Be better

Линали держала в руках свежий выпуск Дейли Хроникл, но взгляд девушки был устремлен не в газету: все внимание Линали Ли было поглощено директором. Жу Мей никогда не повышал на своих подчиненных голос. Даже последняя выходка его любимого внука не смогла вывести из себя всегда спокойного Большого Босса, отчего по компании ходил весьма интересный слух: мол, старик Жу настолько стар, что даже не помнит, как нужно правильно срываться на подчиненных. Линали Ли была из числа тех сотрудников, которые этот бред не слушали вообще – ну мало ли, что взбредет в голову манерным секретаршам, готовым вгрызться в глотку любому, кто начнет распускать сплетни? – и предпочитали верить тому, что видят собственными глазами. За весь свой срок работы в компании Большого Босса она никогда не видела, чтобы он так кричал. Жу Мей при весьма своих сомнительных габаритах – все же здоровье невечное, и тебе, дед, не всегда будет семнадцать – выглядел довольно грозным, возвышаясь над съежившейся от страха девушкой. Он кричал, высказывал ей все – Ли, зажмурившись, внимала ему с особой тщательностью, кивая, соглашаясь со всем, что выговаривал ей Большой Босс. Да, он платит им немалые деньги видимо просто так. Потому что даже служба безопасности выполняет свою работу намного эффективнее, чем они, и не допускает подобных промахов. Да – Линали с ним согласна – их нужно к чертовой матери уволить всех, без выходного пособия. Да – Ли закивала еще сильнее – на плахе вздернуть и Уолкера, за его любимые подтяжки, потому что – ущерб, милочка, многомиллионный. – Мы исправим ситуа… – Молчать! – он схватил свой экземпляр газеты и потряс им перед ней. – Откуда они могли узнать?! Помощница Уолкера вздрогнула. Было что-то во взгляде Большого Босса такое, что мешало ей возразить или хоть как-то оправдаться. Да и разве она имела на это право? Вряд ли. Это ошибка их отдела, и уже никакие оправдания не смогут спасти подпорченную репутацию их компании. Линали задумалась. Что с ними теперь будет? Их уволят или… – Я думаю, Линали здесь не виновата, директор Жу. Она обернулась. Канда закрыл за собой дверь бесшумно. Он направился к столу, в руках у него тоже был злополучный утренний выпуск газеты. Линали могла с уверенностью сказать, что он тоже был не в духе. Хотя, проще сказать – зол. Красивое лицо исказила плохо скрываемая гримаса ярости, она видела, с какой силой тот сжимал ненавистный номер – так, что побелели пальцы, а прочесть что-либо в самой газете уже не было возможности. – Я повторюсь, – Канда подошел к графину с водой. Он ловким движением подцепил перевернутую чашку, налил воды ровно до половины и передал ее Жу Мею: – Линали не виновата. Она не имела даже понятия, что подобная информация есть и о нашей компании. Жу принял чашку машинально, но пить не стал. Он поставил ее на стол с громким стуком и проговорил: – Я думал, что ты об этом позаботился, Канда. – Не вам говорить об этом, – он присел в кресло. – Перестаньте кричать на подчиненную, и подумайте немного головой… – Хватит! – лицо Жу Мея побагровело. – Я не желаю слушать подобную чушь сейчас, слишком поздно кричать о том, что случилось. Линали ничего не понимала. Канда защищал ее? Но ведь… Он не обязан был. Она ему ничего не сделала, чтобы он с легкостью переводил всю вину с нее на… Если только – конечно, а она наивная слишком, чтобы это было правдой – он не желал подставить кого-то другого. Потому что Канда в любом случае неправ: она знала, но… не придала никакого значения тому, что подобная информация хоть когда-то выйдет в свет – все же заметать следы Аллен умел просто мастерски. – Почему здесь нет Уолкера? – в голосе его отчетливо слышался гнев. – Или Вы считаете, что Ли способна одна вынести весь позор за своего начальника? – Аллен