Та самая страшная тайна...

Послышался стук копыт и звон доспехов. Нея тяжело вздохнула, кинув короткий, наполненный волнением, но вместе с ним и решительностью, взгляд на подступающую кромку леса. Отряд Артура уже приближался к ней, нужно было успеть подготовиться. «Ну что ж, уже поздно отступать!» — подумала девушка. Она не спеша достала меч из ножен и, словно прощаясь с верным товарищем, отбросила его в сторону на пожелтевшую траву. Для воина оказаться безоружным, то же, что и абсолютно обнаженным. Она неуютно поежилась, представляя, что будет, если лучник Артура вдруг захочет приласкать ее стрелой. А лучники нынче пошли такие подозрительные… Да, это был риск. И это был риск, на который ей было решиться трудней, чем на само предательство. Что будет, как они поступят?.. Нея, сжав кулаки и поборов в себе приступ страха, обернулась спиной к северу, откуда слышались крики. Стреляют? Пусть стреляют, ей нечего терять. Она с кривой ухмылкой на губах зажмурилась. А потом подняла руки… Послышались удивленные крики, шум все нарастал, подбирался все ближе. Вдруг, среди гама, состоящего из звона доспехов, покрикиваний всадников и возбужденного ржания разгоряченных коней, Нея услышала смутно знакомый голос. Ее глаза, наполненные блеском разбившихся надежд, широко распахнулись. Девушка уже хотела кинуться к так глупо брошенному мечу, но кто-то, абсолютно ее не жалея, ударил коленом в металлическом наколеннике по печени, повалив ее на землю. Только девушка очнулась от острой боли и попыталась встать, как чей-то носок врезался ей в ребра. Девушку не жалели и после. Враг, никем иным он не мог являться для нее, безжалостно схватил ее за длинные волосы, несколько раз намотав их себе на руку. Рывком дернув за волосы он поднял несчастную Нею на колени. После испытанных мучений девушка не издала ни стона, ни всхлипа. Ее гордость не позволяла ей опуститься до банальной мольбе о пощаде. Даже показать свои слезы врагу она считала низким. Нея, стиснув зубы, со злобой вскинула голову, чтобы рассмотреть лицо своего мучителя. Ее волновал лишь один вопрос. «Кто же так меня тепло поприветствовал? Свои же или псы Артура?» Напротив нее, присев на корточки, был Эвин, брови его удивленно были приподняты, но губах играла ухмылка. Он держал Нею за волосы, в то время кто-то быстро заломил ей руки за спину и стянул кисти веревкой. Нея, криво ухмыльнувшись, опустила голову. «Вот уж удача. Попасться в руки именно этому отморозку! Он меня и до Морганы не довезет, добьет пытками по пути!» — разочарованно подумала она. Страха не было, хоть Нею схватил самый жестокий прихвостень Морганы, но тем не менее. Она никогда не боялась за себя, не боялась поступать так, как хотела, не боялась идти против всех. И смерти не боялась. — Нея, я долго подозревал, что ты не чиста сердцем! Но не думал, что ты опустишься до столь низкого предательства, — усмехнулся он очень уж кровожадно. За предательство в их войске не щадили никого, а Эвину более всех нравилось наказывать. Как он думал, карал за справедливость. На самом деле уже давно считался садистом среди своих же. Парень приподнял ее за волосы, задрав голову и причиняя жуткую боль. Она скривилась, но даже в таком положении глядя на него сверху вниз, презрительно выплюнула в лицо: — Не у меня руки в крови сотен невинных людей, а перед Богами я чиста. Я боролась за справедливый мир. Эвина нисколько не оскорбила ее речь. Он приблизился к ней и прошептал на ухо, все больше задирая ее голову: — Мне очень не хочется тебя пугать, но до встречи с богами тебе еще далеко, а сейчас ты угодила не в те руки. Рыцарь наконец отпустил девушку, предварительно пнув на землю. Он поднялся, отряхивая руки, словно от грязи. К нему стремительно подошел один из солдат. — Отряд Короля скоро будет проходить мимо, что прикажете, сэр Эвин? — Эту грязную предательницу ко мне на коня. Уходим. Сейчас же. Когда малочисленный отряд скрылся за деревьями, а на поляне остался лишь рыцарь и его лошадь с привязанной девушкой, Эвин, оглянувшись по сторонам, что-то негромко прошептал и хлопнул в ладоши. Вся примятая трава начала постепенно выравниваться, не оставляя никаких следов прибывания тут солдат Морганы. Краем глаза Нея заметила, что в противоположной стороне от пути к замку ведьмы, появляется чуть-чуть заметная тропа, словно по ней недавно прошло несколько лошадей. Ложный путь. Эвин усмехнулся и сказал, то ли поясняя девушке, то ли просто разговаривая сам с собой: — Они никогда не найдут путь к башне Миледи. Он лихо заскочил на лошадь и послал ее трусцой вперед. Вдруг он нагнулся к девушке и сказал тихо: — Я никому не позволю причинить вред моей королеве.

