Don't touch me.

      Чонгук щёлкает выключателем и кидает ключи на тумбочку, проходя внутрь и ставя спортивную сумку на пол. Чимин аккуратно заходит следом, с интересом осматриваясь в новом помещении, и стаскивает с плеч небольшой рюкзак. На самом деле Чимин бы приехал вообще только с ним, но Чонгук нагло поехал после сеанса к нему домой и набрал кучу вещей, сговорившись с его матерью, и теперь Чимину даже неловко как-то за большую спортивную сумку. Может, ему не понравится здесь или что случится, зачем столько вещей? Их всегда можно же довезти.       — Я оставлю её пока в коридоре, а потом покажу тебе твою комнату, но пока давай поедим, окей?       — Мы будем жить в разных комнатах? — Чимин снимает с себя куртку и вешает следом за Чоном на соседний крючок, удивлённо выгибая бровь.       — Ну, да, у меня две комнаты, так что вполне можем. А что?       — Ничего, просто я думал, что у тебя только одна комната. Ведь ты один живёшь, логично, что у тебя не трёхкомнатная квартира скорее всего будет.       — Ну, она и не трёхкомнатная. Ты будешь жить в моей, а я переберусь в гостиную. Вот две комнаты и получается, — Чонгук смеётся и кивает Паку в сторону кухни, исчезая в коридоре и вскоре гремя посудой на ней. Чимин аккуратно ставит кроссовки на полку и идёт следом, окидывая в проёме гостиную изучающим взглядом, и заходя к Чону.       — У тебя тут мило, — Чимин не врёт, потому что у Чонгука действительно уютно, что редко бывает, когда живёшь один, но это так, и Пак уверен, что во всём просто виновато исходящее от Гука тепло. Оно греет и помещение, а это чудесно. Плюс видно, что Чонгук, пускай и студент, да и живёт на зарплату, следит за квартирой, а мебель в ней не дешёвая, видимо, родители постарались хоть как-то окупить своё отсутствие. — И почему мы не можем жить тогда вместе? Или я поживу в гостиной, к чему тут твой переезд?       — Хочешь жить со мной в одной комнате, Мини? — Чонгук хмыкает, весело щуря глаза, и Чимин еле удерживается, чтобы свои не закатить. — Я просто думал, что тебе будет некомфортно, поэтому и собирался дать тебе личное пространство.       — Ну, да, мне не особо комфортно, но раз мы решили пробовать, то это тоже можно было бы. В конце концов, мне ничего не мешает тебе сказать или самому уйти спать на диван, если мне будет очень сложно.       — Окей, договорились. Но сегодня всё равно кому-то придётся спать в гостиной, потому что у меня там только одна кровать.       — Если нужно покупать дополнительную мебель, то не надо, Чонгук. Я буду спать в гостиной, не переживай, — Чимин виновато улыбается, потому что лезет, не зная ещё тут ничего, и вынуждает на ненужные покупки. Всё было бы гораздо проще, если бы он мог терпеть длительные прикосновения и более тесные, тогда они бы спокойно спали на одной кровати, если та, конечно, по размеру это им позволит.       — Я не хочу тебя оставлять в гостиной, потому что буду мешать, когда начну собираться в универ. Поэтому ты в любом случае спишь в моей комнате, Чимин. Вещи, наверное, разберёшь завтра, а то уже поздно, я покажу, куда их сложить. И прекрати прибедняться, это теперь и твоя квартира, чувствуй себя как дома.       Чимин хочет снова возразить, но Чонгук смотрит грозно, и Пак послушно замолкает, кивая и опуская голову. Ему, в принципе, без разницы на всё это, но хозяин тут Чонгук, и если ему так будет удобнее, то он спорить больше не будет. Неудобно немного у Чона его комнату отбирать только, но раз тут говорить что-либо бесполезно, то ладно. Чонгук сам предложил, в конце концов.       Они сидят какое-то время на кухне, мирно беседуя и ужиная наспех сделанными бутербродами, а затем Чон вспоминает, что собирался Мину всё показать, да ещё и время уже давно за полночь, а ему вставать. Чонгук обычно не особо парится, иногда даже не ложась, но он не знает, к какому режиму привык Чимин, поэтому лучше сворачиваться, а потом они уже разберутся.       