Сине-нормальная ломаная

Почти весь свой выходной я провалялся в кровати, будучи не в состоянии передвигаться и что-то делать. После вчерашних пробежек мысль выйти на улицу была страшнее любой бабайки, съедающих непослушных детей и маленьких любителей вступить в связь с обоими полами. Я почему-то верил, что если сегодня пересижу дома, то потом меня уже никто искать не будет, не хочется столкнуться с теми мужиками из подземных помещений. Ну, и банально все болело, не до прогулок. Боюсь представить, как сосед живет со своими ранами. Деньги, великолепные бумажки, захватившие власть в мире, лежат на столе. Завтра вечером надо будет встретиться с собирателями долгов, адрес в смс-ке они назвали. Сумма вышла даже чуть больше необходимого, Макс постарался, сосчитал. Надо заметить, что сегодня он также никуда не высовывался, однако не ленился, а заботился обо мне: еду приносил, вещи к новой рабочей неделе постирал, в комнатке немножко прибрался. В принципе, он не домогался, ведь не стоит учитывать массаж спины и расчесывание волос. Да, из-за того тяжелого автомата, мои ручки не особо хотели шевелиться, и потому парень помогал даже с такими действиями. Мне казалось, он, типа, извиняется так. Еще было чувство, что уебан тут я. Согласился встречаться с девушкой, но не смог устоять перед пидором. И теперь почти не разговариваю с ним. Молчание раздражает! Этот говнюк слишком белый и пушистый, бесит! Обычно могу попытаться его пнуть за очередной украденный бутерброд или подкол какой, однако в то воскресенье гад ведет себя слишком хорошо. Невыносимо. И я, убеждаясь в своей уебищности еще сильнее, как бы случайно разбил его любимую кружку, чтоб разозлить. Тяжелый вздох — и Макс спокойно собирает осколки. Хватит это терпеть! — Ебанатский хуесос, ты заболел, блять?! — заорал я на него, — Что как забитый школьник ходишь целый день? Хочешь что-то вякнуть — давай, мать твою! От моего крика шатен с синяками под глазами (от недосыпа ли?) поранился трупом своей красной чашечки с надписью Nescafe и выронил кусочки. В его глазах только боль. Пиздец, сейчас разревется, о, этот взгляд. Ну не позволяет мне природа обнимать взрослого мужчину и успокаивать его! Даже если тот – гей, чувствующий себя виноватым. По сути, да, со мной он вытворил нечто гадкое, но ведь мне… немного понравилось. Я чертов извращенец! — Извини, — тихо сказал он, отведя глаза. — Что, бля? Ваще не расслышал! Бледный весь, полудохлый, будто зомби какой-то, честное слово! Смотреть противно. Хватит пиздостраданиями заниматься, веди себя как раньше, хоть попытайся быть похожим на мужика! Я даже слез вниз, чтобы посмотреть на его рожу с более близкого расстояния. И сразу получил сильный удар в живот, заставивший меня согнуться пополам и закашляться. Ух-х, бодрит! Но за что? «За чашечку», блин. Ладно, знаю, тут я переборщил, все-таки на данную посуду пидор часто любовался, поди, важная была. Может, жена его бывшая. Может, у падлы был роман с ней. Я так-то не одобряю любовь к неодушевленным объектам, однако это лучше, чем привязанность к тем, кто тебе равнодушен. Макс еще раз просит прощения, усаживает меня, уже улыбающегося от такого привычного поступка, на кровать и приземляется рядом. — Слушай, я вчера не в себе был. Адреналин, травка, башню совсем снесло. Обычно, когда сильно напьюсь или накурюсь, то же самое случается, только я всегда трахаюсь с незнакомыми, потому утречком просто ухожу красиво, и все, не мучаюсь. А тут с тобой, недоебанным, но униженным, мне еще жить надо! Я, так сказать, в растерянности, — высказался он и схватился за голову. Как же жалко выглядит! — Пхах, относись к этому проще, — выдавил из себя ободряющие слова, – ну, отсосал я тебе, и что? Не конец света, переживу. Зад не тронул — на том спасибо, ты не последней мразью оказался. Да и вообще, мне первая часть даже немного понравилось, — тут уже я отвернулся, чтобы не видеть его взгляда, преисполненного надеждой. Зря это сказал! — Значит, по-дружески… — Значит, постарайся впредь себя сдерживать! А лучше поищи себе другого парня или девушку, у меня-то вроде как Аня есть. Знаешь, мне стала противна мысль о том, чтобы быть с кем-то еще, тем более со своим лучшим другом, который норовит записаться в любовники. Не будь мудаком, пойми меня! — Дру-уг… спаси-ибо, — протянул Макс и уперся своей тупой башкой мне в спину, – ну, хоть просто целовать тебя можно? Ну, как друга? Ну, хоть иногда? — и