Трудно быть вампиром

Отмерев, Эггзи ринулся вглубь дома, ни разу не обернувшись, но Чарли словно потащило вслед за ним — уверенностью Эггзи, что Чарли за ним последует. Что ж, это было правдой. У них обоих немного кружилась голова. У Эггзи — от острого чувства облегчения, пусть и не полного. У Чарли — от потери крови. Хоть он и выпил лишнего перед тем, как примчаться сюда, Эггзи умудрился за несколько глотков высосать больше, чем можно было ожидать. Ну, это было вполне справедливо. Ворвавшись на кухню, Эггзи сделал несколько хаотичных кругов, а потом схватил бумажное полотенце и жестко вытер свои губы. Чарли встал в дверях, сложив на груди руки, и наблюдал за тем, как Эггзи в ужасе рассматривает темно-красные пятна на полотенце. Во всем доме был выключен свет и зашторены окна, но им обоим совершенно не мешала темнота. Глазами Эггзи пятна крови Чарли почти что светились, и в этом действительно было что-то жуткое. Чарли ждал. Эггзи судорожно вдохнул и поспешно выкинул полотенце, а потом включил ледяную воду и яростно умылся. Но это не помогло избавиться от запаха крови, щекочущего ноздри и волнующего что-то внутри. — Так, — неожиданно размеренно начал Эггзи, — теперь объясни мне, что это было. И так, чтобы я не ебнулся. Внутри Эггзи все бурлило — мешанина цветов, ощущений, эмоций и мыслей. Но говорил он почти спокойно и держался лучше, чем можно было бы ожидать. Чарли медленно, держа паузу, прошел на кухню и сел на барный стул у стойки. Сложил руки на столешнице, прикрыв пальцам укус — тот стремительно затягивался, превращаясь в смутный след. Эггзи терпеливо ждал, но смотреть в сторону Чарли избегал. — Ты уверен, что тебе нужен ответ? — наконец отозвался Чарли. — Да блядь, — Эггзи вскинул руку и провел ладонью по волосам. У него дрожали пальцы. — Сначала мне нужно выпить. Чарли провел языком по зубам, прогоняя фальшивый привкус виски: — Не советую. Остановившись на половине движения, — он определенно направлялся к спрятанному в мебели бару, — Эггзи обернулся и бросил мимолетный острый взгляд. — Тогда ты тоже обойдешься. — А как же правила гостеприимства? — хмыкнул Чарли. Никакого виски он сейчас, конечно, не хотел, потому что ему тоже не стоило в таком состоянии налегать на алкоголь, но удержаться от подколки в сторону Эггзи он не мог. Наверное, это въелось в рефлексы. Гребаный Эггзи. — Я же сказал — обойдешься. И… Давай нормально. По порядку. Его голос прозвучал неожиданно жестко и требовательно. Эггзи наконец-то решился посмотреть прямо на Чарли — черным, бездонным взглядом, в котором клокотал тот самый дикий инстинкт. Смотреть ему в глаза было все равно, что смотреть в глаза стихии, но Чарли это почему-то не пугало. — На той миссии ты умирал, — помолчав, начал Чарли. — Судя по ощущениям, я умираю до сих пор. — Нет, — Чарли медленно сглотнул. — Ты бы не выжил с такими повреждениями, не сделай я того, что сделал. — Так. Да, — Эггзи кивнул, — а что конкретно ты сделал? Чарли отвел взгляд и принялся с интересом рассматривать интерьер кухни. Он не был готов отвечать на этот вопрос полностью даже самому себе — и сомневался, что когда-нибудь будет готов. — Я обратил тебя. Укусил. Сделал, — Чарли вздохнул и снова посмотрел на Эггзи, криво усмехнулся, — вампиром. Достаточно? Определенно, достаточно. Слово крутилось в голове Эггзи с того мгновения, как он осознал, что только что жадно пил кровь из руки Чарли. Слово не нравилось Эггзи и оттенялось предрассудками и смутными воспоминаниями о каких-то дурацких фильмах. Да, как будто могло быть иначе. Ну, по крайней мере он не начал истерично смеяться. — Вполне, — бросил Эггзи. Сцепил пальцы, сделал несколько шагов без особой цели, потом направился к холодильнику, достал бутылку апельсинового сока и выпил чуть ли не половину в несколько больших судорожных глотков. Отчасти он делал все это, лишь бы делать хоть что-нибудь. А еще он пытался избавиться от навязчивого привкуса крови во рту, от которого ему было дико и преступно хорошо. Чарли