Учитель для бунтарки

— До завтра, мартышка, — поцеловал в щеку Сашка. — До завтра, — хмыкнула, — Если меня терминатор с потрохами не разберет на части. — Да брось ты, он же не животное какое-то, а всего лишь с сегодняшнего дня классный руководитель. — Спасибо, обнадежил. Но все равно, за поддержку спасибо, — слегка ударив кулачком об его плечо, мы попрощались, и я зашла в класс историка.        Та-да-да-дам, а я пришла последней из этой пятерки избранных. Ждали, видимо, только меня. Иначе он начал бы давно, не дожидаясь последнего ученика, и объяснил бы причину собрания. Хотя, возможно, ему просто не хочется сидеть здесь допоздна, поэтому, чтобы не повторяться, он решил все-таки меня дождаться. — А-а-а, это ты, Астахова. Садись за первую парту, — удовлетворенным голосом попросил учитель, но как по мне это было указом.        Хотелось в самый конец класса сесть, но нас всего пять человек, да и странно будет с моей стороны так делать. А еще надо ожидать того, что этот крендель будет что-то рассказывать. Если предков захочет увидеть, то я с превеликим удовольствием огорчу его. — Вы знаете, зачем я вас попросил остаться после уроков? — спросил темноволосый парень. — Без понятия, — вяло отозвалась я, положив голову на скрещенные руки, лежащие на парте. — Может, скажете? Безумно интересно. — Сарказм здесь не уместен, Анна.        Надо же, он меня полным именем назвал. Респект. А дальше что, по имени-отчеству? Будет глупо и смешно со стороны выглядеть. Прошу Вас, побыстрее говорите то, что заготовили, и я сваливаю домой. Мне еще домашнюю делать, а завтра важная контрольная по английскому. Плохо будет, если провалю ее. — Итак, здесь вы присутствуете по известной причине — пропуски. Мне, как вашему новому классному руководителю, хочется, чтобы класс был успешным, поэтому с первого дня я сразу начну с прогульщиков, а именно, с вас.        Обрадовал ты меня, Роман Алексеевич. Вот не знаю, кинуться обниматься сразу же или просто тихо ликовать? Ан нет, мне его мысли совершенно не интересны. И то, что он там за несколько часов напридумал тоже. Видимо, он с первого дня работы хотел здесь класс на попечительство взять. Вроде, никто из учителей не хочет пристегнуть себе обузу, но тут, видно, другой случай.        Я нисколечко не буду в удивлении, если окажется, что он заприметил нас. К чему так думаю? Да потому что по его роже уже видно, кто он и чего хочет. Мирового господства над школой. Да, смешно, но не для учеников, у которых он преподает.        Радуется, гад. Поди уже мечтает, как внеплановые воспитательные работы будет проводить… — Астахова, ты снова о чем-то задумалась. Позволь спросить, о чем думаешь, если не секрет. — хитро сверкнули его глазенки. — Так, кушать хочется, Роман Алексеевич. Время уже второй час, пора бы трапезничать. Вы так не считаете? — сарказм вошел в привычку ему говорить, а он любит мне подыгрывать. Не знаю, как долго у нас этот словесный баттл будет идти, но я намерена в нем выиграть. — Всему свое время, — поставил меня на место без прелестных оборотов речи он.        Больно надо, точнее… надо, чтобы далеко и надолго от Вас уйти. И вообще, лучше бы я Вас вообще не знала. Но, видимо, так было надо. Ничего, я ведь если захочу, то Вас силком отсюда выгоню. Уж поверьте, если такая цель у меня будет поставлена, то она всенепременно будет выполнена. — Чтобы вы больше не имели желания пропускать школу, то к каждому из вас я приду домой и лично буду говорить с родителями о вашей посещаемости. Если и родители на вас не будут никак влиять, то придется прибегнуть к крайним мерам, — хитро, как лис, посмотрел именно на меня. Я недоуменно вскинула брови.        Это вроде намека или как? Да посмотри ты в журнал и, увидишь, что нигде у меня нет пропусков, кроме Ваших уроков. Сказала бы Вам причину, так с меня четыре шкуры сдерете, и будете только рады это сделать. Божечки, это жесть.        А как ему сказать о том, что мои предки сейчас отдыхают в Тайланде? И кто за меня сейчас в ответе, так это моя сестра. Она живет вместе со своим новоиспеченным мужем и приходит в родительское гнездо, когда надо узнать, жива ли я, хотя, я это просто преувеличиваю.        Моя сестренка таки действительно любит меня, и беспокоится обо мне, чуть ли не каждый день может заглянуть домой и сидеть со мной допоздна, болтая обо всем на свете. А придираюсь я к ней, потому что она быстро кинула меня и оставила одну с родителями.        Мама и папа отдают большее внимание ей, чем мне, но она как бы заменяет их собой. Хоть какой-то толк. Самое главное то, что у ее муженька родители богатенькие, и, как говорится, все двери ей открыты, а значит, если у меня не будет совести, то я могу попросить о чем-то у них. О чем это я… да ни о чем. — А можно вопрос? — Задавай. — Как Вы будете говорить с моими родителями, если их нет? — ну-ка, мой дружок, ответь-ка на вопрос. — Ты что, сирота?        