Кукольник

В нос ударил отвратительный резкий запах. Мина дернулась, приходя в себя, и быстро хлопнула Сасори по ладони, выбивая из его пальцев вату. Девушка попыталась сесть, но мышцы в буквальном смысле заскрипели и заныли от каждого движения. - Отойдите от меня, - скомандовала Минами, нехотя опускаясь на подушку. Во всем теле ощущался кошмарный дискомфорт и слабость, не позволяющая напрячь ни один мускул. Сасори не шелохнулся и продолжал смотреть с загадочной полуулыбкой на растерявшуюся девушку. Хираи стоило лишь одного взгляда на окружавшую их обстановку, чтобы убедиться, что он снова притащил ее в свою мастерскую. - Что смешного? – процедила брюнетка, вперив в него ответный требовательный взгляд. Акасуна оперся локтем о свое колено и слегка откинулся назад, чтобы его тень не закрывала лицо Мины. Свет от неизменной бледной лампы над рабочим столом кукольника полоснул по неокрепшему после обморока зрению, и девушка зажмурилась. Рука метнулась к глазам, но обессилевшие мышцы воспротивились, и ладонь сначала застыла на полпути к лицу, а затем рухнула обратно на диван. - Мне вот, что интересно, - Сасори вгляделся в болезненную гримасу Мины. – Вы строите из себя храбрую девицу, хотя на самом деле жутко боитесь, и я это вижу. Кому вы хотите что-то доказать? - Уж явно не вам, - язвительно отозвалась девушка. - А вы остра на язык, - елейным тоном ответил кукольник. Минами гордо проигнорировала подкол и снова попробовала подтянуться на подушке, но ничего не вышло. - Что со мной? Что вы сделали? - Пока ничего особенного. - Пока? – Мина фыркнула, чтобы скрыть свое замешательство. – Я совершила чудовищную ошибку, что сразу же не пошла в полицию. Но клянусь вам, когда я выберусь отсюда… Сасори резко подался вперед, и девушка, не успев хотя бы выставить руку, ощутила на губах ледяное лезвие. Непроизвольно сжавшись, Хираи вдавилась затылком в подушку, с опаской глядя на его непроницаемое лицо, находившееся от ее собственного в считанных сантиметрах. - Вы слишком много болтаете. Может, мне зашить вам рот? Или удалить голосовые связки? – спросил он, вращая лезвие и поворачивая его ребром к губам. Маленькое усилие – и он бы запросто ее порезал. – Вы красивая кукла, Мина, но мне совсем не по душе ваш нрав. Хираи притихла, внешне пытаясь оставаться бесстрастной и не показывать своего дикого ужаса. Еще немного, и она чувствовала, что вот-вот лишится рассудка. Лишь грудь беспокойно вздымалась в такт тяжелому дыханию. «Он меня точно прирежет. Или задушит, или свернет шею», - промелькнула болезненная мысль, что резанула больнее любого кинжала. - Умница, - Акасуна приподнял уголки губ и убрал лезвие, сунув его в рукав. У Мины едва ли отлегло от сердца, но она по-прежнему боялась вздохнуть громче обычного и снова привлечь его внимание. Воздух тяжелил запах опасности, совсем другой, которой ее привыкла ощущать Минами. Мысли разлетелись из головы, подобно стае выпущенных на волю птиц, и девушка, пропуская мимо себя время, за которое можно было успеть что-нибудь придумать, лежала и пыталась сохранить хотя бы остатки самообладания. Кукольник отодвинулся от нее и поднялся с дивана. Неотрывно глядя на его силуэт, приближающийся к рабочему столу, Хираи гадала, что же он предпримет в следующий момент. Куртка лежала на стуле в противоположном углу помещения. Сасори предусмотрительно вытащил из карманов ее джинсов ключи и телефон, поэтому Мина сейчас осталась абсолютно беспомощной. «Как же быть», - взгляд в панике метался то туда, то сюда, но не находил ровным счетом ничего, за что можно было ухватиться глазом и что могло бы как-то спасти Минами. Оставался только один выход – разговорить его, но станет ли он отвечать на ее вопросы? Или, как тогда, просто обойдет их? - Почему же вы не связали меня, если хотите убить? Вдруг я убегу? – тихо произнесла Хираи. В тишине собственный голос показался ей совсем чужим – голосом оробевшей от страха маленькой девочки, растерявшей весь свой пыл в одно мгновение и испуганно жавшейся к подушке. «Хотя, я никогда-то не блистала храбростью». - Я могу вас связать, - отозвался Сасори, не отрывая взгляда от своего рабочего места. – Но вы все равно ведь не станете сбегать, верно? - С чего вы взяли? – Минами напряглась, ощущая, как трещат по швам мышцы, и все же приподнялась на подушке. - Потому что прекрасно понимаете, что если я вас поймаю, - он повернулся, - а