Дьявольские Возлюбленные:потерянный Рай

Глухое пространство, подернутое белой дымкой. Маленький островок в центре огромного озера, почти как я в этой жизни — не важная и ненужная… Стеклянная поверхность воды отражает свет, блестит; где-то в вышине волшебным звоном переливаются колокольчики. Они маленькие, но их много. За спиной дерево яблони снова расцветает; кое-где уже видны маленькие зеленые плоды, но, в основном, — это белоснежные и легкие цветочки. Один из них падает прямо передо мной. Нежные лепестки осыпаются, стоит им коснуться земли. Я оборачиваюсь. Чувство, что что-то не так, что-то неправильно, преследует меня. Вокруг кругами ходят тени. Откуда взяться теням при свете дня? Солнечный свет порождает тени. Пока есть свет — есть тьма. Это баланс. Они словно высматривают жертву — меня. Кружат, водят немые хороводы вокруг, а затем просто расплываются. Внезапно всё эти тени сплетаются в одну фигуру. Девушка с тёмными волосами и полностью черными глазами предстает предо мной. Иб?! -Иб! , -кричу я. Луч света в царстве тьмы! Я поднимаюсь на ноги. Они дрожат от волнения, но всё же ещё способны удержать мой не слишком большой вес. Сначала немного пошатывает, но это чувство быстро проходит. Я собираюсь сделать шаг навстречу, но кто-то другой словно бьёт меня по ногам. Нельзя. Но почему? Это же Иб! Обычная девочка с похожей судьбой! Предана близкими людьми, ставшая Евой не по своей воле… Она тоже была здесь, тоже видела эту яблоню, эти цветы. Об этом лучше всего говорит ее взгляд, секундно кинутый на дерево. Но нет… что-то не так. А спустя миг я понимаю, что: она смотрит не на меня. Вернее, в мою сторону, но взгляд проходит насквозь. Взгляд черных матовых глаз обращен на кого-то позади. И этот взгляд не предвещает ничего хорошего… -Иб? , -в последний раз спрашиваю я. Становится холодно. Внутри. Давно я не чувствовала этого страха. Иб… Что происходит? Она так резко стала холодной и суровой, а до этого казалась милой девочкой. Но интерес берет верх и я оглядываюсь. Какого?!

***

Лес погрузился в сон уже давно. Слышны лишь трели ночных птиц и цикад. Слышите? Где-то справа угукает сова; внизу, в высокой мокрой траве трещат кузнечики; в лужах отбивают тихий ритм упавшие с иссохшей листвы капли; ночные звери притаились в убежище, скрываясь от холода и сырости. Всё вместе это было похоже на таинственную мелодию, написанную и исполненную самой природой. Но идиллия звуков прерывается, как только там пробегает девушка. Босые худые ноги давно испачканы в холодной и влажной глине, но она продолжает погружать их в неё вновь и вновь. Иногда девушка запинается о камень или оступается о корень, и тогда слышно её тихое шипение и бурчание. Прежде светлые локоны стали чернеть от грязи, растрепались. «Черт возьми… на какие жертвы мне приходится идти из-за этой доверчивой дуры?!», -думает девушка. -Агх… к черту! Сяду здесь и отдохну. В конце-концов, Ева я или кто?! Адам сам должен прийти за мной, — Иб останавливается, оглядываясь в поисках наиболее удачного места для отдыха. В конце-концов, она садится на такое же сырое после дождя поваленное дерево, с восхищением глядя на свое новое тело. «С ума сойти! Как же я давно не чувствовала такой приятной усталости, -она прикладывает холодную ручку, сжатую в кулак, к груди.-Я так долго бежала, что пульс участился! Мои ноги, — она встаёт, прохаживается немного по кругу, — чувствуют твердую землю! Ну, или почти твёрдую». Девушка брезгливо хмурится, когда случайно наступает в противную-склизкую глиняную почву; содрогается от холодного ветра, прошедшего по нежной коже и оставившего на ней мурашки; зажмуривается, когда редкая капля воды, упавшая с ветки, попадает в глаз. Она радостно, словно дитя малое, катается по мокрой траве, забыв о том, что хрупкое девичье тело может простудиться. Голова начинает немного болеть, а кончики пальцев покалывать, но… Сейчас это неважно. И легкая боль не так страшна, ведь она снова чувствует себя живой! Только нужно уладить одно последнее дельце… Крохотное, в сравнении с тем, что она совершит в будущем. Черный ворон с лоснящимися перьями садится на ветку. Слишком умными для птицы глазами он наблюдает.

