Трое на лестничной клетке, включая старушку и не стесняясь собаки

Вода искрилась на солнце, и Оливер задумчиво разглядывал золотистые дорожки на поверхности озера. Он давно не чувствовал себя так умиротворенно и расслабленно. Легкий ветерок трепал волосы, запах леса и готовящегося на огне мяса щекотал нос, собака носилась рядом, гоняясь за большим шмелем, и возмущенно пыхтела от бесполезности своих попыток его поймать. Оливер чуть повернул голову, рассматривая возившегося у огня Маркуса. Тот щеголял по пояс голым, ловко переворачивал лопаткой куски мяса. Невольно вспомнилась их шалость в машине, и Оливер громко хмыкнул своим мыслям: разве это нормально — столько думать о сексе?! Флинт, услышав его, обернулся и подмигнул. — Скучаешь? — спросил он. — Нет, — Оливер мотнул головой, но в противовес своим словам неожиданно зевнул. Он не чувствовал себя сонным, скорее тело наполняла приятная усталость и расслабленность. Маркус кивнул, глядя на него, и отложил лопатку в сторону: — Вижу, — он зашел Оливеру за спину, и тот потянулся, выгнув спину, словно выпрашивая ласку. Тем неожиданней оказалась вода, вылитая ему прямо на голову. Оливер, вскрикнув, соскочил с места и уставился на широко улыбающегося Маркуса. — Ты чего? — с долей обиды протянул он и задрал футболку, чтобы вытереть лицо. — Взбодрись, — усмехнулся Маркус, выливая остатки воды себе на шею и растирая ее свободной рукой. — Сдурел! Как никак не лето еще, — буркнул Оливер, продолжая воинственно смотреть на него. — Какие мы нежные, — задиристо протянул Маркус. В следующую секунду, Оливер напрыгнул на него, заваливая на траву. — А ты, похоже, хочешь искупаться, Марк, — воскликнул он, упираясь руками в флинтовскую голую грудь, и прищурился, словно прикидывая, как тот будет смотреться в озере. Марк напрягся в первое мгновение, как будто собирался сбросить его с себя, но потом вдруг раскинулся на траве. — Предположим, ты победил, а я проиграл, — насмешливо сказал он. — И что ты будешь делать? Оливер выпрямился и задумчиво уставился вверх, якобы раздумывая. — Слишком долго, — фыркнул Флинт, и в следующее мгновение уже Оливер оказался прижат к земле. Маркус наклонился, чтобы поцеловать его, но тот увернулся и попытался столкнуть Флинта с себя. Маркус возмущенно фыркнул, началась яростная возня, в которой тут же решила принять участие и собака. Она стала носиться вокруг них, громко лая. Когда Маркус впился в шею Оливера зубами, и тот шутливо закричали "Помогите! Насилуют!", собака с игриво-возмущенным рычанием попыталась оттащить Маркуса от него, ухватив за штанину клыками. Но вернуло их к действительности совсем не это. Маркус вдруг замер, панически округлив глаза, и принюхался. — В туалет захотелось? — прыснул Оливер, но Флинт уже вскочил и бросился к огню. — После такого барбекю захочется! — удрученно воскликнул Маркус. — Сгорело все, блять! — он принялся спешно снимать с решетки обуглившиеся куски мяса. Оливер сел, поджав под себя ноги, и взлохматил волосы. — Это же не все мясо было, — беспечно бросил он. — Так что все нормально. Давай я помогу? — улыбнувшись, предложил он. Маркус скептически посмотрел на него, но почти сразу вспомнил, что тот хорош в готовке, и кивнул. — Мясом я займусь сам, а ты тогда посмотри, что еще мы взяли с собой, и сооруди что-нибудь. Оливер дотянулся до корзинки с провизией и стал выкладывать из нее еду прямо на траву, громко называя то, что находил: — Зелень, листья салата, кетчуп, тостовый хлеб... Какая-то зеленая херня, — он с любопытством оглядел содержимое пакета. — А что это? Выглядит так, словно собака пожевала, — он