Идеал, хулиган и булочка

Эти два глаза-блюдца напротив прожигают меня каким-то злым взглядом. Что Чану снова не нравится?! Почему он продолжает стоять, как столб?! И почему я сама смущаюсь и не знаю, куда себя деть, будто становится стыдно, что пытаюсь соблазнить парня на глазах хулигана?! Эх, Ён, соберись, тебе нужно вернуться к Сухо. - Я… эм… - лепечу что-то непонятное, делая шаг назад, чтобы идеальный парень поднял взгляд на меня, а в результате наблюдаю за тем, как Чан дрожащими руками пытается подхватить валяющиеся листы. – Чунмён, я хотела попросить тебя о небольшом одолжении… Держусь за край парты, потому что меня трясет внутренняя дрожь, за секунду становится страшно от того, что могу быть отвергнутой идеалом. Может быть Сухо даже не смотрит на меня сейчас и не слышит этих тихих слов, зато их, склонившись над полом, чутко слушает Чанёль. Не трусь, Ён, тебе ведь не слабо, не давай хулигану сомневаться. - Может, мы с тобой сходим сего… - КХУМ!!! КХЕЕЕЕЕЕ! – начинает кашлять Пак, будто собирается умереть прямо в проходе между рядами. Мои слова просто перекрываются его басом, тонут, вязнут, как коряга в болоте, в этом шуме. Я снова и снова пытаюсь сказать, но Чан продолжает кашлять, хлопать себя по спине широкой ладонью. Айщ! Он вечно все портит! Как не вовремя из этого парня начал выходить дьявол! - СУХО! – уже ору я, резко разворачиваясь к парню, и к удивлению встречаюсь с его пристально-внимательным взглядом, таким новым, приторно-сладким, что ноги подкашиваются. – Эх… э… Чунмён?! - Да, Ён, что ты хотела? – он пытается улыбаться, но сегодня, сейчас, в этот момент, в его взгляде что-то не так, и щеки немного краснеют. Наверное, парня смущает харкающий Пак на заднем фоне. Боже, это будет самое романтичное приглашение в моей жизни… КХЕЕЕХ! КХУК! ТЩЩЩ! - Чунмён, - нервно произношу я, смотря в пол, под аккомпанемент сухого кашля, - Чунмён, думаю, нам нужно начать готовиться к поездке. Поэтому может… АПЧХИИИИИИИ!!!!! Я скриплю зубами и прикрываю глаза. Все, он меня достал! Помочь решил, пикап-мастер, а сам творит какой-то беспредел. Поговорите о чем-то приятном, говорил он, а сам, наверняка, планировал устроить выступление своей группы «Волшебные звуки Пака»! Чунмён явно думает, что я сошла с ума, отчасти это действительно так… Уже собираюсь уйти, понимая, что не смогу закончить свое предложение, пока не воткну кляп Паку в рот, но внезапно чья-то холодная рука осторожно сжимается на запястье. Я пытаюсь сделать шаг, не получается, еще один – никак. На руке, как браслет, сжимаются чужие холодные тонкие пальцы. Мать моя женщина, это ведь Сухо держит меня! Первый раз! Я в удивлении таращусь на него, а он стыдливо отводит взгляд, только изредка посматривая на меня исподлобья. - Пойдем на свидание? – неловко улыбаясь, произносит он, смотря в парту, как и я. Кажется, нас обоих выносит. – Ты это пыталась сказать? - Нет, ты что…я бы не посмела пригласить такого парня… - сразу залепетала я, все еще не веря в происходящее, а на самом деле внутренний голос просто выл. ДА, ЧУНМЁН, хочу на свидание с тобой! Пошли хоть на край света, только улыбнись! – Просто поездка…пора делать что-то… - Вот как? – громко выдохнув, произнес Чунмён, продолжая меня держать за руку. – Ладно, давай хоть так. - Значит, мы можем начать сегодня? – уже спокойно спрашиваю я, понимая, что дикий кашель сзади закончился. - Конечно,- улыбается во все лицо Сухо, резко поднимая на меня свой горящий какой-то безумной идеей взгляд. – Давай обсудим… Садись ко мне. Дайте мне лопатой по лицу, чтобы я поняла, это правда происходит! Киваю, как болванчик, улыбаюсь по-идиотски и медленно поворачиваю голову в сторону парты Пака. Я вижу, как парень что-то шепчет мне одними губами, фыркая и кивая в сторону Сухо. Что?! Почему он злится? Разве все не прекрасно