Остров

      Еще ни разу после попадания в Остров Тэмин не был за барьером, не считая работы за Стеной. Но то было на подконтрольных огороженных территориях, где каждый день ходили патрули, а редких зараженных можно было видеть только при проверках ловушек на дальних рубежах. Как не обмануться и не поддаться соблазнительной иллюзии безопасности, продолжая играть в имитацию жизни до?       Но сейчас, когда последние кордоны остались позади, с каждым метром, приближающим их к неизвестности, внутренности все сильнее скручивало от щекотавшего нервы волнения, сродни тому, что возникало перед кабинетом стоматолога.       Вместе с тем Тэмина наполняло дразнящее ощущение новизны. От нездорового предвкушения потряхивало, пьянящие пузырьки адреналина ударили в голову. Это было приятно, как глоток свежего воздуха в затхлой комнате. Кровь быстрее побежала по венам, отдаваясь пульсацией в висках. Всколыхнулись призрачные надежды, рождая зыбкое чувство полноты жизни. Стряхнув с себя пресный слой апатии и безразличия, вернулась уже подзабытая острота ощущений. Тэмин чувствовал, как солнечный свет слепит глаза и припекает кожу на предплечье через стекло, как дуновение ветра из открытого окна поднимает волоски на покрытой испариной коже... А сердце стучит так громко, что, кажется, его слышно всем пассажирам машины.       Тревога никуда не делась, но была не такой безнадежной, перманентно давящей на нервы, как последнее время. Она тонкой ниточкой висела в воздухе, нетерпеливо подрагивая, — предвестник перемен, какими бы они ни были. Лучше уж встретиться с угрозой лицом к лицу, нежели мучиться от беспросветного кошмара. Ощущение контроля над судьбой, пускай не настоящего. Волнующее и будоражащее кровь.       В попытке усмирить эмоции, лихорадочно сменяющие друг друга, он кинул взгляд за окно, плотнее прижимая к себе выданный ему на время похода автомат.       Джонхён вел машину медленно и осторожно, тщательно выбирая дорогу, но приятнее от этого поездка не становилась. Удивительно, на что способна природа, если ей не мешать. Несмотря на то, что дорога близ общины была расчищена и брошенные автомобили и прочий мусор, вроде поваленных деревьев, был оттащен на обочину, дорожное полотно испещряли огромные ямы и колдобины, асфальт местами растрескался и кое-где пробивалась трава.       Какое-то время по обе стороны простирался лес, но уже через пару километров он расступился, открывая вид на то, что когда-то было одним из пригородов Сеула.       Чем ближе подползали городские силуэты, тем больше рытвин и воронок становилось на дороге, изломанный военной техникой асфальт буквально уходил из-под колес. На обочинах все чаще попадались покореженные скелеты автомобилей и даже пара БМП.       Завороженный этим знакомым и одновременно чуждым внешним миром, Тэмин непроизвольно задержал дыхание. Поймав себя на этом, он постарался совладать с собой и исправить ситуацию, пока никто не заметил и превратно не истолковал, но машину подкинуло, и он будто со стороны услышал сорвавшийся против воли глубокий вздох, как если бы он вынырнул из-под толщи воды. — Не дрейфь, мелкий. Вернем тебя братику в целости, — расценив его сопение по-своему, усмехнулся Хичоль и мазнул по нему насмешливым взглядом через плечо. — Никому не позволим укусить за ягодичку.       — Не обращай на него внимания, Тэ. Этот участок относительно безопасен, — попробовал приободрить его Джонхён. — Мы подчищаем окрестности по мере сил и возможностей. Здесь изначально были разбиты военные базы, карантинные зоны и все такое. Много зараженных истребили еще в первые месяцы. Когда еще думали, что с заразой можно справиться. — Он выехал на обочину, огибая особо крупную воронку. — Иногда наплывают, конечно, косяки с севера, но мы стараемся поддерживать порядок и уводим их от границ. Просто будь начеку и держись поближе к нам.       — Зато рейдеры повадились хозяйничать, как у себя дома. — До того расслабленно развалившийся на переднем сидении, Хичоль вдруг приосанился. Беззаботные нотки пропали из его голоса. — Я бы булки не расслаблял. Вот уж зараза куда зубастее этой безмозглой нежити. Тащат все, что плохо лежит. Наших ребят губят почем зря.       