-8-
10 июня 2016 г., 19:19
Напряжение в комнате настолько велико, что кажется, что стоит только зажечь спичку, и все помещение вспыхнет.
Дейзи замирает, ожидая вынесения приговора.
«Услуга» — слишком нейтральное слово, на первый взгляд достаточно безобидное, как раз настолько, что не обманывает ни на секунду. Они давно прошли тот этап, когда все, что относилось к Уорду было нейтрально-официальным (Агент Уорд и ничего больше), теперь это у них у всех до зубного скрежета личное.
Джонсон, к своему стыду, слишком занята попытками дышать ровно и успокоить собственное сердцебиение (нужные шестьдесят не находятся даже близко к её теперешнему состоянию), поэтому она упускает тот момент, когда один из людей Колсона спускает курок, не успевая среагировать.
Никто из них не успевает.
Никакой команды не звучит, никаких тайных сигналов или многозначительных взглядов.
Дейзи успевает только с помощью своих сил замедлить падение Уорда, аккуратно опустить его на пол, сразу же падая рядом с ним на колени, не обращая внимания, что её в это время окружают все остальные, явно готовые к любой её реакции. Дейзи даже не задумывается об этом, мысленно прокручивая в голове «пожалуйста» снова и снова, пока пытается нащупать пульс.
Уловив слабое сердцебиение, она от облегчения тяжело выдыхает, опуская голову вниз, закрывая отросшими за это время волосами лицо. Только теперь до неё начинают доноситься окружающие звуки.
— Хорошо, что это айсер, а не винтовка, — глухо выплевывает, скидывая руку только что подошедшего к ней Колсона со своего плеча. — Не нужно этого.
С неё довольно этих отеческих жестов и сахарных улыбок вместе с проникновенными речами («Дейзи, ты же умная девочка, понимаешь, что иногда ради благой цели нам приходится делать ужасные вещи, но это абсолютно необходимо»), от которых у неё давным-давно сводит скулы (они же все-таки не в детском саду, пора хоть иногда отвечать за свои поступки).
— Теперь мы можем доставить его на базу с минимальными потерями, — мужчина кивает, и на Гранта надевают наручники, поднимая его, волоча к выходу.
Дейзи зла и, действительно, не может сейчас думать рационально. Она пытается сохранять спокойствие, но это не мешает ей мечтать разгромить помещение по старой памяти (чтобы очнуться в своей кровати рядом с чашкой остывшего кофе на тумбочке, только чтобы в очередной раз столкнуться с двойными стандартами).
— Вы могли бы, во всяком случае, не вырубать его. Повязки на глаза слишком устарели?
— Лишние риски, — он бросает на неё очередной многозначительный взгляд. Дейзи разрывается между «Ты же понимаешь, он опасен» и «Ещё один подобный вопрос и мне придётся сделать с тобой то же самое», хотя она все же склоняется к выводу, что имелось в виду и то, и то.
Они выходят из больницы, останавливаясь перед внедорожниками.
— Садись в машину, Дейзи.
— Я поеду с Уордом, — она упрямо поднимает голову.
— Этого не произойдёт. Я закрываю глаза сейчас на многие твои действия, но не заставляй меня применять силу.
Брюнетка берет себя в руки, насколько это возможно, все же утвердительно кивая Колсону, послушно залезая в машину. Сейчас ситуация слишком хрупкая, одно неосторожное слово или действие и все будет уничтожено. Колсон прав только в одном — у них теперь нет шанса на повторную попытку, нужно быть как можно осторожнее.
Всю дорогу она не отрывает взгляда от едущего впереди внедорожника с Уордом, готовясь в любой момент вмешаться, если что-то пойдёт не так.
У них на кону жизнь и судьба человека, какое тут доверие.
Когда они наконец-то заходят на базу, то их моментально окружают. Дейзи успевает бегло заметить стоящих в отдалении Фитца, Симмонс и Линкольна, прежде чем продолжить путь.
Джонсон, несмотря на все попытки, не сдерживает нервного смеха, входя в блок D. Ситуация становится все абсурднее.
— Не одна я подвержена ностальгии в последнее время, — она хмыкает, пытаясь не вспоминать все моменты, связанные с этим помещением («Ты могла все изменить ещё тогда», — назойливо стучит в голове).
— Дейзи, хватит. Мы все обсудим, когда он очнётся.
Колсон уходит, не дожидаясь её ответа.
