Прощай, город ветров!

Проснувшись, я увидел, что комнату наполняет теплый желтоватый свет, исходящий от настольной лампы. Я посмотрел в сторону письменного стола и увидел сидящего за ним ДжейБи. — Что ты делаешь? — спросил я, зевая. — Ты уже проснулся? — друг посмотрел на меня через плечо. — Вот, что, — он приподнял учебник так, чтобы я смог его увидеть. Прищурив один глаз, я глянул на часы — 4:23. — В четыре утра? Делать нечего? — привстав на локтях, спросил я у друга. — Нужно же когда-то начинать, — отозвался тот. — Ну, что? — Что «что»? — переспросил я. — Ты надрал задницу старику? — не отрываясь от учебника, спросил Джебом. — Нет, ибо мне ничего не снилось, — с грустью сообщил я. — Правда? — ДжейБи развернулся ко мне на кресле и уставился на меня. — Совсем ничего? — Совсем. Но оно и к лучшему. Я, хотя бы, выспался! — И то правда, — сказал ДжейБи, вчитываясь в текст. Я вновь зевнул и встал с кровати, попутно укутываясь в одеяло. Подойдя к другу, я также начал вчитываться в печатный текст на страницах. — Это прошедшее время? — спросил я. — Ага, решил с него начать, — ответил ДжейБи, водя указательным пальцем по выделенным строчкам. — Ясно, — я присел на край кровати. — Ты уже ел? — Нет, я только умылся. Ты есть хочешь? — Да, пойду, что-нибудь приготовлю. Ты что будешь? — спросил я, скидывая с себя одеяло и направляясь на выход. — Как обычно, — друг махнул рукой, не поворачиваясь ко мне. — Как скажешь, — я вышел из комнаты и тут же вернулся. Взяв чистую одежду из шкафа, я направился в ванную. Быстро приведя себя в порядок и переодевшись, я вышел оттуда и захлопнул за собой дверь. На кухне сквозь занавески пробивались лучи утреннего солнца. Я вышел на балкон и потянулся, улыбаясь, как самый счастливый в мире ребенок. Я открыл окно и выглянул в него. Чистое небо озаряло недавно проснувшееся летнее солнце, свет которого озарял все вокруг. На улице было так мирно и спокойно, что мне захотелось остаться там подольше. Я просто стоял, облокотившись на оконную раму, и улыбался. Прикрыв глаза, я наслаждался теплом, которое оставляло солнце на моем лице. На улице практически никого не было. Я увидел всего четырех человек: старый мужчина, который ехал на велосипеде, продавец круглосуточной закусочной, который курил возле столба, и еще пару молодых девушек, которые ели рамен, сидя за столиком у той же самой забегаловки. Вскоре я вернулся на кухню и открыл холодильник. Я не стал затруднять себя выбором завтрака, поэтому решил позавтракать тем же, чем и Джебом — яичницей глазуньей с беконом. Достав четыре яйца и сырой бекон, я принялся за готовку. Затем, когда все почти было готово, я сварил кофе и отправился обратно в спальню. — Пойдем завтракать, — приоткрыв дверь, обратился я к другу. — Иду, — кратко ответил тот и встал с кресла. По всей квартире витал приятный запах кофе и жаренной свинины, из-за которого у нас обоих заурчали желудки: — О, еда-а-а, — втягивая в нос запах, улыбнулся Джебом. Зайдя на кухню, я быстро поставил на стол тарелки и чашки. Усевшись за стол, мы пожелали друг другу приятного аппетита и принялись быстро поглощать завтрак. Почти доев, я поинтересовался: — А тебе многое нужно повторить? — Да не особо. Я с прошедшим временем только путаюсь, а так все прекрасно помню. — А с глаголами у тебя как? — А что с ними? — Ну, с основами? — А… там все в порядке, — сказал друг, выпив весь кофе из чашки залпом. — Тогда давай ты мне с ними поможешь, а я тебе с прошедшим временем. Так быстрее выучим и сможем пойти прогуляться, — сказал я, сделав глоток. — Окей, — Джебом встал из-за стола и пошел мыть посуду, которую собрал со стола. Я же направился в комнату и лег на кровать в ожидании друга. Тот пришел спустя пять минут: — Ну, что? Сейчас будет учить или позже? — Давай сейчас, — я сел на край кровати. — Хорошо, — Джебом схватил учебники и плюхнулся рядом. — Ты первый объясняешь, — просматривая оглавление, говорил я. — Что тебе конкретно не понятно? — спросил друг. — Окончания. Я не пойму, когда ставят «чи», а когда «джи». Или где отбрасывать «та» и «да». — Ясно, — друг взял из моих рук учебник, который был открыт на нужной странице, и начал разъяснять, что к чему. — Смотри: первая основа образуется отбрасыванием окончания «та/да». Например, у глагола «мокта» первая основа будет (мок), у глагола «када» первая основа будет «ка». Третья основа также образуется очень просто — заменой окончания «та»/да» на — «чи/джи». Например, «мокта» — «мокчи», «када» — «каджи». Он объяснил еще несколько моментов, и через полчаса до меня, наконец-то, дошло: — Теперь понял? — спросил друг, с явно раздраженным выражением лица. — Ага, — улыбнулся я. — Теперь прошедшее. — Да, — друг лег на диван и закрыл глаза. — Так, — пролистав несколько страниц, я нашел нужный раздел. — Начнем с предложения типа «Я читал книгу». Прошедшее время в корейском языке образуется от второй основы глагола. К ней следует добавить подслог «сс», за которым идет окончание стиля вежливости. — Мне вот интересно, как ты, не до конца разобравшись в глаголах, понял, что к чему во временах? — прищурив глаза, спросил ДжейБи. — Это магия, — сделав незамысловатый жест рукой, прошептал я. ДжейБи изобразил фейспалм, и мы продолжили. К восьми часам мы полностью повторили то, что забыли, и выучили то, чего не знали. — Доброе утро, — в комнату зашел отец. — Доброе, — ответили мы. — Вы чего так рано вскочили? — удивленно смотря на нас, просил папа. — Мы же вчера очень рано легли. — А, точно. Ладно, занимайтесь тогда, а я уже побежал на работу, — сказал отец, поправляя галстук. — Разве, сегодня не выходной? — приподняв бровь, спросил Джебом. — Ну, вообще-то да, но работы очень много, так что теперь работаем и по субботам. Мы сейчас работаем над новым огромным проектом. Сдать его нужно уже через месяц, а там и половины не готово, — отец тяжело выдохнул. — Крепитесь, дядя Марк, — с жалостью сказал друг. — Удачи, пап. — Спасибо, — он взглянул на часы и сказал. — Все, мне пора бежать! До вечера! — Пока! — крикнули мы вслед. — А теперь что делать будем? — я глянул на друга. — Пойдем в тот магазин. Хочу посмотреть, что там есть, — после слов друг вскочил с кровати и открыл шкаф. — Я надеюсь, он не закрыт, — тяжело выдохнув, я подошел к тому же шкафу и стал одеваться. Быстро напялив на себя шмотки, мы так же быстро обулись и вышли из дому. На улице было замечательно: яркое солнце, легкий ветерок и вновь прекрасные ароматы из кофеен. Мы шли вверх по улице и рассматривали витрины. — Марк, — меня окликнул ДжейБи. — М? — А ты не скучаешь по нашему городу? — спросил он. — Пока еще нет. Думаю, должно пройти больше времени, — сказал я, глядя на его полное серьезности лицо. Оно было даже чересчур серьезным, поэтому я засмеялся. — Ты чего? — удивился он. — Да так, — улыбаясь, ответил я. — А ты? — Скучаю… — я перестал улыбаться и немного сдвинул брови. Я знаю, что он уже очень скучает по родителям и друзьям. Когда мы после школы пытались поступить в Нью-Йорк и завалили вступительные, мы отправились колесить по Америке. Это был наш с ним «год отрыва». Днем было очень весело нам обоим, а вот вечерами Джебом, начиная с конца первой недели, часто грустил. Но тогда вне дома мы пробыли всего два месяца, а здесь мы будем доучиваться в универе (а это 4 года) и, возможно, останемся жить. Так что, думаю, он еще раньше начал грустить в этот раз из-за понимания того, что он еще не скоро вернется в родные пенаты. — Слушай, а чего это твой брат не звонит? — с подозрением спросил друг. — Да он, наверное, там отрывается. Теперь вся квартира в его распоряжении. Устроил там второй «проект Х», сто пудов! Его в сети не было с того самого дня, как мы приехали. Папе он, конечно, наверняка, звонил или писал, но мне нет, — я почесал затылок. — Нужно будет сегодня еще глянуть. Может, это чудило, наконец-то, соизволит поговорить с братом. За разговорами я и не заметил, как мы чуть ли не прошли мимо нужного нам магазина: — Вон он, — я указал пальцем на входную дверь. — Выглядит… — ДжейБи замолчал и