Don't touch me.

      — Добрый день.       — Привет, Чимин, заходи, — Юнги кивает заглянувшему Паку и отворачивается от компьютера, перекатываясь на стуле. — Спасибо, что согласился перенести.       — Да без проблем. Сложности с квартирой?       — Да, надо уладить оставшиеся нюансы. Чем скорее с этим разберусь, тем меньше забот.       — Если помощь будет какая-то нужна, то ты обращайся. Мы с Чоном приедем, — Чимин улыбается и ловит мимолётную улыбку в ответ. Юнги ещё молча кивает, а после прочищает горло и отходит от темы, погружаясь в сеанс.       Сегодня немного необычно, но Пак из-за того, что учится заочно, смог приехать тогда, когда его попросили. Чонгук ещё не закончил учиться, а если закончил, то не доехал пока, так что на сеансе они сегодня вдвоём. Впрочем, ни Мина, ни Пака это особо не смущает.       Чонгук приезжает уже тогда, когда они закончили и просто сидят и разговаривают, дожидаясь его. Брюнет стучится в дверь и заглядывает, просунув голову, собираясь поздороваться и сказать, что приехал, как замирает и удивлённо смотрит на сидящего в кресле Чимина.       — И что ты тут делаешь?       — Сегодня сеанс немного раньше, а ты свободен от работы. Мне надо уехать, — Юнги хмыкает и поднимается с места, подходя к шкафу и доставая оттуда пальто.       — И зачем я тогда вообще сюда приехал?!       — Чтобы забрать Пака и вместе с ним отправиться домой.       Чонгук недовольно смотрит на усмехающегося блондина и, тяжело вздохнув, переводит взгляд на хитро прищурившего глаза Пака. Чон вопросительно гнёт бровь и ждёт, пока Чимин встанет и направится к выходу. Но тот, кажется, ждёт Юнги, а у Чона не остаётся выбора, кроме как ждать их обоих, недовольно пыхтя себе под нос.       — Только не говори, что это ты придумал.       — Не звонить тебе? Нет. Юнги просто забыл, а я не стал напоминать, — Чимин улыбается шире, а Чон удрученно стонет, закатывая глаза. — Ты так не рад меня забрать?       — Я так хочу есть, что готов убить вас обоих, потому что пришлось жертвовать всем, чтобы успеть сюда. А тут ещё и сеанс пропустил.       — Чимин дома тебя накормит, — Юнги заматывает шарф вокруг шеи и кидает двусмысленный взгляд на Чона, хмыкнув. Тот хмыкает в ответ, а Пак надеется, что подтекст во фразе ему только послышался. — Как у вас продвигаются отношения?       — Хорошо.       — Ну, и славно. А теперь на выход, — Юнги хватает сумку и достаёт из карманов ключи, перебирая их пальцами и доставая нужный. — До метро я вас подброшу, мне проезжать вашу ветку. А дальше сами.       — Мог бы хоть раз довезти своих любимых друзей до дома, — Чимин фырчит, поддевая психолога, но тот в ответ только закатывает глаза и разворачивается к двери, вставляя ключ в скважину и пару раз поворачивая.       — Когда вы станете «любимыми» друзьями, тогда и довезу. А пока довольствуйтесь этим, неблагодарные.

