Once Upon a Storm

      — В твоем представлении именно так выглядит помощь? — Эмма вошла в участок и остановилась у стола Киллиана, стараясь выровнять дыхание.       С того момента, как Эмма потеряла свой корабль, она несколько месяцев провела без упражнений и почти не поднимаясь с дивана, поэтому физическую форму немного потеряла.       Киллиан оторвался от документов и вскинул бровь, глядя на Эмму.       — Мы не договаривались о времени, я думал, что обеденный перерыв тебя устроит. — Киллиан вернулся к бумагам, разрывая зрительный контакт.       — Серьезно? Грэм обычно заезжал за мной по утрам.       — Я не Грэм, лапочка. Тебе следует смириться с этим, только тогда мы сработаемся, - равнодушно фыркнул он.       Киллиан был холоден. Эмме показалось, что при знакомстве он вел себя более раскованно и даже пытался флиртовать (а может это просто была игра ее воображения?). Поджав губы, она сняла куртку, забросила ее на вешалку и села за свой стол.       В кабинете царила тишина, а повисшее напряжение было таким сильным, что, казалось, еще немного - и от обоих начнет искрить. Эмма злилась на Киллиана, а он вел себя так, словно ничего не произошло.       — Может, дашь мне работу? Ты жаловался, что нуждаешься в помощнике, но я уже битый час сижу и пялюсь в трещину на столе, — возмутилась Эмма.       — Конечно. Я просто не знаю с чего начать. Тут столько документов… — Киллиан отложил бумаги, встал на ноги и подошел к окну.       Мужчина злился и переживал - на лице играли желваки, в поведении не осталось ни следа привычной легкости и флиртующих инсинуаций. Вероятно, смерть друга оказала такое воздействие. Киллиан пытался огородиться от Эммы, скорее всего, опасаясь потерять и ее.       «И правильно делаешь, шериф, я не лучший кандидат на роль друга», — подумала Эмма.       — Может быть, тогда ты выполнишь мою просьбу, а потом приступим к изучению документов? — Эмма всегда считала настойчивость своим лучшим качеством, поэтому перешла к решению своих проблем, попутно отвлекая их обоих от смерти Грэма.       — Конечно. Идем. — То, с какой легкостью Киллиан согласился отвлечься от расследования, немного удивило Эмму, но внешне она никак этого не показала.       Он взял ключи от машины и вышел. Эмма какое-то время медлила - пыталась успокоить разбушевавшиеся эмоции. Совсем скоро она выяснит имя Спасителя и сможет завершить свою миссию. Однако глубоко в душе разрасталось семя сомнения, ведь Эмма никогда не убивала невинных людей, а со Спасителем придется сделать именно это.       «Лучше бы тебе оказаться серийным маньяком, а не ангельской душой», — мысленно обратилась Эмма к своей жертве, сняла с вешалки куртку и на ходу надевая ее, направилась к выходу.       Дорога до школы заняла несколько минут. Несмотря на то, что просьба Эммы могла показаться странной, Киллиан согласился выполнить ее, не задавая лишних вопросов, и Эмма была благодарна ему за это. Она взглянула на Киллиана и улыбнулась, надеясь на то, что он позволит ей одной сходить в здание. Уголки его губ легонько приподнялись в ответ — это, вероятно, большее на что сейчас был способен Киллиан.       — Я посижу в машине, — устало произнес он.       — Я постараюсь не задерживаться. Задам пару вопросов Мэри Маргарет и вернусь.       Желание посетить школу Эмма списала на чувство неудовлетворенности, оставшееся внутри по делу о похищении миссис Нолан.       — Надеюсь, что ты не будешь слишком прямолинейной, и мне не придется потом краснеть за поведение своей помощницы, - добавил он и отвернулся.       Эмма цокнула и вышла из машины. Прохладный осенний воздух пробирался под одежду, но Эмме это даже нравилось - заставляло вспомнить морской бриз и успокоиться. Постояв с минуту у машины, она перевела дух, а затем направилась в здание. Эмма была уверена в том, что сейчас встретится с Генри и совсем скоро узнает имя Спасителя.       