Zero nights

Это было так глупо. Вон У лежит на диване и просто смотрит в потолок, на котором время от времени разливаются полоски света от фар проезжающих мимо дома машин. Уши заложила мертвая тишина, но оно и к лучшему, любой звук сейчас мог бы вывести из себя. Кажется, он не моргал уже целую вечность, по крайней мере ощущение в глазах именно такие. Испачкав лицо Мин Гю в грязи, он просто убежал. Запрыгнул в первый автобус с пульсом за сотню и головой словно пух. Хорошо, что в обморок не грохнулся, вот был бы сюрприз для бабули, рядом с которой он стоял. Мин Гю не сделал ничего плохого, но у Вон У на душе неприятно до тошноты, как будто он весь в липкой мерзости, и не знает, как от нее избавиться. Говорить не хочется ровным счетом ни с кем, поэтому его телефон лежит экраном вниз под подушкой в беззвучном режиме с выключенной вибрацией. Было бы проще выключить его, но Вон У не ищет легких путей. Он вообще сможет уснуть сегодня? На часах, наверное, уже за полночь, а чувство неприятной горечи так и не пропадает. Вон У понимает, что так нельзя, у каждого случаются неприятные вещи, нужно научиться жить с этим, несмотря на неприязнь, стыд и обиду. Дайте хотя бы еще немного времени, и он справится с этим... Уже больше года прошло, перебивает сам себя Вон У. Было достаточно времени. Вдохнуть получается через раз, что уж говорить о том, чтобы выдохнуть. У Вон У перед глазами все плывет, он как будто бы не здесь, а в бесконечном ощущении падения на краю сна и бодрствования. Руки держат его, пальцы сжимают бледную кожу до еще более белых пятен, ногти оставляют после себя болезненные ссадины. - Поцелуй меня, - прямо над ухом звучит обрывистый шепот Мин Гю. Вон У приоткрывает глаза, и ему кажется, что он пьян вдрызг, потому что все летит куда-то на самое дно, а ему нечего противопоставить кроме зашкаливающих эмоций и горячего дыхания. Губы Мин Гю мягкие, но холодные, от этого по телу дрожь, и внутри что-то сжимается. Вон У обещает себе, что согреет Мин Гю изнутри. И не выполняет обещания. Утро - отвратительное время суток, когда ты человек с бренным тяжелым телом. Вон У хочет застрять навечно в состоянии сладкой дремоты, но не может, потому что у него звонит телефон. Пора выбросить эту штуку к чертовой матери, в последнее время она беспокоит слишком часто. И чего вдруг все люди о нем вспомнили? Вон У готов поклясться, что выключал звук вчера. Ах да, он же ждал ответа от Чи Хуна, поэтому включил звук. Стоп, а что он вообще писал? Вон У ждет, пока звонок от Сын Чоля прозвонит, а потом открывает сообщения. Зачем-то он спросил у Чи Хуна, что тот думает о том, насколько много раз можно порезать червя, чтобы он регенерировал в нового. Чи Хун отвечает, что потерял бы интерес к эксперименту на первом же разрезе. Вон У усмехается. Ответ пришел в районе половины шестого утра. Чи Хуну нужна нянька, которая будет отводить его спать вовремя. Сын Чоль звонит второй раз через минут пять. - Алло, - бубнит в подушку Вон У. - Ты свободен сегодня? - Сын Чоль, кажется, вообще не собирается возмущаться по поводу того, что его периодически игнорируют. - Вроде бы да, а что? - Вон У кое-как поднимает лохматую голову с подушки. - Отлично, я иду на презентацию альбома одного парнишки, мне нужна компания. Я зайду за тобой в пять. - Стоп, а почему Чон Хан не идет с тобой? - У него... другие дела, - уклончиво отвечает Сын Чоль. - Короче, будь готов к пяти. Вон У кивает, бросает телефон на пол и снова утыкается носом в подушку. Мин Гю стоит на другой стороне