Волшебная кровь

XV

Живот скрутило от волнения и, наверное, голода. Интересно, сколько времени прошло с того момента, как я ела хоть что-то… Мерлин, кого я пытаюсь обмануть. Мыслями о еде не отвлечься от сверкающего взгляда в затылок. Взгляд Малфоя наверняка не предвещал ничего хорошего. И вообще, после нашей встречи моя жизнь слишком сильно изменилась и не в лучшую сторону. Но Рон оказался жив… Я до сих пор не могу поверить в то, что его кожа снова может быть теплой, что его руки такие же сильные, а глаза смотрят на меня так же внимательно и трогательно… Но этого, кажется, ждать уже не стоит. Я всегда хорошо знала грани ярости Рональда Уизли. Он злился быстро и сильно, но отходил и готов был объявить перемирие чуть ли не через пару минут после незначительной ссоры. Другое дело – Малфой, который систематически подливал масла в огонь его ненависти. А было ли это ненавистью? Наверное, да. Но то, что я увидела в его глазах, когда в лесных сумерках он хотел от меня каких-то ответов было мне незнакомо. Это было похоже на совершенную темноту, безграничную и беспросветную, близкую к желанию причинить боль. Мне бы очень хотелось ошибаться. Но его слова и поступки наводили на определенные мысли. И теперь я четко понимала: он считает, что я виновата в его смерти. Цензурных ответов на это у меня пока не было. Эти мысли мой разум тоже старается вытеснить куда-нибудь подальше. Но в последнее время вытеснять из разума нужно было слишком много. Если попытаться посмотреть на те роковые события объективно, то у меня не хватает данных, я действительно многого не помню. Но с другой стороны, я бы никогда не причинила Рону боли. Я бы, скорее, погибла сама. И это то, что дает мне держаться и стоять на своем. Я бы никогда не причинила вред этому свету своей жизни. Легкий толчок в плечо вернул меня к реальности, от которой я пыталась скрыться в таких же неугодных мыслях. Малфой смотрел на меня сверху вниз, и то, что было в его глазах, действительно не сулило мне ничего хорошего. Я поднялась почти бессознательно, чтобы быть с ним примерно на одном уровне и иметь хоть какое-то преимущество в случае нападения. Хоть его руки и оставались связанными, он, конечно, мог причинить мне боль. Много боли. Но мне хотелось верить, что он испытывает ко мне что-то. В какие-то моменты я ощущала его интерес, хотя и не понимала, как это возможно. Но мне безумно хотелось верить, что в мгновения, когда воздух между нами искрится от напряжения, это чувствую не только я. Мерлин! Я же поцеловала его, подчиняясь дурацкому внушению. Я закрыла лицо ладонями и вновь опустилась на пол. Почему это происходит со мной? Я определенно схожу с ума. – Грейнджер, – его голос пронизан стальными нотками и он точно думает сейчас не о том нелепом эпизоде у костра. Я поднимаю глаза, стараясь скрыть предательский румянец. Мне всегда казалось, что тело и разум должны быть заодно, но в моем случае это какой-то трагический конфликт двух начал. Наверняка Малфой заметит это и сделает собственные выводы. Только не подумает ли он, что меня смущают убийства, например? – Ты пришла на заседание, чтобы убить меня? – он смотрел в мои глаза так внимательно, будто искал ответ именно в них, а не надеялся на то, что я скажу правду. – Если честно, то нет. Я пришла просто понаблюдать за тобой тогда. Убийство не входило в мои планы, – я не соврала, убить его я надеялась позже, до того как почувствовала влияние волшебной крови. От его взгляда становилось неуютно, так, как будто бархатная ткань касалась поверхности ногтей. Он смотрел пристально и как-то требовательно, будто имел на меня какие-то собственные права. Мне хотелось показать, что это не так, но я не могла пошевелиться и придумать, как себя вести. – Надеялась сделать это потом, понятно, – его слова неприятно обдавали холодом, а спокойный тон выводил из шаткого психического равновесия. Я мысленно пыталась поставить себя на его место. Что бы я