Привет, меня зовут Септимус Поттер

      Септимус сидел в пустой гостиной. Тяжёлая неделя полная дополнительных занятий и заданий и отработок у Снейпа наконец-то закончилась и наступили каникулы. Все до единого слизеринцы разъехались по домам праздновать Рождество. Только он один остался в зелёных комнатах. Развалившись на диване, Поттер читал историю магии. За каникулы ему предстояло написать целое эссе. Но он не горел желанием что-либо делать и хотел немного передохнуть и потому читал крайне медленно. Неожиданно стена отодвинулась и в комнату вошёл Северус Снейп. — Добрый день, мистер Поттер, — проговорил он.       Слизеринец резко сел. Уж кого-кого, а декана своего факультета видеть он точно не ожидал. Постоянные придирки и замечания в классе на уроках и отработках за прошедшую неделю стали обычным делом. Они снова ругались, но по происшествии времени мирились. Иногда после ссор Северус был необычно мягок и позволял себе вольности, например, по окончании отработки поил чаем перед тем как отвести в гостиную. Септимус порой не знал, как и быть. Ему нравилась эта мягкость, но он боялся, что когда-нибудь это всё закончится как сон. И от того не мог ответить взаимностью. — Добрый день, профессор. Чем могу помочь? — Спросил юный волшебник. — Собирайтесь. По настоянию директора, вы проведёте каникулы в моих апартаментах. Комнату уже подготовили. Домовики отнесут ваши вещи. Вам ясно? — Да, сэр, — ответил Поттер и побежал в спальню. — Но почему я не могу остаться в гостиной своего факультета? — Господин директор исходит из совета школьной медсестры и следует её прямым указаниям. Мадам Помфри же считает, что вы ещё не совсем поправились и за вами нужен присмотр. Да и так мне удобнее будет давать вам зелье — «Старый проказник считает, что вам будет одиноко в гостиной на Рождество, а мне в своих апартаментах и потому решил, что поселить на время каникул вместе будет крайне забавно. Но я вам этого прямо сказать не могу, мистер Поттер. Да и для меня это возможность лучше приглядывать за вами, а также сблизится».       Сложив учебники, пергаменты, перья и прочие принадлежности, слизеринец выбежал из спальни и кивнул своему профессору. — Тресси, отнеси вещи мистера Поттера в его временную комнату. — Рядом с учеником появился домовик.       Мальчик указал на сундук и пустующую клетку. Эльф дотронулся до вещей и исчез. Септимус тем временем подошёл к Мастеру зелий и они отправились. По пути Поттер старался запоминать все повороты и пролёты. Встретившись с Кровавым Бароном, зельевар сухо кивнул ему и пошёл дальше. Ребёнок поступил также. Остановившись у стены в коридоре, он попросил дотронуться до неё. — Очень хорошо. Теперь дверь реагирует на вас. Запоминайте пароль: «когти грифона». Без пароля дверь не откроется.       Слизеринец кивнул и прошёл внутрь. Ничего не изменилось с его последнего визита. Стол по-прежнему стоял у стены, напротив дивана расположился маленький камин, а рядом со столом — высокий шкаф с книгами. — Так. Дверь справа — ваша комната, слева — моя спальня. Без надобности не входить. Вот это — моя личная лаборатория, — зельевар указал на чёрную железную дверь. — Только попробуйте войти без моего разрешения. Если что-то понадобится, зовите лучше домовика, но можете обратиться ко мне. Правила в апартаментах действуют те же что и гостиной факультета, вас ясно? — Да, сэр. — Тогда ступайте и разберите вещи. Я буду в лаборатории, если возникнут какие-то вопросы.       