Если бы не сидела за партой, а стояла, то упала бы. Вот же гандон он недоделанный. Такое говорить. Та если бы он не был старше меня, то просто подошла бы и врезала по щам, чтобы больше такое и думать не смел. Ишь ты, какой деловитый, думает себе что возомнит, а за словами своими не смотрит. — Не угадали, — хмуро сказала, а на меня смотрели несколько пар глаз в недоумении. Еще бы, я бы уже давно подошла и врезала, а тут увы, другой случай, — Мои родители отдыхают, и я предоставлена самой себе. — То есть, у тебя нет опекуна, который должен следить за тобой? — я его удивила? Не верю. — Почему же? Есть, — ухмыльнулась, но обиду нанесенную учителем не забыла, а просто утаила, — Просто я часто убегаю на улицу, и им надоело меня искать, — сумничала. А классному не понравилось, поэтому он решил говорить немного по-другому. — Если у тебя нет опекуна, то мне следует обращаться туда, куда ни один нормальный человек не обратился бы. — Так Вы уже бывали в психушке? — слукавила, а этот гад даже бровью не повел. — Могу тебя туда проводить, за «бесплатно». — Вы там частый гость, да, Роман Алексеевич? — Если иметь дело с тобой, то там можно и поселиться. — Так переезжайте, если хотите, я даже вещи туда сама привезу Ваши. — Хватит проказничать, не с другом общаешься, — Божечки, да как будто это меня остановит. — К первому я сегодня же пойду, к Дурову.        Я посмотрела на нашего лентяя, а Дуров-то посыпает на парте, пока я тут словесный баттл с преподавателем вела. Чудненько. У Толи родители такие же, как и он, не в том смысле, что спят под разгаром «войны», а в том, что по-барабану, где их сыночек есть, главное, чтобы глаза не мозолил.        Фейшер подошел к сонному ученику, и с видом «аля, солнце, тебе хорошо спиться» дал легкий подзатыльник. По идее, ему из закона запрещено это делать, но у нас тут, увы, не конституционная монархия, а абсолютная.        Объясняю: конституционная — это мы, класс, и по идее должны быть законом. Абсолютная — учитель. Он у нас закон и вся-вся-вся. Приходится мириться с этим, но можно исподтишка делать маленькие шалости, только так, чтобы Черный рыцарь не увидал, иначе жди кучу "приятных" взбучек.        Сонный одноклассник поднял свою голову, и, увидев мраморное лицо учителя, выпрямился и сделал вид, что ничего и не было вовсе. Мда уж… актер из него тот еще. — Спать будешь дома и да, сейчас я договорю, и мы пойдем к тебе в гости.        Я попыталась не засмеяться вслух, потому что после слов мужчины, Анатолий искривился, словно на что-то наступил. Чисто теоретически так оно и есть, но совсем в другом смысле. И, как помнится, его предки как раз обитают дома, вот такие вот дела.        После того, как Роман сказал к кому и когда он придет, то предупредил, чтобы к этим числам родители находились дома, иначе будут большие неприятности как у них, так и у учеников, а с Фейшером, походу, шутки плохи. Не думала, что он настолько серьезно будет подходить к этому мелкому делу.        Сказав «вы свободны» я, схватив сумку, рванулась к двери, но не тут то было. Новоиспеченный классный руководитель попросил меня задержаться еще на несколько минут. Проводя печальным взглядом одноклассников, я встала возле двери и оперлась спиной о стену. — С чего бы такая открытость в словах? — сидя на парте, сдержанно спросил. — Так Вы не скрываете свое отношение ко мне, почему же я должна это делать? — вот теперь уж точно нам маски не нужны, и открыто можно отвечать. — Вздумала со мной играть? — с вызовом бросил. — Так мы с первого Вашего дня работы здесь играем, — пожала невинно плечами, — Вопрос совсем в другом: долго ли это будет продолжаться, и станешь ли ты победителем, — С виду я милая, с этим все согласны, но если ко мне подойти слишком близко, то будет хуже. — К своим годам ты ведешь себя не очень-то красиво. Интересно, — протянул учитель, я прыснула.        Мой возраст с чем-то сравнивает. Дожили… — Получается, — начал рассуждать в слух, — Ты в свои годы держишь на коротком поводке целый класс?        А намек-то я поняла. Вот же, он совершенно не против нашей перепалки на публике. Я-то знаю, что будет на кону, если соглашусь с ним. Но… если его я поставлю на колени, то это будет фурором, и тогда уж мне будет ничего не страшно. — Это война? — деловито спросила, но можно сказать констатировала факт. — Не боишься все потерять? Ведь ты потом станешь изгоем. — Смотрите, чтобы Вы не стали, — ядовито кинула, без особого интереса.        А он просто сидел и смотрел на меня таким пугающим взглядом, что я невольно поежилась от этого. Надеюсь, что не буду сожалеть о сказанных мною словах, потому что заполучить хорошую репутацию в своем классе дорогого стоит. А я тут всего год, почти полтора.        Глупо будет все потерять из-за спора с учителем. К огромному сожалению, все видели наши перепалки, поэтому не мудрено, что между нами война вспыхнет. Ничего… у меня все получится, он же всего безнадежный учитель, у которого головы на плечах нет.        Спорить с ученицей насчет того, что унижает, где это слыхано? Вот именно — нигде. Не стоит недооценивать его, ведь мозги хоть какие-то он имеет и, поэтому, будет жутко обидно, если я этого не учту. Если что, просто подговорю весь класс, чтобы подыграли мне. — Только знаешь что? — я обратила на него свое внимание, — Без своих одноклассников. Если хоть один тебе поможет, его ждет неаттестация по твоей вине, и после этого возненавидят тебя, — показал указательным пальцем правой руки на меня. — Да как скажете, — вяло отозвалась. Да как он так просек. Телепат что ли? — Но ваше «ты что, сирота», выбило меня из колеи. За такие слова по зубам обычно получают. — Любишь гулять среди мальчиков? — ни с того ни с сего спросил. Сначала я не поняла вопрос, а затем вникла. — Не угадали, но законы улиц знают все, даже такие домашние как я. — Можешь идти, завтра покоя не жди. — Как будто Вы сегодня мне его давали, — тяжело вздохнув, я вышла из класса и направилась домой.