Мне бы твои пули. Вендетта

А жизнь — только слово. Есть лишь любовь и есть смерть. Эй, а кто будет петь, если все будут спать? Смерть, стоит того, чтобы жить, А любовь, стоит того, чтобы ждать.

      Сразу же у дежурной Зимину ждало сразу несколько неприятных моментов: первый, в лице совсем пьяного Антошина, сидящего на корточках у будки дежурного, вторым был взбешенный чем-то Карпов, отчитывающий кого-то по телефону такими непечатными, что Ирина удивилась. Третьим и самым болезненным моментом был портрет в траурной рамке, с охапкой четных роз под ним. — Ирин, нашли тачку отморозков и тело одного из них, — Стас подошел к Ире и кинул тяжелый взгляд на Дэна. — Антошин, будь добр, захлопни пасть и проспись пойди. Олег, — Карпов сделал знак дежурному и тот, взяв ключи от допросной вышел из будки. — Да я че… Я ниче. Почти трезвый, — Денис икнул и, добредя до Иры, передал ей конверт, почти не помятый и подписанный Серегиной рукой. — Вот. Это все, что осталось. Представляешь? — Антошин, мать твою! Тебе сколько раз повторять?! Сопли разводить будем, когда все сделаем, — Карпов снова сорвался на подчиненного. — Ир, поехали? — Поехали, — Зимина убрала конверт в сумку так поспешно, будто дотрагиваться до бумаги было больно физически.       Уже на улице Ирина внимательно посмотрела на Стаса, пытаясь подобрать слова. С некоторых пор это было непросто, в голове, несмотря на внешнюю собранность, была пустота. — Мне Захаров звонил и следователь из СК, Шевцов, кажется… В общем, похоже, что это не случайность. В ОВД «Люблино» за час до… в общем, убили сотрудника. Тоже майора… Ножевое. Умер по дороге в больницу. — Охренеть. Борзые стали, я смотрю. Надеюсь, коллеги это просто так не спустят, — Карпов, внимательно следя за дорогой, невесело усмехнулся. — Ир, тебе Варан не звонил еще? — А должен? — на лице Зиминой промелькнул самый настоящий, неприкрытый страх и отвращение. — У меня Сашка его видел… Варан привет передал. — Тогда тем более. Я временно стану твоим водителем. Домой и из дома со мной. Сына с бабушкой куда-нибудь отправь, на море, восстановиться и отдохнуть. Пока мы тут с нечистью боремся. — Саша не поедет. Он сейчас не в том состоянии, Стас. Ему что Москва, что море. Без разницы. — А ты попробуй, предложи ему. — Попробую.       Остаток дороги подполковники молчали. Стас был загружен своими многоходовками, а на Иру обрушилось то, что она так старательно уже несколько часов отталкивала от себя. Постепенно до сознания стало доходить понимание — Сергея больше нет и никогда не будет.

Июль 20XX года. За три месяца до.

      Глухарев крутился возле зеркала, рассматривая себя со всех сторон. Не каждый же день они с Ириной куда-то выходили вместе. Хотелось соответствовать. — Ну да, а от забыл, как без формы выгляжу. То майка с джинсами, то форма… Мда… — Серега еще раз поправил воротник белой рубашки и улыбнулся своему отражению.       Убедившись, что выглядит он вполне нормально, Глухарь вернулся в комнату, в задумчивости подошел к комоду и открыл верхний ящик. Среди разных документов лежала крохотная бархатная красная коробочка, дожидающаяся своего часа.       Серега взял ее в руки, осторожно касаясь, словно боясь сломать и раскрыл. Тугой механизм сработал и кольцо заискрилось при свете люстры. — Красота… Лучшие друзья девушек и все такое. Но еще не время. Успею.       С этой простой мыслью Глухарев убрал коробочку обратно, закрыл ящик и, глянув на часы, засуетился. Ира никогда не опаздывала, а ему не хотелось заставлять ее ждать.

Сентябрь 20XX года. За месяц до.

      Ночное дежурство выдалось беспокойным и Карпов, едва оказавшись дома, рухнул на диван, не раздеваясь. Дойти до спальни ему казалось ну чем-то нереальным. Сон принял подполковника в свои объятия моментально, но продлился не слишком долго. Уже в начале второго телефонный звонок нарушил тишину.       Мысленно обматерив звонящего, Стас дотянулся до трубки домашнего телефона и нажав кнопку, прижал ее к уху: — Але. — Крепко спишь, Стас. С твоей работой надо быть начеку, — меньше всего Карпов ожидал услышать голос Варана. — А не пошел бы ты нахер со своими советами? — Карпов, быстро проснувшись, сел на диване, машинально потирая затекшую шею. — Что хотел? — Лимон евро и парочку островов на Сейшелах… Мальдивы надоели. А конкретно к тебе есть дело. На полтора лимона. — У меня с тобой дел быть не может. — Через два часа кафе «Трафарет», на Арбате, — и в трубку полетели гудки. — Блядь… Активизировался, сука. Вернулся в родные пенаты.       Телефон полетел в стену и, ударившись об нее, разлетелся на части.