я непременно поймаю, то сделаю вам больно. А боли вы боитесь. - И зачем вам это? Вы не похожи на маньяка, который убивает ради забавы, - неуверенно ответила девушка. Один неверный шаг, и она проколется. Сердце стучало так, будто остановилось и теперь наверстывало упущенное. Сасори подхватил со стола узкий тонкий складной ножик и, на глазах у побледневшей девушки отправляя его в свой рукав вслед за лезвием, уселся на стул и обернулся к ней. - Ну, вы когда-то считали, что я даже и на маньяка-то не похож. - Хорошее у вас прикрытие. - Я бы сказал, отличное. Минами невзначай снова посмотрела на его правую руку, где там, в рукаве, прятались смертельно опасные козыри. Ладони девушки хаотично сжимались. Она понимала, что не убежит, даже будь при ней все ее силы – он быстрее и сильнее, да и к тому же, стоит ему только схватить ее, как он перережет ей горло в считанные мгновения. «Думай только не об этом, - заявила себе Мина. – О чем угодно, но только не об этом». Навязчивая картина, как ее собственное хладное тело с обагрившими шею каплями крови летит вниз сломанной игрушкой, лезла перед глазами. Сасори откинулся на край столешницы. Блеснули ярко-рыжие волосы, но на лицо его ложилась такая ровная тень, что не давала увидеть ни его глаз, ни выражения. - Знаете, я ненавижу ждать, - подал голос он после непродолжительной паузы. – Но на ваши попытки оттянуть свой момент чертовски смешно смотреть. - Так смейтесь, - буркнула она. – Почему же вы не смеетесь? - К сожалению, - ответил он мягко, снисходительно, - за вечность, отпущенную мне, я так и не научился смеяться. Минами прикрыла глаза. - Вечность? Да вы, никак, лирик? Акасуна, не глядя на стол, протянул руку и стащил с поддона еще один нож. Мина, стараясь не делать резких движений, вцепилась ногтями в твердую обивку дивана. - Вы все еще находите в себе силы дерзить? – осведомился он, отправляя лезвие к остальным. Хираи моментально стушевалась и прикусила язык. Кукольник неторопливо поднялся со стула и стал приближаться. Глядя на его силуэт, девушка отвернулась вбок и зажмурилась, приготовившись к боли. «Балда». Парень опустился перед ней на корточки, и на лицо Мины вновь упала тень. Глаза девушка открывать все равно не решалась, всем телом ощущая, как тикают ее часы до того, как по коже скользнет первая горячая струйка крови. Она боялась, как он и говорил. Боялась до жути, до самой сильной дрожи. Опасалась за свою жизнь, что может по неосторожности и из-за неумелого языка вот так взять и оборваться в одно мгновение. Минами никогда так не желала оказаться дома в собственной постели, как сейчас, но все, что ей оставалось – это молиться и полагаться на то, что кукольник просто возьмет и передумает. «Передумает, смешно просто. Очнись, ты сама себе роешь могилу, а он только этого и ждет! Кто за язык тянул, черт возьми?!» - Я не хочу уродовать такую тонкую и мягкую кожу. Поэтому давайте условимся так: - проговорил он, - чем тише вы себя ведете, тем меньше крови потеряете. Идет? Минами лежала ни жива, ни мертва. Приоткрыв один глаз, она взглянула в его лицо и медленно кивнула. Нутром ощущая, как болтается ее жизнь на кончике волоска, девушка готова была примириться с любым условием. «Что будет с мамой, если я умру? Если он убьет меня?» - на глаза навернулись слезы, но Мина запрокинула голову на подушку, не давая им скатиться по щекам. Телефон сорвался и затрезвонил. Минами резко дернулась и инстинктивно протянула руку в сторону стула, на котором лежала верхняя одежда, но все равно не смогла добраться до него. Сасори повернулся и, прикладывая палец к губам, направился к телефону. Запустив руку в карман куртки, он выудил мобильник и посмотрел на дисплей. - Ваша мама звонит, - сказал кукольник. - Отдайте! – воскликнула Мина. Вместо этого Акасуна еще раз терпеливо улыбнулся и снял трубку, проведя большим пальцем по экрану. Хираи до крови закусила нижнюю губу и снова предприняла попытку подняться. Ослабшее тело еле повиновалось. «Не иначе, как он что-то сделал со мной». - Слушаю, - проговорил кукольник. Мина напряглась, пытаясь в тишине уловить, что говорит мама. Голос был невнятен, но разобрать его возможно. - А вы кто еще такой? – первый вопрос с другого конца. Сасори перевел взгляд на со злостью смотревшую на него девушку и ответил: - Парень Мины. Хираи рывком поднялась и, уцепившись пальцами в деревянную поверхность маленького