***

-Давно не виделись, -Иб кинула в сторону Евы злой взгляд. Какая ирония. Юи сейчас стоит посередине, между «темной» Иб и «светлой» Евой. Две девушки буравят друг-друга взглядами, но Юи совсем не понимает, что происходит. Она помнит эту светлую девочку с белоснежными волосами, но видела её лишь в одном сне. Тогда как девушка с иссиня-черными сопровождала ее почти всегда и даже пару раз была Юи Комори. -Ты не думаешь что стоит объяснить все Юи? , -голос Евы звучит колокольчиком. -Предоставлю это тебе, -хитро щурится Иб. Ее голос словно раскат грома. Взгляд чистых, как весеннее небо, глаз устремляется на ничего не понимающую Юи. Та застывает, буквально затылком чувствует прожигающий взгляд Иб, стоящей за спиной. Ева подходит ближе. Она берет руку Юи в свои ладошки и улыбается. Иб напряжена. -Моё имя — Ева. Мы уже встречались однажды, но я не думаю, что ты помнишь меня, -последнее девочка говорит с легким сожалением. Вместе с выдохом Юи тихо произносит: -Помню… Ева улыбается мягче. Иб хмурится. -Я есть сущность идеальной Евы. Такой, какой хотел узреть меня Создатель. Сзади слышится смешок. Но Ева даже не собирается обращать на это внимание. Времени мало. -Видишь ли, скоро тебя ждет испытание. Испытание есть твой выбор в ответственный момент. Путь, по которому ты пойдёшь дальше вместе с Адамом. Я хотела бы помочь тебе выбрать верный. -Ну хватит! , -язвительно перебивает Иб. Она решительно направляется к Юи, отчего последняя слегка отходит назад. -Юи, -начинает она, -я есть прошлая Ева. Выбравшая иной путь. Иной, но не ошибочный. Да, я согрешила, -она горько усмехается, -но ты и сама сделаешь это, ведь выбор одного будет означать гибель другого… Он поможет тебе победить. Нужно лишь выбрать верную сторону в решающей битве. Иб протягивает руку. Но Ева сжимает руку Юи сильнее. -Не позволю! Юи не станет монстром, подобным тебе, едва не погубившем все Творения Создателя! Если бы Карлхайнц не., -кричит Ева. -…не помешал мне, -срывается следом и Иб, -я бы смогла уничтожить всю эту грязь! Юи не знает, что делать. Глядя на перекрикивания двух Ев, она теряется и голова идёт кругом. Голос справа велит послушаться, крик слева велит думать о себе. Справа. Слева. Справа. Слева. -Юи! Послушай меня! -Юи! Выбери верный путь! Юи. Юи. Юи! Во время очередной вспышки гнева она вдруг падает на колени и зажимает уши руками: -Молчать! Всё затихает. Иб и Ева удивленно смотрят на нее, а Комори продолжает. -Какого черта вы, -она не узнает свой голос: слишком хриплый, опасно-тихий. Таким он никогда не был. Такой она никогда не была, но девушка чувствует, что хочет сказать все. Надоело, у нее не так много сил, чтобы вытерпеть весь этот груз, -двое… Решаете за меня?! Мне надоел этот вечный спектакль, где главная роль снова моя. Корделия, -в уголках глаз собираются слезы, -заставляла меня делать немыслимые вещи; Тсукинами желали, чтобы я продолжила род Прародителей, возродила его; Карлхайнц и Муками дали мне имя «Ева», а теперь и вы двое… Иногда мне хочется, чтобы это было просто сном, но нет! Это — вечный кошмар, а в центре, в начале всего этого кошмара — сердце женщины-демона, что желала блистать вечно! , -Юи скрючилась, по бледным щекам потекли горячие слезы. Внезапно всхлипы прекращаются, а в руках у девушки появляется тонкий серебряный кинжал с росписью. Она смотрит на него удивленно, но потом все становится ясно: -Чтобы породить Еву, ты должна вознестись к Всевышнему, -тихо произносит сущность Евы. Согрешившая кивком подтверждает ее слова. Хоть в чем-то согласны. Обреченный взгляд малиновых заплаканных глаз обращается к ним обеим. Иб отворачивается, потому что ей больно смотреть в эти глаза. Глаза человека, который скоро умрет. Эти глаза такие же, какие были у нее когда-то, и тот же взгляд, каким она смотрела на Еву в день своей смерти. Она видит в этой хрупкой, болезненно-бледной девчонке себя, и ей это не нравится. У неё есть время, подумать, но если Юи начнет процесс прямо сейчас — назад дороги не будет. Сущность Евы же, напротив, смотрит прямо в тусклые глаза. Ее лицо не выражает никаких эмоций, только в кристальных глазах виден отблеск сожаления. Она — идеальная Ева — сочувствующая, но непоколебимая; милосердна, но неумолима… Такой создал ее Бог в самом начале всего. Таким был и Адам. -Я поняла, -плачет Юи. Девушка сама не знает, но чувствует — что-то происходит. Она понимает, что делает правильно, что спасает всех, но… ей страшно. В конце-концов, Юи Комори — всего лишь человек.-Я сделаю это. Ева тихо напутствует ей: -Вонзив кинжал в сердце, ты заявишь о своей готовности стать Евой. Этот процесс необратим. Я дарую тебе время. Иб удивленно глядит на Еву. В этом взгляде лишь слабый отблеск обиды, но и он пропадает. Какой теперь в этой обиде смысл? -Время? Мне ты его не даровала… Точно также, как Ева, Иб понимает, что ей время просто не было нужно. Она бежала. Бежала от ненависти родных и близких, от одиночества, от страха… -Она должна попрощаться со всеми и., -края маленьких пухлых губ приподнимаются, -сделать кое-что важное. Не так ли? Юи улыбается в ответ. -Да. Должна. Иб волнительно произносит последнее: -Мы еще увидимся, но это будет наша последняя встреча, а затем — я уйду, -она закрывает черные глаза и улыбается так легко, невесомо и нежно… -У тебя будет 42 часа. Юи, не потрать время впустую. Помни, что ты еще не выбрала Адама. Дочь священника кивает, и обе девушки растворяются в воздухе. Роспись на кинжале сияет и складывается в заклинание на латыни. Юи не может перевести эти фразы, но чувствует, что это теперь это не так важно. Она вытягивает руку с занесенным кинжалом перед собой, из ниоткуда возникает чувство дежавю, с улыбкой на лице она возвращает кинжал в ножны.

