Заноза

Нам до рассвета рукой подать

Утро понедельника. Предначертанное злым злом мира обетованного, первым уроком в то злополучное утро стояла физика. Отчаянно собрав в себе последние силы поднимаюсь с постели, иду в душ, параллельно отмаливая грехи. Какие грехи? Ну если не брать в счет, что мы пили с пятницы по воскресенье, то в принципе, никакие. И всё же молюсь, чтобы не было отёка на всю физиономию. Чего люди боятся? Например, моя мама боится боли, а Кира пауков. У меня много страхов: пауки, клоуны и своё отражение в зеркале. Только после душа я посмотрела на себя, и не знаю, с чего вдруг колесо Фортуны не разломало мне хребет на этот раз. Я даже увидела отголоски человеческих очертаний на моём лице, но эти легендарные мешки, для картохи, под глазами – ненавижу. Рутина утра, привычная до тошноты. Беру ключи, замыкаю дверь и, по ступенечкам вниз, на встречу «прекрасному». Я люблю физику, но не в понедельник утром. В понедельник утром я люблю спать в кроватке и смотреть сны про единорожков. Но жизнь штука гнилая, поэтому я иду в школу. Кстати, о погоде: ненавистное, ужасное, противное солнце выжигает мне глаза; благо ума хватило очки взять, но даже с ними я иду, как слепой крот. В чем мне повезло в этой жизни? В школе кабинет на теневой стороне, и квартира тоже на теневой стороне. Иду к расписанию, в надежде, что на месте физики будет стоять какая-нибудь литература, но нет. Утро понедельника — это страшный дремучий лес, околдованный злыми ведьмами и всякими Кощеями. Но, честно признаться, я бы сейчас с радостью оказалась в каком-нибудь лесу, а не здесь. Это место я даже преисподней не назову. - Александра! – меня окликнули со спины, и резко ударили по плечу. - Ну да, потише говорить ты не можешь, - Кира стояла с максимально довольным выражением лица. И это, казалось, немного (нет) странным, ведь все мы помним, какой сейчас день и какая его половина. – Ты чем так воодушевлена, сударыня? - Ну физика же, я же обожаю физику. - Да, конечно, прямо-таки без ума каждый раз, - Кира и физика, это как я и киви, а чтобы вы понимали – я ненавижу киви. – Я тебе не верю, но если у тебя есть совесть, то расскажешь сама. - Обменяла в 5 лет на мороженое. - Собственно, как и я, но я ещё мозг за шоколадку продала.

***

«Дремучий лес» под конец физики казался уже и не таким дремучим. Я успешно накатала задачку на самостоятельной, и, с чистой совестью, упала на парте спать. Но ото сна там только слово, потому что именно сегодня Татьяне Борисовне приспичило не закрывать рот ни на минуту, и я то и дело дергалась, от каждого громкого «Записываем в тетрадь! Я что, для декора здесь выплясываю?». - Да успокойся ты, она на тебя даже внимания не обращает, - на этих словах Кира хорошечно приложила меня лбом в парту. Конечно, Борисовна это заметила. - Так, Саша и Кира – последнее китайское предупреждение, - Борисовна сегодня совсем не в духе, и мне не хотелось получить от неё нагоняй. Даже несмотря на отлично написанную работу, она может выгнать и в журнале рядом с пятерками будет красивая «3», которая не очень красиво повлияет на результат. Но я не я – если не закончу урок эпично. До конца оставалось десять минут, и я не могла просто спокойно его досидеть. В тот момент, когда Борисовна объясняла какую-то сверхтупую и сложную задачу, я чихнула. Можно подумать: ну и что в этом такого? Я чихнула так, что слышно было в Магадане, и головой ударилась об парту так, что в Японии землетрясение началось. Как в фильме: Борисовна медленно поворачивает голову в мою сторону, и мне кажется, что я вижу, как из носа и ушей валит пар, глаза её выкатываются на лоб, а сама она становиться красной, как кровь. Я должна испытать чувство страха, стыда или что-то ещё. На деле же мне лишь на долю секунды стало ужасно от её вида, но лишь на долю секунды. - ВЫШЛА ИЗ КЛАССА! БЕГОМ! – я быстро, но спокойно взяла сумку, и стоя у дверей откланялась. Её бешенству не было предела. Когда я вышла за дверь из двух кабинетов выглянули учителя русского и математики. Мне кажется, что они испугались Борисовну больше, чем я. - Всё нормально, - я всем своим видом дала преподавателям понять, что всё и правда нормально, и они обратно попрятались в кабинеты, но не на долго, ведь звонок прозвенел уже через пять минут. - Она до конца урока рассказывала, какая ты плохая ученица, и что школу ты закончишь со справкой, – Кира вышла из кабинета и сразу подхватила меня за руку. - Вообще пофиг. Ты же перейдешь со мной в другую школу, если вдруг? – мы двигались в столовую, потому что мадам приспичило сок и булочку. - Издеваешься? – подруга посмотрела на меня скептическим взглядом. – Одиннадцатый класс, а ты хочешь, чтобы я с тобой в другую школу? Конечно да! - Ты – лучшая! Что у нас там дальше? - Матан.