добавил спустя пару секунд, — миленько. Выглядело стремно. На местах, где облупилась краска, было видно сырое дерево черного цвета. Все было каким-то пожухшим и гнилым. Витрина была покрыта следами недавнего дождя так же, как и двери. У порога была небольшая лужица. Казалось, что только этот магазин солнце обходило стороной, поэтому он ни фигово так выделялся. Магазин находился между двумя яркими заведениями — модным кафе и магазином одежды. А этот прекрасный на самом деле магазинчик выглядел заброшенным. Я бы так и подумал, если бы стоял напротив него впервые. — Ну, пошли? — спросил я и одернул друга за рукав. — Да-да, идем, — быстро моргнув, как будто бы прогоняя мираж, сказал тот. Мы зашли внутрь: — А здесь лучше, чем снаружи, — прошептал Джебом, осматриваясь вокруг. — О, снова ты? — я обернулся на знакомый голос. Продавец стоял у полок с виниловыми пластинками, вновь с книгой в руках. На этот раз это была книга в мягкой обложке лимонного цвета, от которого щипало глаза. — Да, — улыбнулся я. — А это… твой брат? — продавец окинул оценивающим взглядом Джебома. — Я его друг, — отозвался ДжейБи. — М-м-м, ясно, — кратко сказал аджоси и принялся читать дальше. — Какой приветливый мужик, — съехидничал друг. — Да, ладно тебе. На самом деле, он нормальный мужик! Просто вначале кажется слишком безразличным, — шепотом сказал я. Мы стали бродить по магазинчику в поисках чего-то особенного. Я вначале поплелся к грампластинкам, а ДжейБи стоял у большого шкафа, который, как будто бы, вытащили из фильма «Хроники Нарнии». Этого шкафа я раньше здесь не видел, поэтому спросил о нем у Тэхёна. — А, этот шкаф сюда притащил знакомый моей соседки. Продал мне его за тысячу вон, — аджоси подпирал спиной полки и листал страницы. — Тысячу вон? Всего-то? — удивился я. — Видимо, это твой любимый вопрос, да? — задал риторический вопрос мужчина. — Да, всего тысячу вон. Понятия не имею, что с ним не так. — С кем? — Сам не знаю. Либо с тем мужиком, либо со шкафом, — ответил Тэхён, подняв на меня полный безразличия взгляд. — Может, он проклят? — в разговор встрял Джебом. Продавец передернул плечами и посмотрел на ДжейБи, как на умалишенного, ничего не ответив на его реплику. ДжейБи скорчил рожицу и открыл дверцу шкафа, из которого выпало пальто и упало на друга. Джебом от неожиданности начал визжать, как сучка, и размахивать руками. Продавец быстро кинул взгляд на эту картину и вновь вернулся к чтению, скривив губы в ухмылке. — Аккуратнее, там вещи могут выпасть, — оповестил друга аджоси. — Ох, спасибо за предупреждение, кэп, — раздраженно ответил друг. — Блин, — он пытался засунуть выпавшее пальто обратно, но оно постоянно падало обратно в руки ДжейБи. Когда же ему все-таки удалось кое-как повесить это пальто, он победно улыбнулся и подошел к продавцу: — А что вы читаете? — Книгу. — М-м-м… — промычал друг. — А какую? — Интересную. — А про что? — О парне, который совал нос в чужие дела. — И что с ним приключилось в рассказе? — заинтересованно спросил друг. — Я расскажу тебе последнюю историю о нем. Он пришел в один маленький магазинчик и занялся привычным делом — сованием своего носа в чужие дела. А в самом конце продавец этого самого магазина беспощадно убивает парня, — продавец поднял взгляд на ДжейБи. — Вам когда-нибудь говорили, что у Вас холодные и бездушные глаза убийцы? — спросил друг, прищурив глаза. — Постоянно, — сказал продавец, «мило» улыбнувшись. ДжейБи округлил глаза и попятился ко мне, а я в это время тихо смеялся. — Может, пойдем отсюда? — спросил шепотом друг. — Сэр, да вы сыкло, — ухмыльнулся я. — Давай, что-нибудь клевое найдем. — Ладно, только один я ходить тут не буду! — все еще шепотом говорил друг. — Этот аджоси злостный какой-то. Походив немного по магазинчику, мы наткнулись на прикроватные тумбочки: — О, смотри, какие классные! Резные, — сказал друг, открывая одну из тубмочек и осматривая ту изнутри. — Да, и правда, клеевые. Я похожие у Джо видел. — А, точно! Это же его мама коллекционировала всякую