У Чона в комнате не особо много вещей и тоже вполне уютно. Чимину нравится, особенно широкая кровать, на которой можно развалиться и валяться в ней до обеда, потому что дома не будет никого, кто бы мог ему помешать. У Гука длинное панорамное окно, жалко только не во всю стену шириной, завешанное шторами, шкаф-купе и небольшой стол в углу с двумя стульями. Кровать, кстати, прямо рядом с окном, так что помимо того, что можно просто валяться, можно ещё в него смотреть, находясь на шестнадцатом этаже. А ещё на стенах висит несколько современных картин, больше напоминающих фотографии, и две небольшие полки с книжками и какими-то безделушками. Чимин ещё помнит, что видел шкаф с книгами в гостиной, тоже небольшой, но его содержимое явно будет шире, чем здесь. И всё действительно очень аккуратно, кроме стола, который завален учебниками и тетрадями, правда, это совсем уют не портит, а даже как-то вписывается и дополняет комнату.       Чимин не спеша ступает по мягкому ворсу ковра и подходит к столу, с лёгким интересом заглядывая в исписанные листы. Чонгук роняет сумку где-то возле шкафа и поднимает взгляд на Мина, неловко улыбаясь из-за беспорядка на столе.       — Я уберу это завтра, как приду, если ты не против. Прости за это, не успел.       — Ничего страшного, мне это не мешает. Можешь так всё и оставить, если тебе удобнее. Мне стол не нужен, в принципе, — Чимин ведёт пальцами по страницам открытых книг и бегает взглядом от странички к страничке, поднимая голову после вверх и всматриваясь в содержимое полок.       — Там всего пару книг, всё остальное — альбомы и учебники в основном. Если будет скучно, пока меня нет, то есть шкаф с книгами в гостиной или мой ноут, который где-то под этой грудой тетрадей. Бери, мне не жалко.       — У меня есть свой, спасибо, — Чимин легко улыбается, разворачиваясь к Чону, и сцепляет пальцы за спиной. — У тебя вся квартира очень уютная, Чонгук. Я думал, мне будет слишком некомфортно, но пока лишь непривычно. Тут мило.       — Я рад, что тебе здесь нравится, Чимин, — Чонгук облегчённо выдыхает и подмигивает, мягко улыбаясь. — Можешь располагаться, я нужные вещи сейчас заберу. В шкафу я освободил место для тебя, разложишься завтра или сегодня — как хочешь, в принципе. Где что у меня тут, я тебе вроде показал…       — Успокойся, Чонгук, я всё запомнил, да и если что, то будет время всё самому осмотреть подробней, — Чимин хмыкает и отворачивается, направляясь вглубь комнаты, и садится на кровать. — И тебе не обязательно всё забирать, зайди просто утром, в чём проблема?       — Я могу тебя разбудить, зачем тебе это.       — Хватит быть таким заботливым, просто зайди и возьми, что тебе нужно. А теперь иди уже спать, у тебя осталось не больше пяти с половиной часов.       — Спокойной ночи, Чимин.       — Спокойной ночи.

***

      — Ты овсянку ешь?       — Ем. Если добавишь туда варенья, то будет вообще шикарно.       — Тогда поздравляю, у нас сегодня будет нормальный завтрак, — Чонгук смеётся, скрываясь в проёме двери и возвращаясь на кухню. Чимин встаёт со своего места и направляется следом, с интересом заглядывая к брюнету и принимаясь следить за его действиями. Сегодня суббота, у Чона выходной, и тот, после того как проспал полдня, принялся готовить им поздний завтрак. Чимин, вообще-то, проснулся даже позже Чона, хотя мог бы встать пораньше и приготовить сам, но почему-то этого не сделал, за что теперь чувствует себя немного виноватым.       Весь вчерашний день он был в квартире один, и это, в принципе, не особо отличалось от того, как он жил с родителями. Те тоже уходили на работу утром и возвращались домой под ночь, оставляя Пака на целый день одного. Но Чимин вообще-то взрослый уже, да и к компании давно не стремится, поэтому ему это было даже на руку. А новую квартиру можно было хорошо изучить, без спроса залезая туда, куда хочется.       Чонгук вернулся поздно вечером совсем уставший и сонный, и если бы не Чимин, то так и лёг бы тут же спать голодным и прямо на диван. Но Чимин снова сделал бутерброды, ругаясь мысленно на Чона, что у того в холодильнике мышь повесилась, и налил чаю, почти насильно заставив сесть и поесть. Чонгук был благодарен потом жутко и в порыве хотел Чимина снова по голове потрепать, но руку отдёрнул. И это Чимина напрягло. Как и скомканная улыбка после.       