Be better

Услышав сигнал будильника, Аллен глухо застонал и накрыл голову подушкой. Вставать и тащиться на работу, зная, что один непереносимый им субъект снова будет портить настроение одним своим видом, ему совершенно не хотелось. Аллен предпочел бы поспать лишний час-другой и уже было погрузился в объятья Морфея, как раздался настойчивый звонок в дверь. — Ироды, — пробормотал Уолкер, откидывая одеяло. — Да иду я, иду, — он почесал голову и, подтянув штаны, поплелся открывать дверь. — Аллен Эверет Уолкер! Ты снова спишь? — Линали, как ураган, ворвалась к нему в квартиру, чуть не сбив с ног. — Мир сходит с ума, Дейли Хроникл всё же где-то добыли информацию об инциденте со Штраусом, а ты продолжаешь дрыхнуть без задних ног! — Плевать. — Аллен Эверет… — Я знаю, как меня зовут, Лин, — Уолкер, игнорируя так и оставшуюся открытой дверь, прошел на кухню, понимая, что поспать у него всё же не получится. Только не в случае, когда в квартире находится Линали Ли. Порой Аллен просто ненавидел свою помощницу — и в то же время лучшего друга — за её вечный контроль, настойчивость и излишнюю опеку, но юноша прекрасно понимал, что без её помощи и настойчивости в некоторых вопросах не смог бы достичь своей заветной мечты. — Нет, ты только посмотри, — Ли с громким стуком положила одну из находившихся у неё в руках газет на стол, раскрывая её прямо на середине. — Хорошо, что хоть не на первой полосе. Аллен пожал плечами, даже не взглянув. Он знал, что это произойдёт — в их работе нельзя быть на сто процентов уверенным, что правду можно будет утаить от общественности: где-то всё равно будет найдена лазейка. И вот, пожалуйста, что и требовалось доказать: в их отделе всё же есть тот, кто готов пойти против собственного коллектива ради личной выгоды. — У нас завелась крыса, — он сыпанул себе в чашку кофе и включил плиту. — Эх, а я так надеялся, что это произойдет не так скоро. — О чём ты? — О том, что я знаю, кто слил информацию о Штраусе Дейли Хроникл. — Знаешь? — Линали чисто на автомате приземлилась на скрипнувшую об пол табуретку. — Ну… и что ты будешь делать? — Ничего, моя дорогая, — как-то недобро рассмеялся Аллен. — Абсолютно! — Чего? — Что непонятного? — вмиг утратив всё веселье, он рьяно размешал содержимое кружки, чуть не выплескивая половину кофе на скатерть. — Ничего. Жопу рвать из-за утечки я не стану, разберусь с крысой позже, а то мне кажется, что наш временный сотрудник порешит его вперёд меня, если узнает его личность. — Канда? — У него, наверное, просто отличное утро, — улыбнулся Аллен и, глянув на часы, потянулся к пульту от телевизора. — Не хочешь насладиться зрелищем?

