Табу

Неделю спустя

POV Толя Время летело с неимоверной скоростью, все мои мысли об Ане куда-то улетучились, а я с головой погрузился в работу и творчество. Парни периодически качали головами, переживая. Но я в этом особого смысла не видел. С каждым такое могло случится. Это все-таки жизнь. Нужно просто принять все, как должное, не падать духом и жить дальше. Да, эта девушка меня чем-то очень сильно зацепила, но это не повод бросаться во все тяжкие. Все мы люди и всем нам свойственно совершать ошибки. Постоянная работа очень сильно помогала мне отвлечься от негатива. На Аню мне было уже абсолютно плевать. Причем с высокой колокольни. Кто же знал, что она такой окажется? - Тем, ты еще не писал? – спросил я у рэпера, который должен был написать стихи к нашей новой песне. - Ну, какие-то строчки набросал, но что-то пока не идет. Знаешь ли, обстановка не очень подходящая, - ответил мне парень. - Ну, а вообще хоть кусочек можешь зачитать? – умоляющими глазами посмотрел на него Никита. - В принципе, да, - и он начал. - Воу, ты взрываешь мой мозг! Я вокруг тебя вьюсь, ну, а ты на мороз. Сложная штучка, не такая, как все. Дикая кошка - не подкрасться совсем. Ну, в общем-то, пока что все. - Мдааа… - протянул Киоссе. – Не густо, - он явно был расстроен. И не только из-за песни. Только-только встретил старого друга, а тут такое. Плюс девушка в больнице. Еще не лучше. Ему было тяжелее всех нас, да и возраст сказывался. - Так, ладно. Давайте пока что отработаем второй куплет? – взял ситуацию в свои руки я. – Может, что-нибудь новое придумаем? Кто у нас там начинает? – я глянул на Артема и музыкантов. Парни все поняли, и мы продолжили. - Прямо-упрямо стройными ногами ты завела меня - Туда, где небо за облаками. Я не могу без тебя и дня, - подхватил Киоссе, а потом просто выпал из этой вселенной. Музыканты у нас парни догадливые, сами остановились, и мы все уставились на Никиту. – Давайте что-нибудь грустненькое? А? Что-то сейчас совсем не до веселья, - мы переглянулись и согласились с другом. И зазвучала мелодия, которая заставила мое сердце трепещать. «Ты сегодня позвонила другу своему поздно ночью, о печалях рассказать ему. И забывшись в полумраке, поняла к утру, был вчера тебе любимый, а сегодня друг… Пойми душу мою, пойми. Сердце мое пойми, дай мне немного воздуха. Возьми каждый ушедший миг, каждый счастливый день и лети белым облаком. Не умеем мы прощаться – все слова не те. И не зная как расстаться, бродим в темноте. Что с тобою сотворили? Смысла не найти… Как нелепо мы простились, Господи, прости! Пойми душу мою, пойми. Сердце мое пойми, дай мне немного воздуха. Возьми каждый ушедший миг, каждый счастливый день и лети белым облаком. Пойми душу мою, пойми. Сердце мое пойми, дай мне немного воздуха. Возьми каждый ушедший миг, каждый счастливый день и лети белым облаком. Пойми…»* Эта песня навеяла мне воспоминания, которых я так старался избегать. Но от этого не убежать. Лицо Ани просто всплыло у меня перед глазами, а в области сердца как-то непонятно закололо. Я старался забыть девушку, вычеркнуть из своей жизни, но так быстро у меня это не получилось. По своему жизненному опыту знаю, что нужно время. И не какая-то неделя, а гораздо больше. В голову сами собой полезли строки восьмилетней давности, и я не смог сдержаться. - Ты расскажи мне про любовь свою, ты расскажи мне про печаль свою. Ты покажи мне путь, где я тебя найду. Я расскажу тебе о том, как я люблю, - пропел приглушенно, с головой погружаясь в воспоминания об Ане. Девушка плотно засела у меня в сердце и в голове. - Ты чего там напеваешь? – спалил меня Никита. - Да так… Вспомнил кое-что. - А нам? – парень уже был полон сил уговаривать меня, поэтому решил согласиться сразу. Киоссе ведь не отстанет, пока не добьется желаемого. - Да так… Был период в моей жизни, когда я писал песни. Это вот одна из них… - туманно ответил я, стараясь не вдаваться в подробности. Но Никита был бы не Никитой, если б не полез глубже. - Тоооль, - протянул он, а я вопросительно посмотрел на него, - а спой, пожалуйста, парочку песен, а? - Нет, нет и еще раз нет, - категорично ответил я. - Ну, пожалуйста! Парни, вы-то чего молчите? - Васильич, ну, правда, спой. Может, хоть нашу концертную программу разбавим, а? - Точно! – засиял Никита. – И будут у нас песни с моим авторством, Теминым и твоим! Толь, а, Толь? Ну, соглашайся, а? - Ладно, - сдался я. – Но только без концертов. Договорились? - По рукам, - согласились парни. - Ромыч, дай, пожалуйста, гитару, - обратился я к нашему соло-гитаристу. Он без каких либо замечаний и укоров подал мне инструмент. Ребята поудобнее устроились около меня, а я заиграл до боли знакомую мелодию, которая в свое время значила для меня СЛИШКОМ многое. - Хочу тебе спеть эту песню, лишь для тебя одной пою…