Войдя внутрь, Эмма вспомнила свой первый день в роли помощника шерифа. Тогда она появилась в стенах школы вместе с Грэмом и вынуждена была вести себя так, словно многое знает и понимает. Звук звонка на этот раз не испугал, а шум, выбегающей из класса детворы, хоть и заставил поежиться, но не вызвал былого недоумения.       Где искать Генри, Эмма не имела и малейшего представления, но судьба улыбнулась ей: мальчик сидел в кресле у окна и что-то увлеченно читал.       — Генри? — окликнула Эмма, и он поднял голову.       — Мисс Крюк, рад видеть Вас, - он дразнил ее, но это не вызывало злобы, наоборот, рядом с ним Эмма чувствовала себя комфортно, хоть поначалу и опасалась болтливого мальчугана.       — Тише, Генри, а то кто-нибудь подслушает и вмешается в нашу операцию. — Эмма подмигнула и присела рядом. — Вчера ты так и не назвал мне имя Спасителя.       — А я и не уверен в том, что знаю его.       По взгляду Генри Эмма поняла, что сегодня он не в лучшем расположении духа, а значит, следовало как-то заинтересовать его.       — Какая жалость. Я думала, что ты поможешь мне. Если так, то придется самой искать его… Получается, что заклятие будет снято не так скоро, как хотелось бы.       Эмма заметила искру интереса, мелькнувшую в глазах Генри.       — Вы тоже планируете помочь снять проклятие с жителей Сторибрука?       — Для этого я и прибыла сюда. — Эмма почувствовала, что от вранья щеки слегка покраснели, но, казалось, Генри не заметил этого.       — Ладно. Я поделюсь с Вами своей догадкой, но обещайте, что проверите ее?!       «Конечно же, проверю. Чтобы убить его, мне нужно иметь достоверную информацию», — подумала Эмма и положительно кивнула.       — Мне кажется, что это Киллиан.       Генри смотрел на Эмму, словно выжидал какую-то реакцию. Она не знала, отразился ли в ее глазах ужас, охвативший в первые несколько секунд, но, поборов его, Эмма постаралась улыбнуться.       — Киллиан? Новый шериф? — пытаясь не выдавать эмоций, поинтересовалась она: важно было понять, почему Генри пришел к такому выводу.       — Да. Киллиан Джонс. Я говорю именно о нем.       — С чего ты так решил? Киллиан, кажется, не местный?       — В том-то и дело. Я знаю каждого жителя Сторибрука. Обо всех есть история в книге сказок. Обо всех, кроме меня и Киллиана. Я точно не могу оказаться Спасителем, а вот он отлично подходит на эту роль, если учитывать его возраст.       Эмма задумалась и, если быть до конца честной, огорчилась. Она не ожидала, что именно Киллиан может оказаться Спасителем.       «И почему я всегда проникаюсь симпатией, к кому не следует?!» — подумала она, но постаралась не подавать вида, что новость опечалила ее.       — Я пригляжусь к мистеру Джонсу, и как только появится какая-то информация, сообщу тебе.       Она поднялась и направилась на улицу, где ее ожидал Киллиан. Если раньше Эмма сомневалась, что должна выполнить свою миссию, убив Спасителя, то сейчас каждая мысль буквально кричала о том, что она не может и не должна этого делать.       «Но ведь так я не смогу узнать, где мой ребенок, — пыталась оправдаться Эмма. — Ты ведь не можешь убить его. Посмотри на Киллиана. Только посмотри в его глаза. Он итак перенес немало страданий», — убеждала она сама себя.       «Я заключила сделку и не могу идти на попятную, — снова нашла причину Эмма. — Ты не подписывала договор. Любую сделку можно оспорить, даже если договариваешься с Темным магом», - продолжала беседовать с собой она.       «Но я всегда держу свое слово».       «Ты обещала помогать Киллиану, а не убивать его».       Прекратив спорить с совестью, Эмма направилась к машине. Она надеялась, что если сможет разговорить Киллиана и выведать у него информацию о семье, то убедиться, что он не Спаситель и ей не придется убивать его.       Заняв пассажирское сиденье, Эмма постаралась не смотреть в глаза Киллиану. Она решила дотерпеть до участка, чтобы там задать все интересующие вопросы, к тому же ее собеседник и сам не пытался заговорить.