понял, что наблюдать за «внутренним миром» Эггзи издалека было намного проще — сейчас Эггзи был слишком близко, и каждое его действие отзывалось в голове россыпью чувств и образов, от которых Чарли терялся. Все это теперь было слишком реально. И слишком… Слишком. — Нет, я не сомневался, что ты кровососущая тварь, но вампиры — это перебор, — заявил Эггзи, хлопнув дверью холодильника. Застыл, прижавшись лбом к дверце рядом с детским рисунком, держащимся на магнитике в форме какого-то диснеевского зверька. Все в Эггзи сейчас было — сплошное смятение. Его мысли, его чувства, его тело — все смялось, спуталось, все стояло на грани и никак не могло решить, в какую сторону падать и что делать. Чарли ничего не ответил и дал ему время подумать. Не найти равновесие, нет, сейчас Эггзи не был на такое способен — никто бы не был способен. Но хотя бы отдышаться. Молчание, перемешенное с сиплым дыханием, длилось и длилось. Казалось, что за пределами этой исчерченной тенями кухни нет и не было никакого мира. Ночь, Лондон, проваленные миссии, близкие люди — все было смутным сном, бередящим душу. Чарли поморщился и попытался отстраниться от сознания Эггзи. Но даже мысль об этом сейчас причиняла боль. Наконец Эггзи выпрямился и сказал: — Ты говорил про начальную стадию трансформации. Ого. Чарли подавил улыбку — Эггзи мыслил в очень здравом, правильном направлении, и это было очень, очень хорошо. Хотя бы не придется бороться с предрассудками и глупостями, которых Чарли побаивался и с которыми связываться не хотел. — Ты еще не вампир, но уже не человек. И ты до последнего не понимал, что тебе было так отчаянно нужно. — Кровь, — мрачно констатировал Эггзи. — Теперь я буду бросаться на людей. Прекрасно. Всегда мечтал. У Чарли сжалось все внутри. Конечно, это был всего лишь черный юмор, но одна мысль о том, что такое может действительно произойти, ввела Чарли в ужас. Он представлял, что будет с ними обоими, если Эггзи и правда начнет кидаться на людей. Дьявол, сколько всего придется сделать, чтобы избежать этого. — Ты чувствовал голод. И он сводил тебя с ума, — мягко продолжил Чарли, взяв себя в руки. Эггзи горько усмехнулся: — Это мягко сказано. — Твой слух усилился в разы. — С удовольствием бы избавился от этого. — Не избавишься. Но научишься контролировать, и не только слух. Здоровый и сытый вампир может, например, спокойно есть чеснок, — Чарли задумался и добавил, — хотя я не рискую. Эггзи несколько секунд таращился на Чарли, а потом сел напротив и яростно потер глаза. — Блядь. Слишком много для одного дня. Это точно. — Как твои ожоги? — перевел тему Чарли. — Тебя действительно это волнует? — Эггзи хмыкнул. Его удивление было вполне оправдано — то, что Чарли волновался за этого придурка, удивляло его самого. — Болят. И, — Эггзи запнулся, а потом неуверенно продолжил, — чешутся. — Значит, заживают. Чарли знал это и так. Чарли пытался обратить внимание Эггзи на важные детали. Невиданные чудеса лучше почувствовать на собственной шкуре, чем услышать о них долгие витиеватые рассказы. Блядь, Чарли совершенно точно не был готов ко всему этому дерьму, но с холодным ужасом понимал, что пути назад нет. Эггзи мотнул головой. — Сначала я переварю… То, что случилось. Но у меня есть еще вопросы. — Было бы странно, если бы их не было, — Чарли встал вслед за Эггзи и серьезно заметил, — я никуда не уйду. — Подстилка Джей Би всегда к твоим услугам. Кажется, рефлексы язвить в процессе их общения были не только у Чарли. — Кстати о подстилках. Тебе сейчас лучше отдохнуть. В идеале поспать. Чарли понятия не имел, откуда знает это, но был уверен на сто процентов — Эггзи действительно сейчас лучше отоспаться. Более того, Чарли чувствовал, как Эггзи клонит в сон — от долгожданного чувства насыщения? От того, что кровь Чарли наконец-то оказалась в Эггзи в достаточном количестве, чтобы дать толчок происходящим в его организме процессам? Нет, Чарли определенно не был экспертом в области обращения людей в вампиров, и это была не