идет?! «Отвали, Пак, все же хорошо», - шепчу губами, а Чан закатывает глаза. Я сажусь на стул рядом с Чунмёном и не понимаю, о чем мы говорим, потому что чувствую его напряженное тело рядом со своим. Кажется, с моих губ слетает только «да» и нервные смешки, потому что никогда в своей жизни эти тонкие ключицы, выглядывающие из ворота рубашки, не находились так близко, как и белые пальцы, отбивающие ритм по столешнице. Мне жутко хотелось заглянуть в глаза Чунмёну, но было так страшно поднять взгляд, поэтому я просто наслаждалась моментом. Всю идиллию нарушало только громкое сопение Пака позади, у него скоро будет кислородное перенасыщение от таких глубоких вдохов. Я уговорила себя, что это якобы морской бриз, а не пыхтение, и полностью переключилась на Чунмёна, растворяясь в его бархатном голосе. - По местам! Госпожа Нам, вернитесь к себе за парту! – кричит учитель, заставляя меня вздрогнуть и с грохотом свалиться со стула на пол. - Ого, зубрилка сегодня не в духе! – замечает кто-то с задних рядов. - Она уже не впервые так падает, сходя с ума от красивого парня, - злобно произносит Сохи и прожигает меня взглядом. Она так смотрит, будто хочет сварить меня заживо, а потом выбросить на съедение волкам. Признаться, я немного растерялась, не могла пошевелиться, лежа на этом дурацком грязном школьном полу и ловя на себе насмешливые взгляды одноклассников. Кто-то смеялся в голос, кто-то блуждал похотливым взглядом по моей фигуре, а потом хмыкал типа «ничего особенного» и только учитель жаловался на меня, задерживающую начало урока. Да, да, мне же нельзя минутку другую пострадать, нужно сразу вскочить, как каратист, а потом кинуться решать примеры. Я бы с удовольствием это сделала, но юбка слишком коротка, а рубашка узка. Тут либо спина оголится, либо ноги. Странно будет, если я поползу на место?! - НАМ ЁНХИ, прекратите этот фарс! Почему вы смотрите в потолок?! Встаньте немедленно! Даже смеяться хочется, но не выходит. Зато я встречаюсь с глазами Пака, и этого вполне достаточно, чтобы не сорваться. Парень не торопится смеяться с другими, только губами он спрашивает «помочь?», но я незаметно мотаю головой. Это будет еще хуже, Сохи совсем разозлится и продолжит отпускать оскорбления в мою сторону. - Давай руку, - вдруг неожиданно слышу приятный голос сбоку. Чунмён? Он решил спасти меня?! Конечно, я молчу и просто улыбаюсь во все лицо, поэтому парень присаживается около меня и шепчет. – Эй, Ён, тут ведь не очень удобно. Он резко выпрямляется, я даже не замечаю, как незаметно рука Сухо оплетает мою и рывком поднимает тело за собой. Наверное, после этого поступка он станет для меня героем вселенского масштаба, очень сексуальным сильным героем. Может, нужно было отдать парню то написанное послание про его упругую задницу и сразу все прояснить?! - Спасибо, - произношу я, убирая прядку волос за ухо. Но Сухо не смотрит на меня, а просто мило улыбается, разглядывая птичку на ветке за окном. Зато стоит приблизиться к своему стулу, как я вижу вытянутые ноги Чана, которые не позволяют сесть на место. – Опусти, Пак. - НАМ ЁНХИ, что еще происходит?! Вы придумали новую форму протеста?! Садитесь уже! - Чанёль, мать твою, что на этот раз? – шиплю я. Парень резко с грохотом убирает ноги и громко фыркает. Зато потом мой проклятый хулиган стал таким паинькой, что даже точил карандаш бесшумно. Мне даже порой казалось, что он умер сзади от скуки или сбежал через окно, поэтому я постоянно оглядывалась. Но Пак был на месте, причем пытался что-то решать, грыз колпачок и почесывал свою макушку, взлохмачивая копну темных волос. Так и не скажешь, что это великое зло, видно, оно устало. - Так, а теперь разбейтесь на пары и приступайте к выполнению лабораторной! Быстро! – скомандовал учитель. Это просто ужасно, терпеть не могу работать в паре, снова придется выполнять