антикварную мебель и вазы? — Да. — Да… у них же весь дом в вазах. Мне кажется, в магазине ваз нет столько ваз, сколько есть у них в доме, — с уверенностью в голосе говорил друг. — Это точно, — я улыбнулся, вспомнив то обилие декоративных ваз, которое успела купить мама Джо. — Купим их? — А, давай! — я махнул рукой и улыбнулся, смотря на радостного ДжейБи. — Как ребенок, честное слово… Аджоси? — Что? — Вы где? — Я за прилавком. Мы подошли к нему и сказали, что покупаем эти тумбочки, которые почти ничего не стоили. Аджоси, глядя на меня, сказал, что я какой-то немощный и, вряд ли, смогу дотащить тумбу до дома. Поэтому он предложил нам воспользоваться помощью его племянника. Мы согласились. Тэхён сделал звонок, и уже через десять минут возле прилавка стоял молодой парень. На лицо был довольнотаки симпатичным. У него было овальное лицо и пухлые щечки, темные глаза и челка, прикрывающая его лоб. Одет был просто: темные зауженные джинсы, тельняшка с длинными рукавами и лоферы синего цвета. — Дядя, чего звал? — спросил парень, окинув нас взглядом. — Тумбы нужно помочь перетащить, — ответил аджоси, не отрываясь от книги. «Блин, он даже на родственников не смотрит!» — Куда? — удивленно спросил парень. — Вот у них спроси, — кивая в нашу с ДжейБи сторону, ответил тот. — Я Ёнджэ, — представился парень и лучезарно улыбнулся. — Я Марк, — я протянул руку парню и тот пожал ее. ДжейБи тупил и поэтому я представил его, — А это ДжейБи. — Приятно познакомиться, — не убирая улыбки, сказал тот. — И нам, — я улыбнулся в ответ и пнул Джебома. — Ага, и мне… да… — запинаясь, говорил ДжейБи, смотря куда-то в никуда. — Так, куда тащить их? — повторился парень. — К нам домой. Тут 15 минут… короче и. — Джебом запинался, почесывая затылок. «Что это с ним?» Я непонимающе глянул на него и закончил предложение вместо него: — До нашего дома идти 15 минут, вниз по улице, — я косился на друга. — Ага, недалеко, — ДжейБи как-то странно улыбнулся. — Хорошо, — парень звонко засмеялся, смотря на то, как нелепо ведет себя мой друг. Его смех был таким заливистым и заразительным, что я сам непроизвольно засмеялся. Даже аджоси, кажется, улыбнулся, а ДжейБи только порозовел и сказал: — Ну, пошли уже, — и быстро двинул к тумбам. Джебом довольно-таки сильный парень, так что он взял на себя целую тумбу, а мы с Ёнджэ несли вторую вместе. — Пока, аджоси, — сказал друг и пулей вылетел из магазина. — Смотри, не упади, детина, — махнул рукой продавец тому в след. — Пока, аджоси-и-и, — протянул я, и мы, вместе с Ёнджэ, вышли вслед за ДжейБи. Джебом шел от нас на расстоянии метров пятнадцати, и причем, с каждой минутой расстояние все увеличивалось и увеличивалось. Этот парень вел себя ужасно странно: — Чего это он так быстро улепетывет от нас? — спросил новоиспеченный знакомый. — Понятия не имею, — я смотрел на отдаляющегося друга, приподнимая бровь. Мы добрались до дома очень быстро. Стоя у подъезда, мы с Ёнджэ перекинулись парой дежурных фраз, и я предложил ему выпить с нами, но парень вежливо отказался. Он помог донести тумбу до квартиры и, быстро попрощавшись, ушел. Джебома в квартире я нашел не сразу. Он оказался на балконе. Сидел на кушетке в позе лотоса и бубнил себе что-то под нос. — Джебом, — обратился я к другу. Но тот не обращал на меня ни малейшего внимания. Поэтому я одернул его за плечо: — Джебом, аллё! — А? Что? — он тряхнул головой и уставился на меня. — Чего тебе? — Как мило, блин, — я сложил руки на груди и скривил губы. — Я тут переживаю, а он «чего тебе?», — передразнив друга, сказал я. — А чего ты переживаешь то? — в глазах мелькал страх, паника и интерес. Он прекрасно понимал, о чем я хочу спросить — почему он так себя ведет — но он не был уверен в том, знаю ли я уже причину или нет. Причины я, к сожалению, не знал, и поэтому его неспокойные глаза все больше будили во мне интерес. — Ну, ты так вылетел из магазина и быстро убежал домой… — И что? Мне просто хотелось побыстрее перестать видеть лицо того аджоси, — он помахал ладонью у себя