Тринадцатое лето

Вот так Алька и оказался в жарком месяце июле в пионерлагере, за тысячу километров от Москвы. Было тут, надо заметить, не так уж плохо, хотя и непривычно - чересчур шумно, нужно соблюдать лагерный режим дня, кормят не так вкусно, как дома… Ребята в отряде оказались не вредные, по пустякам не цеплялись – и то хорошо. За время пути в поезде Алька успел познакомиться со своим соседом по купе Никитой, который тоже впервые ехал отдыхать один, без родителей, и потому чувствовал себя не очень уверенно. Самой же приятной неожиданностью оказался вожатый их отряда, сразу сумевший расположить к себе мальчишек. В день приезда после общего торжественного сбора он отвел ребят на небольшую полянку, где они разложили свой отдельный костерок, и, окинув взглядом своих новых подопечных, смущенно улыбнулся: - Я тут, ребята, сам первый раз вожатым, так что не судите строго… Терзать вас речами о вожде пролетариата и коммунистической морали не буду, скажу только одно: хочу, чтобы вы все уехали отсюда здоровыми, загорелыми и довольными. Зовут меня, - вожатый потер лоб и, откинув прядь давно не стриженных, выгоревших на южном солнце волос, продолжил. - Зовут меня Тимур Кранцев, но для вас пусть будет просто Тим. Все запомнили? Народ вокруг довольно загалдел. Еще бы не запомнить! Тим так Тим. Тот тем временем достал откуда-то из-за спины гитару. - Я вам сейчас спою одну хорошую песню… Ее написал давным-давно один мой знакомый, Гена Медведев… Тонкие пальцы тронули струны, легко пробежались по ним, рождая мелодию: Спокойная ночь на планету легла, И спят города и курганы, И мальчики спят. А по темным углам Их чуткие спят барабаны. Высокий и чистый ночной небосвод Метелями звезд запорошен... И водят мальчишечьи сны хоровод За стеклами темных окошек...* * Крапивин В. П., "Спокойная ночь"