Осознание

До убежища они добрались только к закату. С момента атаки Курильщика колено Ника раздулось втрое больше обычного размера и отдавало болью при каждом шаге. Лицо Эллиса было бледным, пока он тащил Ника на себе всю дорогу через город, Ник ненавидел подобную иронию: Эллис был сброшен с крыши и пролетел два этажа, после чего его протащило 20 футов по стеклу и асфальту с вывихнутым плечом и прокусанным языком, и после всего этого он мог всю дорогу почти тащить Ника на себе. Игрок чувствовал себя эгоистичным подонком. Этот мальчик был чертовски вынослив. - Вижу убежище! - гаркнул Тренер. Эллис поднял голову, капли пота стекали по вискам, он переместил руку Ника и сжал хватку вокруг его талии, и они, как могли, ускорили шаг. Тренер, крадучись, подошел к зданию, укрепленному тяжелой дверью, решетками и обозначенному символом убежища. Его глаза округлились. - Рошель, дай-ка мне свою винтовку, - тихо сказал он. Эллис напрягся и вздрогнул, когда они остановились, и опасливо осмотрелся вокруг. Ник размял шею, Рошель осторожно отдала свою ружье в протянутые руки Тренера, тот взял винтовку и аккуратно пересек порог убежища. Девушка вынула свой револьвер и подняла его, готовая прикрывать Тренера в случае опасности. Ник положил свободную руку на кобуру. Мускулы спины Эллиса задрожали, руки ослабли, но он поднял Ника как можно выше, чтобы сохранить его уровень. - Скажи что-нибудь, Тренер, - приказным тоном сказал Ник, вытаскивая свой пистолет. - Ну что ж, думаю, Бог внял нашим молитвам, - сказал тот, опуская винтовку, его рот растянулся в улыбке,- это долбанная кондитерская. - Он убрал ружье обратно за спину.- Апокалипсис с чизбургерами может подождать! Спустя пять минут Тренер с трудом открывал дверь в Cindy's Candy Extravaganza, и все четверо ввалились внутрь, Рошель закрыла дверь. Эллис обмяк. - Эллис? - Ник обеспокоенно посмотрел на него. Эллис никак не отреагировал, его веки дрожали, а сам он белый, как простыня, дыхание было прерывистое. - Приятель? - Давайте-ка вы двое в кладовую, - сказал Тренер. – Я вроде видел там несколько спальных мешков и аптечек. Он развернулся и зачерпнул горсть шоколадных “поцелуйчиков”. - Ну же, парень. Поторопись. Ник шагнул вперед, опираясь на здоровую ногу и волоча их обоих в сторону кладовой, мимо кассового аппарата. Тренер раскладывал свой спальный мешок позади шкафа, прямо под полками с конфетами и мармеладом. Они с трудом добрались до задней части здания, где располагалась кладовая комната, в ней было несколько металлических полок на стенах, в конце находилась ванная комната. Рошель помогла мужчинам опуститься на пару спальных мешков, лежавших на полу. Ник сел на пол, вытягивая ноги, Эллиса осторожно положили на живот. То, что когда-то было коричневым рисунком на его футболке, сейчас представляло собой лишь красно-коричневое не-пойми-что. Рошель аккуратно стянула с Эллиса футболку, обнажая пропитанные кровью бинты. Она потянулась к полке и взяла одну из аптечек. Взгляд Эллиса неожиданно пронзился болью и страхом, он попытался подняться, тряся головой; изнеможение заставило его лечь обратно. - Эллис, я только хочу сменить бинты, - мягко сказала Рошель. Она вытащила большие острые ножницы, оттянула одну сторону повязки и начала разрезать бинты. Прежде, чем убрать вату, Рошель встала, пошла в ванную и открыла кран. Вода полилась на ее руки, она старательно терла их остатком мыла. Ник заставил себя подняться и, ковыляя на одной ноге, последовал за Рошель. Он сбросил свой пиджак, даже не заботясь о том, что он упал на грязный пол, закатал рукава до локтей и наклонился к Рошель. - Насколько все плохо? - шепотом спросил он. - Он потерял много крови. Не знаю, насколько все плохо, пока не посмотрю, - ответила девушка и отмотала бумажного полотенца на мокрые руки. - Что же ты тогда не посмотрела два гребанных часа назад? - прошипел Ник, намыливая руки розовым мылом. - Мы были на позициях, к тому же снаружи, в самом центре опасной