перед лицом. — Но ты начал себя вести странно после того, как появился Ёнджэ и … — Ой, не придумывай ты себе там, окей? — отмахнулся Джебом и пошел на кухню. — Да я просто хотел спросить, поч… — Потому, — залпом осушив стакан с водой, Джебом пошел в ванную. — Я все равно узнаю! — крикнул я, когда дверь в ванную захлопнулась. Я прекрасно знал, что нужно просто подождать, и он сам все расскажет. Джебом такой человек: вначале он отнекивается и говорит, что никогда не расскажет, но позже сам приходит и выкладывает все на блюдечке. Джебом сидел в ванной и не выходил оттуда до трех дня. Я начал переживать и поэтому постучал в дверь: — ДжейБи, выходи! Давай, поедим, — я стучал и звал его, но тот не откликался. — Джебом. Если ты не откроешь дверь, я выбью ее к чертовой матери! — Иди в жопу! — крикнул друг. — Да что случилось? Этот парень тебе что-то сделал? Молчание друга меня убивало. — Он на твою бывшую похож, или что? — Да отвали ты! — Джебо-о-ом! — протянул я. — Ну, выходи! Я куплю твои любимые пончики. — С вишней? — спросил друг. — Да. — Я выйду, но пообещай, что больше не будешь ничего спрашивать, либо я тебя покалечу. Усек? — Да, да! Выходи уже! — я дернул ручку двери и чуть ли не впечатался в холодильник, так как друг резко открыл дверь. Он засмеялся и пошел в гостиную. Усевшись на диван, он врубил телек и крикнул: — Вали за пончиками и без них не возвращайся, холоп! — Ладно, блин. Обувшись, я вышел на улицу и приметил, что в трех шагах от меня находится кондитерский магазин, который я не замечал ранее: — Чудесно! Купив пончиков, я живо поднялся домой, вручил их ДжейБи и сел рядом на диван. Он смотрел какую-то дораму и, по-прежнему, молчал. Вскоре пришел отец и присоединился к нам. Телек мы смотрели до самой ночи, только изредка поднимая свои задницы, чтобы поудобнее усесться или сходить на кухню за едой. — Парни, я спать, — отец зевнул и ушел к себе, когда на часах уже было час ночи. Мы что-то невнятно сказали в ответ и через пять минут вырубились. *** Следующий день на события не был богат. Мы провели его так же, как и вечер предыдущего дня: лежали на диване и ели. Только к восьми вечера мы решили быстро повторить выученный материал, ибо завтра вступительный. Джебом, как и я, впрочем, делал вид, что что-то зубрит, хотя, на самом деле, витал в облаках. Я же все время смотрел на него и пытался понять, о чем он там думает. Время шло, а он все не рассказывал, что послужило причиной его странного поведения вчера. — Им Джебом, — позвал я его, прищурив глаза. — Что? — друг немного напрягся и посмотрел на меня. — Ничего не хочешь сказать? — спросил я. — Н-нет, — заикаясь, ответил он и быстро вышел из комнаты. — Да какого хрена с ним творится? — я скривил рожу, полную непонимания и одновременно бешенства. Весь оставшийся вечер Джебом меня избегал, а за ужином тупо смотрел к себе в тарелку и пулял по ней горошек. Спать мы легли пораньше, чтобы, как следует, выспаться. Но уснуть я все равно не мог, поэтому я пялился в потолок и пытался понять, что происходило у Джебома в голове! Первый раз видел, чтобы он себя так вел. Обычно, он ведет себя с незнакомцами, как самый самоуверенный парень, вот как при знакомстве с Югёмом, БэмБэмом и Джуниором. Он же сразу нашел с ними общий язык, и через пять минут они веселились вместе, как старые друзья. А тут стесняшку включил. Немного покрутившись в кровати, я встал и пошел в гостиную, где спал Джебом. Выйдя из комнаты, я слышал, как он шурудит одеялом. — Тоже не спишь, да? — шепотом спросил я, но ответа не получил. Я лег рядом с ним и спросил: — Почему не говоришь со мной? — Тебе показалось, — прогундосил друг. — Да неужели? — Именно! — ДжейБи… — Что? — Что такое? — Я и сам не знаю… — он повернулся ко мне лицом. — Просто все как-то странно. — В каком смысле «странно»? — Все, Марки, странно. Все… — Все? — удивленно спросил я. — Да. Больше мы не говорили. Просто мирно уснули. На этот раз мне снова ничего не снилось, и я был просто счастлив только от одной мысли об этом.

