже молчал, и Маркус, набрав побольше воздуха, выпалил: — От чего она умерла? — он затаился, как только эти слова прозвучали. Оставалось надеяться, что Оливер был в благодушном настроении, чтобы не попытаться вновь убить его за это. — Разве тебе не сообщили? — удивился Оливер. — А! — оценив выражение лица Маркуса, он понятливо хмыкнул. — Нет-нет, это была естественная смерть, без какого-либо потустороннего вмешательства. Ты же этого опасался? Он насмешливо промурлыкал слово "опасался", и Маркус шумно выдохнул. — Ее ты тоже пытался убить? — спросил он. Удивительно, но не один из них так и не назвал покойную миссис Блэк по имени, словно всеми силами избегая этого. Оливер нахмурился и вдруг широко улыбнулся: — К тебе я тяготею больше, — признался он, а Маркуса передернуло. — Какая честь, — неразборчиво хмыкнул он, продолжая давиться кашей, а Оливер приосанился. Видимо, это ему польстило, и Маркус громко расхохотался. Оливер непонимающе уставился на него. Едва отсмеявшись, Маркус снова захихикал: — Мне пора обзавестись табличкой "Сарказм", — пояснил он. — Чтобы ты разбирался в оттенках, когда я отвешиваю комплементы. Вуд пожал плечами, на этот раз нисколько не обидевшись. Кажется, он действительно был настроен миролюбиво. — Тебе вообще стоит поработать над чувством юмора, — небрежно заметил он. — Шутки на уровне песочницы выдаешь за остроумие, — Оливер мстительно улыбнулся и вдруг резко поднялся. — Итак, чем займёмся? Энтузиазм в его голосе не обещал Маркусу ничего хорошего. — Сегодня придут смотреть дом, — как бы между прочим сообщил он и добавил с гордостью. — Первые потенциальные покупатели, — Маркус осекся, заметив, что Оливер изменился в лице. — Что? — обеспокоенно спросил Флинт. Внезапно он осознал, что приглашать потенциальных покупателей в дом, более того, предусмотрительно сообщив об этом Вуду — как будто тот и сам не узнал бы — было не самой светлой его мыслью. Оливер пожал плечами. — Люблю гостей, — сказал он таким тоном, что сразу стало понятно — нет, не любит. — Готов предоставить им радушный прием. И не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, какого плана будет этот прием. Оливер внезапно расслабился и почти развалился на кровати, закинув ногу на ногу и отклонившись назад. — Из местных? — Хм? — невпопад буркнул Маркус. — Покупатели, говорю, из местных. Маркус кивнул, а Оливер хихикнул. — Тогда будь готов выступать эскуроводом, — на непонятливый взгляд Флинта он пояснил. — Многие пытались сюда пробраться из чувства любопытства. Маркус сжал челюсти. Улыбающийся Вуд раздражал до зубовного скрежета, потому что неизменно это означало лишь одно — у Флинта проблемы. — Не страшно, — наконец выдавил он и также фальшиво улыбнулся. — Помниться, есть экстремалы, который любят дома с привидениями. Так что я даже смогу подзаработать побольше. Кто угодно сказал бы ему, что не стоит провоцировать того, чьи способности не до конца изучены и явно превышают способности обычного человека, но в Маркусе снова взыграло чувство противоречия. Оливер ухмыльнулся и предвкушающе потер руки. — Насколько ты хорош в математике? — вдруг спросил он, и Маркус напрягся — с математикой у него было так себе. Впрочем, так было со всеми предметами из школьной программы. Учился Маркус неважно и не вылетел из школы только благодаря своим спортивным заслугам: их школа среди прочих в их округе получила первенство по бейсболу, а он ни много ни мало три года занимал должность капитана. — На среднем уровне, — почему-то перед блещущим интеллектом Вудом признаваться в плохой успеваемости не хотелось, и Маркус приукрасил. Хотя, как оказалось, его математические способности Оливера на самом деле не волновали. — Предположим, что цена дома находится в прямой зависимости от фактора опасности. Чем опасность выше, тем выше и цена, — Оливер задумчиво уставился в потолок, Маркус не менее задумчиво кивнул, пытаясь уловить логику его повествования. — Вопрос: на сколько увеличится цена дома, если фактор опасности увеличится ровно на пару смертей? В этом вопросе не было абсолютно никакого здравого смысла, но понял то, что над ним просто издеваются, Маркус не сразу, а потому охотно ответил: — В два раза! — Молодец, садись, "А", — фыркнул Вуд, и Маркус опомнился. — Чего?! Каких смертей?! — Гипотетических, — Оливер поднял вверх указательный палец, и Маркус послушно проследил за его взглядом. Маркус порой и сам удивлялся тому, что умудрялся забыть, насколько опасно это существо. Смешливый, смазливый, тощий и суетливый он не внушал чувства опасности, однако время от времени спешил напомнить, что не так прост, как кажется. — Если здесь произойдет убийство, — упрямо сказал Флинт, — полиция камня на камне не оставит. Оливер на это лишь махнул рукой. — Словно мне так сложно применить гипноз к парочке бравых служителей закона. — И часто ты применяешь этот самый гипноз. Например, ко мне? — напряженно спросил Маркус. Некстати вспомнилась Матильда, а потом и его собственное полуобморочное состояние. Вуд пожал плечами. — Меня утомила эта беседа, — резко сменил тему он. — Заканчивай завтрак и встречай гостей. Через пару минут покупатели будут здесь. Сказав это, он снова исчез. Маркус запустил ложку в кашу, помешал ее, тупо глядя в тарелку, и вдруг отшвырнул ее от себя с неожиданной злостью.