работу одной непонятно с кем. Казалось, с зубрилкой должно быть много желающих, но обычно таких не находилось. Из года в год одно и то же, либо я делаю одна, либо меня записывают с Чонином, ибо только со мной он может думать нужным мозгом, а не тем, который в штанах. Я уже оборачиваюсь к нему и измученно улыбаюсь, но слышу почти одновременное: - Ён, может, будешь со мной в паре? Пак и Сухо. Я смотрю то на одного, то на другого не в силах произнести ни слова. - НАМ Ёнхи, - снова орет учитель, - выберите быстрее! Как это выбрать?! Самой?! Обалдеть! Но это внезапно появившаяся свобода почему-то совсем меня не радует. С ужасом понимаю, что выбрать между… другом-хулиганом и идеалом просто невозможно. Я не могу и не хочу отказывать Паку, который в коем-то веке потянулся к знаниям, но отталкивать Сухо вообще сродни безумию. Смотрю в искрящиеся глаза Пака, такие темные, такие уверенные, не могу отвести взгляда от широкой улыбки и от пальцев, подпирающих щеку… - Чан, я же должна идти к Сухо, - тихонечко шепчу я, но для хулигана это не аргумент. - Почему должна? – усмехается он, а потом склоняется ближе. – Сомневаешься в своем решении, а? - МНЕ НЕ СЛАБО! Я не передумала! – гневно отвечаю я, натыкаясь на колючий взгляд Чана. Он все равно продолжает поддевать меня, испытывая терпение. – Я буду в паре с Ким Чунмёном! Сухо так и просиял, по крайне мере, мне показалось, что парень рад. И вот снова зубрилка переезжает со своими вещичками за парту к старосте под пристальным взглядом Пак Чанёля. А ведь подколы парня хорошо действуют, они заставляют меня быть решительней. Может это у Чана такая методика активизирования моей смелости? - Ён, - произносит тихо, но злобно Пак, - немедленно отсядь от Сухо. Я же сказал, что… вам нельзя общаться на учебные темы! - Что за бред, Чан? – шепчу, забирая стул из-за своего стола. - Эй, свалила, Ён, - во весь класс произносит подходящая к Паку Сохи, - учитель, мы будем вместе. - Нет, - решительно ответил Чан, даже не позволив девушке положить тетрадь на свою парту. Зато я удостоилась очередного гневного взгляда красотки, которая с каждой секундой все сильнее мечтала размазать меня по стенке. Я старалась не обращать на нее внимания, пытаясь сдвинуть с места свой стул, но по коже бежали мурашки. В памяти всплывали яркие картины того недавнего утра, когда меня назвали шлюхой. Чан не смотрел в ее сторону, от этого Сохи еще больше злилась…на меня, а стул не поддавался, будто сама судьба заставляла стоять между двух огней. - Оставь его, Ёнхи, - не выдержав ожидания, произнес Сухо, - садись рядом. Я подвинусь. - Да?! – замираю я. Ох, черт! Сдается, лабораторную придется делать парню в одиночку. - Хорошо, давай сядем рядом. - Нет, - снова слышу решительный голос Чана, но не думаю, что это относится ко мне, поэтому подсаживаюсь к Чунмёну. Ну, здравствуй, новая серия сексуального старосты. Сегодня в программе крупный план, пленительный сосредоточенный взгляд, размеренное дыхание, которое я буду чувствовать совсем близко, неловкие соприкосновения пальцами и, конечно, твердое мраморное тело, которое облокачивается на мой бок. Мы действительно увлеклись работой, слаженно действуя, даже не переговариваясь, заранее зная, кто что сделает. Только вот каждый был немного рассеянным, постоянно на что-то отвлекаясь. Надеюсь, Сухо не заметил, как я пыталась незаметно заглянуть в его глаза или ненароком провести пальцем по локтю. Мы были в отдельной своей вселенной, однако, даже это прекрасное место не было изолировано от шипения Пака, который пересел с Сохи на мою парту. Я не представляю, что можно так громко делать сзади, чтобы создавать столько шума. Мало того, Сохи постоянно болтала, не затыкаясь, так Чан умудрялся греметь всеми колбами, с грохотом ставить их на парту, постоянно шелестеть листами тетради и ломать