Тэмин невольно выпрямился. Этот разговор как со дна стакана всколыхнул память о тех зверствах, что им с Кибомом пришлось пережить на месте своего последнего пристанища. Пальцы крепче стиснули приклад.       — Думаю, это временное явление. Им не по силам тягаться с нами. В экосистеме, как правило, может существовать только один сверххищник.       — Не находишь вытекающую из этого проблему? — усмехнулся Хичоль. — Знаю, Джинки не хочет наводить панику и все такое. И это правильно. Но община растет, запросы пухнут, а ресурсы почти на нуле. С каждым разом приходится забираться все дальше, на чужие территории, где действуют другие правила. Как бы и на нас самих не нашелся хищник покрупнее.       Тэмин почувствовал, как разгоревшийся было в сердце энтузиазм гаснет с каждым произнесенным словом, а на его место возвращается стыд за беспомощность.       В кино, играх и других продуктах эпохи у героев обычно есть план по спасению мира — лучик надежды, что ведет за собой заблудших героев. Но не было ни плана, ни противоядия. И они никакие не герои — такие же мародеры. Грабители, без благородной цели и надежд на будущее. Они существуют в мире, где план на следующий день — остаться в живых, если получится. И абсолютно непонятно, что делать, когда блага цивилизации закончатся. И все понимают всю шаткость положения, но так талантливо игнорируют, что сам не замечаешь, как проникаешься и начинаешь подыгрывать.       — Хватит языком чесать, подъезжаем уже, — оборвал его мрачные мысли Джонхён.       Тэмин кинул взгляд за окно, возвращаясь в реальный мир, каким бы паршивым он ни был.       Караван миновал изъеденные ржавчиной и поросшие вьюном остатки ограждения с покосившимися кричаще-яркими табличками “стоп”, "карантинная зона", “въезд запрещен”. Когда-то здесь была возведена баррикада и пост охраны с пулеметной позицией за ней. Вернее с тем, что от нее осталось. Насыпь местами обвалилась, а о том, что здесь было установлено вооружение, возвещали лишь стреляные гильзы вокруг.       Скинув обороты двигателя до минимума, чтобы не создавать шума, они практически на сцеплении проехали ещё несколько кварталов, и наконец их автопоезд плавно притормозил возле здания больницы.       Минхо выбрался первым, огляделся и махнул рукой остальным, показывая, что можно последовать его примеру. За ним и остальные покинули машины.       Не желая отставать, Тэмин вслед за товарищами от волнения немного неуклюже спрыгнул на дорогу.       Город.       Тэмин застыл на месте, завороженный его величественной и одновременно гнетущей атмосферой. Забыв об опасности, он остановился посреди открытого пространства и с замиранием сердца оглядывался по сторонам. Грудь сдавило от тоски и сожаления, от осознания всего масштаба катастрофы. И только теперь в полной мере пришло понимание, что привычный уклад утерян навсегда.       Нагоняли жути паутины пустых улиц, некогда наполненные шумом и суетой вечно спешащих людей; широкие проспекты, по которым больше не скользили нескончаемые потоки машин — их металлические скелеты теперь были обречены медленно догнивать свой век на зарастающих тротуарах. Сверху неотвратимо нависали исполины многоэтажек с темными провалами навсегда потухших окон, обнажая ту пропасть, что пролегла между окружавшей действительностью и тем миром, который существовал до нее. Миром, где можно было не заботиться каждую секунду о выживании, а позволить себе роскошь просто жить, творить, наслаждаться прожитыми мгновениями и строить планы на будущее. Та реальность теперь казалась ярким утопичным сном, хотя с момента катастрофы не прошло и двух лет.       Этот новый мир казался покинутым, но лишь на первый взгляд. Жизнь притаилась везде. Она цветами коммелины пробивалась сквозь щели тротуаров, ковром из клевера затягивала воронки от снарядов, к стенам и оградам пока ещё робко, только примериваясь, тянули усики поросли вьюна, а ворчание двигателей сменил неумолкаемый треск цикад. Природа быстро отвоевывала позиции, безжалостно стирая с лица земли следы пребывания человека. Тэмин где-то вычитал, что норма — это понятие большинства. Что ж, баланс изменился.       