столика с коробками, стоявшего неподалеку, завалилась набок. От удара выбило дух, и Минами с тихим стоном боли высвободила из-под левого бока прижатую руку. - Парень? – послышалось приглушенно. – Минами никогда не рассказывала, что у нее есть парень. Как ваше имя? Акасуна, не отводя взгляда от девушки, пытавшейся подняться хотя бы на четвереньки, отчетливо и громко ответил: - Гаара. - Ублюдок, - одними губами прошептала Минами, прилагая титаническое усилие, чтобы подняться с ледяного пола. Сасори в ответ на это еще раз приложил указательный палец к губам, намекая Мине на то, чтобы она не шумела. - Гаара? – воскликнула трубка. – Помню такого, но когда вы начали встречаться? Она бы известила меня! - Относительно недавно, - коротко ответил Сасори. – А сейчас, Томоко-сан, если вы не возражаете, то я отключаюсь. Мина просила передать, чтобы вы не волновались – эту ночь она проведет со мной. - С тобой? Она обещала, что придет к нам, - не унималась женщина. Мина хотела и могла закричать, но понятия не имела, что сделает с ней и с ее мамой кукольник после того, как положит трубку. «Сама влипла, теперь хотя бы на мать не перевешивай ответственность», - приказала сама себе Минами, с отчаянием глядя на трясущиеся от напряжения локти. - Мина жаловалась мне, что так и не приготовила для вас подарок, поэтому решила лучше к вам зайти на днях. - Лжец, - прошипела Хираи, буравя ненавистное безмятежное лицо кукольника. - Это на нее не похоже, - упрямилась Томоко. – Дай ее к телефону. - Пожалуйста, - вежливо отозвался Акасуна и парой шагов преодолел расстояние до дивана. Панибратски сдавив локоть копошащейся под столом Мины одной ладонью, он рывком поднял девушку с колен и усадил. Минами сразу же отодвинулась от парня на безопасное, как ей показалось, расстояние. Сасори зажал пальцем динамик и прошептал, глядя в ее несчастное лицо. - Без глупостей. Минами утерла слезы тыльной стороной ладони и взяла телефон. - Алло. - Мина! – воскликнула Томоко. Минами сразу же подавила в себе жгучее желание расплакаться – мама была так близко, но девушка не имела ни малейшего шанса на крик о помощи. – Почему ты не позвонила? - Я забыла, - ответила Хираи бесцветным голосом. - Можно было предупредить! – возмущались с другого конца. – Время одиннадцать, а тебя все нет! А вдруг снова что приключилось? Мы уже проходили это!.. - Мам, все в порядке, - перебила ее дочь. – Я с Гаарой. Все хорошо. Томоко пробурчала что-то нечленораздельное, но, кажется, успокоилась. - Ладно, но не думала я, что ты станешь скрывать то, что у тебя появился парень. Только звони. И не пей! - Я не пью, - пробубнила Минами. Томоко бросила трубку, и, пару секунд вслушиваясь в гудки, Мина ощущала в сердце такую горечь, что на нее налетел мгновенный порыв упасть лицом в подушку и поддаться сильнейшим эмоциям. Сасори вытащил мобильный из ее пальцев, отключил и сунул себе в карман. - Откуда вы знаете имя моей матери? И про Гаару? – прошептала Минами, избегая смотреть на него и отползая все дальше. Медовый взгляд медленно скользил по мертвенно-бледному лицу девушки. - Я многое о вас знаю. Хираи подняла голову и скривилась от осознания. - Куклы!.. – выдавила она на грани истерики. – Но как? Почему… почему я?! Мина рванулась, вот уже снова готовясь растянуться на полу между ножками стола и дивана, но Акасуна ловко поймал ее хрупкую ладонь, сжал пальцами и дернул девушку на себя. С губ Хираи сорвался хриплый стон, когда она, прикладываясь затылком об его жесткую ключицу, почувствовала, словно трещит кость на запястье. - Больно! – вскрикнула она, тщетно отталкиваясь свободной правой рукой от спинки дивана. – Хватит! Длинный тонкий нож выскочил из рукава Сасори и блеснул у нее перед глазами. - Непослушная, - с толикой укоризны проронил кукольник. – Мы же обсудили это? - Пустите! Хватка ослабла, и Мина сразу же юркнула вперед, слетая с дивана. В падении она задела рукой коробку, стоявшую на столе, и та опрокинулась. Хираи приземлилась на выпрямленные ладони, и, как завороженная, глядя на посыпавшиеся из коробки верхние конечности, живо отпрянула. Пустые белые кукольные руки, плечи и кисти в натуральную величину покатились по паркету, словно сбитые кегли. Такие реалистичные и так похожие на настоящие… Крик, отчаянный, высокий и будто бы не ее, прогремел на все помещение и тотчас же утонул в стенах. Минами зажмурилась и зажала руками