Последний бой.

Я сжал до боли в костяшках кулаки, когда встретился взглядом с CL. Такой вызов, такая насмешка, такая нескрываемая ненависть, что по телу пробегает холодок. Мир в моих глазах словно посерел на секунду. Появилось даже желание схватить девушку за плечи, встряхнуть, легонько похлопать по щекам и воскликнуть, чтобы очнулась: «Это я, Черин! Девочка моя, что с тобой стало?!». И неважно, что я никогда не называл её «девочка моя»: потому что знал и сейчас знаю, что она не любит таких слащавых обращений. Но один единственный раз я бы позволил себе вольность. -Надо же, какая встреча, - усмехаясь уголком рта, проговорила она так, словно ожидала увидеть кого-то другого, хотя наверняка знала, с кем едет на встречу. «Когда же ты успела научиться такой жестокости и расчётливости? Откуда в тебе столько яда?» - Ты ожидала увидеть кого-то другого? – ледяным тоном отчеканил Топ. Девушка слегка подняла подбородок, что вызвало у меня двоякие догадки. - Может, и ожидала, - медленно и тихо ответила Черин. Затем она сделала небольшой шаг вперёд, так, чтобы её слова могли услышать только мы втроём, - а, может, и нет. Резкий взмах руки. Испуганный взгляд Сынхёна и предупредительно вытянутая его рука. Снова насмешливые тёмно-шоколадные глаза. Я схватил девушку за локоть и притянул к себе. Расстояние между нами было не более 5 сантиметров, её светлые волосы хлёстко ударили меня по щеке. - Хватит, - сквозь стиснутые зубы прошипел я. Краем глаза я видел, как вскинули оружие Синекупаруми и Гироцуки, завидев намёк на опасность, но, тем не менее, никто из нас двоих не пошевелился. – Хватит этого цирка, Черин. Внезапно насмешка сошла с девичьего лица. Оно стало будто каменным, а взгляд мгновенно «покрылся» льдом. Я замер и не успел очнуться, как Сиел вскинула руку, положила её мне на плечо, больно сжав его, и так отодвинула меня в сторону, что мы стали плечом к плечу. Я в буквальном смысле зашипел от боли в схваченном плече. - Не смей больше произносить моего имени. Забудь его. Сделай вид, что никогда не знал его, - обрывая окончания каждой фразы, говорила девушка. И я мгновенно забывал о боли. Я просто слушал холодную её речь и не верил своим ушам. Затем, Черин наклонилась ближе ко мне и прошептала на ухо, - ведь я уже давно забыла тебя. Последняя алая нить оборвалась. Больше мы не были связаны со светловолосой боксёршей. Алые нити рассыпались в порошок под ногами и медленно превращались в вязкую жидкость, окрашиваясь в кроваво-красный цвет. POV CL Течение времени сказывалось на мне. В то время, когда отец, казалось, расцветал за делом, я увядала в своей огромной спальне. Часы напролёт я проводила на огромном подоконнике с подушками, глядя в окно. Вдалеке виднелся Сеул, прежде такой ненавистный. Сейчас меня тянуло туда, мне будто не хватает того ощущения удушья из-за того, что грязь накрывает меня с головой. Я стала зависима от всего этого ужаса. Более того, одиночество крепко засело в душе. Раньше Дэсон всегда заходил ко мне, как минимум, на пару часов, и мы с ним говорили. Обо всём, вспоминали былое и гадали, каким будет будущее. В такие моменты моё лицо озаряла улыбка, и я льнула к брюнету за объятиями. Затем парень стал появляться всё реже, даже количество звонков ограничивалось одним-двумя. Дэсон извинялся, искренне сожалел, сочувствовал. Я понимала. Но закусывала от обиды губу и выключала мобильный телефон. А иногда и закрывала на замок дверь в спальню. Поворачивала ключ на несколько оборотов влево, оборачивалась, прислонялась спиной