Брюнетка стоит рядом с лежащим на койке Грантом, все ещё находящимся без сознания, и решает, что у неё есть ещё некоторое время до того, как он очнётся, поэтому она разворачивается, направляясь в основную часть базы.
Найти Линкольна было не так трудно, как она думала. Дейзи решает, что нужно поставить во всей этой истории точку как можно скорее. Она ужасно себя с ним повела, нельзя продолжать бездействовать и дальше. Он не заслужил такой реакции.
— Линкольн! — Она медленно подходит к нему, обнимая и сразу же отстраняясь. — Ты как?
— Лучше? Я не знаю. Теперь вы притащили его сюда, что дальше? — Дейзи может видеть, как он напряжён: поджатые губы, ходящие желваки и сжатые кулаки.
— Давай не будем говорить сейчас об этом? — Она смотрит на него умоляюще. — Я хочу извиниться, ты прав, я не должна была пропадать на такое время. Мне правда жаль, что я не была рядом, когда была нужна тебе.
Линкольн прикрывает глаза на несколько секунд, словно её слова причиняют ему физическую боль. Он не выглядит больше раздражённым, только усталым и опустошенным (как и они все).
— Ты же знаешь, что я люблю тебя, — он внимательно на неё смотрит, боясь признать, как слеп он был все это время в своём нежелании признавать очевидное.
Дейзи может улыбнуться практически искренне, сказав, что тоже любит его, выбрав путь наименьшего сопротивления, но сейчас, смотря в глаза Кэмпбелла, девушка не может заставить себя снова соврать. Он достоин гораздо большего, чем её попытки забыть прошлое, двигаясь дальше вместе с ним. Она знает, что причинит ему своим ответом боль, но настало время быть максимально искренней, особенно с людьми, которые по-настоящему заботятся о тебе.
— Ты очень дорог мне.
Линкольн грустно улыбается, понимая, что именно она хочет сказать этой фразой.
Он отступает от неё в сторону, собираясь уходить.
— Я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, Дейзи.
И брюнетка вынуждена смотреть, как вместе с Линкольном исчезает её последний шанс на спокойную жизнь. Сожалеет ли она? Однозначно нет. Распутывать паутину лжи, которую она сама же и создала, тяжело, но это стоит того. Наконец-то она делает то, что должна.
По пути к блоку D Дейзи бросает беглый взгляд в зеркало и от неожиданности замирает. Она с трудом узнает саму себя. Из зеркала на неё так отчаянно смотрит Скай, что Дейзи приходится приложить усилия, чтобы только сдержаться и не разбить его. Волосы отрасли до уровня груди, ещё больше усиливая сходство. Джонсон отрицательно мотает головой и спешит убраться оттуда как можно скорее.
Блок D снова вызывает у неё мысли об упущенных возможностях и миллионах вариантов альтернативного развития событий. Дейзи тяжело опускается на пол, подтягивая колени к груди, опуская на них голову. Она чувствует, как вся броня медленно исчезает, оставляя её абсолютно беззащитной.
Спустя примерно полчаса Дейзи замечает, что что-то неуловимо меняется.
— Я не знала о том, что они планируют тебя вырубить, — она спешит сказать это прежде, чем он успеет что-нибудь сделать.
Уорд тяжело поднимается, садясь на койке, облокачиваясь на стену, внимательно изучая её.
— Все хорошо, С... — он на секунду замолкает, — Дейзи. Видимо, мне все же нужно чуть больше времени, чтобы привыкнуть.
— Зато что-то остаётся неизменным, — она демонстративно обводит помещение взглядом.
— Только на этот раз ты находишься по эту сторону барьера.
— Ну должно же было хоть что-то поменяться, иначе это был бы чертов день сурка.
Дейзи собирается продолжить говорить, когда Уорд едва заметно кивает, и если бы она не знала его так хорошо, то даже не заметила бы этого жеста. Брюнетка не оборачивается, и без этого моментально понимая, что на установленной в углу помещения камере мигает красный огонёк, а в другой части базы сидят люди, внимательно наблюдающие за их разговором.
Она никогда не любила открыто демонстрировать свои чувства, но все же не сдерживается, понимая, что ей необходимо знать ответ.
— Ты веришь, что я говорила тебе все это время правду?
Подобный вопрос уже звучал в этой комнате.
Он колеблется чуть дольше положенных трёх секунд (она все ещё понимает).
— Да.