***

Моргана восседала на своем троне, прикрыв глаза. Длинные пальцы иногда с силой сжимали деревянные ручки, а потом медленно отпускали. Эвин зашел в зал и упал на колено. В очередной раз, склоняя голову перед ведьмой. — Леди Моргана, я и мои солдаты схватили предательницу. Она собиралась привести отряд Артура к нашему замку. Я посадил ее в тюрьму, ожидая ваших дальнейших приказов. Так же доложу, что отряд Пендрагона повернул в другую сторону, следуя по ложному пути. Девушка долгие минуты не отвечала и даже не соизволила открыть глаза и посмотреть на своего рыцаря. Лишь спустя долгие мгновения она тихо, словно нехотя, выдавила: — Мне все равно, что будет с предательницей. Делай, что хочешь. Губы Эвина тронула довольная улыбка. Он поднял голову, смотря на свою госпожу. — Что нужно моего братцу? Я отдала ему его воинов, чего же он хочет еще?.. — Вдруг спросила Моргана. Рыцарь вздрогнул и потупил взор, ему не хотелось отвечать на этот вопрос. Ведьма медленно открыла глаза и грациозно поднялась со своего трона. Она подошла к рыцарю и повторила свой вопрос: — Я спрашиваю, чего он хочет. Эвин неохотно поднялся, избегая смотреть в глаза девушки, немного помявшись, и наконец процедил: — Король хочет забрать своего мага. Он хочет спасти его, миледи. В миг Моргана растеряла безразличность к происходящему. В ее глазах загорелся яростный огонь, тело, словно по нему прошелся разряд тока, вздрогнуло; девушка вся подобралась, словно хищник перед прыжком. Она схватила рыцаря за рубашку, притягивая к себе, и прошипела: — Как смеешь ты мне лгать?! — Я не лгу, миледи… — прошептал он, отвернувшись. — Ты врешь!!! Такого не может быть, так не бывает!!! Твои шпионы ошибаются! — Закричала она. Моргана отдернула руку и резко отвернулась от Эвина. Она тяжело дышала, руки ее била мелкая дрожь, а от всего ее тела исходила практически осязаемая, злая и дикая мощь, которая вселяла страх даже в многое повидавшего рыцаря-мага. — Миледи… — тихо позвал он. — Прочь. — Моргана!.. — Эвин дотронулся до плеча девушки. — Я сказала, пошел вон! — Крикнула она, резко обернувшись. Эвин отшатнулся. В глазах колдуньи полыхал алый огонь, черты лица заострились. Казалось, вот-вот, и она одним лишь взглядом превратит его в пепел. Он, не теряя времени, стремительно покинул зал, торопливо откланявшись. Моргана осталась одна. Она зажмурилась, закусила губу. А потом, кое-как дойдя до трона, оперлась рукой о его спинку и низко склонила голову. Ее плечи задрожали.