Теперь они вроде как общались за этот час немного, но нормально, правда, Чонгук всё равно слишком аккуратен. Он будто боится вновь до Пака дотронуться, и Чимину это состояние не нравится, потому что очень мешает и не нужно оно совсем. Вот и сейчас Чонгук, проходя мимо с дымящимися чашками в руках, обошёл Чимина чуть ли не на несколько шагов, едва не стукнувшись спиной о плитку позади. Чимин на это недовольно нахмурился и сел за стол, негромко благодаря за завтрак и приступая к еде.       Чонгук, как ни странно, ни о чём не говорит, зависая в телефоне и листая новостную ленту в соц-сети, а Чимину неуютно, потому что что-то идёт не так. Он, конечно, не стремился выходные с Гуком проводить, упаси Боже, но что-то поменялось, и Чимин прекрасно понимает из-за чего. Чон, всё так же смотря в свой смартфон, тянется рукой к варенью, собираясь себе в кашу ещё немного его добавить, и Чимин специально тянется тоже, сталкиваясь пальцами и невольно вздрагивая. Чонгук удивлённо вскидывает голову и тут же извиняется, отдёргивая руку и пряча глаза. И Пак на это недовольно поджимает губы, думая, что стоит с этим разобраться.       Чонгук сам готовил и сам решает помыть посуду, еле слышно что-то напевая себе под нос и думая о чём-то отвлечённом. Шатен сверлит в нём дырку своим взглядом и нервно постукивает ногой по кафелю, ожидая, когда Чон закончит своё занятие. Он не знает, что на него нашло, но такое положение дел ему совсем не нравится. Выглядит глупо, причём очень, особенно после того, как они стали теперь общаться. Чимин не спешит вешать на них ярлыки, потому что не доверяет и ждёт, когда Чон отвернётся и уйдёт, но они слишком хорошо ладят в последнее время. Однако что-то определённо пошло не так.       Чонгук убирает тарелки в шкафчик и ставит чашки на полку, хлопая дверцами и резко разворачиваясь. Чимин тормозит его своим взглядом, смотря настороженно и недовольно, и Чонгук вопросительно выгибает брови, облокачиваясь обратно на тумбочку и скрещивая руки.       — Ты чего?       — Ты избегаешь меня.       — В смысле? Чимин, я работал вчера весь день и…       — Нет, не в этом плане, Чонгук. Ты боишься до меня дотронуться. Почему?       — Ничего подобного, не придумывай.       — Чонгук, — Чон фыркает, отталкиваясь от тумбы и собираясь уйти, но Чимин не даёт, снова обращаясь к нему и вставая со своего места. — Не уходи от проблем. Почему?       — Потому что я боюсь тебе снова что-то сделать не так, что непонятного? — Чонгук вспыхивает, раздражённо сверкая глазами, и недовольно поджимает губы, злясь непонятно из-за чего. — Думаешь, я жажду нового приступа?!       — Нет, но от того, что ты меня заденешь плечом, я не стану задыхаться.       — А вдруг? Боже, Чимин, я не хочу тебе принести снова вред, пойми.       — Тогда зачем предложил переехать? Думаешь, будешь обходить меня стороной всегда, а мне это будет нравиться?!       — Тебе не нравится, когда я до тебя не дотрагиваюсь?.. — Чонгук поражённо моргает, а Чимин чувствует, что сболтнул немного лишнего, чего вообще говорить не стоило, стыдливо опуская голову и ощущая лёгкий жар на щеках. — Чимин?       — Не то чтобы… Просто это выглядит странно, понимаешь? Мы живём в одной квартире, а ты обходишь меня за километр. Это глупо.       — Но всё равно тебе не нравится.       — Отчасти… Когда ты дотрагиваешься до меня, то в большинстве случаев я чувствую тепло от прикосновения, очень мягкое и приятное. Не холодное, как раньше, а тёплое, местами обжигающее даже…       — И тебе нравится это?       — Ну, да, наверное… Чонгук, боже, это звучит ужасно странно! — Чимин вскидывает голову и нервно улыбается, дыша немного сбито и взволнованно. — Просто пойми, от простых прикосновений, что были раньше, мне плохо не станет, вот и всё.       