***

На улице была настоящая давка. Стоило Канде выйти из своего дома, его тут же ослепили вспышки фотоаппаратов, и даже пару раз чуть не прилетело по голове здоровенным микрофоном. Вопросы сыпались один за другим. Юу вообще пожалел, что вечером оставил свою машину на улице, так как дойти до неё сейчас не представлялось возможным. — Без комментариев. Именно так. Без ебучих, сука, комментариев. Канда был очень сильно, просто адски зол. И дело было не в дерьмовом настроении, нет. Дело было в доброй полусотне журналистов и еще стольких же операторов с тонной камер во всех, даже самых немыслимых местах. — Вы подтверждаете информацию, опубликованную в Дейли Хроникл? — В чем суть описанного в статье конфликта? — Был ли это скандал на почве расовой неприязни? — Правда, что Шон Штраус хочет объединения компаний? — Насколько верны слухи о том, что Штраус?.. Канда не слушал. Не хотел глотать весь тот абсурд, помоями выливающийся на него из толпы. И отступить не мог. Усмехнувшись, он представил, какие бы заголовки украшали свежие выпуски газет на следующее утро, поступи он так. Передернув плечами и в очередной раз бросив сухое «Без комментариев», он все же добрался до автомобиля, но тут же понял свою ошибку: фактически, он сам загнал себя в ловушку, ограничивая передвижение. Открыть дверь и сесть за руль было невозможно из-за журналистов, обступивших его вместе с машиной плотным кольцом. — Скажите, что вы будете делать теперь? — Раны на вашей руке от ударов? — Вы уже видели иск, который подал господин Штраус? Юу скрипнул зубами. Контролировать себя становилось всё сложнее, а говорить что-либо было чревато последствиями. Как бы он не относился к отделу, в котором проработал всего день, усложнять ситуацию поспешными фразами не хотелось. — Правда ли, что Штраус предложил вам жениться на одной из своих племянниц? — Какова вероятность, что одного из самых завидных холостяков нашего города заинтересовала предложенная кандидатура? Они определенно издевались! Личная жизнь? Невеста, навязанная сукиным сыном со сломанной челюстью? Юу готов был рассмеяться и станцевать на капоте своего автомобиля. Бред. Послышался визг колес. Охранное бюро компании, хоть и с большим опозданием, решило исполнить свои обязанности. Ждать, пока отгонят журналистов, Канда не стал. Как только появилась брешь, он сел в машину и уехал, на прощание мигнув фарами. А офис встретил его тишиной. Абсолютной — не было слышно ни звука, даже стоящие в «спящем режиме» компьютеры непривычно монотонно гудели; пресс-центр будто бы вымер. Не хватало только перекати-поле, завершающего картину. Всё было на своих местах: разбросанные документы, бумажные самолетики, грязная посуда и выглядывающие из разных углов картонные пакетики из-под китайской еды, так и не нашедшие место в урне. Даже повисший на настольной лампе и заляпанный кетчупом галстук, принадлежащий одному из ассистентов Ли или же Уолкера — Канда не запомнил столь незначительную информацию. Отвратительное настроение Канды упало еще ниже. На часах восемь тридцать — и ни одного работника! И это учитывая тот факт, что рабочий день в их компании начинался с восьми утра! Весь отдел опаздывал. Канда готов был их всех порвать. И поспорить, что ебучая информация была слита во второсортную бульварную газетенку кем-то из отдела. А старик Жу еще уверял, что у них в компании первоклассные специалисты, которые ничего подобного не допустят! Ага, как же. Канда был уверен, что этот мелкий Стручок даже пальцем не пошевелил, чтобы замести следы произошедшего инцидента, до последнего. Юу уже представлял, как открутит бесполезную голову своего временного начальника. Оставалось только дождаться его, ведь рано или поздно тот соизволит появиться на рабочем месте.

***

— Ты жесток, — Линали, сложив руки на груди, повернулась к спокойно жующему уже не первый сэндвич Уолкеру. — И зачем весь этот цирк? Аллен поднял кружку с кофе, сделал глоток, тщательно разжевал и поучительным тоном произнёс: — Не у всех при рождении была серебряная ложка в заднице. Пусть посмотрит, каково это, когда работа выполняется не по его статусу. — Ты рискуешь, — Ли поджала губы. — Он ни в чем не виноват. — Только того, что он мудак, мне достаточно, — он взглянул на часы. — Поехали, у нас еще полчаса, хочу заскочить в одно место. Захватив лежащий на диване пиджак, Аллен выключил телевизор, где все еще шел репортаж про случившееся с Кандой Юу утром.