От слабостей нужно избавляться (в отличие от Скай, Дейзи это понимает), они ни к чему хорошему не приведут (для агента слабости — непозволительная роскошь). Дейзи не должна испытывать огромного облегчения от его ответа, но это именно то, что она делает.
Их прерывает звук открывающейся двери, и в комнату заходит незнакомый Дейзи агент, бросая на них мрачных взгляд.
— Директор Колсон приказал собраться в его кабинете.
За весь путь к кабинету Колсона никто не говорит ни слова.
Агент, сопровождавший их, все так же безмолвно сворачивает в сторону, исчезая в одном из коридоров чуть не доходя до пункта назначения.
— Ты готов? — брюнетка останавливается, оглядываясь на Уорда.
— Хуже уже не будет, верно? — он слабо ей улыбается.
— Я на твоей стороне, тебе не нужно больше бороться со всем миром в одиночку.
— Мне нравится, что твои волосы отросли. Тебе идёт, — Уорд смотрит на неё совершенно другим взглядом, выбивающим у неё воздух из лёгких (она врет, она знает этот взгляд).
Дейзи подходит ближе к нему, не зная, что собирается сделать. Она не может поверить, что он все ещё может смотреть на неё так, будто она лучшее, что было у него в жизни.
— Вы заходите? — они синхронно оглядываются на говорившего, замечая стоявшего в стороне Фитца.
Брюнетка моментально делает лицо беспристрастным, скрывая разочарование от того, что их прервали.
— Да, сейчас. Джемма уже там? — Дейзи смотрит на Лео в ожидании ответа, но тот не отрывает взгляда от стоящего рядом с ней Уорда, даже не замечая, что она что-то сказала.
— Ты выбросил нас из самолёта, — он качает головой, с горечью смотря на него.
— Фитц, я…
Лео от волнения крутит в руках свой планшет, подбирая слова.
— Нет, дай мне закончить. Мы так и не говорили нормально с того раза. Ты выбросил нас из самолёта. Я ненавидел тебя, я правда тебя ненавидел и хотел, чтобы ты умер, испытав все то же, что и я. Я ведь относился к тебе как к старшему брату, а ты предал нас.
— Фитц… — Уорд поднимает руки в успокаивающем жесте, виновато опуская голову чуть вниз.
— Это ещё не все. Я долго думал над этим. Ты мог бы просто застрелить нас, но мы выжили. Благодаря тебе. Шанс на то, что мы выберемся, явно лучше моментальной смерти от пули, верно? И я хочу, чтобы ты знал, что я больше не испытываю ненависти. Мне жаль, что все так вышло, но этого уже не изменить, — он делает глубокий вдох, решаясь. — Все мы делали не менее ужасные вещи. Ты не заслужил такой смерти.
— Мне жаль, что с тобой такое случилось. Правда жаль. Это одна из тех вещей, о которых я сожалею больше всего.
— Мы все уже собрались, — Колсон распахивает перед ними дверь, чуть отступая, давая зайти в помещение, и сразу же закрывая её, как только они входят внутрь.
У дальней стены стоит Джемма, напряжённо смотря на вошедших, за креслом Колсона Мэй, готовая в любой момент начать нападение. Дейзи замечает отсутствие Линкольна, сразу же понимая, что это не просто так.
— Садись, — Колсон кивает Уорду на кресло, стоящее в центре помещения.
Все присутствующие понимают, что это совсем не вежливость.
— Я все ещё не сомневаюсь в своём решении. Если бы у меня был шанс, я бы убил тебя снова без колебания.
Дейзи впивается ногтями в ладонь, недовольная началом беседы. Она осознает, что дело уже проиграно, что бы дальше и не сказал Колсон.
— Я понимаю. Вы можете застрелить меня прямо сейчас, но с меня довольно. Я не собираюсь больше иметь дело с ЩИТом или Гидрой, — Уорд бросает быстрый взгляд на неё, словно желая убедиться, что она ему верит.
Дейзи чувствует горечь от того, что все так далеко зашло. Даже после всего проведённого времени вместе, он все ещё не верит, что она смогла простить его (а она это сделала незаметно для самой себя).
— У тебя нет выбора, Уорд. Мы не спрашиваем твоего согласия. Хочешь получить свободу, чтобы мы закрыли глаза на все твоё прошлое и дали тебе уйти? Вот твой шанс. Если ты успешно справишься с миссией, то мы не посмеем тебя больше задерживать, — Колсон говорит жёстко, его слова, словно кнут, рассекают воздух.
