Это мафия, смекаешь?

Новый день выдался пасмурным. С неба моросил мелкий дождик, и, по правде говоря, в головах всех школьников жила лишь одна мысль: как хорошо бы сегодня остаться дома, а не зубрить уроки в стенах средней Намимори. Однако был один человек, ни за что не пожелавший остаться дома, хотя его-то оттуда никто не выкуривал. В дождь, в град и в снегопад — всегда, в любую погоду Хибари Кёя приходил в школу. До начала занятий ещё оставалось около получаса, и Хибари-сан пошёл в кабинет, принадлежащий Дисциплинарному Комитету. С лёгким скрипом открывшаяся дверь, звук шмякнувшейся на стул сумки, привычные запахи дерева и бумаги, серые капли дождя, бегущие по обратной стороне оконного стекла, и труп мухи, наблюдающий остекленевшими, мутными глазами за этими каплями, — всё выглядело как обычно, но ГДК всё равно почуял неладное: хищника просто так не обмануть. Кёя несколько раз прошёлся туда-сюда по классу. «Странно, — он уже в десятый раз обвёл кабинет взглядом. — Почему у меня ощущение, будто тут кто-то был в моё отсутствие?». Хибари постарался успокоиться, сел за стол, пролистал лежащую там тетрадь, но неприятное ощущение не уходило. «Прекрати себя дурить», — мысленно приказал себе ГДК, пытаясь сосредоточиться на чтении. Взгляд скользил по аккуратно расчерченным графам, заполненными цифрами. Тот, кто случайно обнаружил бы сей журнал, никогда не подумал бы, что там прописаны суммы, собранные ДК со всех дельцов Намимори. Не закрывая журнала, Кёя открыл нижний отсек шкафа, привычным движением руки приподнял фальшивое дно, извлёк оттуда деньги и принялся пересчитывать. Купюры мелькали в его ловких пальцах бумажным ураганом. Вдруг денежный торнадо резко прекратился. «Обсчитался?» — удивился Хибари, и снова повторились всё те же операции, и вновь тот же результат. Одной пачки не было. На следующей перемене Хибари ходил по коридорам настолько мрачным, что вокруг него в радиусе пяти метров не было ни одного живого существа. Даже бактерии — и те целыми колониями спасались от разозлённого ГДК. Тем временем Капитан Савада отправился в Кокуе за злополучным телефоном, разумеется, пройдя при этом мимо школы. И в самом деле, зачем идти прямо в пасть такому чудовищу, как ГДК? Однако без блюстителей порядка не обошлось. Проход Саваде вдруг загородили два огромных воздушных шара — обстоятельство, само по себе ничего не значащее, но вот беда: эти два «шара» обтягивала блузка, и вообще-то перед Тсуной стояла Адельхейд. — Савада, ты почему не в школе? — нахмурилась Сузуки. — Эй, Савада! Сава-а-да… — Бог ты мой, — произнёс наконец Тсунаёши, — а я-то думал, все школьницы плоские как доски на палубе. — Что?! — перо железного веера оказалось в опасной близости от шеи юноши. — Нет-нет, ничего! Так, решительные пустяки. Веер от горла, однако, никуда не убрался. — Ты ещё не ответил на мой первый вопрос. — Я искал встречи с тобой. Не хотел, чтоб нас кто-то услышал. — Зачем, интересно? — Ты мне безумно нравишься. Я бы хотел сделать тебя дамой сердца, и, видишь ли, это вовсе не спонтанное желание. Я уже давно поглядываю на твои восхитительны… на тебя, да. Один твой внешний вид меня вдохновляет, и я хотел бы с тобой прогуляться и всё обсудить, смекаешь? Веер вонзился в голову Саваде. — Ты что, больной?! ― гневно вскричала Сузуки и пнула Тсуну. Тот благополучно отлетел в сторону, что, впрочем, было ему лишь на руку. ― Прощай, любовь моя! ― с этим криком Савада унёсся вдаль. Тем временем Мукуро увлечённо пинал балду в Кокуе. От сего интереснейшего занятия его отвлёк ввалившийся через разбитое окно Тсуна. Босс мафии комочком перекатился по полу и развернулся в нормальное состояние, аки ёж. Иллюзионист имел репутацию персоны до безобразия невозмутимой, а потому своё крайнее удивление показал лишь фигурным приподниманием брови на 20 градусов. — Оя, и каким ветром тебя занесло? — Предположительно зюйд-вестом, но я не уверен на сто процентов, — Тсуноджек отряхнул одну штанину. — У меня к тебе важное дело. Настолько важное, что даже мой компас… — Ты пришёл за своим мобильником? — в руке Рокудо блеснул голубоватый корпус телефона. — Именно за ним. — А что я получу взамен? Джек на секунду задумался. Вдруг дверь с грохотом открылась, приняв на себя удар изящной, но сильной ножки Адельхейд. — Хмм, я могу сдать тебе свою барышню в пользование на час, — Тсуна кивнул головой в сторону Адель. — Савада, у тебя все дома?! — возмутилась девушка. — Нет, не все: Тсунаёши временно отсутствует, — Джек слегка постучал себя кулаком по голове. — Вернётся после экзаменов. Мукуро кинул мобильник Тсуне. — Сгинь с глаз моих долой и больше не появляйся. За тобой дисциплинарные крысы таскаются, как блохи за уличной псиной. Надоело, — фыркнув, Рокудо перевёл взгляд на Сузуки. Его губы расплылись в хищной улыбке, а трезубец охватило пламя. — А с вами, барышня, мы поговорим отдельно. С какой стати вы пинаете мою любимую дверь? «Барышня» на дискуссию оказалась не настроена, поэтому спустя пару минут Мукуро и Адельхейд уже дрались, в то время как Тсуна, свято верный главному правилу пиратов, благополучно слинял через ту самую дверь, столь любимую Рокудо.