***

Ольга Викторовна была отличным преподом по математике, хоть и в возрасте. У нас вообще три из трех математиков были отличными. И у нас практически всем нравилась математика. Даже двоечник Паша Орлов тянул на твердую четверку несмотря на то, что всё остальное, за исключением физ-ры (по классике жанра) тянул на тройки. Мы спокойно сидели, никому не мешали, Ольга Викторовна объясняла новую тему, всё было хорошо. Но, счастье не длится вечно, и тут залетает мегера Ивановна – наша классуха. Я искренне надеялась, что она сдохнет к новому учебному году. Все быстро подорвались, я же напротив – села максимально низко, быстро прячась под парту. Но эта мымра всё же выцепила меня взглядом. - Кутузова! Быстро ко мне! – Кира жалобно на меня посмотрела, и я медленно погребла к классной. В тот момент весь класс смотрел на меня с таким сожалением и, даже Ольга, когда я уже выходила за дверь, тихо пожелала мне удачи. Вся школа знала, какие отвратительные отношения у меня с Ивановной. И честное пионерское: лучше бы она на меня орала при всех, там хотя бы есть моя Кира, которая поддерживает меня. Но сложилось так, что на матан, физику и химию мы ходим в кабинеты преподавателей, поэтому она не может наорать на меня в кабинете математички. Собственно, она потащила меня в наш класс, постоянно причитая, как со мной невыносимо. И мне должно быть страшно, стыдно и страшно стыдно, но нет. Как только мы зашли в аудиторию я упала на стул за первой партой, кинув ноги на стол. - ЧТО ТЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ? БЫСТРО УБЕРИ НОГИ! – Раиса вскипела аки чайник на печке, и стала красной, словно самый спелый помидор. Естественно, я не собиралась убирать ноги. С какой стати? Если бы она что-то по делу говорила, а так опять снова начнет шарманку. - Если вы опять про мой внешний вид, то мне долго придется слушать. - ТЫ ВСЕХ ДОСТАЛА! ЧТО ТЫ ИЗ СЕБЯ СТРОИШЬ? ДУМАЕШЬ, ЧТО ЭТИ НАКОЛКИ И ЦВЕТНЫЕ ВОЛОСЫ ДЕЛАЮТ ИЗ ТЕБЯ УМНУЮ?! ДА ТАКИХ ТУПЫХ, КАК ТЫ ДНЕМ С ОГНЕМ НЕ СЫЩЕШЬ! – она орала и орала, орала, орала… Ровно 11 минут орет про цвет моих волос, ещё минут 10 будет орать, потом 20 минут лекций про «наколки» пойдет. - Я прошу прощения, - из-за двери вылезла голова Ильи. – Но вы мне урок в соседнем кабинете срываете своими криками, - ууууу, а вот это она зря сказал. Раиса стала как помидор в «квадрате». - ВЫ… ВЫ…ВЫ ЧТО СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТЕ? ВЫ ЗДЕСЬ БЕЗ ГОДУ НЕДЕЛЯ! ЧТО ВЫ УСТРОИЛИ? ВЕДЕТЕ СЕБЯ КАК НЕНОРМАЛЬНЫЙ! ВОН ОТСЮДА! - А вы что себе позволяете? Вам не кажется, что компетентный преподаватель, в здравом уме, что не скажешь о Вас, не будет уподобляться такому поведению, - сама не заметила, как ударила себя рукой по лицу. Видимо, его не посвятили в педсостав. Просто по десятибалльной шкале неадекватности наша Раиска тянет на все сто. Она начала вычитывать Илью о том, что он даже не преподаватель, а у неё стаж, как у заправской проститутки, и что она, чуть-ли не учитель года. - ВЫ ЧТО СЛЕПОЙ? ПОСМОТРИТЕ НА НЕЁ, - эта мадам указала на меня рукой, - ОНА ЖЕ НЕВМЕНЯЕМАЯ. ВЫГЛЯДИТ, КАК ПРОСТИТУТКА, И ВЕДЁТ СЕБЯ ТАКЖЕ. - Да прекратите орать. Вы здесь не директор, чтобы так себя преподносить. Какое право вообще вы имеете тыкать на её внешний вид. У них в классе эта, как её, - эта фраза была адресована мне, но я тупила в стену, пока мне перед глазами рукой не махнули. - Марина. - Вот, Марина, вы на неё вообще внимание обращали? – у меня глаза на лоб вылезли. Пока Раиса собирала всю свою атомную энергию, чтобы выкинуть это на Андреича, я быстро нарисовала на листочке огромными буквами: «МАРИНА ВНУЧКА ЭТОЙ ТЁТКИ».