вот такие глаза у него большие и грустные были, когда он взглянул на меня, что мой язык моментально отсох, и я не смог сказать ему «нет», зато шизанутая голова умудрилась аккуратно кивнуть. Может, я в душе просто латентный гей. Не знаю, не хотелось бы признавать за собой такое. Повеселевший парень обнял меня и предложил заебашить пельмени примирения. Почему бы и нет? Я так-то от скуки спокойного выходного дня готов постоянно есть. Теперь он потянул меня за руку и потащил в сторону кухни, более не намереваясь готовить в одиночку. Кончилась халява! И вернулось прежнее отношение, этот хрен уж больно непостоянный! То есть, во время пребывания у плиты, он часто поглаживал меня по заднице, что не могло не напрягать. На такое я разрешения не давал! Но так как все стало по-старому, Макс пропускал мои возмущения мимо ушей и делал вид, что вообще не имеет понятия, о чем я говорю. Потом чуть не пролил на меня только что заваренный чай, в последний момент я успел увернуться. И в лучших традициях нашей совместной жизни во время трапезы тварь вырывала очередную пельмешку из моей тарелки, отбирала хлебушек и конфетки. Я отвечал ему тем же! Все дошло до перекидывания едой и обливанием друг друга водой из-под крана. Сила водопровода, активируйся! Молекулы неметаллов атакуют! Муку ему в лицо! Ах, я тоже пострадал от белого порошка и оксида водорода. Ничего, сейчас возьму реванш и пиздану со всей дури сковородкой. Он защищается! Битва на посуде! Смена оружия и локации! Скрестим же скалки в равном поединке, только я буду на столе сверху! На шум упавшей мебели прибежали соседи, чуть в обморок не упавшие из-за того, что взрослые парни натворили на кухне. Все ухерачено! Ой, а мне весело, я смеюсь, хоть все мое лицо белое и ножка болит. Люди орут на нас, однако их восклицания не достигают адресатов. Да ладно, уберемся мы, все-таки хорошо ведь чувствовать себя молодым и иногда буянить. Разбитая тарелка с этим не согласна, сегодня прямо день потерь! Устроим поминки? Давайте, напьемся еще! Зато вон, хлебушек пережил сражение, его все еще можно есть. И шоколадки живы, всем шоколадки за счет Михаила Семеновича! Хозяин вкусняшек, стоящий передо мной в безразмерных тренниках, был в гневе. *** Понедельник — день хуевый. Птицы галдят, будто устроили концерт, билеты на который стоят по десять тысяч, потому их голоса невероятно громкие, напрягаются, пернатые гады! Но еще больше старается «любимый», поглаживающий меня по щеке и убирающий с лица спутавшиеся за ночь волосы. Блять. Это конец! И ведь я ничего не могу поделать с ублюдком, забравшимся ко мне наверх и сказавшим, что завтрак, который он хотел принести мне в кровать и опрокинуть на голову, сгорел, продуктов больше нет, и это значит, что мне придется идти на работу голодным. Романтика, епт! В душе моюсь и думаю. Одеваюсь и думаю. Собираюсь и думаю. Думаю, пока еду в автобусе. Все это время Макс находится рядом, зевает и вообще не напрягает свой мозг — в его глазах цвета болота, в котором квакают лягушки, нихуя не видно умных мыслей. Дебил, отвечаю! Ладно, я рад тому, что в школе он не посмеет ко мне приставать. Более того, даже в общественном транспорте парень ведет себя совершенно нормально, будто мы действительно просто знакомые или друзья. Шатен даже не смотрит на меня! Пялится в окно, разглядывает ножки сексуальной девушки в короткой юбке и уже тянется к ним, чтобы потрогать. Я еле успел его остановить, бабника этакого! А то помню, как однажды он прямо в автобусе чуть не оприходовал какую-то бабенцию, возвращавшуюся домой поздно вечером. У входа в учебное заведение физик надел очки. Как был дегенератом, так и останешься, тонкая оправа не спасет, ты все еще несолидно выглядишь! За это он мне отвесил подзатыльник и исчез в дверях, оставив меня дожидаться Аню, с которой я договорился встретиться. Эх, возвращение юности! Ну, и просто надо сказать ей, что нужную сумму я собрал и типа стал приличным человеком, за меня можно не волноваться. Только вот не привык я врать самому себе. Жутко тянет опять заняться чем-нибудь нехорошим, наплевав на закон. Надо устроить отпуск! Надо! На горизонте показалась знакомая блондиночка, которой я помахал рукой. Девочка, улыбаясь, подошла и сказала, что притащила моего медведя. Вот-те раз, не ожидал! Оказывается, Макс написал ей, что я дикий ссыкун и нихуяшеньки не могу быть спокойным и рассудительным без своей мягкой игрушки. Так что теперь