зоны, - отчеканила она, а потом внимательно посмотрела Ника. - И последнее, что ты мог сделать, это, блядь, помочь. Ник кинул на нее быстрый взгляд. - И что это, черт возьми, значит? - шепотом сказал он, чтобы Эллис не услышал. - Действительно, Николас? - повышая голос, сказала она. - Мы все знаем, что ты сам по себе, но еще никогда в жизни я не встречала кого-то, настолько эгоистичного, чтобы использовать человека с такими ранами в качестве костыля. - Слушай, дорогуша,- саркастично прорычал он, - Я хотел помочь Эллису, ясно? Но я повредил ногу, поэтому я не смог помочь и… - Умоляю, - фыркнула Рошель, резко развернулась и направилась обратно в комнату к Эллису. Ник сдержал ругательство, но немного не рассчитал силу, отматывая себе бумажное полотенце. В это время Рошель убрала всю одежду и вату со спины Эллиса. Девушка шумно вздохнула. Ник, прихрамывая, зашел в комнату и также не сдержал вздоха, прикрыв рот рукой и сглатывая ком в горле, когда он увидел спину Эллиса. Во-первых, вся кожа спины южанина была покрыта глубокими царапинами от асфальта и стекла. Во-вторых, на его правой лопатке был отвратительный желтовато-зеленый синяк, размером с руку Ника, а вся нижняя часть спины была в глубоких вертикальных порезах. Вдобавок ко всему, в них до сих пор находились огромные осколки стекла. - Ну что ж, - сказал Ник, - тебе повезло, что у одного из нас есть кое-какие полезные навыки. - И что же это, черт возьми, такое? - У меня есть некоторая врачебная практика, - ответил он. – Я займусь этим, а ты можешь идти и убедись, чтобы Тренер там не наел себе диабет. И пока ты там, достань немного теплой воды. О, и немного инсулина для нашего здоровяка, так, на всякий случай. Рошель взглянула на игрока, но, чувствуя отвращение от ран Эллиса, встала и без возражений вышла из комнаты, Ник закрыл за ней дверь. Эллис все еще был ужасно бледен и озирался вокруг с широко распахнутыми глазами. - Все в порядке, приятель. Сейчас мы тебя подлатаем, - сказал Ник. Ник вытянул свою правую ногу и устроился буквально верхом на ягодицах Эллиса, чтобы лучше видеть раны на спине. Он вытащил большие щипцы, аккуратно открыл один из порезов, откуда торчал огромный кусок стекла, взял осколок щипцами и начал осторожно вытаскивать его из раны, и, когда он извлек его полностью, рану тут же залило кровью. Он продолжил обрабатывать порезы таким образом. Эллис вздрагивал, извивался и сжимался каждый раз, как острый металл касался или проникал в его плоть, чтобы извлечь, казалось, сотни осколков стекла и гальки; Ник извлекал новые осколки и все больше злился на себя, понимая, что это стекло уже больше двух часов разрывало и терзало тело парня изнутри. Прошел целый час, прежде чем Ник был удовлетворен тем, что под кожей больше не осталось стекла. Рошель открыла дверь и поставила в комнату таз с водой, от которой еще шел пар. - Ну как? - тихо спросила она. - Лучше, - ответил Ник, Рошель кивнула и вышла. Эллис застонал, костяшки его пальцев уже побелели от того, что он сжимал спальный мешок. Ник отмотал немного ваты и начал промывать раны теплой водой. - Тебе повезло, что они не такие уж глубокие. Ник осторожно протер всю ободранную и исцарапанную спину Эллиса, и теперь он мог наложить бинты на весь торс Эллиса: раны были очищены от стекла и грязи. Когда он закончил накладывать новую повязку, Ник, больше не изображая из себя доктора, обнаружил, что крайне возбужден сложившейся ситуацией. Каждый раз, когда Эллис вздрагивал, он весь сжимался, в том числе и его ягодицы. Ник понял, насколько же некстати он возбудился. Черт возьми, он не мог даже обработать парню раны, не заработав при этом эрекцию. Ник быстро слез с Эллиса на пол, прочищая горло. Южанин поднял голову, он выглядел немного лучше, чем раньше. Ник посмотрел на парня. - Гораздо лучше, - сказал он. – Просто постарайся не нарываться на неприятности по крайне мере неделю. Уголок рта Эллиса дрогнули в слабой улыбке. Ник старался прикрыть свою ширинку, пока убирал