уши. Ужас вперемешку с отвращением пульсирующей волной накрыл вздрагивающее тело. Она сжимала веки изо всех сил, до рези и вспышек в глазах, пытаясь прогнать видение окружающих ее отрубленных культей. Девушка всеми силами отбивалась от цепких ладоней кукольника, царапалась и пиналась, но ему ее удары были совершенно по боку. - Прекратите! – извивалась она и пыталась укусить его, когда парень вдавил ее в пол и заламывал руки за спину. Тугой жесткий узел зафиксировал сведенные друг за друга кисти так, что малейшее движение вызывало вспышку боли в месте стянутой кожи. Что-то тонкое и жутко острое. Неужели леска? Представив, что станет с ее кожей на запястьях, если она попробует освободить руки, Мину чуть не стошнило. Девушка пыталась подняться, подгибая под себя колени, но без рук это оказалось практически невозможно. - Видимо, зашить вам рот все-таки придется, - проговорил Сасори, хватая ее за локоть и силой заставляя встать на дрожавшие колени. Минами поплелась за ним, постоянно оступаясь и теряя равновесие. Разум заняла одна-единственная мысль о жгучих ощущениях в области связанных рук, когда тонкая нить впивалась в податливую кожу. Прикладывая девушку спиной на свой стол, Сасори другой свободной рукой нетерпеливо отодвинул кипы книг на край столешницы. В глаза снова ударил свет от лампы, которая теперь была прямо над головой. Минами закричала, что есть сил брыкаясь. - Шумная, - раздраженно бросил кукольник, разводя ей ноги и нагибаясь над сопротивляющейся девушкой. Минами непроизвольно согнула ноги в коленях и стиснула его бедра в попытке оттолкнуть. Сдавливая ее челюсти, юноша придвинулся еще ближе, изучая ее обезумевшее от страха лицо. – Вы какой шов предпочитаете – крестообразный или параллельный? Девушка замотала головой, пытаясь выдернуть подбородок из его пальцев. - Не надо! Парень выпрямился и выудил из одной из коробочек загнутую тонкую иголку. Хираи, расширив глаза, с ужасом глядела, как ловко кукольник просовывает в ушко черную нитку, и попыталась напоследок пару раз ткнуть его коленом, куда получится, но парень стоял вплотную, так что получалось пихать его лишь влево-вправо. - Пожалуйста, - пролепетала Мина, осознавая, что выхода у нее нет, - не нужно этого. Он молчал, продолжая делать свое дело. Девушка не знала, разумнее ли продолжать пытаться отсрочить момент болтовней и усердными стараниями выползти, или замолчать, как он того хочет. Не было никаких сомнений в том, что он хладнокровен, и, не задумываясь, причинит ей боль при любой возможности. А девушка, кажется, разрывалась на две части, и одна пыталась твердить ей, что он чудовище, а вторая неосознанно закрывала глаза на факты, что лежали буквально на ладони. И всегда она шла на поводу своих противоречивых эмоций и до конца не могла понять, какие из них – правда, а какие – просто наваждения, навязанные беспокойным сердцем. И вот, что из этого вышло. Мине сначала показалось, что стук в дверь ей просто померещился на нервной почве. Акасуна повернул голову в сторону задернутой ширмы и замер. Зажатая в его пальцах игла, поднесенная к лицу девушки, не дрогнула ни на миллиметр. Стук повторился, уже более продолжительный. Возникало ощущение, что гость мягко требовал, чтобы его впустили, но не настаивал. Сасори выпрямился и спрятал иглу в карман штанов. Притягивая девушку за горло кофты, он заставил ее встать, слегка опираясь бедрами на стол. Тело все еще не слушалось, но немного все-таки полегчало. Мина притихла, хотя в душе понимала – это ее тот самый единственный шанс на спасение. Кукольник удостоил ее сентиментальной улыбкой и продемонстрировал моток лески в руке. - Никто не пострадает, если вы не начнете устраивать тут спектакль. Я ясно выражаюсь? – спросил он, пропуская несколько витков лески под узлом на ее запястьях и, даже не глядя на свою работу, протянул нить под столешницей, прочно фиксируя ее на нижней горизонтальной балке, установленной под ящиком. Минами моргнула, надеясь, что он сейчас уйдет. Из-за боли пришлось прижаться к столу еще сильнее, чтобы уменьшить натяжение. - Уж не обессудьте, - Акасуна подался к ней настолько близко, что друг до друга оставались миллиметры, и протянул руку, стаскивая со стола скотч. Хираи попыталась вывернуться, избегнув клейкой ленты, но кукольник быстро и одним движением залепил ей рот. Наградив лицо девушки еще одной улыбкой, Сасори скользнул из помещения