поморщился и обвиняюще уставился на животное, которое тут же кротко прижало уши к голове и тихо коротко заскулило. — Это артишоки, неуч, — насмешливо пояснил Маркус. — Овощ такой. Полезный. Оливер равнодушно пожал плечами и без раздумий разорвал пакет. Запустив туда руку, он вытащил плод размером с куриное яйцо и смело откусил половину. После чего закашлялся и стал спешно отплевываться. — Ну и дрянь, — скривившись, констатировал он и, высунув язык, потер его ладонью. Маркус покачал головой, то ли со сдержанным неодобрением, то ли с насмешкой. — Мне порой не верится, что ты на самом деле умеешь готовить, — иронично заметил он и сконцентрировался на выкладывании новой порции мяса. Оливер замер: — Почему? — наигранно непринужденно спросил он. — Постоянно спонтанный, неловкий даже, — пояснил Маркус и пожал плечами. — И как, скажи, пожалуйста, это должно влиять на мои кулинарные умения? — запальчиво уточнил Оливер. Казалось, он уже сам верил в то, что в готовке ему нет равных. Маркус закончил перекладывать мясо, поставил тарелку рядом с Вудом на плед и внимательно всмотрелся в его раскрасневшееся лицо. — Забей, — улыбнулся он. — А то еще подумаешь, что я сомневаюсь в твоих словах, — он щелкнул Оливера по носу и пододвинул тарелку ближе. — Ну, а я не профи. Горелый обед подан. Оливер натянуто улыбнулся. Собственная ложь уже начинала приносить неудобства, но признаться ему было стыдно. Хотя и отвешиваемые Маркусом комплименты его кулинарному таланту, которого на деле не было, не давали расслабиться и наслаждаться ситуацией. Маркус отчего-то пристально посмотрел на него, и Оливер выдавил: — Спасибо, — он взял тарелку и сразу ухватил кусок поаппетитней. Мясо оказалось горячим, и Оливер смешно скривился, размахивая руками перед лицом, словно пытаясь унять пожар. — Куда торопишься, дурень, — беззлобно отозвался Маркус и сунул ему в руку бокал. Оливер залпом осушил его и просипел, утирая выступившие слезы: — Вкусно. Маркус тоже принялся за еду, усевшись на траву рядом с Вудом. Почему они настойчиво игнорировали плед, было не ясно, зато собака воспользовалась этим сполна: развалилась на пузе, раскинув лапы, и лениво жевала подсовываемые Оливером куски мяса. Маркус на это лишь неодобрительно покачивал головой, но ничего не говорил. Когда тарелки опустели, они сыто вытянулись, подставляя лицо уже по-летнему палящему солнцу. — Выбирай, что ты будешь делать: ставить палатку или надувать матрас? — вдруг нарушил расслабленную атмосферу Маркус. Оливер поморщился, чувствуя приятную ленность и безмятежность, и в который раз удивился, откуда во Флинте столько рабочего энтузиазма. — Я выбираю, — Оливер наморщил лоб, якобы раздумывая, и уверенно закончил, — третий вариант. — Не было никакого третьего варианта, — нахмурился Маркус. — Сечешь, да? — усмехнулся Оливер, довольный собственной шуткой. — В том и прелесть, что его нет. — Не ленись, — Маркус пихнул его локтем в бок, и Оливер тут же притворно заохал: — Ты меня травмировал. Теперь я точно ничего делать не буду. Тогда Флинт, усмехнувшись, навис над ним, удерживая вес на руках, и предположил: — Значит, тебе нужен полный покой? — он специально выделил слово "полный" интонацией, и Оливер недоуменно моргнул. — Смотря, что ты можешь мне предложить. — Вариантов много, — Маркус опустил голову и чуть прихватил зубами мочку уха Оливера, отчего тот вздрогнул. — А точнее? — шепотом спросил Вуд. — Палатка или матрас? — таким же шепотом ответил ему Маркус. — Палатка, — как зачарованный отозвался Оливер, и Маркус довольно хмыкнул. — Отлично. Значит, занимаешься палаткой.