вату и щипцы и застегивал аптечку. Неожиданно его ногу пронзила боль. - Блядь! - вскрикнул он и закатал штанину, открывая свое розоватое, кровоточащее и ужасно раздутое колено. – Дерьмо, - пробормотал он. Эллис аккуратно приподнялся и сел, размял шею и повел плечами, немного вздрагивая от своих движений. Затем он немного сместился таким образом, что оказался на коленях, лицом к Нику, и вынул кусок ваты изо рта. - Моя очередь, - медленно сказал он. Ник старался не так откровенно смотреть на его загорелую грудь, пока Эллис открывал пластиковую крышку аптечки и вытаскивал эластичные бинты. Он поднял ногу Ника и отмотал бинт, чтобы обвязать им увеличенное колено игрока. Ник скорчился, когда Эллис закончил оборачивать бинт и закрепил его специальной металлической заклепкой. - Ладно… Эллис не закончил. Не отводя своих голубых глаз, Эллис приблизился к колену Ника. Игрок мог только растеряно наблюдать за тем, как Эллис разомкнул губы и поцеловал его рану. Сразу после этого Эллис выпрямился и широко улыбнулся. Парень просто дурачится, просто дурачится, Ник и так был на взводе и с каждой секундой взвинчивался все сильнее. ‘Ты злишься на себя, Ник. Ты злишься не на Эллиса. Держи себя в руках! Не перегибай палку!’ - Какого черта, Эллис? - сказал он, поднимаясь с пола и не заметно для самого себя повышая голос. У него кружилась голова, бешено стучало сердце, он пытался успокоиться, но, уже начав, не мог остановить себя. - Какого хуя сейчас было? - громко спросил он. – Хочешь, чтобы я нанес тебе еще одну травму? – уже кричал он». Эллис в испуге подался назад и прижался спиной к стене. Это только ухудшило состояние Ника. «А, и большое, блядь, спасибо за то, что так охуенно помог мне с ногой, ты бестолочь! Если бы ты держал свой гребанный рот закрытым и смотрел по сторонам на той долбанной крыше, мое колено было бы в порядке и мне не пришлось бы возиться с тобой. Эллис опустил голову еще ниже, смотря прямо в холодные глаза Ника. - Будто от тебя и без того мало проблем! Каждый ебанный раз, когда мы выходим наружу, ты единственный, кто попадает в неприятности! Ведьмы, Громилы, Плевальщицы, Охотники, какого хуя? Это все для тебя игра! Я, блядь, молю Бога, что сегодня ты получил хороший урок! Так что, просто, блядь, аргх! Ник развернулся и ворвался в ванную, хлопнув дверью. Он прислонился спиной к холодному дереву и с силой ударил по нему головой, наказывая себя. Игрок посмотрел на свои руки, на которых темнела кровь Эллиса, шагнул к раковине, повернул кран и дважды тщательно промыл их, в его голове потоком проносились мысли. Парень был действительно напуган из-за него. Не смотря на то, что южанин и правда был единственным, кому серьезно доставалось снаружи, он еще никогда не выглядел таким испуганным: свет в его глазах потускнел, а улыбка исчезла так же быстро, как появилась. Эллис просто дурачился, Ник это знал, но для него это было слишком. Это… это было именно то, почему он не хотел сближаться с юношей, потому что, когда такие люди, как Эллис, сближаются с такими людьми, как Ник, они страдают. Он любил парнишку, он был вынужден признать это, но от одной мысли об Эллисе, вжимающемся в стену и дрожащего от страха из-за него, сердце у Ника обливалось кровью. Когда он смотрел прямо ему в глаза, Ник чувствовал себя бесполезным. Жестоким. Бесчувственным. Ник набрал немного холодной воды в ладони и выплеснул ее на лицо. Не вытираясь, он наклонился вперед, упираясь руками о раковину и низко опустив голову, его трясло от ярости и сожаления. Он не мог выйти сейчас, он никогда не умел извинять или просить прощения. Вместо того чтобы извиниться перед родителями, он ушел из дома, чтобы играть в покер ради развлечения, что обернулось даже более успешно, чем он мог подумать. Вместо того чтобы извиниться перед всеми своими подружками, он просто собирал вещи и уходил. Вместо того чтобы извиниться перед Эллисом за что, что вел себя как подонок, он повел себя как сволочь. Едва ли есть разница. С