Джонхён похлопал его по плечу, привлекая внимание, и кивком головы указал направление.       Держась ближе к стенам, их стройная колонна двинулась к крыльцу главного входа. Минхо вел группу, на несколько шагов опережая остальных. Замыкающим шел Хичоль, периодически поглядывая назад и прикрывая их с тыла.       Под навесом Минхо притормозил и дал команду Хёкдже — последнему участнику похода — проверить помещение. Коварнее всего были вот такие узкие проходы, в соблазнительной прохладе теней которых всегда таилась скрытая угроза.       Тот вскинул автомат наизготовку и перешагнул рамку, когда-то бывшую стеклянной дверью.       — Все чисто, — отрапортовал он, вернувшись минуту спустя.       Минхо развернулся к остальным участникам для последних распоряжений.       — Я пойду первым. Тэён за мной, Хёк прикрывает тыл. Идёте за мной шаг в шаг. По дороге не болтать. Остальные, — указал он на их троицу, — вы караулите снаружи и в случае чего прикрываете отсюда. Остаетесь на месте, и чтобы ни шагу в сторону. При малейшей опасности подаете сигнал, — он похлопал по рации на ремне. — И не палить во все, что движется. Стрелять только в случае крайней необходимости. Никакой самодеятельности.       Тэмин мог поклясться, что на этих словах Минхо выразительно стрельнул глазами в его сторону. Впрочем, он льстил себе в исключительности, и Джонхёну тоже достался предупреждающий взгляд.       — Если всем все ясно, по местам.       Минхо обвел присутствующих взглядом и уже через секунду подал сигнал следовать за ним. Первая группа скрылась в проеме входной двери. Остальные остались нести дежурство возле входа.       Джонхён занял место возле проема, чтобы держать под наблюдением одновременно вестибюль больницы и прилегающую территорию.       Не найдя себе применения, Тэмин топтался на месте и беспокойно оглядывался по сторонам.       Солнце светило ярко, и было душно, как перед дождем. Над горами, окружавшими местность, клубились темные тучи, предвещая скорый ливень. От избитого щербинами асфальта парами плотного раскаленного воздуха поднималось марево. Царило обманчивое спокойствие, разливая по венам иррациональную тревогу. Ни бродячих тварей, ни даже остатков тел. Вероятно, их сразу растаскивали хищники. Но если опасности не видно, еще не значит, что ее нет.       Не разделяя его опасений, Хичоль расслабленно присел на бордюр, подернул рукава спецовки и, отложив на тротуар автомат, похлопал себя по карманам в поисках сигарет и зажигалки. Сунул сигарету в губы, молча протянул пачку кинувшему на него заинтересованный взгляд Тэмину. Тот лишь помотал головой, и Хичоль пожал плечами.       — Как знаешь. Тоже, как братец, здоровье бережешь? Рассчитываете на долгую беззаботную старость? — Он лукаво прищурился. Потом чиркнул зажигалкой, пытаясь прикурить. — Черт! Отсырели.       Он скомкал картонную упаковку и разочарованно откинул ее в сторону. Заприметив разбитую витрину небольшого комбини напротив, Хичоль медленно поднялся, явно намереваясь прошвырнуться за прилавком.       — Куда намылился? — одернул его Джонхён, заметив его манипуляции. В его голосе появились металлические нотки, которые Тэмину раньше не доводилось слышать. — Кэп ясно сказал, ждать его здесь.       Каким бы беспечным и неунывающим он порой ни казался, он трезво оценивал силы и всегда оставался начеку. Минхо был прав.       — Да кто бы голос подавал? — усмехнулся Хичоль. — Ты же у нас главный по части пошариться по округе в поисках подарков для своей пассии.       Джонхён наградил его тяжелым взглядом.       — Ладно-ладно. Все равно тут поживиться нечем.       Хичоль махнул рукой и вернулся на место, отбрасывая идею ослушаться приказа.       — Ах, да! Точно! — продолжил он то ли от скуки, то ли от досады. — Как я мог забыть? Ты же подрядился нянькой подработать. Боишься пупса на секунду из поля зрения выпустить? Кибомми стоит всех этих жертв?       — Не лезь не в свое дело.       Тэмин скрипнул зубами. Мало того, что вся эта пустая болтовня излишне расслабляла и мешала вслушиваться в окружающие звуки, это порядком подбешивало.       