***

Как там молодежь говорит? Выпал в осадок? Вот именно это со мной сейчас и произошло, по-другому не описать. Словно водой ледяной окатили, но лишь на мгновение. Я был прав, потому что её Марина — это тихий ужас. И я не то, чтобы защищал Сашу, а просто… Ну волосы красит в синий, ну не выглядит же как проститутка. Нет, если бы она вела себя, как та Марина, то можно было бы поспорить, ну тут же всё очевидно. Или нет? Грозная мымра ушла из кабинета, а я всё стоял, не зная, как вообще это понимать. Девушка сидела за столом, и что-то читала в телефоне. Ощущение, словно ничего и не было, а та тётка орала так, что нынешняя тишина аж по ушам звенит. - Могу идти? – тихим, но уверенным голосом меня вывели из ступора. - Идти то можешь, - я посмотрел на часы на руке, - но смысл? – девушка посмотрела на меня очень скептическим взглядом. - До звонка пять минут, а следующая у тебя биология. - А можно я опоздаю? Всего на пару минут. Мне просто на перекур очень нужно. - Перекур? В школе? Ты серьезно? – нет, ну это, по-моему, нагло. - Но я же всего на пару минут. Ну не все ещё соберутся, и к тому же я пережила стресс, а стресс, который повлечет за собой психологическую травму, - и я всё же сдался, отпустив эту особь на перекур. Да даже я себе такого не позволяю, хотя по статусу имею право. И действительно, перед третьим уроком была большая перемена, поэтому школьники стекались в кабинет медленно: кто-то задержался в столовой, кто-то ушел на перекур. Звонок прозвенел минут три назад, поэтому в классе из 25 сидело только 10 человек. - Илья Андреевич, ну а что вы хотели? У нас всё равно два урока с вами, поэтому никто и не торопиться. - Ты не Паша Орлов, а Паша Морозов. Негоже сдавать своих, - я пристыдил Павла – само собой не серьёзно – на что он задумчиво почесал затылок и выдал что-то неразборчивое в стиле «Ну я это…». Тем временем класс собрался полностью через 15 минут. Первым делом я отсадил ту самую Марину в угол. – Так, светлые умы мира сего, строим план занятия. У нас сегодня два урока: на первом повторим материал прошлого года, на следующем – разберем то, что будем учить в этом семестре. Впитали мысль? – класс молча кивнул. – Отлично. Значит, берём по листочку, пишем тест, - по классу прошелся недовольный гул. Было достаточно рявкнуть раз на них, и все молча сели с кислыми минами. И только пару человек сидели с абсолютным безразличием. – У каждого свой вариант, всего 15 вопросов. На всё-про-всё у вас 20 минут, время пошло. Пока шло их время, я разбирался с личными вопросами. Краем глаза я наблюдал за классом, в конце концов на ближайшие полгода следует хоть как-то построить из себя педагога. Кто-то так и норовился списать, пока я культурно, вот прям максимально культурно не попросил перевернуть телефоны на краях стола экраном вниз. До кого-то доходило не с первого раза, и я просто вынужден был угрожать снятием бала с работы. К слову, преподавать оказалось не так страшно, как мне казалось, хотя может это только начало, но класс оказался более-менее адекватным. Ах да, я же собирался завалить эту чертовку на тестах, и мне очень интересен её результат, именно поэтому я решил раскидать варианты, а ей подбросить самый завыебанный. Не знаю зачем, просто захотелось поиздеваться. Люблю издеваться над людьми, особенно если есть возможность поиграть с ним в догонялки, например. Дать им фору, а потом в тёмном угле проткнуть селезёнку. Или в угадайку: неправильно ответил – получи девять грамм в колено. За такими мыслями я не заметил, как прошло 20 минут. - Раз, два, три. Все листочки вверх, или работу не принимаю, - на удивление Саша и Кира первые подняли руки. – Так, теперь попробуем устно сообразить. Кто, что помнит? – все отводят взгляд. Кто-то в окно, кто-то в книгу, отличница Лида на первой парте шерстит тетрадь, девочки на последней парте тихо болтают. Надо будет в следующий раз и Кире дать какое-то говнецо чтобы не позволяли себе такого, пока я нахожусь в аудитории. – Лес рук просто. Может Синицина нам что-то скажет? – девочка просто растеряно покрутила головой. – Что же. Тогда Малиновская может? И вы нет. Кутузова? - Что именно? – девушка сразу отвлеклась от весьма интересной беседы. - Ну, давай строение клетки. - Клетка – структурно-функциональная единица строения всего живого на Земле. На латыни – cytus. Клетки делятся на две группы: прокариоты и эукариоты. Прокариоты – это клетки доядерные, просты по своему составу, возникли до периода эволюции. Эукариоты – клетки, содержащие ядро. Из эукариотических клеток состоит тело человека. Прокариотическая клетка содержит: клеточную стенку, окружающую клетку извне… - дальше я просто перестал слушать, и быстро нарыл её листок с тестом. И на удивление все ответы оказались верны. Вот этого я почему-то не ожидал. Мне казалось, что эта мадам по своему развитию не особо далеко ушла от доброй половины этого класса. Опираясь на теорию: скажи, кто друг твоя, и я скажу – кто ты, то о Кире можно судить в весьма положительном свете. - … аппарат Гольджи асимметричен — цистерны, располагающиеся ближе к ядру клетки… - Достаточно. Тест на пятерку, молодец. Дальше кто? Татьяна? К концу второго урока я сделал выводы, и понял, что мало кто хочет «5» по биологии. Да мне как-то и дела нет – моя задача вычитать предмет, а там поймут или нет, уже не мои проблемы. Сказать, что мне с ними интересно вести беседу нельзя. Или так влияет понедельник на людей, или просто ещё не поняли, что с ними происходит. После того, как я всех отпустил ко мне подошла Кира. - Илья Андреевич, можно просьбу? – я молча кивнул. Ожидал чего угодно, не того, что последовало. - Не могли бы вы с Сашей позаниматься? Не удивляйтесь так. Она сама никогда не попросит, но ей просто поступать, и раньше с ней занималась другая учительница, а потом она уволилась, и теперь вы… - Ладно, пусть завтра подойдет, - я не дал ей договорить, и непонятно зачем согласился. О своём решении я может пожалею, а может и нет.