линейку, щепки от которой просто удивительно точно летели в мою сторону! - Ён, помоги мне перелить реактив, - просит Чунмён, - что-то руки трясутся. - Да, - улыбаюсь я и, придерживая руку Сухо за локоть, слежу за тем, как он аккуратно переливает жидкость. - КХМ…. – и тут внезапно в меня отлетает какая-то щепочка, заставившая дернуться и отпустить руку Сухо. – Прости, Ён, это случайно. - Ничего, Пак, выполняй работу, - прошипела я, разворачиваясь и записывая наблюдения в тетрадь. - Можно посмотреть? – спрашивает Чунмён и, прежде чем придвигаю тетрадь, парень резко наклоняется в сторону, оказываясь своим лицом на уровне моих губ. Боже мой, он же заметит, как неровно я дышу. От этой опасной близости можно сойти с ума, слишком неловко, еще и на виду у всех, но Чунмён не понимает неловкости и продвигается дальше. Неужто он не чувствует, как вздымается моя грудь вверх, как скребут пальцы по коленям, как губы едва касаются кожи на его шее. И этот запах от его белоснежной рубашки кружит голову. Эйфория одним словом. ТЫДЫЩ! Щирк-щирк-щирк. - ЧУНМЁН! – кричит Пак. – Не мог бы ты… поднять мою ручку?! - Что?! – будто очнулся Сухо и замер на месте. На секунду мне показалось, что парень очень зол, но вскоре улыбка осветила его лицо. – Конечно, Пак. Удивительно, но ручка оказалась очень реактивной, она летала целенаправленно вперед еще раз десять. Стоило только Сухо хоть как-то посмотреть в мою сторону, как что-то с грохотом падало, трескалось или шуршало. Я просто не понимаю, что творит Чанёль! Это месть, что я не послушалась его, не надела то синее платье, села с Чунменом и стала делать лабу, а не говорить о приятных вещах?! Или Пак решил вернуться на хулиганскую стезю и снова рушить мою жизнь?! Оставшуюся часть урока я сидела и вздрагивала от каждого шороха, движения старосты. Пожалуй, только один плюс был в этой странной ситуации – Чунмён наклонялся, когда поднимал падающие предметы со стола Чана. Обтягивающие штанишки, упругая попка, все такое… Я, закусывая губу, с удовольствием косилась в его сторону, и, кажется, это заметил Чанёль. - Ён, будешь сухарики?! Его рука с пачкой оказалась прямо перед моими глазами, загораживая вид. Какие, нахрен, сухарики?! Пак совсем спятил?! Я резко разворачиваюсь, не замечая, что Сухо уже был чем-то занят, случайно задеваю его своим телом, точнее кое-чем третьего размера. Он нервно сглатывает и неожиданно разжимает пальцы на колбе, я вижу эти темные незнакомые глаза, заставляющие замереть на месте. А реактив, словно в замедленной съемке, несется прямо ко мне. Резкий толчок, бедро царапает крючок на парте, а я снова оказываюсь на полу, зато колба выливается рядом, а не на мою блузку. Сверху свисает Чунмён, держа свое тело на руках, и взволнованно смотрит на меня. - Прости, Ён, я…я виноват. Тебе больно?! Сильно ударилась?! Можешь встать?! Он же снова меня спас. Так зачем задавать такие дурацкие вопросы? - Все в порядке, не переживай. - Точно? - Нет, блин, придурок! – внезапно подлетает Пак и начинает трогать мое лицо, сминая его в своих теплых ладонях. – Ей больно! Зачем задавать такие идиотские вопросы, когда и так все понятно! - Правда, все хорошо, все обошлось, - шепчу я. Вообще-то бедро нещадно ныло, а от запаха реактива или нервного напряжения очень тошнило. Слишком много внимания в последнее время уделяют моей персоне, так и сейчас все столпились вокруг нас, пытаясь рассмотреть в деталях, что происходит. Ни один взгляд я не забуду, особенно убийственные глаза Сохи, сощуренные Кая, испуганные Сухо и волшебные заботливые Чана. Вот же, хулиган, это все из-за тебя, ты просто притягиваешь происшествия на мою умную голову, а теперь еще и на мягкое место, которое болит от очередного падения. - Это же ЧП! Никаких больше лабораторных! - кричит учитель. – Так! Все по местам! Чунмён, за мной, будем