проезжей части, засунув руки в карманы. Он не улыбается и выглядит довольно холодно. Вон У сразу замечает его среди остальных людей, и внутри у него теплеет. Мгновение - мимо проезжает автобус - и Мин Гю уже улыбается. Он в солнечных очках, но Вон У готов поспорить, что Мин Гю рассматривает его с головы до ног, он почти физически чувствует этот взгляд. Они стоят на разных сторонах улицы. Почему Вон У уже так тяжело дышать? Он просыпается от звонка в дверь. Да вы прикалываетесь, думает он, смотря на часы: без десяти пять вечера, Сын Чоль уже пришел, а он только проснулся. Теперь точно попадет. Трусцой добежав до двери, Вон У открывает, сразу готовясь к худшему. - Милые труселя, - подмечает Сын Чоль, вскидывая бровь. - Ты даже не предпринимал попытки собраться, да? - Прости, хен, я сейчас быстро соберусь, ладно? Мы сильно опоздаем? - Нет, - он складывает руки на груди. - Я это предвидел, поэтому у нас, точнее у тебя, на сборы еще час. - Ты лучший. Пока Вон У носится туда-сюда, стараясь быстрее одеться, Сын Чоль спокойно разгуливает по квартире. Хозяин ничего не имеет против хотя бы просто потому, что скрывать ему нечего, особенно от своего старого друга. Сколько они уже знакомы? Лет 5, наверное. Это Сын Чоль устроил Вон У в звукозаписывающую студию. Без этого парня все могло бы быть совсем плачевно. В общем и целом Сын Чоль кто-то вроде старшего брата, на которого можно всегда положиться, или вроде надоедливого дядюшки, ворчание которого периодически можно пропускать мимо ушей. - Ты сменил Эгертона на Киану Ривза? - Увы и жаль, но да. Сын Чоль усмехается, глядя на рабочий стол Вон У, на котором царил какой-то хаос, хотя обычно был порядок. - Вы чем-то похожи, - подмечает он, оборачиваясь в сторону скачущего в попытках натянуть штаны хозяина квартиры. - Думаешь? - на голове Вон У взрыв и торчащие во все стороны пряди. Сын Чоль не отвечает и оставляет своего друга спокойно одеться. Хотя слово "спокойно" сейчас явно не про него: носится туда-сюда, хотя его никто не торопит, и подпрыгивает как ошалелый, когда его телефон издает звук оповещения о сообщении. Вон У берет в руки телефон и смотрит на Сын Чоля так, как будто спрашивает разрешения. - Мы не опаздываем, - напоминает Сын Чоль, поджимая губы в снисходительной улыбке. Вон У кивает. Это Чи Хун. Он уже писал, пока кое-кто в наглую дрых, и сейчас требует ответа. Он пишет, что к нему вчера заходил Мин Гю сразу после того, как Вон У ушел, и интересуется, не пересеклись ли они случайно. Вон У сглатывает и быстро набирает: "Нет, я его не видел". Буквально через несколько секунд приходит ответ: "Он сказал мне то же самое". Вон У фыркает и убирает телефон в карман. На голове все еще бардак, но он решает, что это стильная укладка. С распахнутой клетчатой рубашкой смотрится неплохо, футболка с дурацким принтом как бы намекает, что ожидать чего-то серьезного не стоит, да и Сын Чоль одобряет, а это самое главное. - И вот еще что, - вдруг тормозит Сын Чоль прямо перед выходом. - Я не могу гарантировать тебе, что там не будет Мин Гю. Поэтому, если такая ситуация возникнет, а ты не можешь бегать от него вечно, будь добр, просто держись со мной рядом, окей? Я не позволю этому ублюдку тронуть тебя. - В-все в порядке, - если сказать, что Вон У не стушевался после этого предупреждения, то это будет равносильно сравнению океана с лужей. - Тебе не стоит так печься насчет меня. Ты же знаешь, между нами... - Все кончено, да, я знаю, - скептично кивает Сын Чоль. - А еще я знаю, что у тебя