Глава № 2 «Потерянная память»
3 мая 2016 г., 11:03
Запах горелых кофейных зерен разносился по всей палате, заставляя Эмму морщиться от отвращения. Она уже пару часов как пришла в себя, и доктор крутился вокруг нее, проводя доскональное обследование, будто она была незнакомым науке феноменом. Шериф сидел в палате, не сводя глаз с «потерпевшей», и у нее сложилось стойкое ощущение, что она под стражей. Ей хотелось сбежать, покинуть это гнетущее место, но она сдерживала себя: нужно было втереться в доверие местных жителей, чтобы выяснить от кого необходимо избавиться.
Когда Грэм допивал уже пятый стакан кофе, нервно поглядывая на часы, висящие над дверью, в палату вошёл доктор. Эмма раньше не встречала мужчин с подобной внешностью: цвет волос неестественный, почти пепельный, плохо сочетающийся с молодым лицом, глаза — ширма, за которой доктор прятал не одну тайну. Почему-то Эмме показалось, что мужчина слегка не в себе, но она никогда не любила целителей и лекарей, а уж в этом странном мире всё казалось слегка нереальным и чуточку безумным, включая ее лечащего врача. Мужчина пытался что-то отыскать в папке с бумагами, которую держал в руках, а затем перевел взгляд на пациентку и шерифа:
— Я бы хотел повторить томографию, — осторожно произнес он, понимая, насколько сильно все устали.
— Вэйл, лучше поведай нам, что тебе уже удалось выяснить. У меня давно закончился рабочий день, а я вынужден торчать здесь, дожидаясь, пока ты поймешь, что случилось с этой женщиной. К слову, ваш автомат делает отвратительный кофе, и меня скоро начнет тошнить, а когда я чувствую себя нехорошо, начинаю злиться. Черт подери! Меня лучше не видеть в гневе, Вэйл! — голос Грэма звучал угрожающе, но Эмме мужчина все равно казался добрым, а его злость — показной.
— Понял я, понял… МРТ головного мозга я хочу сделать, чтобы подстраховаться, — поймав на себе рассерженный взгляд Эммы, доктор поправил себя, — чтобы сверить кое-какие результаты. С пациенткой не произошло ничего страшного, у нее временная амнезия из-за удара головой. Я уже позвонил мэру, и она пожелала лично поговорить с пострадавшей. Я оставлю вас, мне пора проверить других пациентов…
Вэйл — Эмма уже запомнила имя доктора — вышел из кабинета, а шериф сжал в руке бумажный стаканчик от кофе и метким броском закинул его в мусорную корзину.
—Поразительная точность, — нарушила тишину Эмма и улыбнулась. Она поняла, что именно от полицейского зависит, сколько времени ей еще придется провести в душной палате.
— Хм, спасибо. — Грэм старался скрыть смущение, но от внимательно взгляда Эммы ничего нельзя было утаить. — Ты совсем ничего не помнишь о себе, так?
— Не совсем. Кое-что я все-таки помню, — Эмма многозначительно улыбнулась, но решила сохранить загадку, не зная, что из своего прошлого ей стоит поведать собеседнику.
— Послушай, я ведь помочь тебе хочу. Что ты помнишь? Может быть, есть хоть какие-то зацепки, способные помочь отыскать твою семью в Бостоне?!
«Бос-тон, — по слогам прокрутила название города в голове Эмма. — Надо на всякий случай запомнить его, мало ли когда пригодится».
— Я помню, что меня зовут Эмма, — она прикусила нижнюю губу. — Эмма Свон.
— Ну вот! Уже гораздо лучше! — Грэм чуть не подскочил на месте, но затем его улыбка исчезла с лица, наверное, из-за того, что людей с фамилией Свон были не десятки и даже не тысячи. — А меня зовут Грэм, — шериф постарался немного расслабиться, но Эмма чувствовала, как он напряжен.
— Проведя пару часов вместе, мы наконец-то решили представиться. Это стоило бы отметить, — в голосе Эммы прозвучали легкие нотки сарказма. — Рада знакомству, шериф, — она встала и, подойдя к окну, открыла его.