***

Утром нас разбудил отец и сказал, что в универе нужно быть уже в девять и что там нас встретит преподаватель. Мы быстро умылись и оделись, немного перекусили и отправились на метро к нашему универу. Дорога заняла 20 минут. И все это время Джебом молчал. Любые попытки начать разговор он отклонял. На последней станции я с этим смирился и просто залипал в телефон. Выйдя из метро, мы увидели через дорогу наш университет. — Ничего себе, какой огромный! — наконец-таки подал голос друг. — И не говори! По сравнению с Чикагским, он просто гигантский! Перейдя через дорогу и преодолев большое количество ступеней, мы оказались возле главного корпуса. Вдалеке я разглядел фигуру и, подойдя ближе, я увидел, что это был мужчина лет 50. Он был одет в строгий черный костюм и персиковую рубашку. Он помахал нам рукой. — Здравствуйте, — мы поздоровались и поклонились. — Здравствуйте! Я так понимаю, это вы сегодня сдаете экзамен, молодые люди? — спросил мужчина, поправляя очки на переносице. — Да, мы, — ответил ДжейБи. — Тогда идите за мной. Он провел нас в аудиторию и раздал тестовые задания: — На все у вас есть два часа и ни минутой больше. Как закончите, положите работы на край моего стола, — он указал на стол и подошел к нему. — Если у вас закончится ручка, то молча подойдите и возьмите ее из этой подставки. Если нужно выйти, вначале следует спросить. По окончанию вашей работы я сразу же проверю ваши работы и скажу результаты. Проверка займет не более 10 минут. Вопросы есть? — мужчина сел за стол и посмотрел на нас. Мы отрицательно покачали головами. — Тогда начали, — сказал мужчина и засек время. Тест был довольно-таки легким, поэтому мы справились за 45 минут. — Уже все? — удивленно спросил мужчина, когда мы сдали работы. — Да. — Вы проверили? — Дважды, — сказал Джебом. — Хорошо. Подождите в коридоре. Я вас позову. Мужчина принялся сверять ответы, а мы в это время ждали в коридоре, рассматривая стенды с фотографиями лучших учеников. На всех фото все студенты были с серьезными лицами. Все, кроме одного. Всего один парень со светящимися от радости глазами улыбался во весь рот. Он был очень красивым! У этого парня были прекрасные черты лица и волосы черного цвета, а глаза его так и притягивали! У него были пухлые губы и широкий нос. А в ушах его находились серьги. От рассматривания его лица было трудно оторваться. Одежда его не отличалась от той, что была надета на других студентах: черный костюм, черные туфли, белая рубашка, галстук-бабочка. Прям, как на выпускной! Пока я рассматривал красивого незнакомца, в коридор вышел преподаватель: — Поздравляю, вы прошли! — преподаватель улыбнулся нам. — У вас у обоих по 95 баллов. Это о-о-очень хороший результат. Не все коренные корейцы так сдают! Так что ждем вас завтра на занятиях! — Спасибо большое! До свидания! — сказали мы, сделав поклон. — До свидания, молодые люди! — преподаватель улыбнулся и зашел обратно в аудиторию. Мы выбежали из универа и просто визжали от радости! — Нужно отметить! Пойдем в бар? — Джебом положил свою руку мне на плечо и посмотрел на меня горящими глазами. — Сейчас только десять часов утра! Какой бар? — удивленно спросил я. — Вот тот, например, — Джебом указал на огромную светящуюся вывеску «Доски». — Ну и название… Зайдя в бар, мы обнаружили там целых три человека, считая бармена. Сев за барную стойку, мы заказали несколько шотов и начали их опрокидывать. Когда Джебом уже был изрядно пьян, я решил, что ВОТ ОНО! Идеальное время для расспроса. — Джебом… — я