к двери и спускалась по ней вниз. Бессильно опустив руки, садилась на уложенный белой плиткой пол. Я могла даже задремать в таком положении и очнутся только тогда, когда добрая служанка тихо постучит в дверь и окликнет: «Молодая госпожа, Вы не голодны?» Отец был настолько занят, что мне редко когда удавалось его увидеть. В моменты, когда я тихо приоткрою дверь в его кабинет, я всё время вижу его занятым. Он либо встречается с какими-то людьми и обсуждает с ними что-то, либо работает с бумагами. Лишь иногда мне повезёт улучить минуту и прошмыгнуть к отдыхающему мужчине. Тихо сажусь рядом и зову, чуть слышно дотрагиваясь до руки. Он всегда вздрагивает. В его взгляде читается усталость, но она всегда в обрамлении цветущей живости. Как неразлучная пара. Тогда мы немного поговорим, и я ухожу, желая удачи и прося, чтобы отец больше отдыхал. Он с улыбкой кивает и ни разу не забывает сказать: «Возможно, меня слишком затянуло в это всё. Но я помню про начальную цель и иду к ней. Не забывай и ты про неё». Мои шаги раздаются эхом по всему огромному особняку. К сожалению, полупустому. Так проходят долгие дни. В саду я провожу тёплое, совсем не жаркое лето. За пределы не выхожу, потому что помню о беспокойстве отца. И с меланхоличной грустью смотрю на огромные ворота, за которыми мир, в который меня так сильно тянет. Магнит, для сопротивления которому мне не хватит сил. Одним утром, когда я взглянула в окно, глаза резануло необычной для этого пейзажа белизной. Я очарована видом и мягко кладу руку на стекло. Провожу вниз, оставляю на вспотевшем окне неровную широкую полосу. Но что-то мешает мне тихо насладиться очарованием. Громкие голоса. На сердце становится тревожно. Я беспорядочно накидываю сверху халат и буквально выбегаю из комнаты. Уже издалека я вижу суету в холле. Быстро сбегаю вниз по лестнице и судорожно хватаю за плечо первого попавшегося парня. Короткостриженый накачанный шатен недоумевающе оборачивается, явно злясь на то, что его отрывают от работы. Но колючий и злобный взгляд смягчается, когда он видит жалобно заглядывающую в глаза меня с одним единственным словом на дрожащих устах: «Отец…» В тот день отец попал в серьёзную перестрелку. Очередная стрелка окончилась плачевно. Ему в ногу попала пуля, после чего мужчина больше не может передвигаться, как раньше. Только с костылём. Я тогда впервые пошла против просьбы отца. Услышав о случившемся, я как можно быстрее вернулась в комнату, переодевалась в то, что первое попало в руки, и выбежала из дома, прямиком к стоянке. Возле машин тоже были люди – охранники. Суета и беспокойство были слишком велики, чтобы вооружённые мужчины заметили тихо крадущуюся меня. Мне посчастливилось, так как в одной из машин были оставлены ключи. Не думая более ни секунды, я завела совсем новенький спортивный автомобиль и под крики поздно очухавшихся охранников выехала со двора. В частной больнице отца меня, непонятно каким образом, сразу же узнали и пропустили. Спустя 15 минут я нашла нужную палату и вошла. Сразу же узнав сожалеющий взгляд, метнулась к кровати. - Господи, отец, как это могло случиться? Ты не представляешь, как я испугалась, - в забытьи шептала я, осторожно припав к лежащему мужчине. Он лишь аккуратно поднял руку и положил мне её на спину. Я почувствовала лёгкие хлопки по спине. Никогда ранее отец не был так скуп на эмоции и чувства. Это насторожило меня. Снова выпрямившись, я посмотрела на мужчину и на рядом стоящего Дэсона, которого прежде не заметила. Оба были напряжены. В моей голове метались миллионы мыслей. И только одна догадка заставила пробежать по телу лёгкую дрожь. Позже я узнала, что не ошиблась