и скрылся за ширмой. Попытки вырваться увенчались лишь новой порцией боли. Хираи скривилась, ощутив, словно ее хлестанули по запястьям чем-то невообразимо острым и шипастым, и девушке пришлось вновь податься назад. Сердце билось, как полоумное. Порой девушке казалось, что она сейчас просто умрет от ожидания. Глаза бегали по помещению, ища, ища… Хоть что-нибудь! Дверь отворилась, и Минами напряглась, вцепившись ладонями в выступающую часть столешницы. Если появится шанс, то девушка обязательно попытается ухватиться за него, другого такого может больше никогда не появиться. - Добрый вечер, чем могу быть обязан? – вежливо приветствовал Акасуна. «Лицемерный гад», - Мина закусила язык от гнева. От одной тошнотворной мысли, что он так запросто одурачил ее, непросто было просто отмыться, невозможно было содрать ее с себя, потому что она уже слишком сильно въелась в израненный разум, который до сих пор не мог отойти от потрясения. Все подозрения оказались чистейшей правдой, но Мина все равно не могла понять, почему же она не может принять этого. «Совсем ребенок еще», - говорил когда-то не так давно Дейдара. Минами постоянно не соглашалась с ним, но теперь поняла, что эти несколько обидные слова в действительности про нее. Только Миной с ее детской открытой душонкой можно вертеть, как вздумается. Кукольник с их первой встречи раскусил ее и пользовался чувствами, которые Мина никогда не умела прятать глубоко в себе, прежде чем они проявлялись. Факты были налицо, так почему же она до последнего не желала верить в то, что он безжалостный убийца? Даже сейчас она самозабвенно хоть и продолжает бежать от того, кто хочет убить и искалечить ее, но все равно наполовину не может оторваться от своих глупых эмоций, что затмевают разум, и выбраться из собственного воздушного замка, обернувшегося железной клеткой. От обиды вновь потекли слезы, которых сдерживать уже не было сил. Да и зачем? «Я бы не наделала столько ошибок, если бы не они. Видела бы сквозь открытые веки, хотя бы! Все из-за этих поганых чувств». Да и как такой человек вообще может вызывать хоть какие-либо чувства? «Я же совсем его не знаю даже, не понимаю, как такое могло случиться…» Тяжелые шаги прошествовали по паркету. - Я тут ищу кое-кого. Минами вздрогнула, как громом пораженная. Голос был знакомым, и она без труда определила, кому он принадлежит. Девушку окунуло в дрожь с головой, и она судорожно глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Носом дышать оказалось намного сложнее. Но все равно нельзя рубить с плеча, нужно удостовериться… - Ищете? – тон Сасори показался удивленным. – И кого же? Посетитель помедлил с ответом. «Давай же, не томи», - молила Хираи. - Девушку, - Минами снова напряглась, отказываясь верить в то, что знает этого человека, - невысокого роста, темные длинные волосы. Зовут Мина. Хираи обернулась на голос и вгляделась в темную перегородку. В голове сцепились в схватке две мысли – либо закусить язык и позволить Канкуро уйти ни с чем, либо начать шуметь, чтобы попытаться спасти себя, и тем самым подвергнуть его опасности. Мина шныряла взглядом по столу, но не нашла ничего, что могло бы помочь ей освободиться от пут. О скотче и речи нет – девушка никак бы не смогла вывернуться так, чтобы попробовать прижать чем-нибудь немного топорщащийся край и содрать его. - Вы уверены, что пришли по адресу? – с улыбкой ответил кукольник. - Абсолютно в этом уверен. Шальная мысль толкнула Мину на самый дурацкий поступок – поддаваясь секундному порыву, она, с мыслью «пан или пропал», согнула ногу в колене и срыву толкнула так удачно оказавшийся подле нее небольшой стул на шатких ножках, на котором стояла одна из громадных коробок. Грохота было столько, что девушка сама подпрыгнула от шума. Лавиной хлынули и посыпались на пол заготовки странных не совсем человеческих форм туловищ. Зажмурившись, девушка слегка сжалась и пыталась разобрать какие-нибудь звуки за ширмой. Единственное, что она услышала посреди всего этого ансамбля, так это как Канкуро в спешке отступил на пару шагов. А затем настала пронизывающая тишина. Мине показалось, что ее мысли материализовались и теперь парили около нее, роясь перед глазами. Когда Сасори вошел внутрь, и Минами увидела неподвижное тело Канкуро, которое он тащил, явственное «я убила его» стрелой пронзило сознание. Акасуна без труда завалил Канкуро на диван, будто тот