***

Телефоны звонили, не переставая. Канда уже выбился из сил. Он отвечал сначала сдержанно, затем — срываясь на собеседников и посылая их по известным адресам, при этом ничуть не стесняясь в выражениях. Затем просто игнорировал непрекращающуюся трель. Отдел будто бы сошел с ума. А Канда сходил с ума вместе с ним. Когда к обеду в офисе никто не появился, Юу был уже на грани истерики. Он собирался подняться к старику Жу и высказать этому дряхлому напыщенному индюку всё, что только думает о его идиотском «наказании», о Уолкере и угрозах отправить к Тидоллу, как дверь в пресс-центр несмело отворилась, впуская, почему-то спиной вперёд, хрупкую девчонку с огромными коробками. Девчонка тихо охала и ахала, выпятив зад и ступая осторожными маленькими шажками внутрь, не замечая препятствия в виде маленького круглого стола прямо посередине комнаты. А когда заметила, было уже поздно. — Ай! — девчонка растеряла все коробки при падении. Она крякнула, встала, потирая ушибленную задницу и, наконец, повернулась, давая Канде возможность рассмотреть круглое лицо в обрамлении черных волос, собранных в две косы. — Ой! — Чего тебе? — зыркнув на нее злобным взглядом, Канда поднялся с места, всё ещё держа в руках трубку с выдранным из аппарата кабелем. Девчонка сглотнула, покрылась краской, зачем-то отдернув и без того длинную юбку. — М-мне нужен м-мистер У-ооолкер, — пролепетала она. — Я-я-я… м-мо… Канда рыкнул. Доставучий Стручок мало того, что безбожно опаздывал (как и весь отдел, в принципе), так еще и Канде придется придумывать идиотские отмазки в его сторону, раз это недоразумение в огромных очках ищет его. — Т-так… — начала было та. — Нет его! — рыкнул Юу, запуская трубку в приоткрытое окно. — Не ебу, где его тощую задницу носит весь день! Девчонка, прижав ладони ко рту, быстро выбежала, позабыв про коробки. Канда выдохнул и, ослабив галстук, опустился на стул. Ему стало значительно легче.

***

Есть хотелось неимоверно. Юу, оставив пиджак на спинке стула, поднялся и, хрустнув спиной, как следует потянулся. Шея тоже затекла. Растерев её, он вытащил бумажник из кармана и, убедившись, что там ещё есть деньги, поспешил к выходу, прикидывая, где можно неплохо пообедать. Настроение стремительно поднималось. Канда спешил в одно из своих любимых мест, благо идти было не так далеко. Уже предвкушая среднюю порцию собы и, пожалуй, хороший кофе вместо привычного чая, он глянул на витрину одного из ресторанов и застыл. Уолкер был там. Сидел рядом с каким-то хлыщом, большими глотками опустошая фирменную кружку, и еще успевал надиктовывать что-то своей ассистентке. Впрочем, хлыща Юу узнал — видел его однажды в кабинете Жу. — Тики Микк, если не ошибаюсь, — пробубнил он, наблюдая, как Уолкер подскочил и, пожав тому руку, поспешил на выход. Времени на то, чтобы спрятаться, у Юу не было, да и смысла он не видел. Скрестив руки на груди, он шагнул в сторону и, подставив ногу, с любопытством посмотрел на часы. Аллен, светясь улыбкой и заверяя Микка, что всё будет в лучшем виде, не глядя открыл дверь и почти выпрыгнул на тротуар. Не заметив подножки, он неуклюже упал, тихо вскрикнув от неожиданности. — Надо же, какая встреча, — почти натурально зевнув и щелкнув циферблат часов, Юу с превеликим удовольствием наступил на слегка оттопыренный зад. — Иду себе, и раз!.. мое ненаглядное начальство решило протереть дорогу от пыли! — Ублюдок, — яростно прорычал Аллен, сжимая кулаки и пытаясь подняться. — Отойди от меня! Уолкер скрипел зубами, пытаясь не вдыхать пыль и сбросить ногу Канды, но ничего не получалось. С каждым движением его лишь сильнее придавливала подошва брендовых туфель. — Аллен, ты забыл… — Линали, вышедшая следом, непонимающе уставилась на коллег. — Что тут происходит? Фыркнув и пнув его напоследок, Юу отошел в сторону. Что-либо объяснять он не считал нужным, лишь недовольно скривился, когда Аллен, кряхтя, поднялся и стал отряхивать одежду. — Ничего, Линали, — сдержанно улыбнулся тот. — Просто Канда в который раз показал, что об простых смертных можно и ноги вытереть. С сомнением глянув на Юу, Ли протянула Аллену забытую сумку и, нервно переступив с ноги на ногу, предложила: — Канда, почему бы нам не пообедать вместе? Хочу обсудить с тобой твой первый проект. — Хорошая идея! — подхватил Уолкер, делая вид, что Юу и вовсе тут нет. — А мне нужно еще успеть на встречу с Вортоном из Дейли Хроникл. Приятного аппетита, Линали. Развернувшись, он бодро зашагал в противоположную сторону, нервно поправляя бежевую ленту ремня на плече. Линали воровато огляделась и, убедившись, что инцидент остался незамеченным, подхватила Канду под руку и потащила его прочь. — Надеюсь, тебе понравится итальянская кухня, — сказала она, давя на корню обреченный вздох.