***

Особняк Сакамаки

Кровавое полнолуние подходит к своему концу. Луна, обагренная кровью, исчезает, постепенно обретая свой прежний оттенок. В особняке Сакамаки горит свет. Разруха — вот наиболее точное описание гостиной, да и всего дома в целом. Поломанная и перевернутая дорогая мебель, видавшая еще прадедов, разбитые стекла и обожженные стены. Эти люди нанесли удар незаметно, появившись среди ночи и застав обитателей врасплох. Трое оставшихся Муками, шестеро Сакамаки и Акеми были схвачены и приговорены к казни.

***

За день до этого…

Официантки небольшой кофейни тихо шуршали друг с дружкой, глазея и обсуждая странных гостей заведения. Эти двое не казались странными, пока мужчина не снял пальто. Тогда перед персоналом предстал Священник и насквозь продрогшая девушка в мокрой одежде и со спутанными волосами. Они скромно расположились за дальним столиком. Акеми была рада. Безумно счастлива наконец встретить кого-то, кто напомнит ей о прошлой, беззаботной жизни. И пока она вовсю предала десерт, запивая его кофе, мужчина отдал своё предпочтение лишь зелёному чаю с двумя ложками сахара. Едва оторвавшись от сладости, Акеми начала разговор первой. — Комори-сан, вы не представляете, как я вам благодарна! Сейджи растерянно улыбнулся. Он и не надеялся встретить Акеми на улице одну. Неужели Сакамаки отпустили её без поводка? А девушка тем временем без умолку болтала, затрагивая самые разные темы: от обычной повседневной жизни до бала, где им недавно посчастливилось побывать. Сейджи напрягся, когда речь зашла об Юи. Именно о ней он хотел узнать больше. -Акеми, -тихо сказал Сейджи, заметив, что официантки кидают ухо на их разговор, -как Юи? Акеми застыла. Она не знала, что ответить. «Юи одержима и убежала из дома, а ещё за ней охотятся почти все кланы вампиров!» Девушка мысленно ругала себя за то, что вообще покинула особняк Сакамаки. В груди поселилось нехорошее предчувствие. Оно, подобно навязчивой панике, мешало думать, сковывало страхом и разбрасывало мысли в разные стороны. -Акеми, -тон Комори резко похолодел. Он стал серьёзнее, и Акеми очень хорошо заметила это, — где Юи? А она продолжала странно таращиться на мужчину. В одно мгновение она поняла, что этот человек изменился: в тёмных глазах мелькал огонь ненормального интереса, лицо то бледнело до цвета мокрого мела, то краснело. И будь она проклята, если в этом не замешан план Церкви. Точно. Их план! Я могу спросить о нем прямо сейчас! -Комори-сан, -Акеми говорила тихо и несмело. Она не отрывала взгляд от лица собеседника, пытаясь прочесть эмоции, но мужчина успокоился: лицо приняло нормальный оттенок, в глазах появился блеск. Он готов внимательно слушать её.-Скажите, вы слышали про «Очищение»? Услышав кодовое название их плана, Сейджи нисколько не удивился. Ни один мускул на лице не дрогнул. Рано или поздно они бы узнали, но вопрос в том, знают ли вампиры? -Да. Полагаю, ты тоже. -Зачем вам Юи?! Ради чего вы делаете это? , -Акеми обратила на себя лишнее внимание. Сейджи решил, что её стоит заинтересовать. -Я отвечу на все твои вопросы, если ты поедешь со мной. Согласись, это не лучшее место для такого разговора. Возразить Акеми нечем. Он прав. Но до чего сильно колет предчувствие! Оно словно нашептывает ей: «Не иди! Беги, беги!». Но Сейджи решил играть грязно. Какой позор для священнослужителя! -Ты ведь хочешь помочь Юи? Ты ведь хочешь её спасти? Ловушка захлопывается. Сейджи знает слабые места и умело бьёт по ним. -Хорошо. Поехали, — в глазах Акеми горит интерес. Она искренне надеется, что поступает правильно…