Он развернулся на каблуках и направился в лабораторию. Септимус покачал головой и пошёл к своей двери. «Значит, здесь я буду жить. Ну, что ж, посмотрим». Он толкнул дверь в своё временное пристанище, и та, скрипнув, отворилась. Взору предстала просторная комнатка. Большая кровать, широкий стол для уроков, шкаф и скромная душевая. Рядом с постелью уже стоял сундук, а на парте — клетка. — Довольно неплохо. Уютненько. Пора размещаться, — вслух произнёс Поттер.       Откинув крышку сундучка, он начал раскладывать вещи. Полки заполнились учебниками, а стол — пергаментами. В шкаф слизеринец положил одежду, а в большой отдел — свою скрипку. Убедившись, что всё на своих местах, он сел за стол. «До ужина ещё полно времени, поэтому напишу-ка эссе по трансфигурации неживых предметов».       Септимус откинулся на спинку стула. На столе уже лежало готовое эссе. Полтора часа он потратил на него. Полтора часа! Поттер глянул на циферблат. Он показывал полшестого. Желудок недовольно забурчал. Накинув тёплую мантию, паренёк решил, что сразу после ужина пойдёт на улицу.       За столом кроме девяти учителей сидели двое львят, пятеро воронят, четверо барсучат и одна змейка. Гриффы что-то горячо обсуждали. Трое когтевранцев спорили со своим деканом, а двое читали за столом. Хагрид рассказывал Спраут о новом растении, Снейп и Макгонагалл ругались друг с другом. Глядя на всё это, Септимус подумал: «Вот он — настоящий дурдом! Добро пожаловать!» — Северус, Минерва, угомонитесь! Вы как кошка с собакой, честное слово! — Вмешался директор. — Не лезьте не в своё дело, Альбус! — Зашипели они на бедного старика. — Большое спасибо за ужин! Всем приятного аппетита! — прервал присутствующих Септимус.       Он встал со стула и направился к выходу. Поглядев на прощание на участников дурдома, он скрылся за дверью.       Погулял Септимус на славу. Сходил на озеро, посидел под любимым деревом. Побродил по замёрзшему стадиону. И вот, возвращаясь поздно ночью в апартаменты, ученик от всей души желал не застать Мастера зелий. Он так увлёкся прогулкой, что едва услышал как часы пробили девять раз. Спохватившись, он рванул в подземелья, надеясь, что мужчина не будет так уж недоволен тем, что последний вернулся слишком поздно. Петляя по коридору, слизеринец вдруг понял, что не знает, где находится. — Проклятье! Ещё и заблудился! Растяпа! Снейп из меня котлету сделает! — Ругал самого себя Поттер.       Пытаясь найти выход, он лишь больше заблудился и, прислонившись к стене, осел на холодный пол. Прикрыв от усталости глаза, мальчишка незаметно для себя провалился в сон.       Септимус попытался посмотреть на часы. — Успокойтесь, мистер Поттер. Вы ещё и пятнадцати минут не простояли, — усмехнулся зельевар.       Он восседал в кресле и потягивал ароматный кофе. В то время его подопечный стоял в углу. По лицу Мастера зелий можно было сказать, что он от всей души забавляется зрелищем. Чувствуя, что за ним наблюдают, слизеринец всё больше и больше краснел от стыда. «Блин-н-н! Как такое могло случиться! Почему со мной?! Я больше не могу! Ноги начинают затекать. Почему именно такое наказание, почему не строчки или что-либо другое. Ещё и этот идиотский костюм. Унизительней ничего не придумал. Профессор, вы — ублюдок! Сальноволосый ублюдок!»       Два часа назад… Невольно вздрогнув, Септимус открыл глаза. Мягкая кровать. Тёплое одеяло. Вставать лень, но надо. Неожиданно в голове всплыл вчерашний вечер. Слизеринец побледнел. Он быстро сполоснулся, оделся и замер в нерешительности. Переборов себя, мальчик открыл двери и огляделся в поисках нелюбимого учителя. — Вы не меня случайно ищите, мистер Поттер? — Зельевар сидел за столом и проверял домашние работы учеников. — Завтрак вы уже пропустили, поэтому есть будете здесь. Присаживайтесь.       