сейчас на объекте, – Линали заправила волосы за ухо. Голос ее все еще дрожал от пережитого потрясения, но говорить уже девушка могла увереннее. – Когда его нет на месте, главой отдела являюсь я. – Лучше скажи мне, Канда, – Жу Мей поднял на него внимательный взгляд. Он уже успокоился, но старческое лицо все еще было суровым. – Ты ведь тоже находишься в отделе, и я думал, что ты умнее. Мисс Ли сказала, что вы вместе с мистером Уолкером обсуждали этот весьма неприятный, – он поморщился, словно ему не нравилось даже произносить последнее слово, – инцидент. – Да, мы смотрели все дела за тот год. – Уверенно произнес Юу, раскручивая и без того многострадальную газету. – Но всегда есть что-то, выходящее за рамки допустимого. – Когда в компании бедлам, вы вместо работы решили посветить старым бельем! – взорвался старик. – Я не ожидал, что ты будешь работать спустя рукава! Это недопустимо! Черт возьми, Юу! Не разочаровывай меня еще больше. – Линали Ли, – взгляд Канды был способен заморозить заживо, девушку всю тряхнуло и воздух застрял в легких. – Да? – с трудом произнесла она. – Выйди. – Юу швырнул газету на пол. – Уведи секретаря, мистер Жу в ближайшие полтора часа принимать никого не будет. – Слушаюсь! – с ужасом смотря на то, как Юу и директор сверлят друг друга глазами, она поспешила хлопнуть дверью и, подхватив под локоть ничего не понимающую Лоу Фа, мгновенно испарилась из приемной. Уж лучше бы кричал... но нет, Канда Юу действовал куда страшнее и, если честно, намного эффективнее директора Жу.

***

Уолкер с тихим шипением открыл банку газировки и сделал желанный глоток. Жажда мучила его последние полчаса – на объекте не было автомата с газировкой, а пить простую воду в такую жару он считал слишком убийственным, так как эффекта было абсолютно никакого. Глоток немного кисловатой, насыщенной углекислым газом жидкости привел его в чувство, и Аллен мог мыслить связно – от стоящей жары невозможно было думать, а костюм неприятно лип к телу, отчего пиджак пришлось снять, оставшись лишь в хлопковой рубашке с коротким рукавом. Он поставил банку на колено, совсем не обращая внимания, что скопившаяся влага на жестянке попала на брюки. Свободной рукой он пролистывал почту в телефоне, отвечая на присланные письма и раздавая советы оставшимся в офисе сотрудникам. Сам же в офис он не спешил. Настроения появляться в душном, наполненном нервными людьми помещении – и не надо говорить тут: это никак не касалось того факта, что Канда Юу тоже был в офисе, нет! – не было. У него было хорошее настроение. Все шло по плану: наживка проглочена глупой жертвой. Ему лишь осталось только наблюдать. А наблюдать он предпочитал издалека. А то зашибут ненароком… Когда с почтой было покончено, Аллен убрал телефон в нагрудный карман, сделал глоток из банки и, наконец, подозвал к себе одного из рабочих. Каска на нем была не по размеру: она спадала на глаза и ему пришлось надеть ее на затылок, чтобы хоть как-то облегчить обзор. Разговор с рабочим поднял ему настроение – они успевали по срокам, он уже готов был выслать Линали материалы для составления информации журналистам, как помощница вспомнила про него первой: громкая мелодия заставила Уолкера поежиться и сморщиться. Все-таки сменить звонок или вовсе поставить его на вибро-вызов – лучшая идея, на его взгляд. – Линали, я рад тебя слышать! – воскликнул он, снова поднеся банку ко рту. Он отпил, но тут же выплюнул содержимое – помощница просто оглушила его. – Не кричи, – он поставил банку на лестницу. – Я видел статью. Читал, вразумился, погневался, ибо – как же так, многоуважаемые люди и такой скандал! – он добавил в голос игривости и немного иронии. Линали от этого лишь разразилась гневными речами сильнее. – Ну что ты, право слово, я… погоди