Все и каждый, начиная с брата и родителей и заканчивая случайными знакомыми, принимали его за несмышленого ребенка и считали своим долгом всячески опекать, заставляя чувствовать себя беспомощным и ни на что негодным. Он тешил себя надеждой, что хотя бы здесь, в Гвардии, где, как ему казалось, он сформировал иное представление о себе, получится этого избежать. Но, похоже, он вынужден нести этот крест. Вот только лишние напоминания были ни к чему.       Заметив его нахмуренный вид, Хичоль тут же подскочил к нему, назойливо вторгаясь в личное пространство.       — Если что, я на твоей стороне, — заговорщически зашептал он ему на ухо. — Ты ведь уже взрослый мальчик, да?       — Хён, прекрати, — недовольно выдохнул Тэмин.       Все это не выходило за рамки привычного поведения Хичоля, чье кредо было доставать всех подряд, и раздражение, что висело в воздухе, не имело конкретных адресатов. Они все просто были на взводе.       — Я не шучу, — не обращая внимания на вялые попытки его отстранить, продолжал вкрадчиво шептать Хичоль и прижался еще ближе. — Не понимаю, почему остальные так с тобой нянчатся. Загляни ко мне как-нибудь вечерком, и я докажу, что ты уже до многого дорос.       Именно в этот момент группа Минхо во главе с ним самим вышла из здания.       Отлично! Только зрителей этой унизительной сцены и не хватало!       Тэмин стушевался и с напускной враждебностью сильнее, чем следовало, оттолкнул от себя Хичоля, вопреки желанию приковывая к себе ещё больше внимания.       — Чем вы тут заняты?! А ну за дело! — Минхо кинул на него тяжелый неодобрительный взгляд. — Помогайте грузить барахло.       Тэён и Хёкдже как раз выносили какие-то объемные коробки.       При кажущейся хрупкости, Тэён не была кисейной барышней, но всё-таки Джонхён, как джентльмен, подорвался ей на подмогу.       — На верхнем пролете лестницы еще несколько коробок. Вы двое наверх! — указал он на Тэмина с Хичолем — Я прикрою.       Загружая последний увесистый ящик в багажник, Тэмин испытал легкий укол разочарования. Он хотел как-то проявить себя, показать полезным членом команды. А в конечном счете его под присмотром прокатили на машине, а бонусом дали поработать сторожем и грузчиком. И все бы ничего, но его не покидало ощущение, что он просто обуза и его взяли, руководствуясь лишь соображением "чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не донимало командира". Это читалось в глазах всех членов команды.       Не успела эта мысль осесть внутри налетом апатии, Тэмин ощутил сковавшее воздух напряжение. Он затаил дыхание, вслушиваясь в накрывшую их неестественную ватную тишину.       Солнце скрылось, стирая резкие тени. Воздух будто застыл. Даже цикады притихли. И вдруг со стороны, откуда они прибыли, послышался глухой звук шаркающих шагов.       По телу прошла неприятная дрожь. Сколько бы Тэмин ни имел дела с этой нежитью, она не могла не наводить на него животного ужаса. Как столкновение с неукротимой стихией. Безразличной к противнику и оттого такой смертоносной.       Смиряя тремор рук, Тэмин онемевшим пальцем нащупал курок.       Прямо из-за угла теперь слышалось хриплое подобие дыхания. Оно двигалось, неумолимо приближаясь к ним. Слух разорвал страшный замогильный вой. А через секунду первая фигура показалась в поле зрения прицела. И еще одна… Одна за другой они выходили на свет, заполняя зрительное пространство.       — Выдвигаемся! — скомандовал Минхо. — Сделаем небольшой крюк, чтобы не попасть в окружение. По машинам!       Тэмин пришел в себя, сидя на заднем сидении, хотя не помнил, как оказался там. Наверное, его, оцепеневшего, затащил туда Джонхён.       — Откуда их столько? — спросил Хичоль. На его вечно безучастном лице сейчас проступила озабоченность.       — Мне-то откуда знать? — огрызнулся Джонхён, сосредоточенно вцепившись в руль и стараясь держаться след в след за первым автомобилем.       — Тебе не кажется, что нас загоняют, как дичь?       Машину подкинуло. Дорожное полотно здесь было в еще более плачевном состоянии, чем на подъезде к городу. Тут явно велись ожесточенные бои. Прямо впереди сразу несколько полос рассекала глубокая воронка, уходившая на несколько метров вниз, которую пришлось огибать по тротуару. Преодолев гору бетонных обломков, груженая машина тяжело взобралась на эстакаду, и тут Джонхен дал по тормозам.       