Парнишка медленно подошёл и сел на предложенный стул. «Пшённая каша? Хорошо, что не овсянка! Надоела уже» — Подумал он прежде, чем взять в руки ложку и с аппетитом наброситься на предложенную еду. Глаза профессора зорко за ним следили. Под пристальным взглядом много не съешь, поэтому Септимус съел столько, сколько мог в себя вместить. Посматривая на Мастера зелий с опаской, он знал, что тот недоволен и уже искал то, что станет его наказанием. — Расслабься. Я уже не злюсь. Скорее огорчён собственным недосмотром. Но это не значит, что у твоих действий не будет никаких последствий, ясно? — Да, сэр. — Во-первых, позже я покажу тебе карту подземелий и как дойти до апартаментов. Во-вторых, в следующий раз перед тем как идти на улицу — оповести, пожалуйста, меня. Иначе будешь ходить только со мной за руку или под присмотром Тресси. Если ты большой и самостоятельный мальчик, то быстро поймёшь разницу между гулять одному и там где хочется и под присмотром своего декана. В-третьих, если идёшь на прогулку вечером, то должен возвращаться в замок не позже восьми тридцати, а в апартаментах быть не позже девяти вечера. И не как позже, понимаешь меня? Отлично. И последнее, если вдруг снова поймёшь, что заблудился, вернись в гостиную Слизерина и жди меня там, а не в коридоре на холодном полу. Я ясно выразился? — Да, сэр. Подобное не повторится. — Надеюсь. Правил не так много, чтобы их не соблюдать. Но сейчас ты ходишь по тонкому льду, будь осторожен, не провались под него. — Сердце Септимуса пропустило удар. — Касательно твоего наказания. Так как ситуация представляет тебя в детском свете, то и наказан ты будешь соответствующе. Полчаса в углу и это.       Снейп взмахнул палочкой, указывая на одежду слизеринца. Та преобразилась. Мальчик оказался облачён в костюм зелёного дракончика с молнией спереди и откидным сиденьем на заднице. Он хотел было возмутиться, но увидев деревянную линейку в руках мужчины, лишь сник. Вопрос для чего именно было откидное сидение так же резко отпал. Северус похлопал деревяшкой и отложил её в сторону. Он обогнул стол и, положив руку на плечо маленького непослушного дракончика, повёл его в угол. Уткнув его носом, зельевар постучал по сидению и произнёс: — Выйдешь когда я скажу, понял? — Да, сэр.       Поттер недовольно засопел. — Успокойтесь. Ещё пять минут. В детстве вас не ставили в угол? — Северус на минуту оторвался от созерцания детских каракулей. Оглядев с головы до пят своего подопечного, он усмехнулся. — Нет, сэр. — Оно и видно. Ладно, иди. Не могу проверять пока ты так сопишь. — Септимус выскочил из угла и потянул за костюм. — Нет, снять не разрешаю. Это часть твоего наказания. — Но зачем это? — Поттер, краснея, указал на то, что находилось пониже его спины. — Можно это убрать и сделать съёмные штаны. — Нет. Мне так удобнее. И не думаю, что есть смысл пояснять почему. Идите, Поттер, пока я не передумал и не испытывайте моё терпение сегодня, негодный мальчишка.       Уловив в голосе Снейпа рычание, юный волшебник прошмыгнул в свою комнату. Весь остаток дня он проходил в этом глупом наряде. Пару раз зельевару что-то не понравилось в его поведении и дал это чётко и ясно понять, шлепнув по заду. На ночь он также запретил снимать костюм, несмотря на недовольство последнего. На следующий день Септимус первым делом избавился от глупого наряда, спрятав его как можно дальше в Выручай-комнате, но с возвращением в апартаменты обнаружил его на своей кровати. Причём с запиской от Мастера зелий, в которой значилось, что от костюма избавиться он не разрешает и тот будет служить одной из карательных мер в будущем.