— Миссией? — Брюнетка первой озвучивает вопрос, который возник у всех находящихся в этой комнате.
— У нас есть сообщения о поставках нового вида оружия. Мы думаем, что оно близко по свойствам к твоим способностям, Дейзи, потому что в этом районе замечена необычная сейсмическая активность. Легко представить, что произойдёт, если такое оружие попадёт не в те руки.
— Что нам известно?
— Не так много, как хотелось бы, часть придётся выяснять уже во время операции. На данный момент нам известны только координаты здания и что люди, занимающиеся продажей этого оружия, недавно приобрели большое количество взрывчатки.
— Вы с ума сошли? Пойти туда — самоубийство, — Дейзи повышает голос, сверля директора яростным взглядом.
Колсон смотрит на неё с таким мученически-сожалеющим выражением, что брюнетка с трудом сдерживается, чтобы не стереть его с лица мужчины.
— Это поможет спасти жизни тысячи людей. Довольно справедливый обмен, после всего того, что он натворил.
— Вы прекрасно знаете, чем эта миссия закончится, — она сжимает кулаки, пытаясь достучаться до директора.
Сердце бешено колотится в груди, Джонсон кажется, что у неё по голове стучит молоток, заставляя морщиться от звона в ушах. Все вокруг замедляется и обесцвечивается, исчезая, оставляя только решительное лицо Колсона, так мозолящее ей глаза.
— Это необходимо, Дейзи. Мы делаем то, что должны, иногда даже жертвуем собственной жизнью.
Дейзи открывает рот, чтобы возразить, когда её перебивает резко оказавшийся на ногах Уорд. Мэй и Колсон моментально нацелили на него пистолеты (на этот раз не айсер), готовые выстрелить при любом его резком движении.
— Дейзи, все в порядке, я справлюсь, — он неосознанно касается её спины в успокаивающем жесте, только осознав который, сразу же отстраняется от неё.
Все взгляды направлены на них, ледяными иглами впиваясь в кожу.
— Нет, Грант, не в порядке. У нас нет никакой информации. Если они так опасны, то нельзя отправлять на такое задание одного человека, не зная даже их количества и планов самого здания.
— Именно поэтому нам и нужен ещё один. С Уордом отправится Линкольн. Его способности будут полезны.
Несмотря на всю свою выдержку, Дейзи шарахается от стола директора, будто её ударили током. Она смотрит на него широко распахнутыми глазами, недоверчиво качая головой, сомневаясь, что перед ней Колсон, человек, который когда-то верил, что каждый достоин спасения, теперь отправляющих двух людей на верную смерть, не сомневаясь, осознанно принимая такое решение
— Нет, Колсон, нет. Вы не можете избавиться от двух неугодных вам людей так легко! — Её всю трясёт, она бросает беспомощный взгляд на Фитца, в поисках поддержки, не зная, как ещё донести до мужчины безумие этого плана.
— Сэр, мы можем продолжить сбор информации, а потом отправить команду из большего количества людей, — Лео лихорадочно обдумывает все альтернативы, явно тоже не ожидая такого решения Колсона.
В первый раз за весь разговор, в центр кабинета выходит Джемма, подходя к Уорду, смотря ему прямо в глаза.
— Ты, — она сжимает руки в кулаки, прикусывая губу, — ты заслужил это и даже больше! — Симмонс поворачивает уже в сторону Колсона и все это время ничего не говорившей Мэй, молчаливо поддерживающей директора. — Я даже не понимаю, почему мы вообще обсуждаем это!
— Джемма! — Фитц тянет подругу в сторону, пытаясь поймать её взгляд.
Симмонс вырывается, гневно начиная что-то шептать ему.
— Тихо! — Колсон поднимается с кресла, возвышаясь над свои стоялом. — Джемма права, мы это не обсуждаем. Миссия назначена на завтрашнее утро.
— Колсон, послушайте, вы не можете так поступить…
— Верните заключённого в блок D, тема закрыта, — мужчина грубо прерывает последнюю попытку Дейзи повлиять на ход событий, властно кивая зашедшему в кабинет агенту, тому, который и сопровождал их на пути сюда.
Дейзи выходит следом за Уордом, едва слышно прошептав, что она ещё зайдёт к нему. Отойдя на приличное расстояние от кабинета Колсона, она скатывается по стене вниз, закрывая глаза, прижимая ладони к лицу, сдерживая рвущийся из груди крик.
