Глава 8. Мороз и солнце
30 апреля 2016 г., 13:58
(26 декабря, воскресенье)
Солнечные лучи неравномерными пятнами освещали рисунки на стенах, пробираясь через ветви каштана. Утро выдалось ясным и холодным, снег празднично блестел на солнце. Мэтью, открыв окно, наблюдал за воробьями, которые устроили под деревом драку за хлебный мякиш. Сумятицу в птичьем стане вызвали Брайан и малышка Катрин, надумавшие покормить их.
Стивен молчал, одеваясь, и не сказал ни слова по поводу сцены ночью. Как заявила Саманта, ей просто не спалось, Мэтью тоже, они случайно столкнулись внизу, вот и все. Может, она и правду говорит, кузина никогда врушкой и стервой не была, но Стивен все равно понимал, что она нравится Мэтту, а Мэтт — ей. Он злился на них и еще больше на самого себя. О'Доннел всего лишь играл роль за деньги, а Хартман, как последний идиот, за считанные дни влюбился в практически незнакомого парня и ужасно ревновал его, хотя не имел на это никакого права.
— Может, тоже выйдем погулять после завтрака? — предложил Мэтью. — Твои племянники уже резвятся во дворе.
— Как хочешь, — сухо ответил Стивен.
Мэтт посмотрел на него.
— Стивен, ты злишься на меня?
— Нисколько, с чего бы? — голос Хартмана оставался чужим и отстраненным. — Пойдем вниз, перекусим.
И он вышел из комнаты, не взглянув на Мэтта. О'Доннел вздохнул и закрыл окно.
Стивен решил, что больше не будет строить иллюзий и прикасаться лишний раз к Мэтту тоже не станет. Завтра они вернутся в Сан-Франциско, и спектакль закончится. На Новый год он подцепит себе какого-нибудь парня в баре, переспит с ним и больше не будет вспоминать о Мэтью. Все это просто из-за недотраха — почти полгода без секса, само собой, начнешь бросаться на кого угодно. "Мэтью — не кто угодно, — предательски шепнул голос в голове. — Ты уверен, что сможешь его забыть?"
***
Саманта распечатывала на принтере какие-то объявления, дедушка Эд с одобрением смотрел на результат. Кузина, которая была смущена и расстроена произошедшим ночью, изо всех сил старалась разговаривать со Стивеном как ни в чем не бывало, весело и жизнерадостно. — Стив, только погляди, что меня заставил печатать дедушка! Стивен взял один листочек. Требуется сиделка для пожилого мужчины... опыт работы и образование значения не имеют... рост выше среднего... параметры не менее... — Дедушка! — он обреченно посмотрел на довольного пенсионера. — Тебе не кажется, что это похоже на кастинг девушек для сауны? Ты думаешь, кто-то откликнется? — А почему нет? Я написал, что оплата достойная. Сейчас пойдете и расклеите объявления по району. Саманта скептически посмотрела на него: — У тети будет удар, если она случайно это увидит на каком-нибудь столбе. Дедушка Эд, не обращая на нее внимания, обратился к внуку: — А еще я хочу создать профиль на сайте знакомств. Вы двое мне сейчас поможете. Стивен закатил глаза. — Господи, этого еще не хватало! — А я вам с удовольствием помогу, — раздался голос Мэтта. — Давайте, почему нет? Дедушка обрадовался: — Ну хоть кто-то понимающий в этом доме! Я уже нашел сайт, только я там ничего не понимаю, где чего писать. — Спокойно, сейчас разберемся. — Мэтью уселся за компьютер, Стивен и Саманта переглянулись страдальческими взглядами. — Как ваше полное имя? Эдвард? — Эдмунд. Мне семьдесят шесть лет, но ты не пиши настоящий возраст. Пусть будет поменьше. — Семьдесят два? — улыбнулся Мэтью. — Нуу... пусть шестьдесят восемь, — задумчиво сообщил дед. — Дальше напиши, что юный душой Козерог ищет верную подругу земного или водного знака зодиака, чтобы вместе смотреть на наши звезды долгими зимними ночами... — Да вы романтик, — фыркнул Мэтт. — Возраст подруги и другие характеристики значение имеют? — От 18 до 35 лет, — заявил дедушка. Саманта сделала вид, что заткнула уши: — Боже, я не слушаю, я не слушаю... Это же наш дедушка, Стив, что происходит... Когда в комнату зашла миссис Хартман со стаканом воды в руке, Стивен и Саманта быстро спрятали объявления в ящик стола, Мэтт свернул окно с сайтом, дедушка Эд с невинной улыбкой посмотрел на дочь. — А мы вот тут прогноз погоды смотрели, — заявил он. — Я вижу, — хмыкнула миссис Хартман. — Тебе пора пить лекарство, возьми. Ни стыда, ни совести, а...