***

      Праздничный ужин вышел на славу. Как, впрочем, и всегда. Септимус медленно брёл по замку. Взрослые уже напились и стали рассказывать свои глупые и понятные только им шутки. А что от них ожидать? Рождество ведь раз в году, как и день рождение. Увидев лес, Поттер забрался на подоконник и устроился поудобнее. Красота. Деревья, покрытые снегом, отливают золотым блеском. Где-то там, в глубине, слышится одинокий вой. Такой знакомый, такой родной, он манит к себе. На мгновение слизеринец ощутил себя в объятиях леса. Темно. Холодно. Огромные сосны возвышаются над землёй. Тихое уханье совы, хруст только выпавшего снега, писк пойманной мыши. Всё это смешивается в один поток и… — Мистер Поттер, очнитесь сейчас же! — Чья-то ладонь отвесила хороший подзатыльник.       Септимус открыл сонные глаза и удивлённо посмотрел на декана. — Вставайте, соня. Ужин уже закончился, — проговорил бархатный голос. — И почему я вечно нахожу вас где-нибудь на холоде. Не терпится заболеть? Не советую вам это делать, болеть в моих апартаментах совсем, совсем не весело, знаете ли.       Поттер протёр глаза и неуклюже побежал за уходящим профессором.       Полседьмого. Надо же так рано проснуться. Не в восемь, не полдевятого, не даже в девять, а полседьмого. Полседьмого! Закрыв глаза, Септимус попытался продлить свой сон, но безрезультатно. Сполоснувшись, он оделся и вышел в гостиную. За столом, попивая свой кофе, сидел Мастер зелий. Обычно на нём была его любимая бесформенная мантия, но сегодня он одел зелёный халат. Под ним виднелась белая сорочка. — Долго ещё стоять собираетесь или, наконец, проснётесь и сядете за стол? — Отрываясь от газеты, спросил Северус.       Поттер мгновенно оказался за столом. Зельевар хмуро посмотрел на мальчика и позвал домовика. — Тресси, принеси мистеру Поттеру чего он желает. — Глаза Септимуса округлились до чайных блюдец. — Что-то не так, мистер Поттер? Хотите, я закажу вашу любимую овсянку? — С сарказмом проговорил Снейп. — Нет. Не надо, профессор. Тресси, можно мне кукурузную кашу с фруктами, кружку горячего шоколада и пару тостов, — заказал ребёнок.       И уже через несколько минут он, под пристальным взглядом учителя, лакомился аппетитной кашей. Честно признаться, Поттера очень удивило поведение его нелюбимого профессора. Вдруг из камина вылетело письмо. Северус на лету поймал его и распечатал. В конверте был ответ от Люциуса Малфоя. Прочитав письмо, он убрал его в карман халата. — Мистер Поттер, сегодня в два часа дня мы отправляемся к моему другу. Он не против, того чтобы вы присутствовали. Мы отправляемся к мистеру Малфою, отцу Драко Малфоя. Старосты Слизерина, — добавил зельевар. — Хорошо, сэр.       Миссис Малфой оказалась милой и красивой женщиной. Увидев выходящих из камина Северуса и Септимуса, она бросилась их обнимать. Мистер Малфой, в отличие от своей жены, не так бурно приветствовал гостей. Зельевару он пожал руку, а вот Септимуса потрепал по головке. К этой семейной идиллии присоединился ещё один гость. Драко прямо-таки влетел в гостиную и бросился в объятия своего крестного. Не успел Поттер уследить за продолжением истории, как сам оказался в таких же крепких объятиях женщины. — Цисси, милая, ты переломаешь ребёнку кости, — строго сказал Люциус. — Он прав, миссис Малфой. — Тихо шепнул он, уловив истинное значение слов светловолосого мужчины. — Сейчас я выступаю в роли чужого ребёнка и вы меня видите впервые. Между нами нет никаких связей. А обнимать чужого ребёнка, которого видишь впервые, очень подозрительно. — Но, милый, я всего чуть-чуть. — Шепнула в ответ женщина и продолжила обнимать несмотря на недовольный взгляд Малфоя-старшего. — Драко, ты уже сделал хоть что-нибудь из уроков? Или всё бездельничаешь? — Вдруг спросил декан Слизерина со всей серьёзностью.       Драко почувствовал опасность и начал медленно отступать. Глаза крестного зловеще сверкнули. Мистер Малфой тоже ополчился на сына. Сглотнув, подросток побежал в свою комнату, да так, что пятки только сверкали. — А ну вернись, негодный мальчишка! — Крикнул вдогонку отец. — Мистер Поттер, а вы уроки сделали? — Мистер Поттер ещё вначале каникул всё сделал, не так ли? — Слизеринец боязливо посмотрел на трость в руках Малфоя и кивнул.       