Её разрывает изнутри. Дейзи жадно и рвано дышит, пытаясь хоть немного успокоиться, но все её попытки катятся к черту. Джонсон кажется, что стены давят на неё, готовясь обрушиться, завалить её. Перед глазами мерцают черные пятна, уши заложило, будто она находится глубоко под водой. Каждый вдох даётся с все большим трудом. Ужас и отчаяние охватывают все её тело, заполняют вены, парализуют. Брюнетка пытается сконцентрироваться на голосах, звучавших где-то в другой части коридора, но ничего не получается, заставляя её тонут во всех ощущения все больше и больше. Она пытается кричать, но тело не слушается её.
— Дейзи, ты в порядке? Дейзи!
— Сфокусируйся на моем голосе, хорошо? Давай же, дыши, с тобой все будет хорошо, вдох-выдох. Ещё раз. Вдох-выдох.
Спустя некоторое время, Дейзи наконец-то становится легче. Только теперь она различает обеспокоенное лицо Фитца, склонившегося над ней. Брюнетка пытается отдышаться, не в силах подняться с пола, на котором она оказалась.
— Лучше?
Она только кивает, постепенно приходя в себя.
— Вставай, — Лео аккуратно помогает ей подняться, придерживая, когда её ведёт в сторону. — Ты сможешь сама дойти?
Дейзи делает несколько неуверенных шагов, чувствуя, как ноги подкашиваются. Её все ещё колотит.
С помощью Фитца она все же доходит до кухни, где первым же делом плеснула себе в лицо ледяной водой. Дейзи тяжело опускается на стул, прикладывая ладонь ко лбу.
— Я в порядке, Лео, спасибо, — она благодарно сжимает руку друга, все ещё внимательно наблюдающего за ней.
— Это не так. Когда люди в порядке, то у них нет панических атак. Ты можешь мне рассказать все, что чувствуешь, — он с жалостью смотрит на неё.
— Завтра. Мы можем поговорить завтра? — Получив утвердительный кивок, она слабо улыбается, не совсем понимая, зачем это делает (видевшего её в таком состоянии Фитца явно фальшивыми улыбками не обмануть, да и получается у неё ужасно).
— Мне остаться с тобой?
— Я бы хотела сейчас побыть одна. Спасибо ещё раз, Фитц, — брюнетка поднимается, крепко обнимая друга.
— Конечно. Я скажу, чтобы тебя не беспокоили, — Лео мягко закрывает за собой дверь, оставляя её наедине со своими мыслями.
Голоса в её голове истошно вопят, поэтому она без раздумий достаёт с верхней полки бутылку алкоголя, чуть трясущимися руками налив себе немного в стакан.
Потому что все, чего она сейчас хочет, — это напиться до такой степени, чтобы перестать чувствовать (слабо и жалко, как раз для такой ситуации).
Дейзи не знает, сколько проходит времени, пока она сидит, уставившись пустыми глазами в противоположную стену, но в следующий раз, когда она обращает внимание на окружающую обстановку, уже, вероятно, давно стемнело, а она сама вваливается в блок D, изо всех сил стараясь подавлять рыдания.
— Что ты тут делаешь? — Уорд оказывается рядом с ней быстрее, чем она успевает ему ответить, придерживая, чтобы она не упала.
Дейзи собирается что-то сказать, но только всхлипывает, беспомощно взмахивая руками, утыкаясь ему в грудь, судорожно цепляясь за футболку, игнорируя текущие по щекам слезы.
Ей его не хватало все это время, катастрофически не хватало, а теперь его снова хотят отобрать у неё, только когда у них появился шанс (может ей только кажется, но это уже неважно).
Уорд замирает на секунду, прежде чем осторожно обнять её, шепча неразборчиво какую-то ерунду, и Дейзи становится ещё хуже от тепла, распространяющегося от груди по всему телу только из-за его объятий. На секунду она даже верит, что все хорошо, но реальность тяжело обрушивается на неё, заставляя только сильнее содрогнуться, прижаться ещё ближе, хватаясь за него, как за спасательный круг (вот только спасательный круг не спасёт во время шторма в океане).
— Пошли, тебе нужно вернуться к себе, — он тянет её прочь из помещения, практически на себе, потому что ноги отказываются держать её.
— Я не хочу уходить, — Дейзи пытается протестовать, не рассчитывая, что он так легко попытается избавиться от неё.
— Там камеры, ты не захочешь, чтобы тебя в таком состоянии кто-нибудь видел, — он шепчет ей практически в самое ухо, вызывая волну мурашек.