Свежий воздух заполнил душную палату, позволив дышать полной грудью и избавив от запаха кофе. Грэм не сводил глаз с её фигуры, и Эмма чувствовала, что шериф изучает ее, а потом специально выгнулась, как потягивающаяся кошка, привлекая к себе еще больше внимания.
Двери в палату отворились, Эмма обернулась, а шериф резко отвел взгляд, его скулы напряглись, когда в проеме появилась одетая в брючный костюм брюнетка. Эмма безошибочно определила в ней упомянутую доктором мэра города, которая выглядела взволнованной, уставшей, но в то же время заинтересованной.
— Мистер Грэм, когда Вы собирались сообщить мне, что обнаружили в лесу женщину, попавшую в аварию? — тон мэра казался ледяным, а во взгляде не было и намека на человечность, хотя, скорее всего, она просто искусно скрывала свои эмоции.
— Реджина, не было времени, я подумал, что сообщу тебе все позже, — принялся оправдываться Грэм, и Эмма отметила, как начали дрожать его руки.
«Он боится ее», — подумала Эмма и продолжила наблюдать, не вмешиваясь в перепалку.
— У Вэйла почему-то нашлась минутка, чтобы позвонить мне и сообщить об инциденте, — ядовито бросила она. Сделав паузу, Реджина продолжила: — У меня нет настроения, чтобы продолжать этот бессмысленный спор, Грэм, поэтому просто выйди и дай мне поговорить с потерпевшей.
— Не думаю, что это хорошая идея. Она ничего не помнит, док сказал, что у нее временная амнезия.
— Просто выйди, — голос прозвучал угрожающе, и верхняя губа Реджины слегка дрогнула от напряжения.
Шериф извиняюще посмотрел на Эмму и вышел. Как только дверь закрылась, Реджина направила на Эмму оценивающий взгляд, скорее всего пытаясь понять — жертва она или виновница шторма.
— Не буду ходить вокруг да около и спрошу напрямую: твое появление как-то связано с молниями, принесшими разрушения в мой город? — не удосужившись представиться, поинтересовалась Реджина.
— Конечно! — после некоторых сомнений ответила Эмма: ей было нелегко выбрать тактику общения с властной женщиной. — Я спустилась с небес на землю и принесла за собой грозу с молниями, — усмехнулась она.
Эмма сразу же догадалась, что перед ней стоит та самая Злая Королева, а незнакомка, с которой была заключена сделка, сказала, что кем бы ни была Реджина в Сторибруке, она не должна узнать об истинных намерениях Эммы абсолютно ничего.
— Ладно, добро пожаловать в Сторибрук, Эмма. Надеюсь, что мы станем друзьями, — Реджина постаралась говорить спокойно, несмотря на усталость и раздражение, которые читались в ее мимике.
— Спасибо. Надеюсь, что так и будет, если, конечно, меня не выдворит из города шериф или для меня не найдется место для ночлега. — Эмма знала одно: в любой части земного шара, пусть даже в параллельном мире, важно найти себе убежище, а все остальное решится впоследствии. Кроме того, она быстро смекнула, что стоит немного надавить на жалость властного человека и крыша над головой будет обеспечена. Хоть в прошлом Реджина и была Злой Королевой, тут у нее сложилась новая жизнь и новая тактика поведения, поэтому Эмма была уверена, что мэр обязательно поможет ей отыскать временное пристанище. Чутье не подвело, потому что женщина действительно решила поступить, как заботливая правительница.
— Не беспокойся об этом, я поговорю с Грэмом, и он подыщет для тебя не только крышу над головой, но и временную работу, если ты хоть что-то помнишь. — Эмма была готова к проверкам со стороны мэра города, которая как никто другой знала правду о Зачарованном лесе и ждала подвоха от любого жителя.
— Помню только свое имя — Эмма Свон, — девушка протянула руку мэру, но та её не пожала.
— Реджина Миллс, — женщина высокомерно улыбнулась. — Еще увидимся, Эмма Свон, — Реджина вышла из палаты, закрыв за собой дверь.
