Привет, меня зовут Септимус Поттер

      Проснувшись около семи, Септимус встал и отправился в ванную. Ополоснувшись и умывшись, он пошёл собирать сумку. Положив несколько пергаментов, учебники по Зельеварению и Чарам, Трансфигурации и ЗОТИ, перо и чернила, Поттер отправился в Большой зал на завтрак.       Завтрак состоял из овсяной каши, тыквенного сока и бутерброда с маслом. Поковыряв в каше, Септимус взял бутерброд. — Септимус? — Поттер повернулся и оглядел слизеринского старосту. Немного помедлив, он кивнул и тут же получил листок с расписанием. «Сдвоённая трансфигурация с когтевранцами и зелье с гриффиндорцами. Ничего себе начало дня. Хотя когда было иначе. Даже странно, что из года в год похожие ситуации повторяются».       В девять часов начался урок трансфигурации. — Доброе утро. Я, профессор Макгонагалл, буду обучать вас трансфигурации. Кхм... Желает ли кто-нибудь из присутствующих здесь поделится своим мнением или, лучше сказать, знанием о том, что же изучает наука-трансфигурация? — Задала вопрос декан Гриффиндора и в тот же миг в классе поднялись пять рук. — Мисс Брукс? — Трансфигурация — один из важнейших магических предметов. Подразделяется на три раздела: трансфигурация живых существ и предметов, анимагия и самотрансфигурация. Помимо этого её делят на: внутреннюю, внешнюю, совмещённую, полную, анимагическое превращение, автомортитрансфигурацию — превращение камикадзе, — ответила девочка с Когтеврана. — Достаточно. Очень хорошо. Пять баллов Когтеврану. Итак. Трансфигурация — это дисциплина, изучающая магические превращения одних предметов в другие. Для трансфигурации требуется волшебная палочка и знание соответствующей формулы. Превращать можно как живые, так и неживые объекты, а также части объектов. Создание предметов из ничего или их исчезновение являются частными случаями трансфигурации.       Трансфигурация подчиняется определённым магическим законам — в частности, Законам Элементальной Трансфигурации Гампа: согласно им существует пять «принципиальных исключений», в том числе еда, которые нельзя создавать из ничего.       В Хогвартсе трансфигурация является обязательным предметом с первого года обучения по пятый, после чего нужно сдать экзамен СОВ. Далее возможен выбор курса на шестом и седьмом году обучения для сдачи ЖАБА.       Курс трансфигурации включает в себя практические занятия и письменные работы. Ну что же, начнём же наш первый урок. Сегодня вы постигнете азы трансфигурации: превращение маленьких вещей. Перед каждым из вас на столе лежит спичка. Ваша задача превратить эту спичку в иголку. Чтобы сделать это, сосредоточьтесь, наведите волшебную палочку на спичку, очертите в воздухе круг, взмахните палочкой и произнесите «Трансферо!». Приступайте! — Сказала Макгонагалл и и взмахом палочки раздала спички.       До конца урока Септимус бесполезно махал палочкой и наблюдал за другими. Многие усердно пытались следовать заданию, причём так усердно, что их лица краснели от натуги. Другие же, наоборот, взмахнув пару раз палочкой, бросали дело и пытались заниматься посторонними делами, но строгая профессор быстро пресекала их попытки. Была третья группа учеников. Они листали учебник в поисках ответов, но, увы, кроме расплывчатых указаний: «Сосредоточьтесь», «Взмахните», «Произнесите», там ничего не было. Отсчитав до конца урока приблизительно пять минут, Поттер сосредоточился, уверенно взмахнул палочкой и трансфигурировал спичку в в целевой предмет — иголку. — Очень хорошо, мистер Поттер. Десять очков Слизерину. Итак, ваше домашнее задание: написать небольшое эссе на тему «Как вы понимаете слово трансфигурация?» — Произнесла профессор и прозвенел звонок.       Поттер собрал сумку и вышел из класса. «Что ж, неплохое начало дня». — Подумал Септимус и направился в подземелья.       Зельеварение преподавал профессор Снейп — очень неприятная личность в чёрном балахоне, похожая на огромную летучую мышь. Кабинет Снейпа находился в одном из подземелий. Тут было холодно — куда холоднее, чем в самом замке — и довольно страшно. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные органы животных: глаза, лапки, языки, к примеру, а в некоторых банках встречались и цельные животные: мелкие лягушки, ящерицы, пристранного вида улитки и прочая нечисть.       Прозвенел звонок, и дети вошли в класс. Через несколько минут влетел Северус Снейп. Открыв журнал, зельевар стал знакомиться с учениками. И остановился, дойдя до фамилии Поттер. — Септимус Поттер, это значит, Гарри Поттер вам брат? — Издевательски протянул Снейп. — Нет. Мы не братья. Я его даже не знаю. Скорее всего, просто однофамильцы, — спокойно сказал Септимус. «Вчера же всё нормально было. Чего опять он начинает?» — раздражённо подумал тот. — «Только не говорите, что он на публику играет. Было бы забавно если это так».       Закончив знакомство с классом, Снейп обвёл аудиторию внимательным взглядом. Его чёрные глаза были холодными и пустыми и почему-то напоминали тёмные туннели. — Палочки убрать. Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку. Глупое махание волшебной палочкой к ней не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Я научу вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.       После этой короткой речи царившая тишина стала абсолютной. «Точно речь наизусть учит. Или она у него где-то записана. Один в один, как когда я был на первом». — Подумал слизеринец и представил, мужчину в халате перед зеркалом, зачитывающим монолог. Его губы слегка дрогнули. — Поттер! — Неожиданно произнёс Снейп. — Что получится, если я смешаю измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни?       Слизеринец удивлённо поднял брови. В его взгляде отразилась фраза: «Ну что, опять по новой? Где-то я это уже видел. Точно, мы это проходили, не так ли, профессор?» Однако, не смотря на эти мысли, Септимус поднялся и чётко, как в армии, отрапортовал: — Из корня асфоделя и полыни можно приготовить усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. — Попробуем ещё. — Замешкавшись проговорил Мастер зелий. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — Спросил он. — Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов. Что-нибудь ещё, сэр? — Всё также спокойно и чётко ответил Поттер. — Хм... вижу, вы ознакомились с купленными учебниками, в отличие, как вы ранее выразились, от своего однофамильца. Однако не расслабляйтесь, я ещё не закончил опрос. В чём разница между волчьей отравой и клобуком монаха? — Не отставал Северус. Заметив ухмылку в глазах Септимуса, он лишь удивлённо поднял брови. — Волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, также известное как аконит. — На одном дыхании выпалил Септимус. — Садитесь, Поттер. Так, все записывайте то, что сказал мистер Поттер! — Проговорил Снейп и взмахнул палочкой. На доске появился рецепт зелья для извлечения фурункулов. — Рецепт на доске. Разбейтесь на пары и начинайте готовить. Рецепт: • 50 г. сушёной крапивы • 7 змеиных клыков • 4 рогатых слизня • 2 иглы дикобраза Способ приготовления: Положить в ступку клыки. Растолочь пестиком клыки до мелкой крошки. Добавить 4 части толчёных змеиных клыков в котёл. Поддерживать 250 градусов в котле в течение 10 секунд. Взмахнуть волшебной палочкой. Дать зелью настояться в течение 45 минут. Добавить слизней. Снять зелье с огня, добавить 2 иглы дикобраза в котёл. Помешать 5 раз по часовой стрелке. Взмахнуть волшебной палочкой, чтобы закончить приготовление зелья.       Прочитав рецепт, Септимус повернулся к соседу и попросил принести нужные ингредиенты. Сам же Поттер, не отрываясь, сверлил Снейпа, пытаясь понять, какую грязную игру тот ведёт. Почувствовав прожигающий взгляд, мужчина провернулся в его возможном направлении, но того уже и след простыл. Зельевар ещё больше нахмурился, но дерзкого паршивца искать перестал.       