его лица все еще стекала вода, и Ник посмотрел на свое отражение в мутном, грязном зеркале. Он сжал руку в кулак, пристально вглядываясь в свои тяжелые зеленые глаза: те самые глаза, в которые смотрел Эллис. Все вокруг свелось к этому моменту; зрительный контакт. С рыком и кривой ухмылкой, он замахнулся и ударил кулаком по зеркалу, от чего то треснуло, искажая его отражение. Все было так очевидно. Минута, и он твердо стоял на ногах. В следующую, он уже парил в воздухе, все ниже, ниже и ниже к земле, в ее вязкие объятия. За мгновение до удара о твердую поверхность, его падение было смягчено чьим-то мягким гниющим телом. Он не мог пошевелиться, не мог дышать, не мог позвать на помощь. Но затем ангел в белом одеянии настиг его, спасая, залечивая раны, успокаивая. Ник. Он осознал, что потерялся в зеленых глазах игрока, как если бы он смотрел на оливы и изумруды, или побеги кедра. Неожиданно он услышал, как его окружил злобный крик, а зеленый цвет стал серым. Он почувствовал себя жалким, беспомощным, сломленным. Затем серый цвет превратился в темно-красный, и он почувствовал себя Алисой в озере крови. И не было ангела, чтобы спасти его. Эллис резко вздохнул и разом выпрямился. Казалось, его сердце сейчас выскочит из груди. Кошмар. Всего лишь кошмар. По коже Эллиса пробежали мурашки, когда в его памяти всплывали ускользающие картины сновидения. Все его горло, казалось, горело после событий предыдущего дня, язык казался грубым, чувствовался вкус крови. Спину пробила крупная дрожь, когда нервы встрепенулись, напоминая ему о том, что, да, его кожа все еще была истерзана. Футболка лежала рядом с ним, вся покрытая засохшей кровью. Эллис откинул спальный мешок с ног и встал, подошел к закрытой двери ванной и нерешительно постучал. Ответа не было. Эллис облизнул сухие губы, и тут осознал, что он не видел, чтобы Ник выходил из ванной комнаты прошлой ночью, видимо, Эллис уснул раньше. Хотя он буквально заставил себя заснуть, но дело было не в этом. Дело было в том, что Ник не отвечал ему. Неужели он был настолько зол? До сих пор? - Ник? - медленно произнес Эллис и слегка вздрогнул от прикосновения языка к небу. Он снова постучал. Было понятно, почему Ник не отвечал ему: Эллис облажался, не надо было ему целовать его колено. Просто в тот момент Эллис подумал, что это поможет разрядить атмосферу. Возможно, Ник подумал, что у Эллиса были какие-то иные намерения и что он хотел большего. Хотя это и была правда, Эллис никогда бы не приблизился к Нику таким образом, по крайне мере из уважения. И еще из-за возможности заработать удар в лицо или пулю в ногу. Эллис потянулся и положил шершавую ладонь на холодную ручку двери, повернул ее и медленно толкнул дверь от себя, она поддалась. Он не услышал криков Ника и заволновался, помедлив, но все же открыл дверь. Пусто. Эллис уставился на разбитое стекло, будто Ведьма в свете фонаря; то же внезапное окаменелое состояние, в котором оказываешься на долю секунды, прежде чем твой мозг командует тебе прийти в себя или поубивать всё вокруг. Эллис круто развернулся и ринулся из ванной, через кладовую, в другую часть убежище. Открыв дверь плечом, Эллис стал озираться по всему убежищу. Тренер и Рошель тихо посапывали на своих спальных мешках. В убежище больше не было помещений, где мог бы находиться Ник. Взгляд Эллиса остановился на шкафу рядом со спящими, где Рошель оставляла свою винтовку, чтобы та была в досягаемости в минуту опасности. Одна проблема: винтовки там не было. Также не хватало одной портативной аптечки, одной банки с обезболивающими таблетками и одного коктейля Молотова для экстренных случаев. И нигде не было Ника. Эллис подскочил к Рошель и схватил ее за плечи, пытаясь разбудить. - Ро! - Ммм, - сердито простонала Рошель. - Ро! - Эллис, прошу тебя. - РОШЕЛЬ! - уже кричал Эллис. Рошель открыла усталые глаза, Тренер также зашевелился рядом. - Какого черта? - рассержено спросила девушка, но, взглянув на выражение лица