чувствовала, если бы он все это время думал о том, как убить меня? – Если честно, я не уверена, что у меня бы получилось с тобой справиться, – я входила в азарт от общения с потенциальной жертвой. Раньше со мной не было ничего подобного, но сейчас я говорила абсолютно честно. Он изогнул бровь и опустился на пол рядом со мной. Странно. Мы с Малфоем абсолютные противоположности, если говорить о мимике. Он показывает на своем лице только то, что хочет, за редкими исключениями, а мое лицо отражает любую, даже самую незначительную мысль. Поэтому Драко Малфоя и не прочитать. Что уж говорить обо мне… – Почему? – казалось, что ему действительно интересно. Но взгляд его оставался холодным и колючим, а мне так хотелось увидеть в нем ту недавнюю теплоту и искренность. До того, как я увидела это выражение серых глаз в лесу, я бы и не могла предположить, что они могут быть настолько теплыми, настолько другими. – А об этом ты узнаешь, когда в твоих руках появится твой нож для получения "зомби-Грейнджер", – я отвернулась, довольная промелькнувшей на его лице реакции, и сделала вид, что увлеченно рассматриваю стену. – Мерлин, как ты сказала? Зомби? – смех в его голосе давал мне надежду на то, что он не прибегнет к этому без особой на то необходимости. Вообще мне очень хотелось узнать об этой магии крови как можно скорее, но спросить о ней у Малфоя как-то не поворачивался язык. Какой смысл ему посвящать меня во все это? Он только пользуется тем, что ему нужно. Мне почему-то непреодолимо захотелось обнять его и почувствовать его руки на своем теле. Меня непреодолимо тянуло к нему, и я не могла понять, почему… Естественно, я бы не стала этого делать, но раньше со мной не происходило ничего подобного. Я могла логически обосновывать свои желания и стремления, а не думать о том, что волосы Малфоя все еще хранят запах костра. – Расскажи мне, Грейнджер, – впервые это звучало как просьба, а не как приказ. Он будто слышал мои мысли и понимал, что я чувствую к нему. Хотя, я и сама не могла этого понять. Он определенно волновал мое сердце, вот только знать об этом ему необязательно. Я снова повернулась к нему и внимательно посмотрела на его лицо. Он так же пристально смотрел в глаза, но если для другого человека это было показателем искренности, то для "чтения" Драко Малфоя это практически ничего не значило. Словно в замедленной съемке на его лицо опустилась какая-то маленькая пылинка, которую мне почему-то очень захотелось убрать так же невесомо. Я с готовностью прогнала эти мысли, как вдруг моя рука поднялась к его лицу. Меня начала пробирать легкая дрожь, и я почти не обратила внимания на беспокойство в глазах слизеринца. Рука будто жила собственной жизнью, она тянулась к его лицу как-то рефлекторно, непроизвольно, как, например, она бы одергивалась от огня, стараясь избежать боли. Секунда и моя рука на его лице. Касается его кожи и смахивает эту несчастную невидимую пылинку. И это бы наверняка выглядело очень мило, если бы не мелкая дрожь, которая била мое тело, и не усилие, отраженное на моем лице. Малфой, кажется, понимал больше моего и терпеливо сносил это прикосновение и вообще нарушение его личного пространства. Он взял мою ладонь в свои руки и сжал, будто пытаясь согреть… Наверное, это было странно, учитывая, что свободно шевелить он мог только пальцами, но это ему не помешало. Теперь я боялась поднять глаза и издала тихий всхлип, подавляя ненависть к самой себе. Но как я могу справиться с тем, что мое тело и мысли больше не принадлежат мне? Как это вообще возможно, ведь он не проливал своей крови… Он шумно выдыхает и резко прижимает меня к себе, вызывая мурашки от ощущения его дыхания в шею. Теперь он запускает меня в кольцо своих рук и обнимает со спины своими связанными руками. Мое тело немного успокаивается и перестает трястись, как в лихорадке. Мне нужны от него хоть какие-то ответы. Он это понимает. И он действительно все еще пахнет дымом костра.