* * *

Спустя два часа Оливер раз двадцать проклял себя за свой выбор, хотя это было вполне в его духе — с полной уверенностью взяться за то, чего он не умел. У него затекла спина, он взмок и вымотался, а палатка все никак не вставала правильно: заваливалась то на один, то на другой бок, провисала и грозилась свалиться при любом порыве ветра. Но самое обидное было то, что Флинт с самодовольной улыбочкой растянулся на надутом матрасе и наблюдал за ним, закинув руки за голову. — Хорошо смотришься, — в очередной раз поддел он его. — Я тебя в палатку не пущу, — мстительно пропыхтел Оливер, обходя кругом получившееся убежище. — Собаке место найду, а тебе нет. Маркус хмыкнул: — Там находиться опасно, так что я и сам бы не рискнул. Оливер зло посмотрел на него и сел напротив собственного сооружения прямо на землю, поджав под себя ноги. — Силой мысли теперь пытаешься? — с любопытством окликнул его Маркус. — Оливер. Тот демонстративно отвернулся, не глядя на него. — Оливер, — снова вкрадчиво повторил Маркус, — просто попроси меня. — Еще чего, — буркнул Вуд. — Уж как-нибудь сам справлюсь. — Осел, — резюмировал Маркус. — Ну, и ладно, — еще больше надулся Вуд. — Значит, пусть так и остается. А я купаться, — он стянул мокрую от пота футболку, дернул молнию на джинсах и спустил их до колен. — С ума сошел? — Маркус приподнялся на локтях, наблюдая за ним. — Вода холодная еще. Оливер его слова проигноривал и, подумав, стянул следом и трусы. Продефилировав мимо обалдевшего Флинта к воде, он бросил якобы небрежно: — Люблю, знаешь ли, купаться голышом, — не успел он закончить, как Маркус дернулся следом. Оливер, совсем по-девчоночьи взвизгнув, забежал по колено в воду. Маркус сделал шаг назад, избегая брызг, но Оливер уже увлекся. Он, наоборот, шагнул ближе и пустил целую волну в сторону Флинта. Вода окатила Маркуса, а Оливер радостно рассмеялся. — Это тебе, чтобы не поучал меня, — насмешливо крикнул он и нырнул с головой, отплывая подальше от берега. Дыхание сразу перехватило, потому что вода на самом деле была холодной. Оливер вынырнул почти сразу и мотнул головой. Маркус смерил его тяжелым взглядом и потянул с себя футболку. Вуд лениво двигал руками, чтобы удержаться на плаву, внимательно наблюдая за ним. Он уже начал привыкать к температуре, потому вода казалась уже чуть прохладной. Маркус между тем наступил на задники кроссовок и сбросил джинсы вместе с трусами на землю. Он зашел в воду и сразу нырнул, а Оливер тревожно завертел головой, пытаясь определить, где тот появится. Но Флинт все не показывался. — Эй, это не смешно, — крикнул он, крутясь на месте. — Выныривай уже, придурок! Вдруг его дернули за лодыжку, и Оливер ушел под воду с головой. Через пару секунд он вынырнул рядом с тяжело дышащим Флинтом. Оливер прищурился и мстительно толкнул его в грудь. Правда, Маркус извернулся и поймал Оливера в кольцо рук. — Ты непослушный вредный мальчишка. Не получишь киндер-сюрприз, — насмешливо пригрозил Флинт ему на ухо. Оливер мотнул мокрой головой, разбрызгивая воду, и вдруг подался вперед, чтобы стереть губами капельки на шее Маркуса. Тот подавился воздухом и прижал Оливера к себе крепче. — А что получу? — в тон ему отозвался Оливер. — Ремнем по жопе, — Маркус вжал его в себя и красноречиво ущипнул под водой за ягодицу. Оливер прыснул и вдруг обхватил талию Маркуса ногами, упершись ладонями ему в плечи: — Ты все-таки не забывай, что ты мне не мамочка, — протянул он и потерся носом о его шею, а потом прижался губами ко рту Маркуса. Но через пару мгновений тот отстранился и заглянул Оливеру в лицо. У того едва заметно клацали зубы, и рот казался словно нарисованным — губы выделялись на побледневшей коже голубовато-алым пятном. Их хотелось непременно согреть своим дыханием, и Маркус наклонился, чтобы выдохнуть: — Как бы то ни было, а ты явно замерз. Пошли греться. У нас для этого даже матрас есть. — А как же палатка? — показательно кротко и отчего-то шепотом спросил Оливер. — А хрен с ней. И так сойдет, — заверил его Маркус и подтолкнул к берегу.