минутку… – Уолкер пошевелился, пытаясь достать из-под низа кое-какую вещь. Попыхтев от усердия, он спустя пару минут все же сумел вытащить на свет кусок Дейли Хроникл с напечатанным на первой полосе репортажем. Он пробежался еще раз по написанным строчкам, усмехнувшись особо нелепым – но, надо сказать, правдивым – моментам и выдохнув, устало и как-то слишком обреченно, произнес: – Я могу все исправить. Передай этой заднице: «Расслабь ягодичную мышцу – я снова вас отмажу». И отключился, не дожидаясь реакции на свои слова. Этого он и ожидал. Не зря же оставил документы на самом видном месте. Отпив еще раз, он довольно промурлыкал себе что-то под нос и чертыхнулся: телефон снова взорвался трелью. – Мистер Канда, я работаю, не могли бы вы?.. Аллен похолодел: Юу не истерил, даже пропустил мимо ушей довольно издевательский тон. Вместо ожидаемой реакции на Аллена словно обрушился ледяной водопад. Канда говорил настолько подавляюще, что все слова протеста ползли по глотке вниз, желая оказаться как можно дальше от алленовской головы. – Я... – он сухо сглотнул. – Я не могу засунуть себе в зад эту статью! Послышался треск дерева. Уолкер понадеялся, что это был не его любимый стол. – Ладно-ладно, – он поспешно встал, забывая про газировку и клок бумаги рядом с ней. – Я приеду и все объясню. Задумал? Ничего я... хорошо, скажу. Настроение стремительно портилось. Да еще Канда... Канда, чертов ублюдок, в самый неподходящий момент сложил дважды два и получил совершенно правильные выводы. Убрав телефон в карман, Аллен помассировал виски и, натянув на лицо одну из своих дежурных улыбок, направился в сторону выхода со стройки. – Ай-яй-яй, – пробормотал он, наступая в довольно большую лужу цементного раствора. – Кто тут разлил это?.. хотя не важно. Потоптавшись на сухом месте, Аллен не без отвращения глянул на грязный носок, и вздохнул: если не отмыть обувь, то скорая ее замена была ему гарантирована.

***

Канда вертел в руках телефон и думал о чертовом хитром начальнике. После того, как Юу еле-еле успокоил старика, а после стаканчика хорошего бренди еще и сам пришел в себя, он хотел спокойно все обдумать, но мысли совсем не текли в нужном ему направлении. Вместо проблем компании его беспокоили иные действия. Сходство их было лишь в том, что и первое, и второе было делом рук одного человека. – Что за игру ты ведешь? – спросил он сам себя. – И зачем тебе я? Аллен Уолкер умело манипулировал людьми, и у Юу до недавнего вечера не было в этом сомнений. Этот шут мог улыбаться, называя собеседника чуть не братом, а за спиной держать целые фуры ножей и палок, направленных против оппонента. Всю первую неделю Юу ожидал от него сплошных неприятностей, и ведь так оно и получилось. И чем больше он смотрел на Уолкера, тем больше недоверия и неприязни тот зарабатывал. Начальник обладал трудным характером, почти таким же, как и Юу, цеплялся за свои дружелюбные маски и тащил за собой слишком много гнили. В принципе, на последнее Канда попросту закрывал глаза. Все было хорошо, пока Аллен контролировал себя и свои действия. Но сейчас он слишком заигрался. Как хороший игрок в покер, у которого хоть и есть туз в рукаве, но он выиграл партию чисто на блефе. С той лишь разницей, что Уолкер еще не победил. Пока нет. Его последний шаг был грубым, что сильно отличалось от плавных и продуманных ходов до этого. Если Аллен хотел что-то для себя прояснить, оставляя компромат, то сделал это сгоряча. Юу даже не рассматривал вариант с продуманным планом, нет, его точно не было в том виде, с каким привык работать Уолкер. Будто что-то выбило его из колеи, заставило смотреть в сторону, и из-за этого допустить столь нелепую ситуацию. И Юу догадывался, что именно это было. А если быть точнее, кто. Ненависть