его вина. Оставалось довериться инстинктам. — А ты пока вынесешь из моего дома все столовое серебро? — устало спросил Эггзи с напускной подозрительностью. — Твое тело наконец-то получило то, что было ему нужно, — хмыкнул Чарли. — На заживление ожогов уйдет больше сил, чем тебе кажется. Я уже молчу о твоей трансформации. И, возможно, во сне болевые ощущения ослабнут. По крайней мере, должны были. Сейчас у Эггзи болели не только чертовы ожоги, но и все тело — ноющая боль где-то глубоко под кожей. — У тебя большие планы на мое серебро, — вздохнул Эггзи. — Ладно, тогда я, — он неловко взмахнул рукой, — постелю тебе в гостевой комнате. Чарли закатил глаза. Еще не хватало, чтобы Эггзи действительно проявлял гостеприимство. — Я так рассчитывал на подстилку твоего пса. Вымученно улыбнувшись, Эггзи направился прочь из кухни. — Тогда просто выдам комплект белья, мучайся сам. И чувствуй себя не как дома, что ли. Вообще-то Чарли и сам мог бы найти чистое постельное белье, но не стал спорить и последовал за Эггзи на второй этаж. Возможно, небольшое количество совершенно обыденных действий помогут Эггзи хоть немного отвлечься от всего сумбура, творящегося в его голове и его теле. Повозившись в шкафу в гостевой спальне, Эггзи бросил в Чарли стопку постельного белья и чистое полотенце. А потом застыл, словно хотел что-то сказать. Чарли вскинул брови и кивком указал ему на дверь. Какие к черту разговоры, ты и так еле на ногах стоишь. Кажется, Эггзи был с ним согласен. Чарли чувствовал, как он добрел до своей комнаты, держась за стены. Кажется, Эггзи хотел умыться и почистить зубы, но его сил хватило только на то, чтобы раздеться. Потом его объяла раздражающая мягкость постели, и сон накатил на него неподъемной огромной волной темноты и смутного шума, отголосков боли и всплесков невнятных образов. Чарли выдохнул, наконец-то отстраняясь от сознания Эггзи и оставаясь в относительном одиночестве. Но чужой ритм сердца все равно бился в ушах, неумолчно напоминая о себе. И Чарли не знал, сможет ли привыкнуть к такому. Вздохнув, он принялся застилать «гостевую» кровать с привычной аккуратностью и педантичностью. Обыденные, простые действия помогали успокоиться и привести мысли в порядок, отвлекали от того, о чем отчаянно не хотелось думать. Чарли понял, что не взял с собой вообще никаких вещей, но в ванной нашелся ворох нераспечатанных зубных щеток и даже одноразовые станки. Чарли не стал принимать душ, но умылся ледяной водой и оттер остатки крови с почти окончательно зажившего укуса — впрочем, искристая боль все равно гуляла где-то под кожей предплечья, и это было одновременно странно и в чем-то приятно. Мысли в голове крутились какое-то совсем бытовые. Нужно будет завтра днем заехать домой и привезти сюда минимум необходимых вещей, а еще весь запас крови из обоих холодильников. И черт, Чарли определенно придется долго и много поить Эггзи через себя — пакетированная кровь явно не рассматривалась как вариант в ближайшее долгое время. Придется пить много такой крови самому, больше, чем ему обычно было нужно, а значит, покупать кровь сверх нормы. Следовательно, нужно будет прибегнуть к тем способам добычи крови, которые Чарли держал в уме, но никогда не пользовался ими. Сейчас ему были нужны пути, не связанные с вампирским обществом, чтобы не привлекать внимания к неожиданно увеличившейся «жажде». Нет, часть крови он сможет покупать у привычных поставщиков, в конце концов, официально он в отпуске, а значит, может позволить себе пошиковать. Но Чарли понимал — чувствовал на уровне пресловутых инстинктов — что крови ему потребуется очень, очень много. Мелькнула смутная мысль про Мерлина, но Чарли отбросил ее в сторону — нет, даже с Мерлином он связываться не хотел, и надо будет запретить Эггзи вообще все контакты, кроме самых необходимых… Так. Чарли договорился с куратором, что будет отмечаться раз в три дня. Значит, никто не будет проверять его местонахождение, но стоило придумать запасные выходы, чтобы