* * *

Согреться у них все-таки получилось, только совсем не так, как они рассчитывали: едва Маркус завалил Оливера на матрас, тот, громко и жалобно пискнув, начал спускать воздух и спустя минуту полностью сдулся. Решив больше не экспериментировать — ведь на кону стояло, как громогласно заявил неженка Вуд, "выживание в условиях дикой природы", они провозились с реабилитацией матраса почти до самого вечера. Планируемый Флинтом романтический вечер тоже не удался: Оливер умудрился опрокинуть на траву бутылку с вином, а потом сам чуть не подкоптился на огне. Дело в том, что Вуд, как Пьеро, размахивал весь вечер длинными рукавами свитера — тот был с флинтовского плеча и велик на пару размеров — и предсказуемо влез одним из них в костер. Вуда Маркус спас, успокоил, уложил спать, вот только сейчас, лежа на другом конце матраса на пионерском расстоянии и видя, как тот подрагивает от холода, хорошо задумался — стоит ли прижаться к тому в попытках согреть или на сегодня с них приключений хватит? Все-таки жалостливый вид скрюченного Оливера пересилил, и Маркус сгреб его в охапку себе под бок. Вуд благодарно вздохнул во сне и сладко причмокнул. Маркус же замер в ожидании. Ничего не происходило. Тогда он облегченно усмехнулся и ткнулся носом в вудовскую макушку. Едва он сделал это, их кособокая палатка заскрежетала, затряслась и наконец рухнула прямо на них... Едва рассвело, они уже ехали на машине обратно.

* * *

Первую половину пути они преодолели в напряженном молчании. И Оливера, поначалу кидающего на Маркуса смущенные взгляды, это ожидаемо начало раздражать. Уже в черте города, когда они застряли на очередном перекрестке, собака не выдержала и заскулила, пытаясь выцарапать лапой стекло. Флинт резко повернул к ней голову и смерил ее тяжелым взглядом. — Сядь, — отрывисто бросил он, и тут Оливера словно прорвало. — Какого хрена ты приказываешь моей псине? — зло бросил он и принялся выпутываться из ремня безопасности. Маркус наконец обратил на него внимание – его изумленный взгляд взбесил Оливера еще больше. — Какого? — начал тот, но Вуд уже не собирался его слушать. Он выскочил из машины и, рывком открыв заднюю дверцу, подхватил собаку на руки. — Сами доберемся, — рявкнул он Маркусу, прищурив глаза от ветра и настойчивого ливня. Сзади раздался истеричный сигнал машин. Маркус бросил взгляд на светофор и выругался: он должен был ехать, чтобы хотя бы пропустить тех, кто плелся позади него. Прежде чем отъехать от тротуара, он бросил взгляд в спину шлепающего прямо по лужам Оливера, сжимающего притихшую собаку в своих руках. Маркус хотел было догнать Вуда, но иррациональная злость вдруг охватила его, и он что есть силы вжал педаль газа. — Маленькая истеричная девочка, — выругался он, характеризуя поступок Оливера, что особого удовлетворения не принесло, но распалило еще больше. Черт возьми, это был самый ужасный в его жизни уикенд! Маркус так надеялся на эту прогулку, он так хотел впечатлить Оливера, а что получилось? Все пошло кувырком из-за этого неуклюжего неудачника! Ладно, фиг с ним, с сексом, но к Вуду ведь было даже не прикоснуться, и, если поначалу Маркус посчитал пресловутое проклятье полным бредом и вывертом вудовского закомплексованного подсознания, то сейчас уже готов был везти его к какой-нибудь гадалке. Такие мысли занимали