нисколько не превосходил кукольника в весовой категории. Мина стояла в полнейшем шоке, боясь даже шевельнуться, и не могла поверить своим глазам. - Неужели вы действительно думали, что это сработает? – Сасори подошел и резко содрал скотч с ее губ. Кожу вокруг рта обожгло, но Хираи не обратила на это внимания. - Что вы сделали? – воскликнула она, не в силах отвести взгляд от тела. - Отравил его, - будничным тоном ответил он, разрезая леску на ее запястьях. Мина зашипела от боли, осторожно опуская руки вдоль тела. - Сумасшедший, - проронила она, сжимая губы, когда парень взял ее изрезанные ладони в свои ледяные пальцы и слегка склонился над ними. Мина напряглась, в любую секунду ожидая любого враждебного выпада в свою сторону, но действия кукольника были нерасторопными и медлительными. Прямые изящные мужские пальцы лениво, но аккуратно скользили по ее выступающим через кожу сухожилиям у запястья, и эти ошибочно-приятные ощущения завлекали девушку расслабиться. Мина не поддалась и силой вернула себя на место твердым «он преступник». - Не забывайте о том, что я все еще планирую сделать так, чтобы вы замолчали, - ответил Акасуна, разглядывая ее кожу и редкие размазанные капли спекшейся крови около неглубоких, но жутко саднящих и отвратительно выглядевших порезов. Хираи сразу же отвернулась, стоически сдерживая рвотный позыв. Сасори через пару секунд выпрямился и улыбнулся, но Мина все равно настойчиво пыталась игнорировать его взгляд. – Хорошо, что вам хотя бы не хватило ума попробовать перерезать себе вены. Всякое бывало. Минами посмотрела на него нахмуренно. - Не настолько же я дура! Сасори пожал плечами в подтверждение своих же слов и отошел от нее к одному из шкафов. Минами сразу же сдержала себя от того, чтобы метнуться на выход. «Нельзя его бросать, - подумала она, с отчаянием глядя на чернеющий силуэт Канкуро. – Как он вообще догадался, что я могла попасть в такую ситуацию, как нашел эту мастерскую?» При любых других обстоятельствах Мина бы наполнилась благодарностью, но сейчас вопрос о том, что теперь делать с двойной проблемой, стоял особенно остро. Как бы ни хотелось признавать, но Канкуро стал теперь уже двойным грузом. - Что это? – Минами покосилась на небольшой топорщащийся сверток в руках причалившего к столу кукольника. - Бинты, - слегка удивленно ответил Акасуна. - Предлагаете мне поверить вам? Сасори усмехнулся и раскрыл сверток. Хираи прищурилась и вытянула шею, глядя на широкие тонкие белые кусочки ткани, порезанные длинными прямоугольниками. - Но это действительно бинты, - вкрадчиво произнес он, а затем протянул руку, чтобы взять девушку за запястье. Мина отшатнулась и отдернула ладонь. - Вы искалечили меня для того, чтобы потом остановить кровь? – возмутилась она. - Нет, боль в какой-то степени послужит вам уроком. Дайте, - и он снова протянул ладонь. Минами пару секунд поглядела на его пальцы, а затем скрестила руки за спиной. - Ни за что, - наотрез отказалась она. – Чтобы вы и меня чем-нибудь отравили? - Если бы я намеревался, я бы это уже давно сделал, - Акасуна положил сверток на край стола. – Ну, тогда, как хотите. Кукольник развернулся и вновь отправился к своему шкафу. Скрипнула дверца. Минами на цыпочках переступила с ноги на ногу и быстро оглядела стол. Нож, которым Сасори перерезал леску, зазывно лежал на самом видном месте. «Ловушка?» - подозрительно нахмурилась Мина, но медлить было нельзя. Протягивая руку, Хираи кончиками пальцев подхватила нож за рукоятку. Кровь на запястьях выступала ало-оранжевыми капельками, и от вида увечий становилось дурно. - Вам лучше положить эту вещицу на место, - Сасори обернулся, и в руках его виднелись какие-то скляночки. – Можете еще больше порезаться. У Мины волосы на загривке дыбом встали. Девушка медленно разжала пальцы и вновь опустила нож на стол, пытаясь не выдавать своего остолбенения. - У вас есть глаза на затылке? – поинтересовалась она, обхватывая себя под грудью и прижимая к бокам кровоточащие руки, поздно спохватываясь, что сделала это зря – ворсинки от кофты мигом приклеились к ранам. Кукольник составил баночки рядом с бинтами и посмотрел на нее исподлобья. - Вы только в экстренных ситуациях начинаете вести себя так вызывающе? - Просто спрашиваю, - опасливо ответила Минами. Сасори вновь опустил голову и начал непонятные манипуляции с крышками от флаконов. На прозрачных бутылочках не было