не привлекать внимание к тому, что он проводит слишком много времени в доме своего… Блядь. Как это сформулировать? Бывший коллега? Брехня, они с Эггзи коллегами были очень относительно. Бывший однокашник? Дерьмо, проще было выдумать и растрезвонить, что они внезапно стали любовниками. Чарли поморщился. Хреновая идея, все вокруг прекрасно знали, что они с Эггзи, мягко говоря, не ладили. Надо сделать так, чтобы никто не знал, что Чарли живет у Эггзи. Дьявол. Это будет определенно одна из самых сложных миссий на памяти Чарли. Возвращаясь из ванной в гостевую комнату, Чарли замедлился и остановился около двери в спальню Эггзи. Вообще-то, он не собирался этого делать, но что-то внутри буквально заставило его замереть, а потом потянуло вперед. Чарли покачнулся на месте — и шарахнулся, осознав свое желание. В этом было что-то… почти животное, что ли. Чарли захотелось войти в спальню Эггзи, подойти ближе, прикоснуться, убедиться в том, что он в порядке, провести пальцами по волосам и остаться рядом, охраняя сон. Этот образ встал перед глазами так четко, что Чарли зажмурился и мотнул головой. Ну уж нет, никаких материнских порывов. Эггзи взрослый мальчик и справится сам, и Чарли точно ему никакая не мамочка. Блядь, ну что за ад. Встряхнувшись, Чарли прошел мимо чертовой двери и отправился в гостевую спальню. Ему самому нужен был сон — в конце концов, в последний раз он спал… сколько? Трое суток назад? Учитывая то, сколько всякого дерьма произошло за это время, Чарли определенно нужно было разгрузить мозг. Он разделся и скользнул в приятно пахнущую кондиционером для белья постель, предвкушая более-менее спокойный сон. Эггзи ничего не снилось, он плавал в блаженной темноте, и боль действительно уменьшилась, смазанная беспамятством. Прекрасно. Неужели сам Чарли наконец-то выспится, не маясь от чужого голода, бьющегося в виски? Уже почти засыпая, Чарли вздрогнул и чуть не вскинулся на кровати, но потом сообразил, что произошло. Черт, он уже успел забыть, сколько ужасно громких, противных и нелепых звуков производит этот отвратительный мопс. Еще во время обучения в Кингсмен Чарли не уставал поражаться тому, что пес Эггзи был громче всех остальных собак вместе взятых. Он сопел, хрипел, возился, мерзко цокал своими коготками, чесался, храпел и чего только не делал, и Чарли привык к такой какофонии только месяц на второй постоянной жизни в одном помещении с этим жутким существом. А теперь мопс приперся к Чарли и сел около кровати. — Чего тебе? — мрачно спросил Чарли в темноту. Мопс фыркнул и сипло задышал, а потом поскреб лапой пол. — Пошел вон, — приказал ему Чарли и перевернулся на другой бок. Но упрямый мопс чихнул, снова фыркнул и издал какой-то странный звук между скулежом и тявканьем. Какого вообще черта. — И нахрена тебе специальная подстилка, если ты предпочитаешь спать в чужих постелях? — спросил Чарли в пространство, а потом вздохнул и, свесившись с кровати, подхватил ужасного пса. Мопс радостно засопел, оказавшись на постели, а потом, потоптавшись по одеялу, свернулся калачиком где-то в ногах, даже почти не мешая. Чарли некоторое время смотрел на него, пытаясь понять, что это было. Возможно, эта псина умнее, чем казалась. Чарли подозревал, что мопс каким-то образом избегал Эггзи с тех пор, как тот заработал себе ожоги. Это было очень разумно и правильно — учитывая то, насколько Эггзи был голоден, он вполне мог сделать что-нибудь… нехорошее вообще с любым живым существом, которое попалось бы ему на глаза. Даже с собственной собакой. Так что этот Джей Би, видимо, прятался где-то в доме от своего обезумевшего — и пахнущего неправильно — хозяина, а теперь пришел к Чарли, которого, возможно, вспомнил. А может, память у него была намного короче, и он просто пришел к тому, кто показался ему неопасным. Чарли потянулся и погладил складки на шее дурацкого пса. Тот довольно фыркнул и высунул язык. Нелепое создание. Под его сопение, бульканье и храп Чарли и заснул — неожиданно быстро и глубоко.