Маркуса по пути к дому. Он не знал, что ему делать. Он осознавал, что Оливеру сейчас гораздо некомфортнее, но не был уверен, что действительно может как-то помочь ему. И он определенно не был готов к таким препятствиям в режиме "нон-стоп". Он же взрослый мужик! Врач. Ему некогда нянчится с несуразными, хоть и очень очаровательными, идиотами, так ведь? В любом случае, нужно было успокоиться и постараться какое-то время не видеться с Вудом, чтобы эмоции улеглись, да еще чего не случилось — злоключений Маркусу хватало с головой. И как будто всего этого ему было действительно мало, на очередном повороте он не уследил за дорогой и врезался во впереди едущий автомобиль.

* * *

Оливер добрался до дома через несколько часов. Он еле наскреб в карманах мелочь на проезд в автобусе, и им обоим — ему и собаке — синхронно пришлось прибегнуть к щенячьему взгляду, чтобы их — мокрых и грязных, пропустили внутрь. Редкие пассажиры воротили от него лица и пытались отодвинуться, и Оливеру стало до ужаса жаль себя. Он не стал садиться, остановленный презрительным взглядом какой-то старухи, и всю дорогу простоял, прижавшись к поручню. Первым делом он попытался найти взглядом машину Маркуса, но той не было на обычном месте. — Должно быть, нашел более сговорчивого идиота, — шепнул Оливер, и псина еле слышно заскулила. Поднявшись на нужный этаж и бросив взгляд на дверь в квартиру Маркуса, Оливер задумался, что же будет дальше. Ответа не было. Оказавшись у себя, он скинул мокрые вещи прямо на пол и укутался в плед, постепенно проваливаясь в душный сон. Последней мыслью ускользающего сознания стало сожаление о том, что и Флинт оказался таким же, как и все остальные. Утро наступило так резко, что Оливер какое-то время сонно озирался, пытаясь понять, где он находится. Он обнаружил у себя под боком собаку. Та смотрела исподлобья, как всегда с таким видом, словно выпрашивала колбасу. — Вечно голодающее чудовище, — буркнул Оливер беззлобно и потрепал собаку по холке. Та радостно тявкнула, завиляла хвостом, а потом вскочила и, спрыгнув с кровати, уверенно направилась на кухню. — Эй! Время завтрака еще не наступило, — лениво протянул Оливер и нехотя приподнялся. — Я не сдвинусь с места, так и знай. Собака посмотрела на него укоризненным взглядом, или ему так только показалось, и промолчала. Другое дело, что животные не говорят, но Оливер настолько уверился в собственном одиночестве, что уже мысленно привыкал к мысли — ему остается только общаться с собственным домашним питомцем. — И не смотри на меня так, — упрямо мотнул он головой. — Я самый больной в мире человек, и это ты должна мне завтрак, — он закрыл глаза, притворяясь спящим. Собака залаяла на него, и Оливер ожидал, что та сейчас бросится обратно к нему для дружеской возни. Но та продолжала лаять и не приближалась, и он приоткрыл глаза. Собака сидела напротив двери и яростно лаяла. Оливер прислушался и понял, что перед его порогом явно кто-то отирается. Замершее на секунду сердце выдавало все его эмоции с головой, Оливер вскочил и, даже не смотря в глазок, резко распахнул дверь, ожидая увидеть Маркуса. — Добрый день, — поприветствовал его тот, кто оказался на пороге, и окинул Оливера оценивающим с ног до головы взглядом. Это был не Маркус. Высокий ухоженный парень, правда, излишне — это сразу бросалось