абсолютно никаких наклеек, и Хираи пришла в голову жутковатая мысль о том, что надо быть гением, чтобы безошибочно определяться во всех этих безымянных веществах. - Мои куклы вас видят. Минами недоверчиво скривилась, оглядывая помещение. Взгляд ее притянула совсем неприметная большая марионетка, торчавшая из одной из коробок. Наружу виднелись только жесткие длинные светлые волосы и пристальный взгляд, направленный прямо на Минами. - Так почему же вы не прикажете своим куклам убить меня? Вы ведь этого хотите? – протянула она, нервно сжимая пальцами ткань кофты. - Убить? Зачем вас убивать? – спросил он, будто совсем не ожидал услышать этой фразы. - Ну вы же маньяк, - предположила девушка, опираясь на отставленную назад ногу и при любой возможности готовясь шагнуть, чтобы держать дистанцию. - Если бы я хотел вас убить, я бы сделал это самостоятельно, - безапелляционно заявил Акасуна. Мина открыла рот, чтобы спросить, почему же тогда он ее не убьет, но спохватилась, что такими словами, возможно, лишь спровоцирует его, и закрыла. Вдруг штора отодвинулась, и в комнатку впрыгнула кукла. Минами подскочила, не ожидавшая такого, и схватилась за сердце. Мозг до сих пор отказывался воспринимать то, что куклы бегают сами по себе. Не особо-то глубоко знакомая с азами физики и прочими изучающими процессы в природе науками, даже она точно для себя знала, что такое просто невозможно. Ростом и комплекцией марионетка была такой же, как и Сакура или Саске. Волосы были темные, длинные, на самой девушке надет фиолетовый комбинезон с джинсовыми пряжками на бедрах. Краем сознания Минами облегченно выдохнула – если эта кукла тоже была создана с реального человека, то этого человека Мина не знала. Кукла быстро влезла на стол и оказалась скрытой за стопкой книг. Акасуна отвлекся на нее и внимательно проследил за тем, что она показывает. Хираи попыталась незаметно подняться на носочках, но разглядеть все равно было невозможно. Кукла не разговаривала, но, кажется, активно жестикулировала. На несколько мгновений снова повисла тишина. Брюнетка спрыгнула со стола и устремилась обратно к окну. Минами посмотрела на то, как всколыхнулась занавеска, а затем поглядела в лицо кукольника. - Как жаль, - подытожил он внезапно. – Кажется, мне придется ненадолго вас оставить. Девушка промолчала, мысленно переводя дух. Впервые появился реальный не бесплотный шанс того, что удастся спастись. Сасори оставил свое занятие и обошел стол, указывая на бинты. - Думаю, вы знаете, как этим пользоваться, если что? Не хотелось бы, чтобы вы залили тут все кровью, - учтиво сказал парень. - Не беспокойтесь, кровотечение не такое уж сильное, - Минами попыталась вложить во фразу столько иронии, сколько смогла, и посторонилась, пропуская кукольника вперед. Когда он проходил мимо, девушка вытянула пальцы и слегка коснулась ими его руки. Этот жест не остался незамеченным, но ни Сасори, ни Мина не подали виду, что что-то произошло. Наверное, он все же понял, что она хотела этим сказать или сделать, однако ее намерения все равно не оправдались. «Кожа мягкая, а сам твердый, как деревяшка», - задумалась девушка с неким разочарованием, сжимая руку в кулак, словно пыталась стереть с подушечек пальцев неугодные воспоминания. Перед тем, как снять куртку с крючка и отодвинуть перегородку, Акасуна очень внимательно без каких-либо эмоций поглядел на девушку, словно одним взглядом предупредил ее о чем-то серьезном. Прозвенел колокольчик, хлопнула дверь. Минами бросилась к Канкуро, споткнулась и растянулась одной половиной туловища на диване. - Эй, эй, - прошептала она, хватая его за руку. Глаза парня были закрыты, он едва дышал, но каждый вдох давался с громадным трудом. Было видно, как под футболкой напряжены и дрожат жесткие мускулы. - Яд… был на лезвии, - прохрипел парень, с трудом выталкивая эти слова. - Он ушел, я попробую вытащить нас. Где твой телефон? – Минами лихорадочно забегала глазами по его телу. - Заб…рал, - ответил Канкуро, сжимая ладони в кулаки. Мина оторвала несчастный взгляд от его лица и поджала губы. - Черт! – в сердцах воскликнула девушка, вскочила с колен и помчалась на выход. Ноги до сих пор заплетались, и Хираи подлетела ко входной двери и вцепилась в ручку, чтобы не упасть. Как ни странно, но она не поддалась. Замок не был заперт, но, сколько бы Минами не дергала ручку, все попытки были тщетны. «Как же он