Только сейчас она замечает браслет слежения на его ноге.
Их прерывает громкий оклик, а висок неприятно холодит приставленное к голове дуло пистолета.
— Директор Колсон не давал разрешения на свободное перемещение по базе. Заключённый, вернитесь в камеру, или я стреляю.
Дейзи чувствует, словно её облили ледяной водой, вцепляясь в Гранта только сильнее. Она не может, не может его сейчас так просто отпустить.
— Все хорошо, я займусь этим, агент Смит, — неизвестно откуда рядом появляется Фитц, держащий в руке айсер (Дейзи даже не уверена в том, что он умеет хорошо стрелять, но он ведёт себя так невозмутимо, будто все под контролем, что она позволяет ему разобраться).
— Директор Колсон…
— Я же сказал, что займусь этим сам, — слишком темно, чтобы сказать с уверенностью, но Дейзи кажется, что Лео недовольно морщится.
— Заключенный не может свободно перемещаться по базе. Таков приказ.
— Я верну его обратно через полчаса. Вы можете наблюдать за всеми его передвижениями с помощью датчика слежения.
Мужчина отступает, отводя пистолет в сторону, напряжённо смотря, как они удаляются. Они втроём доходят до комнаты Дейзи, останавливаясь у двери.
— Я хотел поговорить с тобой, но это может подождать. Уорд, у тебя полчаса, — Фитц указывает на брюнетку, уже уходя. — Я должен буду отвести тебя обратно.
Грант благодарно кивает, прежде, чем зайти в помещение. Его удивляет, что в комнате нет ничего лишнего, только самое необходимое, как было когда-то у него самого.
Дейзи тяжело опускается на кровать, молча наблюдая, как Уорд поправляет её одеяло и собирается уходить, но она все же не выдерживает, снова приподнимаясь.
— Я не хочу, чтобы ты отправлялся на эту миссию. Ни ты, ни Линкольн не заслужили такого. Это нечестно, — брюнетка с сожалением смотрит на него. — Я должна была просто помочь тебе сбежать ещё тогда, в больнице.
— Ты пьяна, тебе нужно поспать.
— Ты можешь умереть завтра. Это именно то, чего ждёт Колсон. Неужели ты правда хочешь, чтобы я сейчас легла спать, а утром, проснувшись, узнала, что все кончено и на этот раз тебя уже не вернуть?
— Дейзи, завтра ты пожалеешь о своих словах.
— Пообещай мне, что все будет хорошо.
— Я постараюсь, — она недовольна его ответом, он, черт возьми, мог хотя бы попытаться соврать ей.
Дейзи откидывается обратно на подушки, но цепляется за его руку, не желая, чтобы он уходил.
— Ты можешь остаться. Если хочешь. — Несмотря на последние слова, её голос слишком умоляющий. Дейзи не знает, что будет делать, когда завтра наконец-то наступит, но сейчас ей необходимо его присутствие рядом. И количество выпитого алкоголя все же ударяет ей в голову, окончательно развязывая язык (Дейзи замолкает в её голове, сдаваясь под натиском бьющейся внутри неё Скай). — Я все ещё люблю тебя.
Дейзи вернёт себя контроль завтра утром, но сейчас время Скай, не перестававшей чувствовать это.
Брюнетка даже не думает над своими словами, признаваясь в своём самом страшном секрете (все тайное становится явным, даже если у неё просто не хватает сил молчать дальше).
Уорд должен ещё раз напомнить ей о том, что она пьяна и не совсем себя контролирует, но она сейчас рядом с ним и говорит слова, о которых будет жалеть утром и которые он так хотел услышать в течение последних нескольких лет (он даже не знает, когда стал окончательно зависеть от неё), поэтому Грант совсем не сожалеет, когда садится рядом с ней на кровать (он никогда не был хорошим человеком).
Он наклоняется, поправляя лезущие ей в лицо волосы, а потом целует в лоб.
— Засыпай, я буду тут.
Дейзи хмурится и тянет его на себя.
— Ближе.
Она ждёт, когда Уорд ляжет рядом с ней, а потом кладёт голову ему на грудь, обнимая одной рукой. Его сердцебиение по-прежнему её успокаивает.
— Спокойной ночи.
Она проснётся одна в комнате, с осознанием того, что миссия могла быть уже провалена, но это всё было потом. Сейчас она впервые за долгое время засыпает в его объятиях.