уж было начал задавать вопрос, как тут он меня перебил. — Марки, прости, что ничего не рассказывал. Просто это все так сложно… — икнув, он вновь выпил очередной шот и закусил лимонной долькой. — Я понимаю… — «Нет, я не понимаю!» — Тогда в магазине меня переклинило. Со мной такое впервые, на самом деле, — начал Джебом. — Вот он зашел туда, и все! И накрыло меня. — Из-за Ёнджэ? — уточнял я, жуя апельсин. — Да, из-за него. Того самого… это, ик, Ёнджэ-э, — друг поставил локти на стойку и положил между ними голову. — А в каком смысле «переклинило»? — я все еще не понимал. — Марки, ты иногда такой тупой, — глупо хихикая, говорил друг.  — Почему это? — Ну, тут же все ясно! — в разговор вмешался бармен. — Серьезно? — я уставился на него пьяным взглядом. — Он ему нравится! — сказал бармен, поставив перед нами еще несколько рюмок со жгучим напитком непонятного цвета. — Кто он? — спросил я. — «Он»? — переспросил друг. — Ну, который нравится, — уточнил я. — Чего? — Ну, о ком он там? — указывая пальцем на бармена, спросил я. — Он мне не нравится! — сказал ДжейБи. — Кто? — спросил бармен. — Ты, — указывая на него, оповестил нас друг. — Да не я, а тот парень! — Тут еще кто-то был? — я оглянулся по сторонам. Я уже конкретно запутался! Мы были в хламину. — Ребята, кажись, вам хватит! — бармен убрал рюмки и похлопал нас по плечам. — Э-э-э, — свистнул Джебом. — Гарсон! Налейте еще! — Не налью, — ответил бармен, протирая стаканы. — Почему нет? Налей! — рявкнул Джебом. — ДжейБи, тебе уже хватит! — я уцепился за его руку. — Так, а ну лег и потерялся! — Джебом выдернул свою руку из моей слишком резко, поэтому, не успев сориентироваться, я пошатнулся и грохнулся со стула. — Айгу… — бармен вышел из-за стойки и перетащил нас с ДжейБи на диван, стоящий у стены. — Джебом, — обратился я к другу. — Чего тебе, пьянь? — манерно спросил тот. — Так, кто кому нравится? Я не понял… — Мне он нравится. — Кто? — Ёнджэ. — Ёнджэ? — переспросил я. — Да. — Как так вышло? — я положил голову на быльце и прикрыл глаза. — Не знаю… Может, это любовь с первого взгляда? — Как ты это понял? Ну, что это любовь, — спросил я. — Просто понял, и все. Увидел его и понял. — Так просто? — удивился я. — А что в нем тебе нравится? — я все задавал вопросы, а сам был уже на гране отруба. — Лицо, голос и смех… — друг немного помолчал и продолжил. — Слышал, как он заливисто смеется? Так здорово… А эти щечки! Так и хочется потягать за них, а потом просто затискать его до смерти! Он такой милый. — Им Джебом, что за розовые сопли ты тут развел? — я ухмыльнулся. Первый раз от него такое слышу. Он меня удивлял с каждым днем все больше! Он то и про девушек своих такого не говорил, а тут про парня, которого видел раз в жизни и то, мельком. — Да хер его знает. А знаешь, что было бы угарно? — ДжейБи пнул меня по ноге и начал смеяться. — Что? — улыбаясь, спросил я. — Помнишь гадалку? — Помню. И? — Мне ведь встречу с любовью всей моей жизни нагадали. Вдруг это он? — Может быть, — пораскинув мыслями, ответил я. — И что делать будешь? — Найду его. — А потом? — А потом… — парень задумался на пару мгновений и выдал. — Это уже не для твоих детских ушей, Марки. — Чего? Почему это? — я заржал во весь голос. — Того, — друг тоже засмеялся. — Хён, ты чего такой противный! Скажи! — требовал я, все еще смеясь. — Не дождешься, — захихикал Джебом, а когда прекратил, добавил. — Если это он, то я не против. Ну, чтобы он моей «любовью всей жизни» был. — Это здорово, — ответил я и провалился в сон.