Знакомство со Злой Королевой прошло успешно, и Эмма была несказанно рада, что та не обратила ее в лягушку или не вырвала сердце за наглость и слегка дерзкое поведение. В Зачарованном Лесу Реджина славилась коллекцией умело вырванных человеческих сердец, но Эмма отметила, что, если так и было раньше, то в новом мире она сильно обмякла.
***
Визит мэра оказал нужное воздействие, и уже скоро доктор Вэйл выдал Эмме какую-то бумагу, позволявшую покинуть больницу. В этом листке бумаги Эмма не видела абсолютно никакого смысла, ведь много лет назад она стала вольной птицей и, по большому счету, могла выпорхнуть из палаты в любое время. На улице уже стемнело, а прохладный воздух навевал желание прогуляться. Эмма вышла следом за шерифом из больницы и застегнула молнию на своей кожаной куртке, ведь теплота осенних вечеров, как правило, была обманчивой, а кому, как ни пиратке, знать, насколько опасным может оказаться порывистый северный ветер. — Реджина приказала разместить тебя «У бабушки», — начал Грэм, не отрывая взгляда от асфальта. — У твоей бабушки или у ее? — Перспектива остаться с бабушкой Злой Королевы не страшила Эмму, но и в восторг не приводила. Шериф заразительно засмеялся — это была первая положительная эмоция, замеченная Эммой за несколько часов, проведенных вместе с мужчиной. Ей понравилась его улыбка и искрящаяся радость в глазах. Грэм чем-то напомнил ей Нила, поэтому она тут же опомнилась и запретила себе думать о мужчинах. — Не думал, что ты воспримешь все настолько буквально, — перестав смеяться и поймав на себе недоумевающий взгляд Эммы, произнес Грэм. — «У бабушки» — это название кафе и по совместительству единственной гостиницы в нашем небольшом городке. — Вон оно как, ну тогда можешь считать, что мне стало немного легче, — Эмма улыбнулась, а затем резко прикрыла глаза, прячась от слепящего света фар приближающегося автомобиля. Желтый «жук» остановился, и из него вышел симпатичный темноволосый мужчина в черной кожаной куртке. Эмма поймала себя на мысли, что ей нравятся мужчины, одевающиеся в кожу, но тут же отвела взгляд, пытаясь сообразить, почему он смотрит на нее, как на какой-то экспонат. — Мне пришлось чинить это корыто, потому что кое-кто, видимо, весело проводил время в компании очаровательной дамы, — возмущенным голосом произнес он, глядя на раскрасневшегося от смеха шерифа. — Прости, Киллиан. Я совсем забыл о тебе, и ты прав, с меня причитается, но мы отнюдь не развлекались. Эмма потеряла память, поэтому Вэйлу пришлось непросто, когда он проводил обследование. Эмма молча наблюдала за их беседой, поочередно глядя то на шерифа, то на Киллиана, попутно отмечая некоторую схожесть манер и внешности мужчин: «У них что, на службу берут только синеглазых мужчин с трехдневной щетиной?!» — Да ты что? Значит, нашу пострадавшую зовут Эмма? — Киллиан изогнул бровь дугой, что совсем не понравилось девушке. — Эмма, познакомься с моим помощником — Киллианом Джонсом, — Грэм действительно выглядел уставшим, а потому потянулся к дверце служебного автомобиля. — Слушай, Киллиан, Реджина приказала заселить девушку в гостиницу, поэтому отвези ее туда и поговори с миссис Лукас, тебе ведь все равно по пути, а я поеду домой. — Грэм, думаешь, что я устал и испачкался меньше тебя? — Киллиан затеял перепалку с шерифом, что потихоньку стало раздражать Эмму. — Так! Хватит! — буквально закричала она, чтобы привлечь к себе внимание. — Просто растолкуйте мне куда идти, и я сама найду дорогу, потому что отвратительно смотреть, как два взрослых мужика спорят, кому проводить женщину домой. — Эмма злилась. Она ненавидела споры с самого детства, потому что знала, что они не приводят ни к чему хорошему.*** Из воспоминаний Эммы ***