Аллена утонула в симпатии. Юу не назвал бы то, что чувствовал Уолкер, иначе. Слишком мало времени прошло, слишком больно было впускать кого-то за собственные барьеры. Слишком много всего противоречило привычным устоям. Юу знал это так же хорошо, как и сам Аллен. И все равно начальник упорно пролезал вперед, он словно червяк прогрызал путь сначала в его, Канды, мысли, затем глубже. И Юу не был уверен, что ему удалось остановить этого паразита до того, как он достиг сердца. Стоило ему закрыть глаза, немного ослабив контроль, как тысячи образов заполнили его сознание. Аллен был настолько разный, но всегда такой живой за тысячами своих масок, что Юу невольно стал запоминать их. Вот их первая встреча: усталый вид и показное равнодушие скрывали крайнюю степень раздражения от инцидента со Штраусом, и если Канде было на все начихать, то Аллен не мог дать своим истинным чувствам выход, из-за уважения к старику. Уже тогда с искрой в глазах, такой, от которой судорожно перехватывало дыхание. Или довольная рожа, заляпанная соусом. Его воротило от запаха плохо проваренной китайской лапши, но он все равно ел ее, причмокивая всякий раз, когда на него смотрела Ли. Он бесил этим неимоверно, но на него такого хотелось смотреть, а почему, Юу не знает до сих пор. Еще были моменты, когда прочитать его было трудно. Например, когда он принес ему документы домой. Пройдя сорок восемь этажей по лестнице, запыхавшись и прокляв все на своем пути, тогда Аллен наглухо закрылся от всех раздражителей. Или на конференции. Бросив Юу плавать в собственном дерьме, он выжидал, скрывая свой страх за провал всего мероприятия толстым фарфоровым ликом, заставляющим строить догадки и гипотезы. Юу фыркнул. Вот уж чего-чего, а доводить мозг до кипения Аллен умел. Были и такие случаи, когда маски трескались. Фотостудия, или ресторан, или стройка... маленькими трещинами Юу заполнял собой тщательно продуманный образ, совершенно не замечая того, что и сам поддается Уолкеру. И, наконец, он мог увидеть того Аллена, который не появляется перед людьми. Тогда Канда заметил, что не только глаза притягивают его. Будь то набережная или опера. Аллен был красив не внешностью, хотя и в этом природа его не обидела. Больше в нем привлекали какие-то отдельные моменты. Такие, какие не увидишь без разрешения. Например, когда он лежал на берегу, такой хрупкий и одинокий, раскинувший руки в стороны. Он был будто свеча на ветру - борющийся за свое пламя и обжигающий, если подойти ближе. А ведь Юу подошел. Уолкеру было тяжело просто от одного его присутствия, а Канда не мог выбросить из головы, что у начальника красивые руки, привлекательное тело и до одури манящие губы. Такого Юу не хотелось забывать. Слишком чистым и интимным получался его образ, слишком поздно Канда запретил себе думать об этом. А дальше кто-то невидимый прочертил между ними черту мелом, которую ни в коем случае нельзя было переступать. И на них она подействовала совершенно ожидаемо. Ни Канда, ни Аллен терпеть не могли ограничения, конечно это не касалось их собственных. Когда он стал видеть в начальнике не только фактор раздражения? Видимо тогда, когда в нерешительности остановился у той самой черты, а Уолкер уверенно ее перешагнул. Пока Канда сомневался, пытаясь завернуться в еще несколько колючих барьеров, Аллен действовал. Однако к его поцелуям Юу относился спокойно, он даже готов был признаться, что находил их вполне приемлемыми. Правильными. Казалось, они высушивали в море их общей лжи мель, на котором могло обосноваться то самое теплое и волнующее чувство, которому Канда пока не мог дать названия. Но он мог признаться хотя бы себе самому, что как только он увидел взбешенный взгляд своего начальника, где-то внутри что-то взорвалось. Слишком