Заметив взгляд Септимуса, он рассмеялся. — Глупые детишки. Драко, вернись назад. Не буду я ругать тебя. Уроки позже сделаешь. Северус тебе поможет. Пойдём все за стол. — Правда ругать не будешь? — Белобрысая голова высунулась из-за угла. — Конечно, не буду. — Точно-точно? — Ещё раз спросил «хорёк». — Точно. — Подросток подбежал к отцу и крепко обнял его.       Тот тоже обнял любимого сына, не забыв при этом наградить непослушную попу сильным предупреждающим шлепком. — Па-а-а, не при всех же, — парень машинально потёр больное место и надул розовые губки.       Наблюдая за всем этим, Септимус почувствовал укол зависти. О таких любящих родителях он мог только в тайне мечтать. Хотя он знал и оборотную сторону медали и знал, что когда-то они были совсем не такими, как сейчас. Но прошедшая война сильно их изменила и потрепала. Потрепала и смягчила их нравы.       Да, пир, конечно, не был таким шикарным, как хогвартский, но всё же в нём была своя изюминка. Стоило, слизеринцу на минуту отвернутся, как заботливые руки миссис Малфой накладывали ему добавки. А на десерт было парфе. Для Септимуса это блюдо было в диковинку. Он, конечно, пробовал мороженое, но предложенное — в первый раз. Взяв десертную ложку, Поттер вкусил сие блюдо. Настоящая гармония вкуса заиграла во рту. Нет ничего лишнего. Всё: орехи, подливки всех вкусов и цветов, мелко нарезанные фрукты и ягоды — всё это было сплошной вкусовой картиной. Яркой и запоминающейся.       Спящий на ходу Септимус не стал даже ванну принимать. Да что там ванну принимать, он упал без сил на кровать и, обняв покрепче подушку, заснул сладким сном. Северус, решивший напомнить последнему о расписании, был крайне удивлён увиденным. Покачав головой, он переодел паренька в пижаму, укрыл тёплым одеялом и, выключив свет, вышел из комнаты. Утром Поттер так и не решился спросить профессора, кто переодел его в ночную одежду. — Люциус, могу я задать вопрос. — Спросил темноволосый волшебник, потягивая огневиски. — Ты уже его задал. — Шутливо заметил лорд Малфой, но, поймав серьёзный взгляд, изменил ответ. — Конечно, можешь. — Мальчик, Септимус Поттер, которого я привёл сегодня. Тебя не смутило, когда я написал, что он возможно маглорождённый. Я знаю, после войны вы охладели к подобным делам, но не настолько, чтобы позволять себе приглашать в дом подобных. Твой отец наверняка бы разозлился. И это странное поведение Нарциссы. Она ведёт себя так словно он ей родной сын. — Так и знал, что ты что-то заподозрил. Больно тихо сидел на ужине. Ох, уж эта Цисси. Не смогла сдержаться. — Так ты знаком с ним? Что ты о нём знаешь? Кто он на самом деле? — Раз спрашиваешь, значит ничего не знаешь. Так он оказывается, неплохо умеет скрывать информацию. Я бы сказал тебе, но раз он молчит, то и я не имею право раскрывать его карты. Хотя одну всё же могу раскрыть. Его истинная карта — Чёрный Джокер. — Люциус! Что за бред? Почему ты не прямо можешь ответить? Он имеет какую-то власть над тобой? — Нет, он не имеет надо мной никакой власти. — Светловолосый волшебник посмотрел сквозь стекло своего бокала на зельевара. — Я не могу сказать правду. Даже тебе. — Чёрт. Что он за ребёнок такой? И как мне с ним сблизится? — Сблизится? Старый болван снова играет с тобой? — Нет, так сказала Волшебная шляпа. — Шляпа? Распределяющая шляпа? Она что прорицательница? — Люц, не будь идиотом, она же видит то, что скрыто глубоко внутри. — Значит, она знает кто он на самом деле. — Он не тот кем является? — Не знаю. — Что? Что за секрет такой он хранит, что даже ты не знаешь? — В порыве Мастер зелий поставил бокал на стол сильнее чем рассчитывал и тот недовольно звякнул. — Это не секрет. Это личность, которой он когда-то был. Если он сменил имя, значит решил оставить всё в прошлом. Хотя оно и понятно. Если всё всплывёт, то не уверен, что даже Дамблдор защит его от тех министерских крыс. Да и на спасение всех нас он положил всё, что имел, всё включая… — Малфой осёкся, поднялся и, подойдя к окну, выглянул на улицу. — Удивительно, как он выжил после всего, что пережил. Я бы на его месте не смог бы жить дальше. Но он сегодня улыбался и выглядел значительно лучше, чем когда жил здесь. У него есть