здесь, - он указывает пальцем на лоб Вон У и следом тыкает его в грудь, - и здесь. Вон У поджимает губы, но ничего не говорит. Презентация альбома проходила в клубе, он не особо большой, но довольно неплохой на вид, Вон У бы, возможно, подумал, что тут мило, если бы не был ярым нелюбителем скоплений людей, к тому же сегодня здесь собрались вполне нормальные адекватные люди, которые пришли послушать нового исполнителя и, возможно, завести с ним какие-нибудь дела, если все пойдет хорошо. Сын Чоль здесь - представитель отдела поиска талантов той студии, где работает Чи Хун, именно их парень выпустил свой дебютный альбом. - Я отойду буквально на пару минут, - говорит Сын Чоль почти на ухо, хотя музыка не такая уж и громкая, и вообще здесь на странность довольно спокойно. - Никуда не уходи. Вон У кивает и прислоняется спиной к барной стойке. Столько людей. Женщины с короткими стрижками, с длинными кудрями, с дредами, с красными губами, с черными губами, мужчины в галстуках, в майках, с пирсингом, с бородами, в шляпах, в очках. Их очень много, и все не похожи друг на друга, это забавно и пугает одновременно. Вон У рад, что его здесь никто не знает, да и из толпы он не особо выделяется, это гарант спокойствия. Сын Чоля нет уже далеко не пару минут, но Вон У не особо обеспокоен этим, все-таки у его друга тут работа, а он должен радоваться, что у него есть шанс послушать неплохую музыку бесплатно и без регистрации. - Хен? - доносится откуда-то сбоку, и Вон У не сразу обращает на это внимание, а когда поворачивается, чтобы проверить, ему ли это говорят, то видит перед собой знакомого паренька. Довольно высокий, с расслабленной осанкой, широкой улыбкой и американскими замашками, его глаза запоминаются с первого раза, и Вон У тоже их помнит. - О, - он щелкает пальцами, пытаясь вспомнить имя. - В-вёр..нин?.. - Вернон, - поправляет парнишка, растягивая улыбку. - Хан Соль, - говорит Вон У, тоже улыбаясь. - Вы помните мое имя? Еще бы. Чи Хун и Вон У записывали его пару лет назад. Тогда студия очень сомневалась, стоит ли заключать контракт с этим парнем, потому что Хан Соль был как кот в мешке, вроде бы что-то есть, но неясно, как на это "что-то" отреагирует публика. Сам Вон У с удовольствием работал с ним, потому что Хан Соль действительно получает удовольствие от того, что делает, а это очень важно в их профессии. - Как твои дела? Продвигаешься? - Как видите, - Хан Соль запрыгивает на высокий барный стул рядом с Вон У. - В смысле? - Вон У непонимающе склонил голову. - Хен, вы пришли сюда, не зная, куда идете? А ведь и правда, не знает же. Сын Чоль ничего не говорил об исполнителе, когда звал его сюда. - Так это ты дебютируешь сегодня? - Вон У удивлен и рад одновременно. Хан Соль кивает, и его глаза становится едва видно из-за широкой улыбки. - Поздравляю тебя. Это очень круто, правда. - Я... на самом деле, - начинает Хан Соль, делает паузу и чешет затылок, - хочу сказать спасибо, хен. Для меня много значила ваша поддержка тогда. - Почему ты говоришь со мной на "вы"? - Вон У не сдерживает смешка и прикрывает рот тыльной стороной ладони, чтобы не светить зубами. - Ты очень талантлив, я уверен, что ты многого добьешься. - Ты нашел восходящую звезду раньше, чем я! - Сын Чоль появляется резко, как и всегда, Хан Соль едва не подпрыгивает на месте от такого налета, а Вон У уже привык. - Как ощущения? Нервничаешь? - Есть немного, - Хан Соль кивает, все так же улыбаясь, и с честью выдерживает довольно сильное похлопывание по плечу. Он, кажется, собирался