ликвидировать последствия, Пак, ведешь Ёнхи в медпункт! Я не знаю, что творилось, но думала, парни передерутся за право поднять мою тушку с пола. Все происходило без слов, и, как бы не смешно звучало, у Сухо с Чаном тоже была одна вселенная на двоих, и в ней сейчас сверкали молнии. Я не понимаю, о чем они думали, так рьяно желая мне помочь, заставляя всех вокруг начать шушукаться. В результате меня подняли на ноги за руки сразу с двух сторон. Сухо неловко, но резко одернул мою кофту, а Чан аккуратно поправил юбку, заставляя меня краснеть на глазах перед одноклассниками. И только сейчас я заметила, что на блузке не хватает одной пуговицы, руки уже потянулись к разрезу, но за секунду до этого на плечи опустился пиджак Чунмёна. Парень старался не смущать меня, но был слишком милым в этот момент, не похожим на уверенного в себе Сухо, который с девушками вел себя холодно. Он всегда позволял любить себя, но сам оставался неприступным. Может, этот вывод поспешный, но, кажется, сейчас все было по-другому… - Чунмён, все, правда, в порядке, - осторожно беру его за руку, но всего лишь на секунду, ибо Пак сгребает меня в охапку и быстрее тащит из класса. - Кажется, нам нужно в медпункт, - замечаю я, понимая, что идем мы в другом направлении. - Нет, - в которой раз за день слышу раздраженное и уверенное. Пак заводит меня в какое-то укромное, но светлое местечко и впервые за все время смотрит прямо в глаза. Я не понимаю, что творится у хулигана в душе. Он то ли злится, то ли беспокоится, то ли сходит с ума, то ли раздражен. Чанёль ничего не говорит, а только ходит взад-вперед, нервно поправляя свои пушистые волосы. - Что, блять, за день! – лихорадочно повторяет он. – Прямо мой! Столько всего увидел! - Эй, ты о чем?! – осторожно спрашиваю я, кутаясь в чужой пиджак. - Вот об этом, - кивает в мою сторону Чан. – Он совершенно тебе не идет! И та форма тоже! - Тебе вечно все не нравится, Пак, - отвечаю я, дуя губы. Сколько можно говорить мне гадости? Разве мы не стали друзьями?! – Ты…ты должен радоваться, что я хоть как-то привлекла Сухо! Ведь я этого хотела с самого детства. Это неважно для тебя, да? - Я ничего не должен! – взмахивает руками Пак, повышая голос. – А этот Сухо… ну, правда… он заинтересовался совсем не тобой! Ты хоть видела, куда он весь урок смотрел и что творил?! - В глаза! - Ну да, конечно! Знаешь, Ён, у меня с анатомией не очень, но место расположения глаз я точно знаю! – ухмыльнулся Чанёль, нервно сглатывая и прислоняясь затылком к стене. Я стояла, прижимая руку к бедру, и наблюдала за парнем. Какой же хулиган эгоист, уволок меня быстрее из класса, начал отчитывать в свое удовольствие, а помогать не торопился. Я уже собралась уйти, самостоятельно добраться до медпункта, но услышала тихий вопрос. - Почему именно он? – этот голос звучал так болезненно, так трепетно, что я остановилась как вкопанная. - Почему? – усмехнулась. – Посмотри на него, Чан, он красив, умен, выглядит, как современный бог. Это не просто прекрасная оболочка, внутри у этого человека замечательная душа. Он не злится, не бросается оскорблениями, не делает различий между людьми, всегда приходит на помощь… Я понимаю, что не отличаюсь от всех девушек своим вкусом, выбирая самого популярного парня в школе, но что поделать?! Мне нельзя любить? Нельзя хотя бы помечтать?! - Ты его переоцениваешь, - фыркает Пак, приоткрывая глаза. – Не бывает безгрешных людей. Хочешь, буду честным и кое-что скажу? - Неа, - с усмешкой замотала головой. От этой правды придется явно схватиться за голову и побиться ей об стену. От искренности хулигана ничего хорошего ждать не приходилось. - А я все равно скажу, Ён! – преградил дорогу Пак, вставая передо мной, как непреодолимая стена. – Тебе будет жутко скучно с Сухо, он на самом деле не может тебе нравится, это просто….