***

А потом его выворачивало. Так плохо ему ещё не было никогда. Канда, согнувшись над унитазом, в крошечной кабинке мужского туалета находился уже где-то полчаса. И ему не становилось лучше. Он, конечно, не мог ни в чем обвинить Линали: помощница Уолкера явно старалась не разжигать между ними конфликт, поэтому и быстро ретировалась с места событий вместе с ним, Юу, под ручку. Только вот Канда никак не ожидал, что обедать она поведет его в чёртов итальянский ресторан. И накормит дурацкой пастой, потому что все остальное из меню Юу даже пробовать не желал. Хотя ему стоило вообще отказаться. — Канда, с тобой всё в порядке? — поинтересовалась она, стоило только увидеть его бледное лицо. Всё просто отлично. Да всё просто прекрасно, вашу мать! Он бы ей ответил, но посчитал, что свидание с интеллигентным джентльменом в белом фраке намного интереснее. Сам виноват. Мог просто послать её с чертовым обедом на все известные стороны, удалившись с гордо поднятой головой, только вот Юу не был уверен, что вслед бы ему не прилетело от горошины; а если бы и прилетело, Канда не был уверен, что сдержался бы — руки чесались начистить лицо временного начальника неимоверно, и сил, чтобы сдержаться, уходило много. — Да что же это… — пробормотал Юу, когда новый рвотный позыв заставил его нагнуться еще ниже.