Не ожидавший этого, Тэмин едва не вылетел в зазор между передними креслами, в последний момент успевая ухватиться за подголовник.       От расползавшегося по венам ощущения опасности начинало потряхивать. Сердце принялось гонять кровь с удвоенной силой.       Джонхён взволнованно вылез наружу. Не понимая, что случилось, Тэмин вышел за остальными.       — Кэп, в чем дело?       — Нас вежливо просят здесь не отсвечивать. — Из-за спин остальных показался Хёкдже, рукой прикрывая ссадину на голове.       Он махнул рукой куда-то в сторону крыла автомобиля. И только сейчас Тэмин заметил растяжку под пробитыми колесами.       — Живо! Все барахло во вторую машину! — дал команду Минхо.       Тэмин вместе с остальными на автомате перетаскивал коробки и оборудование, понимая, что места в салоне почти не остается.       — Хёк ранен. У него, возможно, сотрясение. Тэён, ты едешь с ним. Хичоль — за руль. — Минхо невозмутимо продолжал раздавать указания.       По нему трудно было считывать эмоции. Командир говорил сухо и по существу, как и всегда. Но от внимания Тэмина не укрылось, каких усилий стоил ему этот спокойный тон. Скулы его были так сведены, что, казалось, их заклинило. Его крайне тревожила сложившаяся ситуация.       Тэён хотела возразить, колеблясь перед тем, как занять место.       — Споры отставить! Ты должна отвезти оборудование в госпиталь. Ты там нужна, — оборвал возможные протесты Минхо, подталкивая ее к переднему креслу. — Хичоль, прямо в общину, без отклонений. Никого нигде не ждете. И будь внимателен.       — Схвачено, кэп. — Вот кого не надо было уговаривать в беречь свою шкуру.       — Вперед! — Минхо хлопнул машину по крыше, и та тронулась с места, медленно развернулась и вскоре скрылась из вида.       — Остальные за мной, — прихватив запасную канистру бензином, уже на ходу обронил Минхо. — Ищем машину на ходу и убираемся отсюда.       Они без дополнительных инструкций моментально построились, словно по команде, снялись с места и двинулись вперед, озираясь по сторонам. Минхо с Джонхёном заняли оборонительную позицию, держа под прицелом дорогу в обоих направлениях. Тэмин оказался в середине, но не мог себя заставить ежесекундно не оглядываться назад.

* * *

      — Эта тоже с места не сдвинется, — покачал головой Джонхён, возвращаясь к ожидавшей его процессии. — Если и осталось что-то на ходу, оно попрятано по закоулкам и по гаражам. Надо спускаться в город.       Они прошли по магистрали около пары километров, но так и не нашли пригодный транспорт. Минхо нахмурился, недовольный перспективой спускаться в кишащие зараженными спальные районы.       — Ладно, — скрепя сердце, согласился он. — По первой лестнице.       Они не дошли.       Утробный гортанный рык, отраженный от стен, пронесся над головами, перерастая в жуткий вой. Прямо по курсу.       Тэмин почувствовал, как от страха стынет кровь в жилах. Руки поползли к рукоятке автомата.       — Прорываемся! Рядом должна быть развязка.       Они ускорили шаг, почти переходя на бег и маневрируя между неуклюжими противниками.       Со всех сторон подгоняли протяжные, почти человеческие стоны, наводящие безотчетный страх, впитанный за время скитаний и возвращающийся волной озноба по ночам.       Почти без столкновений, они перебрались через баррикаду на развязке, и грудь спрессовало так сильно, что невозможно было набрать воздуха в легкие. Содержимое желудка просилось наружу. Тэмин боялся, что его сейчас вывернет прямо при остальных. По ту сторону их было полчище.       Он и не предполагал, что можно испытать облегчение услышав слово “Огонь!”.       Раздался залп.       Понимая, что на прицеливание времени нет, Тэмин переключился на автоматический огонь и нажал на спусковой крючок, обрушивая стальной шквал чуть выше голов.       Кто-то из зараженных падал, но большинство, не сбиваясь с ритма, мерно продвигались вперед. Пули впивались в потрепанные, чахлые тела, опрокидывали их, но те тут же неуклюже поднимались, без устали, с упорством, неприсущим живым существам, двигаясь на них.       — Расчищайте путь и продвигайтесь дальше! Держать строй!       Тэмин старался следовать приказу, но под натиском надвигающихся тварей он неосознанно отклонялся в сторону, шаг за шагом откалываясь от остальных. Зараженные сползались все ближе, замыкая его в полукольцо. Тэмин навел дуло автомата, стараясь целиться точнее, и дал еще один залп. Обойма кончилась.       Продолжая отступать, Тэмин нашарил запасной рожок, безуспешно пытаясь поменять его непослушными пальцами. Затвор заклинило.       Нога угодила в прорезавшую асфальт глубокую трещину. Тэмин запнулся и, не удержав равновесия, приложился затылком об землю.       Смаргивая звезды перед глазами, он чуть не упустил момент, когда одна из фигур бросилась на него. Когтистая рука прошла всего в паре сантиметров от шеи. На пути зубов он в последний миг успел выставить автомат. Сквозь него смотрели подернутые дымкой, пустые мутные глаза. В лицо дохнул явственный запах гниения, настолько сильный, что закружилась голова.       Тэмин только моргнул, а его противник уже лежал рядом с ним земле, поверженный прицельным ударом приклада в височную кость.       Над ним возвышался командир. Он без промедлений придавил грудь все еще трепыхавшегося монстра тяжелой подошвой и, целясь в голову, с брезгливым выражением лица нажал на спусковой крючок. Череп с отвратительным звуком разлетелся в щепки. Тэмин едва успел прикрыть рот и глаза, защищаясь от ошметков.       — На кой дьявол тебе огнестрел?! — Минхо неприязненно взирал на него сверху вниз, будто он следующий на очереди. — Это не дубина. Используй по назначению.       Тэмин поднялся на дрожащие ноги, наконец передергивая затвор, поравнялся с Минхо и дал очередь по окружившей их толпе. Они продвинулись еще на пару метров.       Внезапно пространство схлопнулось. Раздался, сначала в отдалении, а потом все нарастая, оглушительный гул. Он отразился от стен многоэтажек и эхом понесся вдоль автострады. Казалось, земля содрогнулась. Снизу пронеслась мощная взрывная волна, сминая в гармошку асфальт и выбивая почву из-под ног. Тэмин почувствовал толчок. Лицо опалило нестерпимым жаром. Он ничего не видел, только почувствовал, как кто-то ухватил его под локоть и увлек за собой. Пара пролетов под ними просела, увлекая их за собой, и они кубарем скатились куда-то вниз по наклонной.       На миг действительность померкла перед глазами и перестала существовать.

* * *

      В чувство Тэмина привело щекочущее ощущение в носу. Он закашлялся, прочищая дыхательные пути от пыли. Когда легкие прочистились и рези в глазах поубавилось, он попробовал проанализировать степень повреждений. Болело всё, тело будто превратилось в один огромный ушиб, но все конечности вроде были при нем. Он шевельнул рукой, проверяя подвижность пальцев, и обнаружил, что лежит на Минхо, всем весом придавив его к земле.       В первую секунду он подумал, что тот мёртв, настолько бледным он был. Тяжело дыша, Тэмин с отчаянием всматривался в его безжизненное лицо, коря себя за... Он и сам не знал, за что. Наверное, пагубная привычка.       Секунду спустя его веки дрогнули, и он тоже разразился приступом кашля.       Тэмин поспешил, насколько позволяло состояние, сползти с него, с беспокойством глядя на сведенные судорогой брови и проступившие на скулах желваки. Сердце сжалось, когда он скользнул взглядом ниже, замечая застрявший у Минхо в бедре обломок арматуры.       — Черт, — шевельнул губами Тэмин. Он хотел бы сказать что-то осмысленное, но не слышал ничего, кроме звона в ушах. И только беспомощно водил глазами, пытаясь визуально оценить положение, в котором они оказались.       И едва он поймал сфокусированный на нем взгляд Минхо, совсем рядом послышалось глухое рычание, а в лицо дохнуло тошнотворным сладковатым запахом. Некогда предаваться самоедству.       На мгновение мышцы парализовало, но он не имел больше права облажаться. Не сейчас.       