***

      От тишины, натянувщейся между ним и Эммой, Киллиану стало не по себе, но так было даже проще огородиться от нее. Он не хотел влюбляться, возводил защитный барьер, чтобы больше не пережить того, что было между ним и Лили. Эмма оказалась чертовски обаятельной и загадочной, поэтому приходилось прикладывать немало усилий, только бы в очередной раз не попасть в плен чувств. Кроме того, Лиам слишком живо отреагировал на то, что новая помощница может оказаться его знакомой.       «Может, она его бывшая девушка или первая любовь?!» — думал Киллиан, глядя на Эмму.       Когда она попросила отвезти ее в школу для разговора с Мэри Маргарет, Киллиан почти поверил ей. Вернувшись в машину, Эмма не произнесла и слова об успешности своей операции, а Киллиан не решился задавать лишние вопросы, но он знал, что никакого разговора не было. Он видел Мэри Маргарет в саду с группой детей.       Сидя за своим столом, Киллиан не раз хотел спросить у Эммы, кто она вообще такая и зачем прибыла в Сторибрук, но так и не решился. Он не знал, скажет ли Эмма правду или снова начнет изображать потерю памяти, которой, как подсказывала интуиция, у нее не было. Эмма могла обманывать Грэма, Вэйла, да кого угодно, только не его. Киллиан за версту чувствовал ложь. Даже в случае с Лили он чувствовал, но не прислушался, пытаясь оправдать все влюбленностью.

*** Из прошлого Киллиана ***

      Задержание в доме Лили отличалось от предыдущих: Киллиана привезли в учебный центр, это он понял по разговору полицейского с мужчиной в черном костюме. Долго томить в неведении его не стали. Лиам - так звали таинственного представителя власти - предложил Киллиану стать одним из агентов под прикрытием. Для этого нужно было много тренироваться и внимать всему, что говорят инструкторы. Киллиан умел слушать, а еще он желал забыться. Он с легкостью согласился с предложением Лиама, тем более оно было лучше, чем отбывать срок за проникновение в чужое жилище и воровство. Киллиан боялся даже предположить, что еще Лили могла наговорить полицейским.       Обучение и тренировки выжимали Киллиана с самого первого дня, но это было к лучшему. Под конец занятий едва доходил до своей комнаты, падал на кровать и засыпал. С утра времени на страдания тоже не оставалось. Расписание было плотным, и Киллиану едва успевал прочесть новостную сводку, принять душ и привести себя в порядок.       С Лиамом он встречался довольно часто и даже не заметил, в какой именно момент когда их отношения стали скорее дружескими, чем деловыми. Киллиан начав относиться к нему как к старшему брату. Впрочем, Лиам не был против этого. Временами Киллиану казалось, что Лиам тоже отыскал в нем потерянную родную душу. Однако обсуждение прошлой жизни было под запретом: их обоих устраивало то, что сейчас каждый начал с чистого листа.       Еще во время обучения, Киллиану стали оформлять документы, которых у него не было, ведь он сбегал из разных семей и детских домов, и отыскать в каком именно приюте хранятся его данные было сложно.       — Киллиан, я попросил тебя прийти не просто так, — начал Лиам, когда Киллиан, вспотевший после пробежки, вошел в его кабинет. Вероятно, отметив, усталость друга, Лиам посмотрел на часы, а затем продолжил. — Присядешь? Я попрошу, чтобы нам принесли чай?       Киллиан кивнул в ответ и налил себе стакан воды. Лиам позвонил секретарше, попросив принести легкий обед на две персоны.       — Почему ты не садишься? - поинтересовался он, повесив трубку.       Хоть Киллиан общался с Лиамом неформально, в кабинете начальника все же пытался вести себя более официально. Смутившись, он занял место в кожаном кресле.       — Тебе нравится у нас? — Этого вопроса Киллиан не ожидал услышать.       — Да. Все прекрасно, — сухо ответил он, заметно напрягаясь.       — Я знаю, что тебе пришлось пройти через многое… Наш учебный центр предлагает каждому человеку начать жизнь заново. Я оформляю документы и хотел поинтересоваться, какие имя и фамилию ты желаешь взять себе?       Киллиан опустил голову, задумавшись.       — Приятель, ты можешь назвать любое имя. Если ты хочешь оборвать связь со своим прошлым, то мы поможем сделать это.       Менять свое имя Киллиан не желал, в конце концов, именно оно было связующим звеном, которое однажды могло помочь отыскать родителей, если те еще были живы. А вот насчет фамилии он никогда не задумывался. В детском доме ему, наверняка, присваивали какую-то, но Киллиан не знал ее. Близких людей кроме Лиама и Лили у него не было. Лили Пейдж оказалась предательницей, а вот Лиам… Килллиан задумался.       — Киллиан Джонс, — едва слышно произнес он. — Если, конечно, ты не против? — добавил он, внимательно глядя на Лиама.       — Конечно же, я не против. Ты ведь прекрасно знаешь, что сумел заменить мне младшего брата. — В уголках глаз Лиама блеснули слезы.       Но Киллиан тактично попытался не обращать внимания на реакцию друга и повернулся к вошедшей секретарше.