***

Когда Канда вернулся в офис, рабочий день уже подходил к концу. Он мог бы и не возвращаться, особенно после того, что произошло в ресторане: отправился бы сразу домой, лечить больной желудок и нервы, а заодно и готовиться к следующему дню. Но привитая с детства ответственность не дала Юу сделать это. Поэтому сейчас он и стоял напротив закрытой двери, ведущей в отдел. — С дороги! С дороги отойди! — мимо пронесся рыжий вихрь, открывая дверь нараспашку. Канда хмыкнул. Всё явственнее ощущалось, что людей, работающих на этом этаже, манерам не учили: сначала девчонка с утра, теперь вот это… Это, кстати, выглядело весьма эффектно. Худой, долговязый, в костюме морковки-переростка, пронесшийся мимо парнишка сейчас что-то упорно доказывал скептически глядевшему на него Уолкеру. Причем так громко, что мучающемуся от несварения Юу тут же заложило уши. — Я десять часов отпахал, как проклятый дурак, распихивая всем эти никчемные объявления! — верещал парнишка. — А он мне потом заявляет, что все расходы оплатит после открытия этого проклятого старой бабкой Комуи магазина! Да Кросса на него нет! — Лави, я не могу позвать тебе на выручку начальника безопасности, — Уолкер вздохнул. — Оставь Мариана в покое. — Я целый день звонил, а какой-то кретин меня послал сено собирать! — Лави стянул с себя шляпу в виде морковной ботвы. — Пусть сам свое гребаное сено и собирает, чурбан невоспитанный! Уолкер с интересом взглянул на него. Он даже перестал мастерить самолетик, чем занимался практически всё то время, что рыжий пытался до него достучаться. — Да что ты говоришь… — он сложил руки на груди. — Кто-то халатно отнесся к своим обязанностям? — и Аллен обвел взглядом находившихся в офисе сотрудников, коих, надо сказать, было не так уж и много: всего пара стажеров, усердно что-то разбирающих на нескольких стеллажах. — Дин, — позвал Аллен одного, — кто отвечал на звонки сегодня? Стажер, названный Дином, оторвался от толстой папки и, чуть задумавшись, ответил: — Должна была Мег, но Вы забрали её… — он нахмурился, явно вспоминая прошедшее утро. — Мистер Канда отвечал на звонки. — Ах, мистер Канда… — и, широко улыбнувшись, направился ко всё ещё стоящему на пороге Юу. — Мистер Канда, — продолжил этот паразит, — уже грубим клиентам? И это в первый день, боже-боже… что подумает директор Жу? — Уолкер склонил голову набок и горестно вздохнул. — Мы тут все трудимся, трудимся с самого утра, не покладая рук… Ага, трудятся, как же. А то Канда не видел! Мелкий говнюк. — Если развязное поведение и лобызание задницы Тики Микка можно назвать работой, то я не удивлюсь, мистер Уолкер, — продолжил в тоне временного начальника Юу, — что Вы до сих пор не заключили с ним выгодную сделку. Или же у Вас так принято работать: весь день просиживать где-то штаны, оставляя отдел без сотрудников, а потом предъявлять претензии? Стоящий рядом морковка-Лави охнул. Уолкер же оставался внешне спокойным. Его состояние выдавали глаза: почерневшие вмиг от переполняющего их гнева, они сейчас походили на черные омуты, утонуть в которых можно было с легкостью. — В мой кабинет, мистер Канда, — выплюнул Уолкер, обдав его презрительным взглядом.