закрыл нас? Дверь ведь запирается изнутри», - соображала она, опустив голову и стараясь не смотреть на стену с висевшими марионетками. Теперь-то ей стало понятно, откуда бралось навязчивое ощущение того, будто за ней следили, когда она находилась здесь. Причем чувство возникало такое, будто смотрит из тени не один человек, а целая толпа. Все они неотрывно наблюдали за ее действиями, каждый глаз внимательно глядел за перемещениями запертой девушки и, возможно, прямо сейчас докладывал все своему создателю. Вместо зашторенного окна обнаружился голый кирпичный квадрат наружной стены. Проводя пальцами по шершавой поверхности, Минами не ощутила даже и разочарования – не хотелось рассуждать на ту тему, куда в таком случае делась кукла в фиолетовом комбинезоне. Может быть, она затаилась где-нибудь за углом, чтобы при любой удобной возможности подловить Мину, которая с уходом Сасори тотчас же начнет метаться по помещению и исследовать каждый ее сантиметр в надежде найти выход. А может, Акасуна просто насмехается над ней, и на самом деле все это – спектакль, умело поставленный только для того, чтобы позабавиться. Хираи вновь опустилась на колени перед диваном и взглянула на свои руки. Хотя бы боль была настоящей – и девушка не знала, благодарить ли за это или нет. По крайней мере, боль уже точно была единственным, чему она могла верить. - Я вытащу нас. Положив голову на край сиденья, Минами смежила веки и несколько секунд вслушивалась в хриплое надрывное дыхание Канкуро. Он время от времени проваливался в забытье, но силой распахивал глаза и искажал лицо в мученической гримасе. А затем Мина открыла глаза и сразу же заметила выступающую доску на полу прямо под столом. Мигнув, девушка слегка повернула голову в сторону и перевела взгляд на торчавшую из коробки большую кукольную голову. Зрачки ее снова были направлены на девушку, что доказывало, что и она, подобно остальным, двигается. В душе загнездилась крохотная надежда – а вдруг Сасори не все продумал, вдруг шанс все-таки есть? Минами выпрямила спину и выставила вперед согнутую в колене ногу, чтобы подняться. Инстинкт самосохранения даже в стрессовой ситуации все-таки пересиливал безотчетное желание бросаться из огня в полымя, поэтому Мина засомневалась, хотя попыталась лицом не измениться, чтобы не дать кукольнику понять, что она что-то задумала. «Кто не рискует, тот не пьет шампанского», - в голову влезла не очень уместная поговорка. Тихий стон раскинувшегося на диване Канкуро подстегнул девушку к действиям – ломаться можно сколько угодно, а часики-то тикают. Парой движений Мина вывернула голову марионетке в противоположную сторону и отправила ее ничком на дно коробки. С гулким стуком та ударилась обо что-то твердое и больше не шевелилась, подняв в воздух слегка заметный слой мерцающей пыли. Для уверенности потирая ладони, Хираи подошла к столу и вцепилась в столешницу, порываясь сдвинуть громадину с места. Чисто из интереса девушка проверила, не откроется ли на этот раз загадочный ящик, но он, увы, был все так же заперт. Хотя, ящик волновал меньше всего – гораздо важнее было найти выход. Мысль о том, что его и в помине может не быть под полом, девушка подпускать к себе не желала. Стол поначалу никак не хотел поддаваться и отъезжать в сторону. Прилагая максимум усилий и закусывая нижнюю губу, девушка еле-еле сдвинула его, услышав, как ножки царапнули краску, оставив на ней светлые борозды, и присела на корточки у люка. - Как же я его раньше не заметила? – протянула Минами вслух просто для храбрости, пытаясь внушить себе, что она здесь не одна, и бояться нечего. Сердце до сих пор било тревогу, хотя разгоняющийся по телу адреналин застилал и глаза, и разум. Мине казалось, что тянет за кольцо и открывает крышку люка она совсем не своей рукой. Чернеющая бездна глотала деревянные прибитые к стенам хода ступени. Ничем странным оттуда не пахло, и Минами, с выражением опаски на бледном, как мел, лице, подумала, что трупы он, должно быть, там все-таки не хранит. Последнее, что она заметила, прежде чем погрузиться во тьму, это была небольшая кукла, сидевшая на серванте со скляночками, расставив в стороны короткие толстые ноги; вся в пышных панталонах, вычурных рюшах и надвинутой на кудрявую челку светлой шляпой. Глаза ее горели фанатичным блеском, а на фарфоровых алых губах застыла вечная улыбка. Но колебаться было уже поздно.