***

Сегодня я вспоминаю тот день с лёгкой ухмылкой. «Это было совсем недавно… Всего неделю назад». За последнюю неделю моя жизнь поменялась так, как не менялась она за несколько месяцев. Не так давно я была угнетённой девушкой, которая заперта в своём мире одиночества и воспоминаний, а сейчас я сижу в главном автомобиле «ключа», как главарь сильнейшей банды в Сеуле. Вот такой «бизнес» передал мне в руки отец. Я испытывала злорадство. Да, именно злорадство. Когда-то надо мной нависали тени T.O.P и GD. И я имела неосторожность привыкнуть к тени второго вышеупомянутого человека. Но судьба неумолимо вертит рулетку и теперь выпало моё чёрное «21». Всё идёт гладко, моя игра безупречна до того момента, когда с уст Квона слетает моё имя с гневными нотками. - Хватит. Хватит этого цирка, Черин. «Как давно я не слышала, как произносил моё имя…» «Ведь я забыла тебя…» «Ублюдок, даже не пытайся» Я нарочно сильно сжимаю плечо парня, нарочно делаю ему больно. «Почувствуй ту же боль, которую испытала я, и которая мучает меня до сих пор по бессонным ночам». Между нами становится Чхве и оттягивает ДжиЁна от меня, а меня слегка отводит назад Дэсон. Если бы эти двое не встряли, вполне вероятно, что я просто напросто ударила бы блондина по лицу со всей силой, которую только могу вложить в удар. Потому что меня бесят его попытки призвать меня к совести. Бесит, что назойливо в голове вертится слова отца: «Они связаны с теми, кто убил твою мать». Бесит, что ножами исполосовано сердце и в глазах темнеет от злости и жажды мести. Но одно лёгкое прикосновение к плечу чужой рукой успокаивает. Внезапно снимает все нахлынувшие эмоции. Оборачиваюсь. Дэсон. «Ты уже второй раз спасаешь меня от сумасшествия». «Знаю» будто бы отвечает он мне. - Так зачем ты назначила встречу? – слышу привычный холодный тон Чхве Сынхёна. Надеваю безразличную маску, прочно-прочно креплю её на себе, чтобы больше не сорваться. Чтобы достойно завершить стрелку, достойно главаря Синекупаруми. - Вы зря лапу потянули к Синекупарумским владениям, - равнодушно, но всё же с нотками грозного предупреждения, отвечаю я. – Я не отдам вам и сантиметра нашей земли. Было возмутительно слышать такое известие, поэтому я посчитала нужным лично предупредить вас. Тишина. Мёртвая тишина. Бойцы молчат, не смея и пискнуть, я ликовала вместе с Дэсоном, а мятноволосый главарь обдумывал ответ. G-Dragon… - Тебе не выстоять против нас, - раздаётся голос. Я застываю. Блондин подымает полные ненависти и жажды борьбы глаза на меня. Смотрит прямо мне в глаза, надеясь усеять испуг. Но каково же его удивление, когда я «радушно» встречаю его теми же эмоциями. – Рано или поздно твоя империя, твоя драгоценная пирамидка рухнет. И тогда ты вновь падёшь вниз. - Я собственноручно пролью сколько угодно крови, но моя империя выдержит, - тут же парирую я, шокируя Дэсона и Чхве. – Я буду и днём, и ночью караулить свои владения, как пёс на привязи. Я заставлю жить весь Сеул в страхе, но никогда. Запомни: никогда ты не получишь даже малую часть моей земли! Я обратилась прямо к GD и назвала земли своими, потому что сейчас борьба шла только между нами двоими. От прежних тёплых взаимоотношений не осталось ни следа. Вскоре разразился проливной дождь. Стрела была окончена. Наши автомобили ехали в противоположные стороны, но даже так я ощущала и слышала, как Квон ДжиЁн шепчет: «Это начало конца, Ли Черин».