Эллиса, осеклась. – Погоди, что случилось? - Его нет! - Что такое, парень? - проворчал Тренер. - Его нет! – повторил Эллис. – Нет его ружья и его самого! - Рошель потянулась к шкафу, но схватила лишь пустоту. - Вот сукин сын! – вскрикнула она. – Мне понадобилась вечность, чтобы найти эту штуку! - Ну? - нетерпеливо спросил Эллис. - Ну что, сынок? - язвительно отозвался Тренер. – Не то, чтобы он обязан оставаться с нами. Черт, я знал, что рано или поздно это случиться. С самого первого дня. - Но он нам нужен! Поправка, он был нужен Эллису. Нужен. Необходим. Желанен. - Мы сможем обойтись и без него. Нам просто надо будет быть постараться, чтобы компенсировать одно ружье. - Милый, как твоя спина? - спросила Рошель с еще не угасшей обидой в голосе. - Ро! – продолжал кричать Эллис. – Он там! Один! - Он не наша проблема, - ответила она, скидывая с ног спальный мешок. – Тренер, когда выдвигаемся? - К-М-С, - сказал тот, поднявшись позади шкафа. Эллис сглотнул и отошел от Рошель, направляясь обратно в кладовую. Ник не ушел бы. Не ушел бы. Они же команда! Эллис, шатаясь, зашел в комнату и снова внимательно ее осмотрел, затем недоверчиво поднял свой спальный мешок, потом спальный мешок Ника, он осмотрел даже свою футболку и ботинки, в надежде найти какие-то зацепки, что Ник мог оставить ему. Ничего. Обреченный, Эллис поднял футболку и зашел в ванную, положил грязный и окровавленный ком ткани в раковину, открыл кран, и раковина наполнилась холодной водой. Эллис смотрел, как футболка намокает, а вода окрашивается в кровавый цвет, как вдруг что-то за дверью привлекло его внимание. Что-то белое. Эллис отодвинул дверь и заглянул за нее. За дверью лежал пиджак Ника, смятый и зажатый между дверью и стеной. Ловким движением Эллис подобрал пиджак и выбежал из кладовой к Рошель и Тренеру, торжественно демонстрируя им находку. - Ребята! – крикнул он. Рошель с Тренером обернулись и подняли брови в удивлении. Потом они посмотрели друг на друга, Рошель глубоко вздохнула. - Засранец не ушел бы без своего пиджака, - пробормотала она. Тренер утвердительно кивнул. - Хорошо, возможно, мы немного задержимся и дадим ему возможность вернуться, - Тренер выглядел недовольным, он развернулся и, захватив горсть леденцов, сел на свой спальный мешок, бормоча себе под нос. Эллис улыбнулся и снова вернулся в кладовую, закрыл дверь и прислонился к ней плечом. Он медленно сполз по двери на холодный цементный пол. Эллис не отрывал взгляда от пиджака Ника, который крепко сжимал в руках, наконец-то от его голоса была хоть какая-то польза. До этого момента Эллис не осознавал, насколько ему был нужен Ник. Он всегда больше всех доверял ему и всегда старался впечатлить или развеселить его забавной историей, чтобы просто увидеть его улыбку. Он никогда не задумывался, почему… никогда не понимал, что он хочет, чтобы Ник чувствовал то же, что и он. Но Нику было 35 и он, черт возьми, знал, чего хочет от этой жизни. Эллису было 23, у него никогда в жизни не было девушки. Более того, ему надо было осознать и смириться с тем фактом, что он попадет в ад за свои чувства к другому мужчине. Эллису и так казалось, что он уже там. Как бы то ни было, Ник никогда не сможет его понять. Он никогда не полюбит Эллиса, и последний шанс хотя бы на симпатию ускользнул от него прошлой ночью, и Эллис понимал это. В горле встал ком, а на глаза навернулись слезы, которые тут же проложили себе дорожки по щекам южанина. Эллис задрожал, когда по его телу пробежал холодок от ледяного пола. Парень прижал пиджак ближе к себе, вдыхая его запах и обнимая его. Он закинул пиджак себе на плечи и прижал кулак к губам, его взгляд скользнул от рукава к воротнику, а губы наткнулись ткань рукава. Неожиданно на парня накатило желание. Было похоже, что юноша в трансе, когда он теснее обернулся в пиджак, закрыл глаза, пуская больше слез по щекам, и прижался губами к ткани, оставляя на рукаве секретный поцелуй, предназначенный тому, кого он так страстно и безнадежно желал.