Барри будет соединять нас: в школе он у меня, а потом живет у Ани, напоминая ей о моей слабости. Ох уж эти странные отношения! К сожалению, при мелких засранцах я не решился целовать школьницу, хоть и хотел, мало ли что. У раздевалок мы быстро разошлись, и под неодобрительные взгляды я поплелся к себе в кабинет. Кстати, по понедельникам же директора на месте нет, сучара где-то шляется. Ох, чувствую себя незащищенным! В пистолете только два патрона осталось, надеюсь, сегодня он мне не понадобится. Погода, однако, бесподобная! В жопу преподавание, буду как ванильный пиздюк смотреть на голубое небо и томно вздыхать по еде. Голодно! Надо навестить столовку на следующей перемене. Не понял. На учительском месте, на моем, блять, стульчике, развалился какой-то хер, выглядящий как поебота из фильма про плохих парней. Ботинки, что тяжелее слона, черные джинсы в тон черной куртке, футболка, на которой белым по черному написано большими буквами «иди на хуй». Ах, доброжелательность! Черные как у китайца волосы и мелкие глаза бешеной собаки. Что за школяры пошли, дальтоники? Цветов не знают других? Встал. Пиздец, какой высокий! Кажись, у него есть желание испепелить меня взглядом и схавать оставшийся пепел. Звонок прозвенел. Но эта дичь никуда не торопится, только улыбается так, что это видно даже за шарфом, закрывающим пол-лица. — Денис Александрович Мухин? Двадцать четыре года, химию преподаете? — спросил он, медленно приближаясь и разминая руки. Бля, он стремный какой-то! — Допустим. И у меня сейчас урок, который я просто обязан провести! Так что, мальчик, иди выебывайся в свой класс, — мой дерзкий ответ взбесил парня, мгновенно двинувшегося и впечатавшего меня в стену. Твердо! Это не матрасик! Опять насилие! Ужасная школа! Домой хочу! — А меня Сережей зовут, убивать тебя буду. Хочешь — разденься, чтоб одежду не запачкать, но могу и в ней тебя похоронить. Можешь даже место смерти выбрать, я сегодня добрый! Последнее слово надо кому-нибудь передать? Что это за чудо внушительных размеров, вопросительно поглядывающее на меня? Ученики переговаривались весьма громко, потому я смог уловить суть, сразившую меня наповал: пиздюк, речь которого я ранее слышал в туалете, действительно выпросил у богатой мамки деньги, собрал еще с товарищей и в итоге нанял мне убийцу, ибо «что-то новый химик вообще не канает, прошлый смешнее был». Этот хрен с горы? Он выглядит опасным, не спорю, но на киллера не смахивает. Да и кто средь бела дня заявляется в учебное заведение, где так много свидетелей? На мои рассуждения вслух ответ нашелся быстро. — Ой, да я псих просто, нравится мне от копов бегать. Они смешные. Пока досюда доедут, я успею раз десять скрыться, уж полгода как удается, — м-да, пиздец тогда мне, парень действительно не выглядит адекватным. Дети, я же верил в ваше благоразумие, мне казалось, что мы пришли к взаимопониманию! Ах, я же забыл, что хороших людей не существует, подросткам-то что, им весело, они просто скажут потом, что «злой дядя пришел и нашего учителя убил, не знаем ничего». Никто же из них не верит, что происшествие расследовать будут. Резко выхватил пистолет и уперся им в грудь Сереге, совершенно не испуганному таким действием. Пригрозил, что если двинется, в то время, как полицейских вызываю и они ехать будут, застрелю. Глупая угроза, ведь и рука отсохнет, и проблемы будут с объяснением того, откуда у меня пушка. Однако мой наивный оптимизм неистребим, потому свободной конечностью набираю на телефоне номер, ожидая, что все пойдет по плану. Каждый ебаный раз, когда я так думаю, все происходит с точностью да наоборот! Вот и сейчас прогремел выстрел в воздух, так как ублюдина схватила и отвела оружие в сторону так быстро, что я не смог даже поцарапать парня. Следующий ход оказался также за ним. Ну, нахуй, бежать надо от шизанутого с ножом, который меня им чуть не пронзил! Телефон просрал! Это же только утро, только начало великолепной недели! Как так можно? Я не заслужил этого, я просто немножко наркоту продавал и в субботу в мужичков стрелял, все! В остальном моя душа чиста! Неужели я заслуживаю смерти от руки какого-то уебана? Нет, не-ет! Последний патрон! Кричу, что есть мочи, на бегу, чувствуя, что преследователь догоняет. Смеется! Истинный маньяк! Интересно, сколько ему за меня заплатили? И главное, откуда достали сию мерзость? Из классов на мой дикий ор высовываются ребята, мимо которых я проношусь со