много стал значить для него Уолкер за такой короткий период. О, Юу настолько забылся, что позволил ему не только себя использовать, но и видеть больше, чем положено. И это было неприемлемо. Отбросив телефон на край стола, Канда резко поднялся и, обойдя стул, добрался до окна. Сев на подоконник и убрав жалюзи, он пару раз глубоко вдохнул и прищурился: яркое солнце палило так, что кожу жгло. Глянув на свои руки, Юу осторожно провел пальцем по порезу на ладони: он сломал отделку стола, пока разговаривал с Алленом. Окровавленные щепки еще не убрали, да и вряд ли кто посмеет. Стоило Канде зайти в отдел, стоило только глянуть на своих временных коллег, как их словно ветром сдуло. Похватав папки, они все как один промямлили что-то о делах вне отдела и скрылись с глаз. Только Линали осталась, прижимая злосчастную газету к груди и смаргивая выступающие слезы. Смотреть на нее и разговаривать с ней Юу не хотелось. Он просто игнорировал ее, пока она стояла и давилась слезами. Проигнорировал и то, что она выбежала, громко хлопнув дверью. И вот уже битый час сидел, пытаясь сосредоточиться на предстоящем разговоре. – Да пошло оно все! – выплюнул Юу, как следует впечатывая в стекло собственный лоб. Стало легче. Внутри словно раскрошился надоевший калейдоскоп, превращаясь в новый узор цветных стеклышек. – Истерика, мистер Канда? Аллен прислонился к стене и, оглядев Юу снизу вверх, едва подавил желание облизнуться. – Отнюдь, – Канда повернулся к нему, но с подоконника не слез. – Не хотите объясниться? – Что именно вы хотите услышать? – Присаживайтесь, – Юу указал на свой стул. – Это будет долгий разговор. – Я постою, – Уолкер не двинулся с места. Он прищурился, ухмыльнулся своим мыслям и покачал головой. Выглядел он, надо сказать, слегка уставшим. У Канды невольно возникла мысль, что, может быть, начальник и не виноват в сложившейся ситуации, может это все стечение обстоятельств, но он быстро отмел ее – Уолкер потер ладони и поиграл бровями. – Вам понравилось? – он хлопнул в ладоши. – Как по мне, это прекрасно! – Так значит… – Канда задумчиво почесал подбородок, – …это специально? Канда спрашивал осторожно, тихим голосом. Это было похоже на хождение по минному полю: Уолкер в один момент мог заподозрить в Канде совершенно не то, что Юу планировал ему показать – полное непонимание, кто именно все это преподнес Дейли Хроникл и – что главное – зачем? – Конечно, – Аллен пожал плечами. Он засунул руки в карманы брюк, отчего те натянулись сильнее на бедрах. – Я же должен был поймать некомпетентного сотрудника. Канда невольно перевел взгляд на его ноги: сильные, мускулистые, в каком-то плане слишком длинные – в горле пересохло, и он поспешно поднялся, направляясь к кулеру, налил себе стакан воды и осушил его залпом; он потерял нить разговора. Уолкер вышагивал по кабинету медленно, не торопясь, даже лениво, словно эти простые действия вызывали в нем невероятную скуку, но, при этом, виляя бедрами, словно ходил по подиуму. – И поймали? – Юу отвернулся. – Успешно? Уолкер явно провоцировал. Только… вот на что? – Разве Вам не понравился тот переполох, что вызвала эта статейка? – он дошел до стола, взял в руки ненавистную уже газету и, развернув ее на нужной стороне, принялся читать: – «Успешная компания идет к краху!» – голос его звучал громко, отчего Канда невольно вздрогнул – по спине прошла дрожь, и он не был уверен, отчего именно: от насмешливого тона начальника, то ли от того, что Канда все еще продолжал краем глаза пялиться на его ноги? – «Сеть подпольных казино «Империал» принадлежит известной компании «Verona», занимающейся строительством нового детского центра. Только вот не будет ли это…», – Канда услышал шелест, – «…не будет ли это очередным прикрытием для подпольной