Чимин не знает, что им движет, но он аккуратно дотрагивается пальцами до руки Чона и слегка сжимает её в своей ладошке, держа слабо и еле ощутимо. Но этого оказывается достаточно, чтобы пробудить в Чонгуке мягкую улыбку и оказаться перехваченным его рукой полностью, чувствуя жар там, где касаются пальцы брюнета. Чонгук неловко смеётся, чувствуя себя дураком за такое поведение, но он же просто заботился по факту, чуть не сделав только хуже. Благо Чимин понял всё правильно и решил разобраться, не струсив и набравшись храбрости, да ещё и дотронулся сам, чего не бывает почти никогда.       — Хорошо, я понял тебя. Прости, не хотел всё усложнять, — Чонгук аккуратно убирает выбившиеся пряди за ухо Мину, невольно задерживаясь и неожиданно чувствуя руку, опустившуюся сверху на его запястье, и улыбается мягко-мягко, видя чуть скованную, спрятанную, но пробирающуюся наружу похожую улыбку шатена напротив.       — Спасибо за заботу, Чонгук. Но лучше просто оставь всё, как есть.       — Хорошо, Мини, я только за.       Чимин убирает руку, чувствуя на и так немного полыхавшей от лёгкого смущения щеке жар, и высвобождает пальцы, разворачиваясь и уходя из кухни. Ему это кажется немного странным, но отчего-то совсем именно немного. Чимину приятно, тепло и немного стыдно за своё поведение, но он уверен, что это от непривычки. Раз Чонгук реагирует нормально, то ничего странного не было, просто Пак от всего отвык.       А Чонгук улыбается как-то счастливо и радостно, идя следом и на ходу предлагая чем-нибудь заняться. И тогда Чимин вспоминает, что у них, вообще-то, есть нечего почти, и предлагает сходить в магазин. Ну, то есть отправить туда Чона, потому что для Мина там слишком много людей, но брюнету на это всё равно, ибо раз Пак в парке погулять смог, то и там вытерпит полчаса. Отчего собираются они туда вдвоём, и Чонгук обещает не идти в самый загруженный универмаг, договариваясь на магазин чуть меньше, но всё равно приводит Пака к ближайшему супермаркету и получает убийственный взгляд, пожимая плечами и делая вид, что ничего не знает.       Чимин уже натыкаться на людей не так боится, но всё равно крайне сильно не хочет этого, хватаясь за корзинку и как защиту прижимая её к себе. Чонгук на это весело смеётся, забирая корзинку у Пака, и уверенно подталкивает вперёд, слыша недовольное шипение от шатена. Чимин осторожно обходит двух женщин, выбирающих консервы на полке, и чуть не врезается в ребёнка, скомкано улыбаясь и сворачивая к стеллажам. Чонгук идёт следом, следит за Паком с лёгкой улыбкой и позволяет ему корзину наполнить, потому что если Чону всё равно, что есть, он иногда банально этого даже не успевает дома, то Чимин там будет находиться большую часть времени.       В итоге Чимин увлекается процессом и уже гораздо спокойнее ходит по магазину, и даже умудряется всё-таки пару раз впечататься в людей. Это, оказывается, не больно совсем и не холодно, лишь, может, чуть-чуть, но из-за увлечения процессом Чимин этого даже не замечает. Зато замечает Чонгук, пристально следящий за Чимином и следующий за ним по пятам.       Они расплачиваются на кассе и выходят из магазина, потратив на это примерно полчаса, как и хотели. Чимин ворчит на Чона, что тот не должен был платить целиком, потому что у Пака тоже есть деньги, и настаивает на том, чтобы дома Чону их отдать. Чонгук противиться не спешит просто потому, что зачем, когда это особо значения не имеет. Они всё равно живут вместе, к чему спорить.       В итоге день должен быть наполнен домашней едой, приятной компанией и фильмом, если они сойдутся на выборе. А они сойдутся, должны. По крайней мере, у них целый день впереди и куча вариантов, а там что-нибудь да выпадет.       Но идя домой и рассказывая Чимину историю из института, Чонгук всё-таки пока действительно думает, что не ошибся, когда решил предложить жить Паку с ним. С Чимином по-своему весело и интересно, да и это только начало. У него ещё будет время мнение изменить в любую сторону, но пока он доволен.       Главное, чтобы был доволен ещё и Чимин. Но это уже зависит от Чона, а тот расстраивать его не собирается.       У него другие планы, и он очень надеется, что шатену они понравятся. По крайней мере, стать друзьями покрепче им не мешает ничего.