скоростью лани… Аня! Спаси и сохрани грешника! Девушка, видимо, услышала меня и потому вышла в коридор, где заметила нашу пару. Чего стоишь, распахнув глаза? Стул тащи, защищаться будем вместе! Внезапно, она не исполнила мою просьбу, а выхватила пистолет, которым теперь угрожала придурку, затормозившему в метре от меня. — Э, да там наверняка уж пусто, чего блефуешь? — самоуверенно заявил тот и вновь перешел в наступление. И ведь никто не ожидал, что школьница действительно выстрелит и пуля пройдет по касательной к плечу парня. Раненый только поморщился, но не отступил, казалось, что ему вообще пофиг было на разорванную куртку. Она же такая клевая! Ох, я на его месте бы жутко опечалился! — Не приближайся! — закричала девушка, когда, брюнет без тени страха перед оружием подошел в ней вплотную. — Если сразу люди не стреляют, значит либо патроны кончились, либо кишка тонка. Анечка, милая, почто тебе защищать эту мелкую обезьянку? Неужели… твой новый парень? М-м, достойная мне замена! Только ростом не вышел. Тогда поведай, сударыня, играющая со взрослой игрушкой, есть ли у меня хоть какие-то причины оставлять его в живых? Ведь я тут по работе и тороплюсь все-таки, — видно, судьба свела вместе старых знакомых. Может, мне свезло? — Убьешь моего Дениса — покоя не жди, я тебя всеми силами за решетку засуну! И ты знаешь, что я могу и постараться! Она была в ярости, но и страх, выражающийся в дрожи ее рук, никто не отменял. Надо бы и мне сделать что-то, вот только что? Пока я раздумывал, парень схватил девушку за талию и смачно поцеловал. Мразь! Красавица не особо сопротивлялась, только на ее закрытых глазах проступили слезы, отключившие во мне инстинкт самосохранения. Это моя бабища, не принадлежащая всяким истекающим кровью ублюдкам! Убью нахуй! Нечем. Нужно решать проблему мирным путем! — Слышь, неуважаемый Сергей, сколько мелкие тебе за меня заплатили? — он оторвался от смущающейся девушки, явно не желавшей вспоминания губ бывшего, и показал мне десять пальцев. Тысяч? В рублях? О, неужели моя жизнь так мало стоит? Хотя чего еще ожидать от маленьких идиотов! — Короче, плачу в два раза больше, и ты сейчас пойдешь и чутка побьешь заказчиков, несильно только. Договорились? — Во ты умный! Давай хоть так, а то Анечка тут злится и плачет из-за моей подработки. Мне-то плевать, из кого дурь выбивать. Деньги вперед. Человек-дебил, по нему видно. Стоит тут с протянутой рукой, ему совершенно насрать, что минуту назад я был целью его ножа. Кстати, он носит огнестрел, который должен быть у всех порядочных киллеров? Этот, правда, непорядочный какой-то, непринципиальный, дело до конца не доводит. Мне же лучше! В кармане как раз есть наличка на случай, если меня когда-нибудь спалят копы за плохим делом и нужно будет ехать в Магадан. Прощай, Дальний Восток, у меня больше нет денег на билет до тебя! Увидев святые бумажки, наемник быстро выхватил их, понюхал, вслух посчитал, за сколько дней их проест, и поспешил обратно в класс. Все так просто! Почему? Ах да, сказал же, что он «псих». Подростков мне даже как-то жалко стало. Они сидели такие, обсуждали, какой венок мне на могилку покупать, сошлись на самом дешевом варианте, как вдруг хрен ввалился в кабинет, объявил о смене деятельности и обстоятельствах и затем в темпе вальса отпиздил малолетних дегенератов, не знавших, с кем связались. Детки были в шоке: несчастные мальчуганы не досчитались зубов, зато познаний в математике им не хватило, чтобы пересчитать все синяки на теле. В процессе также пострадал стул, но это уже побочный эффект. Ну, а что, скидки им делать за возраст? Серый, который почему-то в черном, раскланялся, как это делают артисты в театре, поблагодарил за прекрасное утро и съебался с третьего этажа. Через окно. По канату, который почему-то был прикреплен к батарее под ним! То есть нельзя просто так взять и свалить, надо сделать это эпично! Откуда такие берутся? Надо будет с Аней потом поговорить по этому поводу. — Кому надо — пусть идет в медкабинет, а остальные открывают тетрадки и записывают тему урока: аминокислоты. Времени осталось мало, но начать мы успеем. И чтобы больше никаких опасных Сереж я здесь не видел! — как можно более угрожающе сказал и отвернулся к доске успокаивающего зеленого цвета. Господи, как же их плохо воспитали! Им никто не говорил, что убийцам доверять не стоит, они всегда могут переметнуться на сторону того, кто им больше заплатит!