организации и отмывания огромной кучи денег? Общественность обеспокоена: стоит ли доверять своих детей тем, кто губит невинные души уже на протяжении нескольких лет?» Он закончил читать, свернул газету пополам и засмеялся. Канда недоуменно уставился на него. Он издевается? Это шутка что ли? Уолкер считает, что это все – одна большая шутка? – Прекратите! – Канда сжал кулаки. – Это не смешно, мистер Уолкер. Нисколько! Директор Жу чуть не угодил в больницу и полностью по вашей вине! Играйте вы хоть сколько и где угодно, но не с его жизнью! Уолкер снова скрылся за маской беззаботности, и это было видно по его глазам: они не смеялись. Глаза начальника были серьезны, серая сталь холодом прошибала его насквозь – Уолкер хотел видеть его реакцию. Но Юу было плевать. От такой игры пострадали многие, и репутация их компании – это меньшее, что можно сейчас ожидать. – Если ты хоть еще раз, – Канда оказался рядом с ним в одно мгновение. Он схватил начальника за подтяжки и приподнял. – Если ты хоть еще раз выкинешь подобное – я убью тебя. – Не переживайте так, мистер Канда, – Аллен легко отцепил его от себя и поспешно отвел глаза, – а то кровяное давление подскачет. Опровержение уже в печати. – Плевал я на него, – из голоса Юу исчезли все эмоции. Осталась лишь какая-то холодная обреченность. – Я тебя предупредил. И он ушел, не удостоив Аллена и взглядом напоследок.

***

Линали разбирала инвентарь. Она расфасовывала по коробкам нужное и ненужное уже несколько часов подряд – с того самого момента, как покинула кабинет Большого Босса – и порядком устала. Все эти ленточки, скатерти, надувные шары, бокалы из эксклюзивной коллекции и дорогущие вазы эпохи Цзинь порядком утомили. Девушка утерла пот со лба, заправляя упавшую на лицо прядь волос за ухо. Она уселась на деревянный ящик, достала из кармана юбки телефон и разблокировала экран. «Редактор печатает опровержение». Линали чертыхнулась. Сообщение принесло и радость, и чувство неудовлетворенности, отчего стало только паршивее. Она знала, что так будет. «Я знаю. План «Б» в силе. Дождись момента». Нажав клавишу «Отправить», она быстро сунула телефон в карман и огляделась, словно кто-то мог увидеть ее. Хотя это было лишним – в тесном и почти неосвещенном чулане Ли была абсолютно одна. Так что видеть ее мог только какой-нибудь призрак или мышь. А их девушка боялась с детства. Поежившись от невольных неприятных воспоминаний, Ли поджала губы и как-то с обидой взглянула на разбросанный по всему чулану инвентарь. Собирать его в одиночку уже не так было радостно – все же, утром ей нужно было успокоиться, но сейчас чувства улеглись и лишь неприятный осадок в душе остался. Аллен… Черт бы его побрал… Подкинул ей проблем в виде оклеветанных работников и кучей звонков, отвечать на которые она посадила Дина. Девушка знала, что он справится, поэтому и не переживала – ее больше интересовала проблема с начальником. Зачем он все это заварил? Какую игру развернул? Ей казалось, что старая обида Уолкера прошла – все же Жу не виноват в том инциденте с его отцом, да и Аллену тогда было совсем мало лет. Сейчас-то он взрослый и разумный человек. Тогда зачем так поступать? Ли вздохнула, как-то слишком уж обреченно или надрывно, и принялась за работу. Ее никто не отменял. *** – Господа! – Уолкер встал на стул и хлопнул в ладоши. – Прошу внимания! Немногочисленные работники отдела отвлеклись от своих занятий, глядя на начальника взглядом «ну что опять не так?» – немного ироничным, немного усталым. Уолкер понимал, что все они устали. Что все они заслуживают свободного разгрузочного дня. Поэтому он решил им предложить весьма неплохую идею, за которую, как он считал, его не прибьют. По крайней мере он надеялся, что Канда отнесется к ней весьма спокойно. Чертов