друзья? — Жил здесь? Кто же он на самом деле и что значит для вас? И почему даже Драко о нём ничего не знает? — Его здесь не было, когда мальчик гостил. Поэтому он не в курсе. Ну так что насчёт друзей? И на каком он факультете сейчас? — На моём. А друг всего один, но и его он сторонится. И учится лучше всех, даже Грейнджер почти перегнал. — На твоём? А он вроде бы говорил что у него был когда-то шанс. А при его багаже знаний неудивительно. Он может и ослабел, но это временно и пара лет он снова станет на свой уровень, даже лучше, чем был. А как ты уживаешься с ним? — Я долгое время ругался с ним, но после того, что произошло во дворе Трансфигураций и обсуждения в кабинете Дамблдора, когда Поппи осмотрела его на наличие ран и выдала серьёзное медицинское заключение о том, что тело мальчишки всё изранено. После этого всё пошло к чёрту. А потом шляпа сказала какую-то глупость, которую все посчитали правдой. После она ещё добавила. И теперь я должен с ним сблизиться и всё выведать. — Сблизиться… — Люциус повернулся и посмотрел на зельевара. — Что за глупость? Ты же сказал что шляпа видит то, что спрятано внутри, то, что не видят другие. Так почему же считаешь это глупостью? И почему тебе надо с ним сблизится, а не той же самой Макгонагалл? — Она говорила про лабиринты каких-то секретов и тайн. Про доверие и недоверие. Про славу и тень. Вроде бы что он не любит славу и предпочитает ей тень и неизвестность. Ещё тьма внутри, но не в сердце. И лишь только одному он может раскрыться, но тот другой слишком горяч и ему следует остудить голову. Альбус посчитал, что речь идёт обо мне, так с только у меня с Поттером были проблемы и я, как козёл, ругался с ним до посинения. Да и ещё это… Наверное, переутомление. — Может он и прав, Северус. Впервые слышу как ты назвал себя козлом. — Малфой хохотнул. — А причём тут переутомление? — Поттер. — Ну он и есть Поттер или это не так? — Нет. Гарри Поттер. Я постоянно вижу с ним рядом тень мальчишки. Но его вижу только я. Поэтому я и подумал, что может это от переутомления. — Серьёзно? Расскажи поподробней. — Да, он ходит за ним. Призрак. Да и ещё жуткий такой. — Почему? — Люциус приблизился. В его взгляде плескалось чистое любопытство. — Его взгляд. Он как у мертвеца, пустой и неживой, но в глубоко внутри я вижу сильный страх, переходящий в такое глубокое отчаяние, ещё немного и оно перейдёт за черту безумия, и непроглядную тьму, дальше которой ничего нет. Каждый раз мне не по себе. Я чую холод на спине, даже Тёмный лорд не вызывал такой. — Берегись этого безумия и тьмы. Если увидишь, не подходи близко. Иначе они изничтожат тебя. — «Как и его когда-то. Это он их пробудил, но не пробуди он их тогда бы война продолжилась». — Они так опасны? — Да. Если он снова обернётся той тварью, то лучше беги со всех ног. Он не контролирует его и может сделать что угодно. А его движения непредсказуемы. — Что это за тварь? — Извини, я сказал слишком много. Это его секрет и то о чем он пытается забыть. Кстати, ты как-то говорил, что Дамблдор заставил тебя заниматься с мальчишкой Поттер окклюменцией, Ты много видел о его прошлом? — Достаточно. Зачем ты спрашиваешь? — Да так, любопытства ради. — «Шляпа сказала тебе сблизится с мальчиком. Любопытно, но если вдуматься её и твои в слова, то всё становится на свои места. И этого призрака явно ты не просто так видишь. Извини, Северус, но я не могу сказать тебе правду. Ты непременно должен узнать её сам. Ты должен узнать секрет Септимуса Поттера, ты должен узнать оборотную тёмную сторону медали и понять почему ты видишь призрака, а другие нет. Может ты не испугаешь той твари и тебе по силам помочь ему усмирить внутреннего монстра, что грызёт его изнутри. Ведь даже ОН когда-то не смог победить его, испугавшись так сильно».       Дни летели. Зимние каникулы подходили к концу, но для слизеринца они уже стали самыми лучшими в этом новом году. Он ещё долго будет помнить о хорошо проведённом времени.       Северус так и не смог понять таинственных слов Люциуса в ту ночь. Только количество загадок оплетающих мальчика увеличилось вдвое. Хотя одно он все-таки понял, слизеринец пытается справиться с чем-то в одиночку и пытается упорно похоронить своё прошлое.