*** Сторибрук, наши дни ***

      — Киллиан, не засыпай на рабочем месте, — Эмма стояла перед Киллианом, уперевшись локтями в столешницу. Ее лицо было слишком близко, а аромат духов заставлял нервно отводить взгляд в сторону.       — Извини, я задумался. Дел действительно много. Кроме того, завтра похороны Грэма, и Миллс попросила меня произнести поминальную речь. Честно говоря, я далек от сантиментов и неуверен, что справлюсь. — Киллиан и сам не понимал почему вдруг решил открыться. Эмма действовала на него как-то особенно.       — Уверена, что ты справишься. Ты работал вместе с Грэмом и сможешь сказать каким прекрасным человеком он был.       В глазах Эммы читалась печаль. Несмотря на то, что она была знакома с Грэмом совсем недолго и только по просьбе Киллиана начала с тем неформальные отношения (по крайней мере, ему хотелось так верить), она горевала. Пусть помощница не говорила вслух о том, как плохо теперь будет Сторибруку без Грэма, Киллиан знал, что она тоскует.       Поймав себя на мысли, что уже около минуты разглядывает очертания губ Эммы, Киллиан вернулся к документам. Видимо, Эмма тоже почувствовала себя неловко, поскольку торопливо отошла к окну.       — Послушай, сегодня я справлюсь один. Ты можешь пойти домой и отдохнуть. Вэйл сказал, что если ты будешь отдыхать больше, то поскорее сможешь вернуть память. Может быть, твоя семья места себе найти не может и ищет тебя…       Эмма повернулась к нему, но бросила на Киллиана лишь мимолетный взгляд, но шериф успел уловить боль, которую помощница умело скрыла за завесой лжи.       — Ладно. Спасибо. До завтра.       Он коротко кивнул ей на прощание, и едва Эмма закрыла за собой дверь, Киллиану стало тоскливо и одиноко. Ему хотелось вернуть ее и откровенно поговорить, высказаться. Он давно ни с кем не разговаривал по душам и, возможно, смог бы открыться ей… Вот только их разделяло одно большое препятствие — ложь, и Киллиан хоть позволял ей врать, но не был уверен, что хочет услышать правду.

***

      Эмма лежала на кровати с книгой в руках. Она пыталась отыскать там хоть какое-то опровержение предположению Генри о том, что именно Киллиан — Спаситель, но ничего не вышло. Отчаявшись, она откинулась на подушки и уставилась в потолок. Убивать Киллиана Эмма не хотела. Даже если бы он сильно разозлил ее, как в тот вечер, когда поцеловал Руби, Эмма все равно не желала ему смерти. Хоть их отношения и нельзя назвать близкими, она знала, что Киллиан хороший человек.       «Сделка есть сделка. Если я найду доказательства того, что именно он Спаситель, то убью», — вновь постаралась уговорить себя Эмма.       В дверь кто-то негромко постучал. В полнейшем недоумении Эмма направилась открыть их. Она почему-то подумала, что это Реджина, но как только отворила, замерла не в силах произнести ни слова. Тело сковало от шока, и Эмма не могла пошевелиться. Во взгляде застыло удивление, а к уголкам глаз подступили слезы.       — Здравствуй, Эмма, — произнес до боли знакомый голос.       — Лиам, — едва смогла выдавить из себя она перед тем, как попала в объятия человека, которого и не надеялась больше увидеть.