Канда… Аллен поморщился – недавний разговор все никак не шел из головы. Как, собственно, и сам Юу. Было в нем сегодня что-то такое пугающее, нечто отталкивающее: он разговаривал с Алленом таким тоном, от которого у Уолкера неприятно сосало под ложечкой. Давно он подобного не ощущал. Давным-давно. Отбросив неприятные мысли, он улыбнулся широко и прокричал на весь отдел: – У нас будет выходной! Тишина не заставила себя долго ждать. Аллен переводил взгляд с одного ошеломленного сотрудника на другого, отмечая все эмоции: и недоверие, и испуг, и иронию во взгляде, и горькую усмешку, и радость – все же не все настроены скептически к своей работе и решениям начальства. – Мистер Уолкер, – Дин принялся собирать разбросанные им же самим бумаги, – Большой Босс же организовывает прием на выходных. У нас нет времени на отдых, Вы же сами нас учили, что сначала… – Сначала работа, мой мальчик, а потом, – он довольно усмехнулся, – отдых. На благотворительном вечере. – Да нет же! – Мистер Уолкер, может Вам воды? – Ты в своем уме, Мояши? Последнее звучало более устрашающе. Аллен повернул голову в сторону замершего с лейкой у почти увядшего цветка Канду и уверенно кивнул. – Абсолютно. – Мне кажется, Вам все же напекло. Уолкер показал ему язык. Он слез со своего временного постамента и трибуны в одном лице и, закружив Мег в вальсе, прокричал: – Форма одежды – парадная!

***

– Старик! – Канда ворвался в кабинет к Жу Мею без позволения того. Он гневно осмотрелся, пока не обнаружил деда стоящего возле окна. – Юу, мальчик мой, – Жу повернулся и горестно выдохнул. – Манеры… – К черту! – Что случилось? – Ты в курсе того, что задумал Уолкер на выходные? – Ты про то, что всем нужно отдохнуть? – Жу подошел к Канде и, улыбнувшись бледными губами, похлопал его по руке. – Успокойся, импульсивность не красит тебя. – Старик!.. – Да, мистер Уолкер согласовал все со мной. – Жу довел Канду до дивана и, сев, похлопал ладонью по сидению рядом с собой. – Я не так давно просматривал буклеты и мне показалась идея весьма неплохой. Особенно в свете последних событий. – Ты их поощряешь. – Поджал губы Канда. – Вместо того, чтобы принять меры... ты предлагаешь им повеселиться? – Не только им, – директор откинулся на спинку. – Тебе тоже это нужно. – Я не поеду. – Ты нужен мне на банкете, – вся расслабленность мгновенно покинула старика. – И это не обсуждается. Я не хочу спорить с тобой. – Но... – Канда, я не всегда буду занимать кресло в этом кабинете. – Жу надел очки и посмотрел вверх. – Ты молод и рассудителен, хотя немного дерганный в последнее время, и я действительно горд, что ты вырос именно таким... – Не начинай. – Перестань бежать от очевидного, – сурово прервал его директор. – Прими это, Юу, мне действительно немного осталось. Я хочу быть уверен, что тебе не придется волочить весь груз ответственности за компанию в одиночку. – Ты свалил все в кучу. – Но ты понял меня. А что касается выходных... думаю, Линали Ли будет рада передышке. Кстати, почему ты так рьяно защищал ее сегодня? – Зачем тебе знать? – Разве так трудно ответить? – Она еще нужна. Этого хватит? – Вполне. Канда усмехнулся. Весь его гнев исчез, схлынул за несколько минут разговора со стариком. И перспектива провести выходные где-то за городом уже не казалась такой ужасной. – Еще один вопрос, – пробормотал Жу, будто и сам не был уверен в том, что хочет слышать ответ. – Мм? – Чем закончилось дело с Адамом? – Я просто отрабатывал долг, – повел плечом Юу. – С этим человеком больше меня ничего не связывает. – Уверен? Д. Кемпбелл не тот, кто так просто отпустит свою добычу. – Сейчас я бесполезен. Ты прав, он довольно опасен, но ничего не делает без выгоды для себя. Что же касается перевода того, что я услышал... нам удалось