— она покачала головой и вышла. Все посмотрели на экран компьютера и только теперь поняли, почему миссис Хартман не поверила невинным лицам: когда Мэтт свернул окно с сайтом, на весь экран открылась другая вкладка весьма эротического содержания, с фотографиями латиноамериканок. — Кхм. — Дедушка Эд почесал голову. — Ну, Элизабет уже взрослая девочка, сама давно знает, откуда дети берутся. Надеюсь, она не плачет сейчас на кухне.***
Дети веселились во дворе, лепили снеговиков и играли в снежки. Стивен, Саманта и Мэтт, как три идиота, все-таки пошли расклеивать объявления дедушки Эда. Прилепив последний листок на дерево, Стивен услышал шумные голоса семьи, которая шла по дорожке мимо него ("Мама, я хочу мороженое!" — "Какое еще мороженое зимой? У тебя недавно была ангина, Бен!" — "Я уже выздоровел..." — "Ма, я тоже хочу мороженое! Давай купим!"). Голос матери показался ему смутно знакомым. Когда он оглянулся, то увидел Джейн Грейси с двумя детьми, мальчиком и девочкой. Джейн была одета в теплые зимние штаны, голубую куртку и белую вязаную шапку, из-под которой выбивались все такие же роскошные каштановые локоны. Она раскраснелась на морозе и замерла, глядя на него по-зимнему голубыми глазами. — Мама? — мальчик поднял на нее взгляд. — Ты чего? — Подождите, — Джейн улыбнулась детям. — Сейчас мама поговорит со своим старым другом, и пойдем купим мороженое. — Ура! — завопили дети. Джейн подошла к Стивену. — Ну... привет. Давно не виделись. — Очень давно, — он смотрел на бывшую невесту. Все такая же красивая, хоть и стала старше, повзрослела, и в уголках глаз появились морщинки. — Как ты, Джейн? Она улыбнулась и кивнула на ребят, которые уже успели опрокинуть друг друга в сугроб и радостно визжали. — Да все хорошо. Замужем, двое детей. Муж хирург, а я педиатр, мы с ним в больнице и познакомились. Ну, всякое бывает, конечно, иногда и ссоримся, куда без этого? Но в общем и целом, всем довольна. — Она засмеялась. — Вот, как будто анкету какую-то выдала. А ты? Я слышала, работаешь в Сан-Франциско? Стивен кивнул: — Живу на съемной квартире. Пока один. Джейн улыбнулась: — Ничего, все еще сложится. Знаешь, Стив... — она помолчала, подбирая слова. — Я хочу сказать тебе спасибо. — За что? — удивился он. — За то, что ты бросил меня шесть лет назад, — рассмеялась Джейн. — Сначала я ужасно злилась и долго плакала... Но потом я встретила Грега и по-настоящему влюбилась, я сейчас и не представляю свою жизнь без него и детей. Ты был моим первым парнем... и моим хорошим другом, но если бы мы поженились, это было бы большой ошибкой. Ты правильно сделал, я тебе очень благодарна за это. Стивен не знал, что сказать. — Мам, ты скоро? — позвала ее маленькая девочка, такая же голубоглазая, как мать. — Уже иду, солнышко. — Джейн вдруг обняла Стивена. — Будь счастлив, Стив. Ты хороший человек, ты этого заслуживаешь. — Спасибо, Дженни... Рад был увидеть тебя. Она помахала на прощание и повела свой маленький выводок дальше. Стивен почувствовал комок в горле и с трудом сглотнул. И почему ему так грустно? Он посмотрел во двор их дома: Саманта и Мэтью присоединились к племяшкам и играли с ними в снежки. Они, кстати, хорошо смотрелись вместе. — Эй, Стив! — крикнула ему Саманта. — Иди к нам, не отбивайся от коллектива! Стивен и рад бы был, но просто не смог. Он развернулся и пошел по дорожке мимо заиндевевших кустов в другую сторону. Ноги сами вели его туда, куда он всегда сбегал, устав от нотаций родителей и бесконечных "обязательно", "надо" и "должен". Внезапно в него швырнули снежком, попав в плечо. Стивен оглянулся — его догонял Мэтт, тоже раскрасневшийся на морозе. Ему-то и вовсе, должно быть, было холодно в его тонкой осенней куртке. — Ну и куда ты? Мэтью поравнялся с ним. — Неважно, хочу побыть один. — Глупости, я пойду с тобой, — отрезал Мэтт. — Один ты всегда успеешь побыть. Я даже догадываюсь, куда ты идешь. — Да ну? — фыркнул Стивен. Его родители, например, никогда не догадывались. Им просто было неинтересно. — К своему любимому мосту, конечно, — уверенно ответил Мэтью. — У тебя на многих рисунках старый мост. А с балкона я видел, что за домами начинается парк на реке. По-любому, это там. Стивен остановился и вздохнул. — Слушай, Мэтт... Не надо, серьезно. Иди к Саманте и детям, я... — Черт бы тебя побрал, Стивен! — О'Доннел раздраженно схватил его за руку и сам потащил вперед. — Заткнись и пошли. Мостик выглядел еще древнее, чем прежде: того и гляди, развалится. Под ним покрылся тонкой корочкой льда ручей. Где-то там, за высокими побелевшими деревьями, он впадал в мелкую речушку. Лед переливался солнечными бликами; недалеко от ручья одиноко стояла деревянная скамейка, запорошенная снегом. — Вот на этой скамейке ты и рисовал, правильно? — заметил Мэтт. — Обычно да. — Стивен смотрел на мост и ручей, вспоминая бесчисленные одинокие часы, проведенные здесь. — Хотя весной и летом я лежал в траве и слушал кузнечиков. Это было очень странное чувство: впервые он привел в свой маленький мир, мир вдохновения и мечты, кого-то еще. Раньше ему казалось, что другие люди разрушат тонкое волшебство, но Мэтью вряд ли смог бы это сделать. — А сейчас ты рисуешь? — спросил О'Доннел, поднявшись на мост. Стивен медленно шел за ним. — Редко. Если только это нужно для проектов, а чтобы рисовать для себя, для души... давно такого не было. Мэтт облокотился на заледеневшие перила старого мостика и смотрел на Стивена. — Стивен. Хватит отворачиваться, посмотри на меня. Хартман нехотя встретился с ним взглядом. На бледном фоне зимнего неба и парка Мэтью казался яркой картинкой: волосы горели осенней рябиной, а глаза — насыщенной темной зеленью, как лето в расцвете. — Стив, мне плевать, что думает обо мне твоя мамаша, или Бартоны, или еще какие-то непонятные люди, но я не хочу, чтобы на меня злился ты. Потому что ты мне нравишься. Что он сказал? "Нравишься"? В каком это смысле?.. — Я и не злюсь. — Надеюсь, уже нет, — улыбнулся Мэтью. — Не знаю, что ты там себе придумал... У вас, художников, богатое воображение. Но я не хочу с тобой ссориться и не хочу, чтобы ты разговаривал со мной таким тоном, как сегодня утром. Договорились? Как он может злиться, когда его ожившая мечта смотрит ему в глаза? — Договорились, — согласился Стивен.***
Пока остальные гуляли, миссис Хартман решила поставить точку в неприятной истории с "женихом" ее сына и поднялась в комнату Стивена. Она не знала, что точно ищет, но была уверена: что-то такое обязательно должно быть. Этот наглый и вульгарный парень явно принадлежал к социальному дну и просто не мог быть связан с ее сыном, для которого миссис Хартман всегда выбирала все самое лучшее и правильное. Она давно уже обратила внимание на темные круги под его глазами, да и в целом в нем было что-то... нездоровое, несмотря на его красивую внешность. Миссис Хартман уже посмотрела на тумбочке и в шкафу. Тут ее взгляд наткнулся на небольшую спортивную сумку, которая уж точно принадлежала не Стивену. И вот здесь-то она нашла то, что искала. Значит, таблетки?.. Миссис Хартман прищурилась — название ей ни о чем не говорило, но это и не важно. Не зря же есть теперь эта штука, интернет, там все можно найти. Она была абсолютно уверена, что это вовсе не безобидное лекарство, и подумала, что надо бы вызвать полицию. Скоро она всем докажет, что с самого начала была права, вот так-то.