***

      — Я надеюсь, ты не обижаешься на Юнги? — Чонгук разматывает собственный шарф и скидывает ботинки, проходя в квартиру глубже и вешая пальто на крючок.       — А за что я должен на него обижаться? — Пак подхватывает пакет продуктов, купленных по дороге домой, и идёт на кухню, недоумённо вздёрнув брови на вопрос брюнета.       — За его колкие фразочки.       — Они просто колкие, но не ранят. У Юнги такой юмор, я давно понял.       — Многих это в нём раздражает.       — Да нет, это даже мило. С ним так, кажется, только легче общаться. Без них он был бы скучным и вредным, а так хотя бы просто вредный, — Чимин хмыкает, хлопая дверцей шкафа, и разворачивается, резко оказываясь прижатым Чоном к тумбе позади.       — Юнги что-то говорил про то, что ты меня накормишь. И какие идеи?       — Вчерашний ужин, — Чимин хмыкает, убирая руки и выпутываясь из захвата. — Сам разогреешь. А что имел в виду Юнги, я без понятия. Определитесь сами.       Чонгук смеётся и со вздохом бредёт к холодильнику, открывая дверцу и заглядывая внутрь. Чимин быстро смывается с кухни и шумит в гостиной, включая телевизор и устраиваясь напротив, успевая как раз вовремя, к началу серии сериала, на который он не так давно подсел. Довольно интересно, только он постоянно забывает о нём, подрываясь обычно уже под конец.       Чонгук присоединяется позже, садится рядом и устало облокачивается на Мина, растягиваясь на диване. Чимин не реагирует никак, продолжая увлечённо смотреть сериал, и молча даёт свои пальцы с чужими переплести, не сразу это даже заметив. Они смотрят в тишине между ними, напряжённо, потому что всё тянет к печальному концу и не даёт никаких надежд на финальное разрешение. Чонгук вникает, в чём дело, а Чимин, кажется, уже догадывается, кто всю эту заварушку в итоге устроил. И, если он прав, то это даже неинтересно.       Всё как обычно обрывается на самом напряжённом моменте и обещает ещё одну, кульминационную серию. Пак устало вздыхает и ёрзает, вытягивая затёкшие ноги вперёд и сдвигая Чона со своего места, слыша недовольное бурчание в ответ. Чимин на это тихо смеётся и смотрит на поднявшегося Гука чуть виновато, веселясь с недовольства в глазах только сильнее. Но у Чона что-то внезапно, кажется, щёлкает, потому что недовольство меняется какой-то хитрой усмешкой и игривостью в глазах. Чонгук тянет непонимающего ничего Мина на себя и удобно устраивает на своих коленях, прижимая боком к себе и укладывая его голову на своём плече.       — А до этого было неудобно?       — Не очень, — Чонгук хмыкает и скользит рукой по бедру, оставляя ладошку на нём.       — Смотрим дальше?       — А у тебя есть идеи поинтересней?       — Нет, так что смотрим дальше.       Чимину не очень удобно так смотреть, но если немного развернуться и прижаться к Чону спиной, то станет гораздо лучше и удобнее. Чонгук бережно обнимает Пака, как-то неосознанно, совсем легко поглаживает по бедру и следит за действиями по каналу. Пак пытается следить тоже, но ему откровенно неинтересно то, что там показывают. Какая-то глупая, совершенно бездарная комедия, с плоским юмором и однотипным сюжетом. Паку скучно, но он надеется, что это только по началу.       К сожалению, интереснее не становится и через десять, и через двадцать минут. Чимин устало вздыхает и отворачивается, прижимаясь щекой к плечу Гука и поднимая взгляд на его профиль. Чонгук, кажется, смотрит чуть увлечённей, но особого интереса в его глазах Пак тоже не видит. Чимин кладёт ладошку ему на грудь и скучающе перескакивает пальцами по ткани, поднимаясь к горлу, а затем и вовсе ведя по нему. Чонгук не реагирует ровно до того, пока Пак не очерчивает его губы, перехватывая кисть и опуская на него взгляд.       — И чем ты занимаешься?       — Развлекаюсь.       — Мог бы сказать, если скучно.       — Да ладно, я же нашёл, чем себя занять, — Чимин хмыкает, высвобождая руку, и возвращает её туда, откуда начал скользить. Но вместо того, чтобы идти обратно вверх, скользит вниз, вызывая недоумение на лице Гука и вопросительно выгнутые брови.       — И куда это ты ведёшь?       — Я не сделаю ничего, что бы тебе не понравилось, Гук, — Чимин дразнится и хитро улыбается, цепляя пальцами пряжку ремня и проскальзывая пальцами за край джинс. Чонгук цепляет его руку и быстро убирает, меняя свой взгляд на настороженный.       — Чимин, не стоит. Ты доиграешься, а потом снова будешь чувствовать себя плохо.       — Да ладно тебе, Гуки, я же несерьёзно, — Чимин выпрямляется и садится на колени брюнету полностью, кладя ладошки на плечи и смотря сверху вниз.       — В этом всё и дело. Ты не серьёзно, а я могу…       — Расслабься, Чонгук, — Чимин перебивает и обвивает шею руками, мягко целуя в лоб и снова перехватывая взгляд. — Ничего лишнего, не беспокойся.       Чимину непривычно своё состояние, но он отчётливо чувствует желание немного развлечься. Неважно как, просто занять себя чем-нибудь приятным. А то, к чему они недавно пришли с Чоном, довольно приятно. Очень даже. И после пары таких ласк Чимин уже той неловкости не чувствует. Нет, она, конечно, есть, всегда есть, при любом близком контакте всё равно, но уже фоновая, не выраженная покрасневшими щеками и взбитыми мыслями.       Чимин скользит поцелуями ниже, повторяет излюбленные действия Чона, прокладывая мокрую дорожку и спускаясь к подбородку. Находясь у Чона на коленях, это делать крайне неудобно, но Чимин приспосабливается, чуть отодвигается, елозя на бёдрах парня, и назло прикусывает шею, как бы мстя Чону за его проделки. У Гука же лёгкий шок и непонимание происходящего, но он решает не мешать и посмотреть, к чему это всё приведёт. Хотя в том, что будет с его стороны, он не сомневается.       Чимин пробирается пальчиками под футболку, царапает бока и специально оттягивает зубами кожу, срывая сдавленный вздох. Чонгук с силой сжимает пальцы на талии старшего, но тот не реагирует никак, захватывая кожу снова и подаваясь телом вперёд, в попытке прижаться теснее. Он прикусывает кадык, выпрямляется, зависая напротив сжатых красивых губ и медленно переводит взгляд на глаза, встречаясь с блеском в них.       Чонгук не выдерживает и валит Чимина на диван, нависая сверху и, чтобы отвлечь себя от так призывно приоткрытых пухлых губ, задирает кофту старшего и целует впалый живот, чувствуя чужие пальцы в своих волосах. Чонгук обводит языком впадинку пупка, прикусывает мягкую кожу и поднимается выше, проходясь по выпирающим рёбрам губами, руками как бы невзначай очерчивая бёдра. Чимин выгибается, прикрывает глаза от неторопливых ласк и шумно дышит, внутренне сгорая от получаемого тепла.       Чонгук изучает поцелуями желанное тело и возвращается к излюбленной шее, почти не балуя Пака прикосновениями, лишь смазано целуя в основание и зависая над лицом парня. Тот открывает глаза, смотрит помутневшим взглядом и вопросительно гнёт бровь.       — Я так хочу тебя поцеловать, ты не представляешь, — Чонгук говорит это шёпотом, на выдохе, скользит взглядом по пухлым губам и нервно выдыхает, силой отводя его и возвращая Мину. Тот обхватывает Чона за шею второй рукой и слегка улыбается, уверенно смотря на парня.       — Так поцелуй.       — Что?..       — Поцелуй меня, Чонгук.       Чимин тянет Гука на себя, надавливая на шею и затылок, и Чонгук поддаётся, накрывает чужие губы своими и чувствует усилившуюся хватку. Чонгук целует неторопливо, сминая губы в мягком поцелуе, и сходит, кажется, с ума, потому что Чимин отвечает, прижимает его к себе и сходит с ума вместе с ним. Чонгук отрывается на секунду, сбито глотает воздух и целует снова, напористей и глубже, заставляя обоих задыхаться от близости.       Чонгук скользит языком по нижней губе, и Чимин без раздумий даёт проникнуть ему в свой рот, вздрагивая, стоит Чону соприкоснуться с ним. Чонгук целует жадно, будто больше этих поцелуев не будет вовсе, вжимается в чужое тело и не может перестать целовать. Они оба хотели этого давно, оба не могут унять бешеного сердцебиения и накрывшей эйфории. Чонгук не знает, как остановиться, а Мин только обрубает все концы к отступлению, решая идти дальше.       — Чонгук? — Чимин увиливает от нового поцелуя и пропадает в чёрном омуте, сглатывая возникшее волнение. — Я обещал нести ответственность за то, что я делаю, да?       — О чём ты, Чимин? — Чонгук непонимающе хмурится, пока Пак не перекладывает одну руку обратно на ремень его джинс, тут же вздрагивая от этого.— Что ты?..       — Просто дай мне попробовать, ладно? — Чимин смотрит уверенно и подаётся вперёд, накрывая снова чужие губы своими и соскальзывая с пряжки на заметный бугорок. Чонгук послушно садится, поддаваясь действиям Пака, и следит за ним напряжённым взглядом, пока тот снова устраивается у того на коленях и ловко вжикает молнией, срывая облегчённый выдох у брюнета.       