договориться. – Если это так... – Я не тот, кем можно бесконечно манипулировать. Тебе это известно, и ему тоже. Довольно об этом. – Как скажешь, – сдался Жу, нащупывая в кармане пачку с таблетками. – А теперь иди.. нам всем нужно собраться. – Прими лекарства, – Юу поднялся и устало растер шею. – Тебя Марианн ждет в приемной. – Спасибо, что напомнил, нам нужно съездить кое-куда. – И кто тут переживает сверх меры? Вопрос Юу остался без ответа. *** Аллен сидел на своем месте и читал последние выпуски послеобеденных газет. В кабинете, его собственном, а не общем офисном, было довольно душно, так что он ослабил галстук и расстегнул верхние пуговицы рубахи, надеясь на то, что ветер из открытого окна хоть немного облегчит его участь. Настроение было средним. После того, как он всех распустил готовиться к выходным, эйфория сменилась тягучим беспокойством. А виной был Юу Канда, не захотевший еще немного подыграть ему, Уолкеру. В принципе этого можно было ожидать, все же директор Жу и правда очень стар, не стоило забывать об этом. Да и не оценил он стараний. Было даже немного обидно, и это было никак не связано с тем, как именно он с ним говорил. Совсем нет. Хмыкнув на несколько строк, посвященных успеху выставки Дейси Барри, Аллен отложил газету и потянулся за следующей. Удобно расположившись на стуле и развернув полосу, Уолкер закрыл глаза и вдохнул запах краски. Все же свежие газеты потрясающи хотя бы в этом. Глянув на заголовок, Аллен чуть не откинул печатное издание в сторону: он умудрился обнюхать портрет Канды, размещенный чуть ли не на всей полосе. – Красавец, что б его! Статья была посвящена каким-то фактам из биографии Юу. Говорилось об Алме, немного о Большом Боссе и почти вся следующая страница была выделена самому виновнику статьи. – У него есть хобби? – не поверил Аллен. – Кендо? Серьезно? Почему-то он никак не мог представить Юу в защитном костюме и с деревянным мечом. Нет, ему больше подошел бы более открытый вид, чтобы можно было любоваться им, чтобы не сводить глаз с завораживающих движений. – Черт... Поерзав на стуле, Уолкер положил газету на колени и закусил губу. Его воображение подбрасывало ему вполне недурные картинки, в которых поспешно скинутая мокрая от пота майка была, пожалуй, самым цензурным действием. Господи, что же он делал?... Прямо на рабочем месте представлять такое. Это было неприемлемо. Может быть дома... недалеко от ванной, но здесь?.. Аллен зажмурился, прижимая газету ладонью и шумно выдыхая ставший совсем душным воздух. Большим пальцем обведя черно-белое лицо, Аллен хотел было уже совсем снять галстук, как дверь в кабинет с громким стуком открылась. – Мистер Уолкер! Чуть не подпрыгнув на стуле и поспешно подтянув газету повыше, Аллен во все глаза уставился на быстро приближавшегося к нему Канду. – Что вы?.. Сказать что-то еще не получилось. Юу грозно смотрел на него, наклонившись и опираясь ладонью о его колено. – Вы отвратительны, – фыркнул Канда, хватая его за галстук и даря такой грубый поцелуй, что все его мысли разбежались под мгновенно возросшей волной возбуждения. Обхватив его запястье, Аллен лишь согласно что-то промычал, ведя яростную борьбу с его языком в своем рте. Ни на что другое его попросту не хватало. Газета упала на пол, стоило ему пошевелить ногами. В этот момент Канда отстранился, чтобы более нежно прикоснуться к его губам. – Что вы, – Аллен тяжело дышал, пытаясь сфокусировать взгляд, – ...творите? – Это не относится к тому, что вы сделали, – почти прошептал Юу. – Но я не тот, кто будет ходить вокруг да около, если что-то для себя решил. – Да? А я... – А вы разберитесь в себе, – бросил он, – хорошего вечера. Дверь за ним хлопнула оглушительно громко, клацнув не закрывшимся замком, и плавно отъехала в сторону.