Пересиливая боль, он принялся шарить рукой возле себя, ища автомат, но тот, видимо, потерялся во время падения. Тогда он отцепил от пояса нож. Он не любил, да и не особо умел им пользоваться. Не самое эффективное оружие против того, кому нужно пробить череп. Но что-то поменялось за те несколько мгновений, что он смотрел Минхо в глаза. Боль и злость всколыхнули в нем сметающий внутренние барьеры прилив сил. В этот момент Тэмин чувствовал себя способным сделать что угодно.       Он обернулся как раз вовремя. В нос ударил тяжелый, отдающий гнилью воздух. Время растянулось, работая на него. Тэмин с поразительной четкостью, в мельчайших деталях видел, как тварь, разинув пасть, прет на него. Преодолевая страх и отвращение, он выждал несколько секунд, подпуская ее ближе, и, подняв нож, вонзил лезвие в вибрирующее от рычания горло. Увернувшись от когтей, он выставил подножку и повалил жалобно шипящую тварь навзничь. Не позволяя вырваться из захвата, он вынул нож и перехватил его удобнее, на сей раз метя в глазницу. Раздражающие слух булькающие хрипы оборвались.       Он выпрямился и перевел дыхание. Это только начало, оставаться на месте и тянуть время нельзя. Сейчас со всей округи сюда сползется всё, что еще способно ползать.       Тэмин бросил обеспокоенный взгляд на Минхо. Больше всего он боялся, что тот при падении повредил позвоночник и его теперь нельзя перемещать, но во время его непродолжительной схватки командир приподнялся, опираясь на руки, и даже подтянул к себе за шнур свой автомат, который, оказывается, все это время лежал буквально в полуметре от них.       Не задумываясь о том, сможет ли гордость Минхо ему это простить, он протянул командиру руку.       Тот проигнорировал ее, не двигаясь с места.       — Уходи! — с усилием выплюнул он.       Отказываясь принимать такой ответ, Тэмин мотнул головой.       — Не глупи, — Минхо говорил, превозмогая себя; по его вискам ползли крупные капли пота. — Найди Джонхёна и убирайтесь отсюда.       Только сейчас Тэмин услышал шипение рации и отчаянные попытки хёна дозваться до него. Правда, звук почти сразу оборвался.       Откуда-то сверху, с эстакады, донесся рокот выстрелов. Бетонный коридор искажал звуки, меняя направление, и все же Тэмин был уверен, что они раздались по другую сторону обвала. Снова тревожная тишина, потом еще раскат, уже дальше.       По периметру развалин, в которых они оказались, поднялось еще несколько фигур.       — Иди! — поторопил его Минхо, протягивая ему свой автомат.       — Нет.       Оставить его здесь? Безоружного? Даже если ему удастся связаться Джонхёном, им придется делать крюк, чтобы встретиться. Минхо не протянет до их возвращения. Первым делом нужно добраться до безопасного места.       — Это приказ!       — Я не уйду без тебя!       — Я не смогу идти, — преодолевая себя, выплюнул Минхо с таким видом, словно его под пыткой вынудили сознаться в чем-то постыдном.       Когда до Тэмина дошел смысл сказанного, его опалила такая ярость, какую он еще не испытывал. И этот человек говорит ему "не глупи", в то время, когда сам готов отдать жизнь за то, чтобы не пострадала его гордость?!       Испытываемый ранее трепет перед Минхо отступил.       — Хватит вести себя, как ребенок! — глотая звуки от возмущения, вытолкнул из себя Тэмин. Отбросив все формальности, он перекинул автомат на спину, сам ухватил Минхо за предплечье и что было сил потянул на себя. — Обопрись мне на плечо, и вперед!       Когда Минхо придет в себя, за такой тон и обращение с собой он непременно с него три шкуры спустит. Плевать. Главное — выжить сейчас. Мысли о “потом” подождут до потом.       — Ну же! Не заставляй силком тебя тащить!       Лицо Минхо утопало в гримасе боли, и все же Тэмин различил взметнувшиеся в удивлении брови и затаившуюся тень насмешки на дне ненормально расширенных глаз. Чувствуя неуместное в такой ситуации смущение, Тэмин сильнее стиснул скользкие от пота и крови пальцы, для себя решив, что выдержит это противостояние взглядов. Отчего-то казалось — именно от этого зависит исход.       Шлепание и жалобное рычание наполнило пространство. Время истекло.       Когда он уже утратил надежду, сильная ладонь стальной хваткой стиснула его руку и, Тэмин качнулся, утрачивая равновесие от встречного рывка.