Чимин уверенно накрывает рукой чужой орган, дразняще массируя через ткань, и после проскальзывает пальцами за резинку трусов, смыкая их на вставшем члене. Чонгук хрипло дышит, прикрывая глаза от действий Пака, и совсем не понимает, когда в Мине стало столько решительности. Но ему нравится, да и не против он совсем.       Чимин двигает рукой не спеша, играется с яичками и довольно хмыкает, когда Гук вдруг толкается в его руку, прося темпа побыстрей. Чимин поддаётся, двигает рукой быстрее, как вдруг замирает, вытаскивает руку и заставляет Чона разочарованно глаза приоткрыть. Чонгук откровенно не понимает, зачем вдруг Пак елозит, поднимается со своего места, и удивлённо распахивает глаза вовсе, когда Пак внезапно опускается перед ним на колени и улыбается хитро, кладя руки Чону на бёдра.       — Только не говори, что ты…       — А ты против?       — Нет, но ты уверен?       — Раз делаю, значит, на все сто, — Чимин хмыкает, раздвигает ноги Гука шире и приспускает ткань белья, придвигаясь ближе. Гук следит за всем этим с волнением внутри, огромным шоком и неверием в происходящее. Чимин кривит губы в усмешке и, бросив взгляд на Чона, вбирает головку, внутренне подмечая, что добровольно это не вызывает никаких противоречивых чувств. Наоборот. Видеть неприкрытое удовольствие от своих действий в глазах напротив добавляет щекочущих ощущений.       Чимин заглатывает глубже, скользит языком по стволу и не спеша начинает двигаться, излюбленно посасывая ноющий о разрядке член. Чонгук зарывается пальцами в его волосы и протяжно стонет, стоит Паку добавить пальчики, принимаясь ими играть с мошонкой. Чимин обводит влажным языком орган, двигая им в такт движениям, выпускает член и заглатывает его снова, упираясь головкой в собственное горло и от этого приглушенно стонет. Чонгук стонет тоже, чувствуя вибрацию, и стискивает пальцами волосы шатена сильнее, ощущая приближающуюся разрядку.       Чимин выпускает влажный член из своего рта и уверенно заглатывает одно яичко, перекатывая его во рту и добавляя к своим действиям сомкнутые пальцы на органе. Чимин играется с каждым по очереди, водит по ним языком, посасывает и выпускает снова, пробуя заглотить сразу два. Чонгук протяжно стонет, очень хочет кончить, но пальцы Пака, сжавшие его член у основания, мешают ему это сделать, заставляя откинуть голову и кусать губы.       Чимин издевается недолго, заглатывает член снова и двигает головой быстрее, давая Чону уже, наконец, дойти до разрядки. Тот еле успевает Пака за волосы оттянуть, заставив выпустить член изо рта, и кончает на собственные джинсы, пачкая, кажется, ещё и диван. Чимин недовольно шипит, отдёргивает чужую руку и поднимается со своего места, вытирая рот тыльной стороной ладошки и хмыкая.       — Мог бы и понежнее.       — Прости, я не…       — Расслабься, всё нормально.       — Чимин, — Чонгук застёгивает ширинку и хватает Пака за руку, не давая тому уйти. — Ты немного сумасшедший, ты знаешь?       — Я был уверен, что тебе понравится, спасибо, — Чимин смеётся и даёт себя на диван рядом с брюнетом посадить, заглядывая немного смущённым взглядом в его глаза. Чонгук тянется сам, накрывает пухлые покрасневшие губы и мягко целует, чувствуя эйфорию внутри от только что произошедшего. Чимин сначала противится, не даёт себя поцеловать, но горьковатый привкус в поцелуе Чона явно не смущает, отчего тот сдаётся и отвечает, мимолётно улыбаясь в поцелуй.       — Ты лучший, — Чонгук отрывается, чмокает в губы напоследок и широко улыбается, заправляя выбившиеся пряди за ухо. — Спасибо.       — А теперь дай мне пойти уже в ванную и переоденься, — Чимин хмыкает, мягко высвобождает руку из чужой хватки и встаёт со своего места, сверкнув игривым взглядом и скрываясь из комнаты.       Его внутри немного трясёт, потому что это чертовски много за сегодня. Чимин привык к медленному, абсолютно не спешащему развитию, как сам сегодня же все эти рамки поломал. Зато он смог перебороть себя… и не только в поцелуях.       Чимин хлопает за собой дверью и нервно выдыхает. Он даже не понял, когда на это решился, но не жалеет. Он уже давно ни о чём не жалеет. А ещё Чонгук, кажется, получил ту самую отдачу, которой обычно с его стороны не бывает.       Видимо, осталось не так много. Да и Пак уже не считает это таким нереальным, как раньше. Чимин чувствует трепет и непонятное предвкушение внутри. Кажется, кто-то стал самым обычным, разве нет?..