сказать что-то еще, но подбежавшая девушка с какими-то бумагами утащила его за собой. - Скоро выступление, - поясняет Сын Чоль. - Вы знакомы? - А? - Вон У переводит взгляд со спины скрывшегося в толпе Хан Соля на друга, устроившегося рядом. - Да, я записывал его. Здорово, что у парня все получилось. - Ну, не то чтобы прямо все уже получилось, но, я думаю, его ждет успех. Главное, чтобы его не выбросило на обочину потоком событий. К дебюту все идут очень долго, приходится много ждать, но после него нужно работать в бешеном ритме, иначе останешься за бортом. Вон У мысленно радуется, что его это не касается. Едва ли он когда-то дебютирует или запишет даже хотя бы один свой собственный трек... стоп. В голове всплыло предложение Чи Хуна, сделанное им вчера. Черт. - Слушай, Сын Чоль, - Вон У поворачивается лицом к барной стойке. - Как ты думаешь, какой из меня исполнитель? - Из тебя? - он вскидывает брови. - Беспонтовый. - Ну, спасибо, - Вон У сокрушенно опускает голову, хотя и издает смешок. - Нет, в самом деле. Это не касается тебя как композитора или лирика. Ты пишешь запоминающиеся мелодии, классные тексты, но, - Сын Чоль делает паузу и заглядывает Вон У прямо в глаза, - пока ты зациклен на одном, ты никогда не сможешь двинуться дальше простого чувака, который пишет саундтреки к рекламе. Вон У ничего не отвечает, да и не знает, что ответить. Это даже не обидно, потому что правда. Сын Чоль прав от начала до конца. - Когда ты в последний раз спал с кем-нибудь? - Ч-чего? Вон У поднимает на Сын Чоля взгляд, полный недоумения. - Не прикидывайся солнечным зайчиком, - Сын Чоль закатывает глаза. - Я на полном серьезе спрашиваю. - Э-э, - Вон У неловко, из-за чего он бросает короткие взгляды из стороны в сторону, - года полтора назад? - Ты ненормальный, - Сын Чоль накрывает ладонями лицо и несколько секунд молчит. - В последний раз с ним, да? - Почему ты вообще спрашиваешь меня о таком? - А сам как думаешь? Может, потому что я беспокоюсь о тебе? И не делай лицо, будто я издеваюсь над тобой. Серьезно. Что тебя останавливает? Сложный вопрос. Действительно, что? Внутренний тормоз? Нежелание снова связываться с кем-то? Отсутствие потребности? Отсутствие даже мыслей об этом? Зацикленность на произошедшем? Моральная травма? Отрицание собственной сексуальности? Нехватка времени? Привередливость в плане выбора партнера? Вон У не знает, потому что не размышлял на эту тему. - Я не знаю, - так и отвечает он. - Зато, кажется, я знаю, - в своей манере бормочет Сын Чоль и закрывает эту тему. Где-то через полчаса начинается самый сок вечера, то бишь появление на сцене того, ради кого весь сыр-бор затеялся. Хан Соль, Вернон, юная звезда, улыбчивый парень-метис, полюбившийся публике своей широкой и лукавой улыбкой, презентовал треки из своего первого дебютного альбома. Вон У мысленно пообещал себе добавить каждую в свой плейлист, когда в очередной раз по коже пошли мурашки. У этого парня очень глубокие тексты, но он читает их с поразительной легкостью, как будто все это - игра для него, а рэп - это его обычный язык, на котором он говорит лучше, чем на своем родном. В самом конце его попросили продемонстрировать небольшой фристайл, он с легкостью согласился, но так феерично облажался, что все девушки в зале тут же отдали ему свои сердца. Вон У в восторге от этого парня. Когда презентация закончилась, начался банкет, и вот тут-то пошла настоящая вакханалия. В одну минуту вскрылась сотня бутылок, заиграла громкая музыка, и все пошли вразнос. Вон