ну, не знаю, симпатия к человеку или какая-то всеобщая девчачья болезнь. - Все сказал?! – сверкнула глазами. Кто здесь болезнь, причем смертельная и неизлечимая болезнь, так это сам Чан. Среди симптомов вечные проблемы, раздраженность, грохот и издевки. Возможно смягчение на время дружбы, но ненадолго. – Замечательно, буду знать твое прекрасное хулиганское мнение. Ты передумал мне помогать? Пак, что с тобой такое?! - Я… должен быть уверен, что это нужный выбор, - вполне серьезно произносит Чанёль, заставляя меня вылупиться на него и почувствовать странное сжимающее чувство внутри. – Не спускай с него глаз, Ён, присмотрись получше. - Ты, что решил, оценить Сухо с мужской точки зрения? – я даже засмеялась, потому что идея была просто бредовой и лишена какого-то разумного объяснения. Чан начинает какую-то странную свою игру, наверное, надеясь повеселиться. – Ты ведешь себя, как мой старший брат. - Но я не твой брат, - улыбается Чанёль. – Пора безоговорочно верить мне, Ёни, а не совершать самовольные поступки. Я… могу обо всем позаботиться. - Поэтому в данный момент времени кое-кто стоит с больной ногой и слушает одного хулигана вместо получения медпомощи, - взмахнула руками, нервно улыбаясь. На самом деле боль давно притупилась, просто казалось, что разговор складывается двусмысленный. Я не могла слушать Пака и видеть этот пристальный взгляд, который, казалось, видел мою душу насквозь. А в ней бушевала нехилая буря эмоций, которые были вызвана именно Чанёлем и принадлежали только ему, как единственному собственнику. Только эти чувства были сродни огню, сжигающему изнутри, поэтому ужасно испугали меня. - Возвращайся в класс, Чан, а я схожу в медкомнату… Но хулиган, видно, не доверял врачам, поэтому поймал меня за руку и остановил. А дальше я просто молчала, покорно стояла, то ли терпела, то ли наслаждалась шквалом боли от его прикосновений. Чан опустился передо мной на колени и едва касаясь руками ноги приблизился к кромке юбки. Он вопросительно посмотрел на меня, будто спрашивая разрешения, но ничего не получил в ответ, я просто смотрела вперед. В сознании ничего не было, только горячие трепетные пальцы, аккуратно трогающие участок около пораженной кожи. Его горячее дыхание ласкало, его пальцы обжигали, его требовательный горящий взгляд сводил с ума. Мне хотелось почему-то вцепиться в подоконник и просто закричать, хотя бы застонать, от этого странного сладкого чувства, что вызвало внутреннюю дрожь. Чанёль подул на синяк, вызывая рой мурашек на моем теле и заставляя закусить губу… «Поцелуй там, где больно, и все пройдет», - мелькает в голове, в которой не остается больше ни единой мысли. Я не понимаю, что это, не знаю, какое название дать этому чувству, признаться, даже забываю свое имя, зато произношу его. - Чанёль… - мои руки опускаются на его широкие плечи, а из глаз едва не скатывается слезинка. Мне больно от прикосновений, но не на ноге, а внизу живота. – Что ты делаешь? - Я сделал тебе что-то неприятное? - Да… И это про всю мою жизнь, Пак. Но, черт возьми, кажется, мне нужен он. Кто ты для меня, хулиган?! На его месте в фантазиях сидел Сухо, однако в реальности, у ног был другой парень, и я совершенно не понимала, зачем он это вытворял. - Хм, - тяжело вздохнул Пак, медленно убирая руки с моей ноги и поднимаясь с колен, - я реально думаю, что он тебе не подойдет. Этого просто не может быть. - Сухо? - Точно, зубрилка, - шутливо произнес Пак, будто секунду назад ничего не было. А, может, для парня это действительно прошло впустую, это только наивная Ёни остро реагирует на все его поступки, сходя с ума. Однако голос парня звучал раздраженно и очень настойчиво, будто тот поддался какому-то порыву. – Что, Ёнхи, идеальной девушке нужен непременно идеальный парень? Пока только Чунмён подходит для этой роли?! Он ее не получит.