в глаза. — Извините, что беспокою, — незнакомец брезгливо оглядел собаку. — Вы не знаете, Флинт еще живет здесь? — манерно поинтересовался он. Оливера как под дых ударило. Привлекательный, манерный, успевший ощупать самого Вуда липким взглядом. Даже и сомнений не возникало, кем он был Флинту. На секунду Оливеру захотелось малодушно соврать этому типу, сказав, что Маркус переехал. Куда-нибудь на другой континент. Но это было бы слишком по-детски. Оливер скрестил руки на груди и прижался плечом к стене. — Флинт? Это такой высокий мужик с вечно недовольным выражением лица? — поинтересовался он. — Да. Как-то так, — мотнул головой парень в нетерпении. — Вы знаете, — Оливер обворожительно улыбнулся, — я только переехал, поэтому могу немного заблуждаться, но, кажется, он живет на этаж выше. — Выше? — неуверенно переспросил его тот, и Оливер кивнул. — Да. На два этажа выше, сразу напротив лифта. Если Оливеру не изменяла память, там жила придурочная парочка: истеричная блондинка и ее вечно находящийся в состоянии кипящей ревности бойфренд. Независимо от того, кому этот хлыщ попадется, вечер им с Флинтом точно будет испорчен. Оливер мстительно ухмыльнулся и поспешно добавил: — Точно-точно. Мистер Флинт живет там. Незнакомец суетливо махнул головой, но потом вдруг замер, прищурился, внимательно рассматривая Оливера. — Что-то мне подсказывает, что ты врешь, — с долей негодования и досады протянул тот. — Какой смысл ему переезжать на два этажа выше в том же доме и подъезде? — он нахмурился. — Откуда же я знаю, — невозмутимо пожал Оливер плечами. — Если ты сам знаешь, где он живет, зачем спрашиваешь? Тот снова оглядел Вуда с ног до головы. Видимо, сделав свои выводы, он удрученно взмахнул руками и пожаловался: — Я не могу застать его уже который день. Я позвонил ему на работу, но там определенно точно сказали, что он выходной сегодня. Моя бабка ничего не знает, говорит, что не видела его пару месяцев, но эта старуха совсем из ума выжила, так что я надеюсь, она ошибается, — парень махнул рукой в сторону двери, за которой находилась квартира миссис Фиг. Оливер промолчал, упрямо поджав губы. Так вот оно что. Тот самый таинственный внук — Оливер припоминал неосторожные слова Маркуса по этому поводу. Но они ведь расстались, и было непонятно, чего этот хлыщ тут забыл. — Может, ему что-нибудь передать? — все-таки флегматично отозвался Оливер. — Когда объявится. — Да нет, наверное, не стоит. Я просто зайду позже, — парень поправил солнцезащитные очки и развернулся к лифту. Как раз в это время двери лифта открылись, и на площадку вышел Флинт. Хлыщ просиял и кинулся к нему, а Оливер скривился и нарочито жизнерадостно бросил ему в спину: — Смотри-ка, все как ты заказывал. Подозрительный тип с вечно недовольным выражением лица, — он смерил Маркуса уничтожительным взглядом и с силой захлопнул дверь, прячась в своей квартире. Впрочем, скрывшись за дверью, Оливер буквально прилип к ней, пытаясь расслышать, о чем разговаривает Флинт с этим пижоном. Если они о чем и говорили, то достаточно тихо — настолько, что Оливер не мог перехватить ни слова. Тогда он аккуратно, словно Маркус вдруг сможет его заметить каким-то непостижимым образом, выпрямился и уставился в глазок. Как раз, чтобы увидеть, как за Флинтом и его гостем захлопывается дверь в квартиру.