Когда садится солнце.

Я остолбенел. Что брали, зачем. В конце концов, почему он в таком виде?! Наконец-то вспомнил, что нужно узнать ответ на этот вопрос. -Глеб, тебя избили? -Вадик…-он встал на колени- мне было очень страшно… -За что тебя так? Он смотрел прямо в мои глаза. Пены было достаточно мало, поэтому я видел всё его тело, до мелочей. Господи… Моего брата избили, а я засматриваюсь на его плоть. Врежьте мне, пожалуйста. Тихо глотнув, я дослушал его. -Я никогда не буду об этом жалеть. -Скажи ты наконец, что с тобой произошло, блять?!! Я просто уже не выдерживал. Нервы были сильно напряжены и, честно говоря, я готов было бы его затряхнуть ради ответа. Он просто смотрел на меня пьяно-сонными глазами и медленно открывал рот в попытках что-то сказать. Я уже его не слушал. Домыв его до конца, помог ему выползти из воды и стал обтирать. В одну секунду мою руку взял Глеб. -Люблю… Я поднял голову к нему. Он смотрел на меня, так надменно, с корнем издевки. Коварно улыбался, будто насмехаясь надо мной, как я забочусь о нём, малолетнем подон… Нет. Я не могу его так назвать. -То есть? -Они просто узнали, что я люблю. -Кого? Глеб молчал. -Ты хочешь сказать, что тебя избили из-за какой-то девочки? Ебать… Провёл его к дивану и включил телевизор. По телеку шло что-то разуму не понятное, никогда не любил этот зомби-ящик. Только мультики с Глебкой смотрел бывало, иногда. Уже было около трёх часов ночи. Я отвёл Глеба в его комнату. -Не уходи от меня. Прошу тебя. Я решил не противиться брату. Сегодня он многое пережил. Прошло какое-то время, мы лежали рядом. -Глеб, что они брали? И зачем? И кто конкретно?! Последовал холодный ответ: -Почти меня, из-за тебя. Меня будто током ударило. -Тебя изнасиловали?! -Морально, Вадь. -Расскажи мне всё! Я же не смогу уснуть! Глеб сел напротив меня, на подушку. -Просто… Как ты думаешь. Почему я не показывал тебе свои работы? Я чувствовал, как передо мной сидит не маленький мальчик. А взрослый парень, взрослый. С характерной ему долей иронии и эгоизма, он сверлил меня взглядом, неистово улыбаясь. -Почему? -Мы ведь братья. Мы … Любим друг друга. Братской любовью, кажется. Да? Я понял, к чему он клонит. Но взял, и отослал эти мысли подальше. Не мог же я впилить себе в голову, что мой братик вдруг захотел.меня. Тьфу, нах*й! Проблеваться и не встать. Хотя. -Глеб, ты вроде протрезвел. Но кажется, на твой неокрепший мозг и психику оно повлияло как надо. -Ты не хочешь узнать, откуда я такой, типа-а. Пьяный? Ты хочешь сказать, что ты не заметил пропажи в своей сумке в шкафу? От этого пафоса в его голосе мне захотелось вмазать ему коленом и поиграть с ним в «Асфальтную болезнь». Но я держался. Ведь сам я, когда пьяный, явно не лучше.Но всё-таки рвануло. -Глеб, просто скажи. У тебя наступил этот переходный «трахальный» возраст, и ты на меня запал, да? У Глеба просто округлились глаза. -И это я тут неадекватный пьянчушка, да? Видимо, мои нервы сильно сдали. Мысли были весьма отвратительными. Но если быть честным, меня это как-то привлекало. -А что тогда? Говоришь со мной тут загадками, маленький ты… -Так, тихо. Не шуми-ка, -он достал мою бутыль, которую он нагло стыбзил из моего шкафа. Там оставалось около половины напитка, — успокойся, Вадь. Следующий час мы распивали коньяк. Аккуратно, я старался выудить всю информацию из него. Совершенно позабыв о времени и недалёком приезде родителей. -А знаешь, за что меня побили мои любимые.одноклассники? -За девочку какую-то? Глеб рассмеялся. -За тебя, Вадь. За тебя. Он подполз ко мне и прошептал на ухо: -Лишь от того, что тяжко мне жилось без тебя. Меня избили. Я застыл. -Глеб, ты пьян… -А ты, типа-а, трезвенник. -Глеб.Ложись спать. Тебе дурно. Он начал нести бред пьяной девочки, и я решил покинуть кровать и комнату. В этой ночи есть свои плюсы. Теперь я знаю, что пьяный Глеб — опасный Глеб. Каким-то чудесным образом весь запах испарился с приличной скоростью. Конечно, спать я не ложился. Ведь вдруг он сказал правду…