— Майкл, как ты посмел сделать это? — женщина в желтом платье забежала в кабинет и бросила на стол мужа бумаги. — Я не совершил ничего предосудительного, лишь написал письмо хорошему человеку, который согласился принять нашу девочку в школу фехтования, — мужчина пытался сохранять хладнокровие. — Ты сделал это после того, как я сказала тебе — Эмма не станет воительницей. Она не мальчик! — Розали, почему ты снова споришь со мной? Я сотню раз повторил тебе, что нашу дочь нужно обучить боевым искусствам. Сейчас наступили тяжелые времена, и без умения защитить себя она не выживет. — Перестань решать судьбу нашей девочки самостоятельно, Майкл. Эмма не станет учиться никакому фехтованию, и точка, — Розали в гневе металась по кабинету мужа, шурша складками платья. — Кроме того, еще до рождения Эммы, я заключила сделку с одним сильным магом, и он показал мне будущее. Эмма суждено стать королевой, а потому ей нужно учиться управлять государством и вести тактическую войну, а не рукопашный бой, — женщина почти перешла на крик. — Сделку? Ты посмела связаться с магией? Сколько раз я предупреждал тебя, чтобы ты держалась в стороне от магии? — Майкл разозлился и в мгновение сократил между собой и супругой дистанцию. — Магия никогда не приводила ни к чему хорошему. — Но я зачала ребенка только благодаря магии, потому что ты был на это не способен, — закричала она, и на весь кабинет раздался звук пощечины. В это время Эмма стояла за дверью и наблюдала за происходящим. Ей было всего четыре года, но она запомнила все в мельчайших деталях. Тогда их семья начала рушиться, ведь мать призналась во лжи, а отец впервые поднял на нее руку.*** Сторибрук, наши дни ***
Грэм и Киллиан смотрели друг на друга, не в силах вымолвить ни слова. Эмма знала, что они считали ее хрупкой женщиной и были шокированы такой дерзостью. — Так вы скажете, куда мне идти, или мы будем стоять тут всю ночь? — после того, как Эмма осталась одна на пиратском корабле, она была вынуждена научиться управлять целым отрядом мужчин (хоть и получилось это не сразу). В итоге она стала прославленным пиратом, от имени которого многие дрожали в страхе, даже узнав, что это женщина. — В этом нет нужды, лапочка, ведь я, даже уставший, — Киллиан сделал акцент на этом слове, глядя на Грэма, — не смогу отказать в помощи такой красавице, — он подмигнул ей, на что та лишь поморщилась и подошла ближе к желтому автомобилю. — Тебя подвезти или ты поведешь сама? — Киллиан достал ключи из кармана и покачал ими перед Эммой. — Что? Ты хочешь, чтобы я управляла этим? — Эмма не знала, что такое автомобиль, а незнакомка не сказала ей, каким именно образом она окажется в Сторибруке и какие вещи у нее будут при себе, но ее взгляд привлек брелок на ключах — уменьшенный крюк, который она частенько надевала на руку в прошлом. — Хочешь сказать, что ничего не помнишь? Ладно. Сделаю вид, что поверил тебе. Ты должен мне, Грэм, — Киллиан хлопнул шерифа по плечу, помог Эмме сесть в автомобиль, а затем занял водительское место. — Ты действительно не помнишь свою тачку? — он взглянул на Эмму, старавшуюся отрешиться от окружающего мира, чтобы хоть немного отдохнуть. Ей сейчас не хватало рома или чего-нибудь, что могло расслабить. — А ты действительно думаешь, что я стану откровенничать с тобой? — Эмма сузила глаза, а затем отвернулась к окну. — Я в этом не сомневаюсь, Эмма, — улыбка осветила усталое лицо Киллиана, и машина наконец тронулась с места, оставляя Грэма позади. Улочки Сторибрука были узкими и почти безлюдными, чем сильно напоминали Эмме родной городок. Почему-то на сердце появилась нестерпимая тоска, захотелось вернуться в прошлое и изменить его. Она вспомнила своих родителей, они были