У был в таком воодушевленном настроении, что даже не подумал никуда уходить, да и вроде бы атмосфера все еще очень дружелюбная. Свет остался только около барной стойки, где они сидели с Сын Чолем, потягивая пиво из бутылок. - Я сейчас отойду... а ты пока приглядись к Хан Солю, - говорит Сын Чоль на ухо, Вон У тут же глазами ищет юную звезду в толпе и довольно быстро находит. - Он поглядывает на тебя. Сын Чоль оставляет пустую бутылку на стойке и быстро исчезает из поля зрения, оставляя Вон У наедине с его растерянностью. Он ловит взгляд Хан Соля, который уже как несколько секунд заметил, что на него смотрят, но не мог найти откуда. Видно, как он меняется в лице, встретив прямой взгляд Вон У, его губы на мгновение застывают в раскрытом виде на недосказанном слове, а затем Хан Соль быстренько кивает, улыбается и начинает пробираться сквозь толпу к барной стойке. - Ну, как? - он садится рядом так же, как и до выступления. - Надеюсь, не заставил скучать. - Ты очень классно зачитываешь, - Вон У говорит это и чувствует, как внутри у него почему-то холодеет, а по телу проходит нервная дрожь. - Не скажу, что я не ожидал от тебя, но это было очень круто. - Воа, мне так приятно это слышать, - он на секунду опускает голову и убирает падающие на глаза волосы на бок. - Я беспокоился, что что-то может пойти не так, но... теперь я спокоен. - Будешь? - Вон У указывает на бутылку у себя в руке. Хан Соль секунду колеблется, в итоге растягивает усмешку и кивает. - Каково это? Стоять на сцене перед людьми? - Хм, - Хан Соль принимает от бармена уже вскрытую бутылку. - Как бы поточнее выразиться? Это... большой кайф. Как будто стоишь на небоскребе и смотришь на вид огромного города внизу, вокруг сплошная тьма, и только прожекторы в лицо. Когда люди кричат и хлопают, чувствуешь себя на вершине. По-другому и не скажешь. - Рассказываешь так, что аж самому хочется попробовать, - Вон У усмехается. - Кстати об этом. Почему ты не записываешься, хен? - на лице Хан Соля искреннее недоумение. - Ммм, - протягивает Вон У, ковыряя ногтем этикетку на бутылке, - просто не хочу. Это не для меня. - Да брось. Я помню те треки, что ты писал... давно-давно это было. - Как много ты знаешь? Мне следует избавиться от тебя. - Но ведь вы с Чи Хуном-хеном сами их мне показали! Они смеются, это звучит тепло и мило, греет душу и дает ощущение комфорта, которого Вон У давно не испытывал с малознакомыми людьми. Действительно, когда Хан Соль только пришел в студию на запись, он довольно быстро установил контакт со всеми, и не ясно, что тому причиной: безграничный и всеобщий интерес к нему или его поразительная способность находить со всеми общий язык. Возможно, и то, и другое. Чи Хун и Вон У тогда баловались треками и включали их Хан Солю просто так, когда был перерыв. За разговором пролетает довольно много времени, как кажется Вон У, но он не уверен. Разговаривать с Хан Солем легко и приятно, он понимает, что нужно воспринимать всерьез, и над чем посмеяться, к тому же не особо парится и в общем получает удовольствие от жизни. Вон У считает, что это действительно здорово, учитывая, что ему самому это не особо удается, но вот, например, сейчас он этого совсем не чувствует. - У меня ощущение, что я с тобой всю жизнь знаком, хен, - говорит Хан Соль, потирая глаза. Свою бутылку он выпил довольно быстро и заметно опьянел, хотя это выражалось только в его некоторой сонливости и замедлении речи. Вон У же тянет свою с самого концерта, поэтому чувствует себя почти так же, как