***

Это был не кабинет, а кладовая. Пусть большая, со светлыми стенами, но настолько захламленная, что Юу на мгновение даже забыл о собственном животе. Картины, довольно мрачные и кое-где даже пугающие безумными провалами глаз и зубастых оскалов, располагались вдоль одной стены, чуть ли не громоздясь друг на друге; непонятные сундуки, тумбы и шкатулки были расставлены так, что до стола с несколькими стульями можно было добраться только если хорошенько попетлять среди них. На самом же рабочем месте не было компьютера или какой-либо техники, не было и фотографий в светлых рамках, лишь пара чистых листов офисной бумаги да сгрызенная на колпачке ручка. Кроме того, было довольно пыльно. От неприкрытого шторами окна шли косые лучи скудного городского солнца, которые и являли размеренный танец мелких серых частиц. — Садитесь, мистер Канда, — Уолкер, со скрипом отодвинув стул, жестом пригласил его занять место. — Чувствуйте себя как дома! — В этом свинарнике такое навряд ли возможно. Аллен хмыкнул. Юу видел, что тот едва сдерживается, и даже в какой-то степени хотел поддеть взбешенного начальника, но понимал, что время для этого не самое лучшее. Хотелось раздавить его, как спелый помидор, чтобы он прекратил будить в нем, Канде, столько негативных и неуравновешенных чувств. — Итак, скажите мне, — Уолкер прошел к своему месту и сел напротив. — Разве вы могли позволить себе разговор на повышенных тонах, когда на другом конце телефона были ваши непосредственные клиенты и работники?! — Не думаю, что хочу отвечать на столь нелепый вопрос. Аллен скрипнул зубами. Канда был собран и внимателен, правда, чуть бледноват, и Уолкер начал подозревать, что это никак не связано с его нахождением здесь. Сняв пиджак, он глубоко вдохнул и, немного подумав, взлохматил волосы. — Мистер Канда… — Канда, — перебил его Юу. — Не нужно приписывать моему имени бессмысленных приставок, мистер Уолкер. — Да что ты себе!.. — Хочется признать, что с контролем у вас слабовато, — равнодушно хмыкнув, Канда скрестил пальцы и оперся локтями о стол. — И как же вы, являясь главой столько неспокойного отдела, умудряетесь сохранять лицо? — Ублюдок, — Аллен привстал и, приблизившись к нему, холодно произнес, — в нашем отделе не задерживаются те, кто не приносит выгоды компании. Советую хорошенько подумать над этим, так как на ближайший месяц в моей компетенции уволить вас ко всем чертям за несоответствие занимаемой должности! — Пугать меня не нужно, — не менее сдержано парировал Юу. — Силенок не хватит. И о какой должности вы мне говорите? Я не получал от вас никаких инструкций, не подписывал никакого договора. Или мне нужно быть как все — жрать хреновый фастфуд и рисовать птичек на бланках отчетности? — Твоим заданием было наблюдать. Смотреть, изучать, анализировать — что угодно! А не психовать, жалея себя и свое положение! — Я наблюдал, — положив голову на пальцы, Юу прикрыл глаза. — Меган — за весь рабочий день три звонка в рекламные агентства и тридцать шесть своему парню или мужу — уж простите, нет у дамы кольца, — порванный блокнот и сломанный принтер из-за заклинивших роликов. Дин — неверно переставленные документы в семи папках из десяти, но так как он стажер, претензии предъявлять ему придется не мне. Линали — позабытые на подоконнике папки с договорами на подпись находятся на ее рабочем столе, а их еще вчера нужно было унести в приемную директора, пролитый кофе на ваш стул, явная случайность, но у вас пятно на штанах в самом пикантном месте, уважаемый начальник, хотя в целом замечаний нет. Далее Шон и Роберт, весельчаки-напарники, посещающие психолога на выходных из-за стрессов. Как узнал? Они договаривались о переносе сеанса сразу же, как выяснили, какие именно ленты нужны мистеру Пичвонду на праздник дочери. Миссис Холинс — уборщица, явно обходит офис стороной, хотя я точно знаю, что в ее договоре четко определен весь этаж, впрочем, это не так уж и важно. Но это лишь малая часть того, что я узнал за полтора дня в отделе. — Как же я ненавижу таких, как ты, — потянув Юу за лацканы, Аллен хорошенько его тряхнул. — Изнеженных чистоплюев, у которых на все своя система порядка и оценивания, а негодные — вон из поля зрения. — Отпусти. — Не критикуй работу моего отдела! — взорвался Аллен, ближе притягивая Канду к себе. — Без тебя справятся. — Отпусти меня. Юу сжал губы, вцепившись в край стола. Тошнота подступала с новой силой, он уже чувствовал очередную волну жара, поднимающуюся снизу. — В наказание за сегодняшнее, — не слушал его Аллен, — с завтрашнего дня приступаешь к уборке помещений. Весь отдел. Начнешь с этого кабинета. И надень одежду попроще. Канда, коротко выдохнув, сдался. Издав обреченный стон и прокляв итальянскую кухню окончательно, он склонил голову, пачкая рубашку Аллена и стол остатками обеда и желчью. — Твою мать! — Аллен, отпустив его, вытянул испорченную одежду из брюк и чуть сам не опустошил желудок следом. — Просил же, — вытерев рот, Юу распрямился и не сдержал ухмылки. — Зато теперь, кажется, все.