счастливой семьей, до того, как Розали и Майкл начали решать ее судьбу в тайне друг от друга. Эмма тяжело вздохнула, а потом заметила огромные часы на башне, но только в них было что-то странное. Она не сразу поняла, что стрелки часов стоят на одном месте, а потому обернулась, чтобы убедиться в этом. Задавать лишние вопросы помощнику шерифа она не стала: «Скорее всего, время тут заморожено из-за действия проклятия, — быстро отыскала оправдание Эмма и постаралась перестать думать об этом городке. — Сторибрук никогда не станет моим домом. Я просто должна выполнить свою часть сделки, чтобы получить шанс отыскать сына». Много времени не прошло, и уже скоро автомобиль остановился у трехэтажного кирпичного здания, на котором красовалась надпись «У бабушки». Эмма порадовалась тому, что совсем скоро сможет побыть одна, но едва она вышла из машины и направилась к крыльцу здания, как ее ухватила крепкая рука Киллиана. Женщина пошатнулась и, развернувшись, уперлась в грудь помощника шерифа, ощущая его тяжелое дыхание и запах мазута вперемешку с потом. «Не такой аромат мечтает почувствовать женщина, увидев симпатичного мужчину», — подумала Эмма и попыталась отстраниться от Киллиана, понимая, что сама вряд ли сейчас выглядит и пахнет лучше. — Ты можешь обманывать Грэма, Реджину, кого тебе вздумается, но не меня. Ты ведь помнишь все свое прошлое, но скрываешь это. Почему? — Он все еще удерживал Эмму за руку. — Я никого не обманываю, а теперь отпусти, мне больно, — она дернула руку, но Киллиан не спешил послушно выполнять ее требование и лишь слегка ослабил хватку. — Видишь ли, ты сказала, что не узнаешь эту машину и не знаешь, как ее водить, но, несмотря на это, твой взгляд остановился на одной вещице, — свободной рукой Киллиан достал ключи с брелком-крюком и покачал ими перед глазами Эммы. Она поняла, что мужчина, стоящий перед ней, отличается от большинства — у него был особый дар: «Из тебя вышел бы отличный пират», — подумала Эмма и улыбнулась. — Почему ты смеешься? — Киллиан выглядел растерянным: перед ним стояла женщина с мнимой амнезией, которая непонятно зачем пыталась обвести всех вокруг пальца. — Я не смеюсь. Сказала же, пусти мою руку! Я не собираюсь оправдываться перед тобой, а вот эта вещица мне понравилась, — Эмма кивнула в сторону ключей с брелком, — и раз уж она моя, как ты говоришь, то отдай ее мне. Киллиан вынужденно отпустил Эмму, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания — Зачем тебе ключи, ты ведь сказала, что не умеешь водить? — спросил он, но ключи отдал. — Мне нужна только вот эта штучка, — Эмма умело отстегнула брелок и бросила связку ключей Киллиану. — Можешь забирать их, все равно я не помню, как управлять этой железякой, — она кивнула в сторону автомобиля, а затем направилась в гостиницу.***
«Чёрти что творится в этом городе! Не понимаю, почему ФБР отправили сюда именно меня, а не какого-нибудь опытного копа, — думал Киллиан, наблюдая за удаляющейся Эммой. — Эта Эмма не похожа на обманщицу или преступницу, но почему тогда чутье подсказывает мне, что с ней что-то не так? Она легко отдала мне свою машину. Черт! Да никто в мире, даже сумасшедший или потерявший память, не стал бы раскидываться своим имуществом, пусть даже не помня его. Я обязательно выясню, что ты скрываешь, Эмма». Мужчина вскоре сообразил, что мисс Лукас вряд ли поверит Эмме насчет приказа Реджины выдать ей бесплатный номер. Он поспешил в кафе, чтобы разрядить обстановку, которая могла в любую минуту накалиться, ведь Эмма хоть и казалась беззащитной девушкой была не так уж проста, и что-то подсказывало Киллиану, что она способна кому угодно перегрызть глотку. Да и жители городка только с виду были мирными и благодушными.