и всегда, хотя и ощущение холодка внутри не покидает его. - Может, так и есть? - он усмехается, допивая последний глоток. - Может быть, - ощущение будто Хан Соль не закрывает глаза только из вежливости, хотя на самом деле давно дремлет. - Было бы неплохо. - Кстати, - вдруг осеняет Вон У, - ты вообще совершеннолетний? - Неа. Секунда, и они начинают смеяться в один голос, а Вон У накрывает лицо ладонями. Приехали, думает он, споил малолетнего. - Тебе стоило сказать об этом сразу. - А что, это многое меняет? - Ну, например, то, что тебе нельзя пить. - Но я же с тобой, хен. Эта фраза звучит как-то не так, как должна, или Вон У послышалось? Он убирает ладони от лица и смотрит на Хан Соля. Тот по-прежнему сидит довольно расслабленно, но что-то в нем изменилось, это чувствуется на уровне предчувствия, и это беспокоит. Холод внутри Вон У расползается из живота выше и подступает к горлу, отчего он нервно сглатывает. - Я отойду, - каким-то не своим голосом говорит он, встает со стула и направляется в сторону, как ему кажется, туалета. Ледяная вода в лицо - вот то, что сейчас необходимо. Но как назло коридор, который и без того ужасно узкий, полон людей, скажем так, занимающихся своими, не касающимися больше никого, делами. И Вон У отнюдь не хочется встревать в них. Ладно, просто поторчать у стены одному тоже полезно, можно настроить мысли на нужный лад или хотя бы немного их упорядочить, пока все не полетело на самое дно. Но один хрен все летит на самое дно, потому что Хан Соль какого-то хрена пошел за ним. Услышав свое имя, Вон У обернулся и столкнулся с ним почти лицом к лицу, небольшая разница в росте не играла особой роли. У Хан Соля на лбу написано, что он специально это сделал, специально пошел за ним, как будто бы знал, что точно зажмет Вон У в угол, и это немного настораживает в нем. Его губы слегка приоткрыты, из-под них видно белые зубы, но об улыбке нет даже и речи. Волосы, влажные от пота, распались на отдельные прядки. Взгляд прямой и знающий, чего хочет его владелец. Вон У очарован. Он делает шаг в сторону Хан Соля, тот отступает, шаг вперед - шаг назад, еще и еще, пока юный дебютант не натыкается спиной на стену, а Вон У не подходит к нему вплотную и не кладет руки ему на бедра. Узкие, какие-то даже мальчишеские, худые, а потому чувствительные, Вон У ведет ладонями вверх, по талии, вжимая пальцы в кожу, на что Хан Соль реагирует дрожью и участившимся дыханием. Он пьян, понимает Вон У, и такое со всеми бывает, поэтому не хотелось бы быть тем, кто предоставит этому пареньку горький урок о том, что чужим людям доверять нельзя, особенно когда вы пьяны. Взгляд Хан Соля прикован к глазам Вон У, а ресницы подрагивают, они длинные и пушистые, на них хочется смотреть. И Вон У смотрит, пока не замечает это короткое движение - язык по нижней губе - и чувствует, что ситуация выходит из-под контроля. Нет, не так. Она уже вышла. Он ловит короткий вдох, и хочет уже закрыть глаза, но что-то в голове вовремя щелкает. Губы Вон У в сантиметре от губ Хан Соля, еще немного, и он сломает нахрен все, что успел построить за это короткое время. - Что я делаю, - вырывается на выдохе, и Вон У отстраняется, отходя от Хан Соля на пару шагов. - Так, я... я найду Сын Чоля, он вызовет тебе такси, окей? Ни с кем не разговаривай и жди около бара. Хан Соль хочет что-то сказать, но его уже никто не слышит, потому что в клубе очень громко играет музыка. "Что я делаю?" - спрашивает себя Вон У, прислоняясь спиной к холодной кирпичной стене на улице.