Снейп равнодушно прохаживался между рядами парт, изредка делая колкие замечания ученикам, в основном гриффиндорцам. Остановившись у котла Септимуса, Северус долго вглядывался. «Этого не может быть. Как он сварил? Этого не может быть, чтобы какой-то первокурсник сварил на первом же уроке идеальное зелье. Скорее всего, ему просто повезло». — Пронеслось в голове зельевара. — Неплохо, мистер Поттер, неплохо, — сказал Снейп, всё ещё недоверчиво поглядывая на первокурсника и котёл.       Вдруг класс наполнился ядовито-зелёным дымом. Все оглянулись — в конце класса стояли два гриффиндорца. Именно их зелье источало этот дым. В котле что-то бурлило, но не было ясно, что это такое и является ли это зельем. — Идиоты! — Прогремел Снейп, но его не было слышно из-за звонка. — Эванеско. Все свободны. Мистер Поттер, задержитесь на минуту.       Септимус закатил глаза. «Ну вот, опять разборки! Ну и что на этот раз, а?» Северус, заметив этот взгляд, лишь только ухмыльнулся: — Вы уничтожили зелье, которое готовили? — Нет, сэр. А что? — Поинтересовался Септимус. — Тогда принесите его.       Септимус стал буравить взглядом Северуса. — Ну что опять? — Септимус кивнул на котёл, потом на Северуса. — Простите, профессор. Но из заклинаний я изучил только «Трансферо». Поэтому вам придётся самому его взять и принести себе на стол. — Ясно. Сейчас подойду. Стоп. Как это изучили «Трансферо»? Оно проходится на уроке трансфигурации… — Она была часом раньше. — И у вас получилось выполнить задание? — Угу. — Как я погляжу, вы смышлёный мальчик. Только дерзость всё портит.       Подойдя к парте с котлом, Северус достал из кармана флакончик и перелил в него зелье. Сказав «Эванеско», он уничтожил остатки снадобья. — Что ж, мистер Поттер, присядьте. — Хорошо, как пожелаете, сэр. Но попрошу не придираться к моим манерам. — Последнее слово Септимус чётко выделил и сел за первую парту. Теперь он кое-что понял для себя. Весь урок мужчина смотрел на него как на Гарри Поттера, словно искал сходство. Поначалу он хотел это игнорировать, но взгляд был таким, что игнорировать не получалось. Это было потому как зельевар был ближе всех к нему и знал о нём больше всех. И это же настолько выводило слизеринца из себя и он уже не мог контролировать порывы своих чувств. — Вам следует сначала за собой проследить. — Поттер, не нарывайтесь. Я не намерен терпеть вашего неуважения ко мне. — А я не хочу, чтобы вы сравнивали меня с каким-то Гарри Поттером. И тыкали носом в несуществующее сходство с ним. С ЭТИМ человеком меня связывает, только похожая фамилия и НИЧЕГО БОЛЬШЕ. — С чего это вы взяли, что я вас сравниваю? — Ваш взгляд, он чётко говорит сам за себя. Даже сейчас вы пытаетесь меня оценивать. Или представляете на моём месте Гарри Поттера. Но запомните я не он, никогда им не стану и меня ничто с ним не связывает. — «Ничто больше с ним не связывает и никогда больше не свяжет. Он погиб и больше не вернётся. Никогда». — Хорошо, так и быть, я постараюсь вас с ним не сравнивать. Но я надеюсь, что вы проявите хоть чуточку уважения к своему декану и учителю, — сурово сказал Снейп. — Да, конечно, сэр. Постараюсь, только если и вы будете стараться, — протянул Септимус. — Сэр. — Вижу, до вас не доходит. Отработка. Сегодня, в семь. Думаю, урок хороших манер вам не повредит. А теперь вон отсюда! — Что и требовалось доказать, профессор. — Поттер! — Зарычал Снейп.       Но Септимус уже схватил сумку и выскользнул из кабинета. Ему нужно было успокоиться. Он осознавал, что перегнул палку, но чувство злости не уходило. Он всеми силами хотел забыть прошлое, расстаться с ним, но вновь и вновь сталкивался с ним. Все, кто знал его когда-то как Гарри Поттера, бросали сравнивающие взгляды, но именно зельевар стал последней каплей. Его взгляд стоил тысячи других. Желание идти на обед пропало и в гостиную возращаться тоже не хотелось. Вдруг силы покинули Поттера, и он дошёл до ближайшего туалета, запер его заклинанием и устало соскользнул на пол по стене, расположенной рядом с раковинами, и обхватил колени руками.