***

Кира задержалась в кабинете, а я медленно пошла к выходу из школы. Надо бы начертить календарь, на котором я буду зачеркивать дни до конца обучения. Все говорят, что я буду скучать по школе после выпуска, но уверенностью в 1000000% могу сказать, что нет, потому что дружу я только с Кирой, а с другими просто общаюсь. За мыслями я уже стояла возле парадных дверей, а моей мадам ещё не было. Эта чукча вывернула из-за угла с максимально загадочным видом через 10 минут моих раздумий. - Ты чего такая довольная? – я с прищуром посмотрела на подругу, а она расплылась в улыбке. - Я записала тебя на дополнительные по биологии, - на выдохе выдала Кира. - Хорошо, - девушка посмотрела на меня с удивлением. – Пошли, - она кивнула, и мы вышли из здания. Ну я же и так ходила на занятия по биологии, и Светлана Николаевна… - СТОП, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА? - Фух, я думала, что ты из ума уже выжила. Да не смотри на меня так, вон глаза сейчас из орбит выйдут, и пар из ушей пойдет. - ДА Я ПРОСТО В БЕШЕНСТВЕ! ЗАЧЕМ? - Да чтобы вы нормально общаться научились, а то я видела, как он на тебя смотрит, и как вообще вы общаетесь, - я скривила недовольную морду. Ну правда, зачем, если и так неплохо всё было. – Завтра подойди к нему. - Класс, просто блеск, спасибо большое. - Ну не дуйся. Хочешь, я тебе завтра эклеров принесу? - А вот и хочу! – я правда негодовала, но обижаться на этот тайфун не могла. Ну у нас же лубоф до гроба. Именно лубоф. Поэтому до дома я шла, как старая бабка и просто бурчала всю дорогу. - Всё, перестань! Всё нормально будет, - я просто кивнула головой. - До завтра, - обязательный ритуал: обняться и цём щеку. Домой я поднималась в не радужном настроении. Всё так-сяк-наперекосяк. Аж противно. Грёбаный понедельник. Хотелось в душ, тискать Аркашу, и смотреть глупые мультики на каналах, а потом спать и проснуться в декабре, числа эдак 25. В принципе, как я переступила порог, так и поступила: ледяной душ, перекур, покормить и потискать Аркашу под мультики, перекур и спать. Только жаль, что я проснусь не 25 декабря, а во вторник 5 сентября. А так не хочется.