Трудно быть вампиром

Чужой пульс — неровный, отчаянный, слишком медленный для человека — бился в ушах Чарли непрерывно, постоянно, каждый чертов день, где бы он ни находился. Он убегал так далеко, как только позволяла работа, размеры планеты и современные виды транспорта, но все это на самом деле не помогало. Больше нет. Он пил, он зарывался в работу с головой, он с таким упорством отрицал реальность, что мог бы силой мысли изменить весь мир. Но он не мог выключить это, не мог прекратить слышать это, не мог перестать сидеть внутри головы Эггзи и чувствовать все, что он чувствовал. Вечная боль, корежащая все внутри. Вечный голод, пульсирующий в каждой клетке тела. Вечный зуд в несуществующих клыках. Вспышки агрессии, сменяющиеся приступами апатии, болезненная чувствительность, внезапные волны страха, доходящие чуть ли не до панических атак. И это неумолчное, отчаянное, горькое — приди, помоги, будь со мной. Это было так дьявольски страшно, кто бы, блядь, знал. Но Эггзи держался — и держался на удивление хорошо. Чарли никогда не подозревал в Эггзи такой потрясающей силы воли, перемешанной с упрямством. Больше всего Эггзи волновало не то, что его корежит физически. Все это он терпел со стойкостью, достойной восхищения, находил какие-то оправдания, которым искренне верил. Больше всего Эггзи напрягали украденные у Чарли нечеловеческие сны и игры психики. Кажется, Эггзи тоже боялся потерять над собой контроль и относился к этому почти так же рьяно, как Чарли. Странное открытие. Впрочем, даже в самые тяжелые мгновения Эггзи сцеплял зубы и переживал приступы страха, агрессии или выворачивающей кости тоски очень достойно. Почти спокойно. Никакой паники, никаких болезненных подозрений, никакого ужаса от происходящего. Эггзи просто преодолевал все это с упорством и терпением, от которых у Чарли захватывало дух. Надо признаться, это было круто. А вот Чарли справлялся все хуже. В конце концов он дал себе обещание — если Эггзи окажется на пороге срыва, если его жажда возьмет верх над его упертым разумом, тогда Чарли и появится. А пока в его присутствии не было — не было! — необходимости. Пока все было под контролем. Тем временем у Эггзи перестраивалась терморегуляция тела. Вот за этим наблюдать было забавно. — Бож-ж-же, у тебя вырубилось отопление? — Там какие-то работы. Не знаю, мне вроде как не холодно. Рокси положила ладонь Эггзи на лоб — горячую и сухую, очень приятное ощущение. Чарли немного напрягся — Эггзи слишком наслаждался такими прикосновениями, почти впадал в транс от близости простого человеческого тепла. Чарли боялся, что в скором времени до Эггзи дойдет, почему ему так нравятся такие вещи. Но пока что Эггзи держал себя в руках — и, как обычно, даже не подозревал, что что-то было не так. — Ты ледяной, — констатировала очевидное Рокси. На самом деле Эггзи, конечно, был не такой уж холодный, но его температура тела колебалась ниже человеческой нормы в тридцать шесть и шесть. — Мне тепло, успокойся. — Надень хотя бы майку. — Я тебя смущаю, милая? — в голове Эггзи игриво вспыхнули острые искры смеха на грани флирта. Чарли сжал губы и закрыл глаза, напоминая себе, что между этими двумя такие братско-сестринские отношения, что флирт становится всего лишь шуткой. — Эггзи, здесь действительно холодно, а ты на лекарствах третий месяц, — на самом деле два месяца и девятнадцать дней. Чарли мог бы назвать часы и минуты, если бы захотел. Но он не хотел. Он вообще не хотел думать обо всем этом. — Ты хочешь совсем не возвращаться к службе? В приступы апатии Эггзи порой думал о том, что Мерлин вообще списал его со счетов и не собирается возвращать на работу. В такие моменты Эггзи становилось так паршиво, что он злился сам на себя. И аргументы про службу от Рокси действовали на него безотказно, чем Рокси, очевидно, пользовалась без каких-либо угрызений совести в огромных количествах. — Я завернусь в плед и все будет хорошо, договорились? — Ненавижу тебя, — Рокси улыбалась, но в ней чувствовалась тревога, которую Эггзи отбрасывал, как несущественную, а Чарли отмечал, как обоснованную. Хотя бы до умницы Рокси начало доходить, что все не слишком в порядке. Потом Эггзи и Рокси сидели в темноте и смотрели очередной то ли сериал, то ли фильм — Чарли надоело следить за этим еще несколько недель назад. Рокси зябко куталась в плед, хотя была в свитере, а Эггзи совершенно спокойно развалился на диване без футболки и лишь иногда потирал глаза, потому что их немного резало от света экрана. Эггзи искренне считал, что в целом все было хорошо. Глупый Эггзи. Счастливый Эггзи. Чарли был с ним не согласен.