Лето, как повод повзрослеть

      В последующие дни не происходит ничего сверхъестественного, Тэхен всё так же лез, даже если и получал щелчок по носу. Чонгук не считал дни до школы, правда, дочитал уже третью книгу от нечего делать. — Ты понемногу собираешься? — спросила как-то мать Гука, вводя сына в ступор. — Куда? — Домой, куда же ещё, — улыбается женщина, убирая свою косметику. Домой. Чонгук хмурится, считает на пальцах дни, которые он пробыл на базе и поднимает взгляд на потолок. Больше месяца. Серьезно, это время пробежало, словно сквозь пальцы, а сейчас пора… Домой? — А когда уезжаем? — Я сейчас пойду брать билеты на завтра. Утром, чтобы не жарко было, поедем, — говорит мать, пересчитывая деньги. Она молчит некоторое время, словно задумалась над чем-то, а после откладывает сумму в кошелек, — если хочешь, можешь приехать домой позже. Муж хозяйки будет как раз ехать за детьми, развозить по домам, вот и тебя по пути забросят. Будь это раньше на месяца два, Чонгук бы отказался. Ни в коем случае не остался бы на чужой базе, боясь, что может стать обузой. А сейчас у него глаза засияли. — Это не будет в напряг? Не успевает мать ответить, как в комнату влетает Тэхен, едва не валит Чона на кровать и кричит на ухо. — У тётки был, она разрешила вместе поехать, ещё неделю вместе, представляешь? — лепечет Ким, стискивая младшего в объятиях, трется щекой о чужой подбородок и только после замечает, что они в комнате не одни, — Ой… Женщина улыбается, бросая взгляд на сына, который недовольно смотрит на Тэхена, а у самого уши красные от стыда. — Ничего, я уже ухожу, — мать поглаживает Гука по волосам, а после выходит из комнаты, слыша только возмущенное тэхёновское «ну что опять?».       Парни лежали на кровати, рассматривая потолок. Тэхен кусал губы, раздумывая над тем, как состоится их прощание. Чонгук же терзал себя сомнениями, правильно ли он поступил, что согласился ехать вместе с мужем хозяйки. Не в напряг ли это будет? Как вообще отнесется ко всему этому мужчина? А вдруг он вовсе не хочет брать лишних людей? — Можно? — в дверь постучалась Джихе, сразу же входя в комнату. Гук приподнялся на локтях, выжидающе смотря на девушку. — Не хотите фильм посмотреть? — спросила кузина Кима, указывая на дверь, — Я на паузу поставила пока, там титры начальные идут. — А что за фильм? — интересуется Гук, в то время, как Тэхену абсолютно всё равно, он не может успокоиться со своим воображением, когда же они встретятся уже снова с тонсэном. — Три метра над уровнем неба, — улыбается Джихе, когда видит, как привстает на локтях Тэхен, как искажается его лицо. — Снова его пересматриваешь? Ты знаешь там уже фразы наизусть, сколько можно? — Сколько нужно, — передразнивает Джихе, выставляя язык, — так что, не идете? — А что это за фильм? Ужасы? — подает голос Чонгук, обращая на себя внимание сразу двоих. У Тэхена на губах оседает короткое «нет», но он его сдерживает. Непонятно почему, но ничего не говорит, только смотрит на младшего, а после переводит взгляд на сестру двоюродную. — Ты не видел его? — искренне радуется Джихе, — Тогда, жду в комнате, места на всех хватит, Тэхен. Выделяя обращение к брату, говорит девушка. Она успевает выбежать из комнаты, когда в дверь ударяет подушка. Джихе довольно щурится, вспоминая их недавний разговор с Тэхеном. Ночью, когда Ким уже попрощался с Гуком по сообщению ещё пять раз, Джихе не спалось. Она ворочалась на кровати, а после перевернулась к кузену лицом, всматриваясь в счастливое лицо. Девушка мягко улыбнулась, тихо спрашивая о том, что на самом деле чувствует Тэхен к мелкому, что так поддевает его, везде носится и даже встает раньше всех, чтобы столкнуться вместе в ванной. Тэхен лежал, руками сцепленными за головой. Джихе не ожидала, что на свой шуточный вопрос получит молчание, а после взгляд, который был жалок. И уверенное «не знаю» после. Это прозвучало так, будто Тэхен уже разобрался в себе, но не уверен, что может рассказать это другим. Сейчас же, кузина ждала парней в комнате, заранее перемещаясь на кровать поменьше, чтобы выделить Гуку и Тэхену просторную одноместную. — Хён, может, пойдем посмотрим? — неуверенно спросил Чон. — А тебе, — Тэхен недоговаривает фразу, съедая слово «можно?» и заменяет его совсем другой фразой, — не будет страшно? Гук мотает головой, мол нет. Тэхен подводится с кровати и позволяет Чону отвести себя в комнату к Джихе, где уже был звук, исходящий от ноутбука. Будет лишним сказать, что Чонгук знал многое о фильме, а также о наличии постельной сцены. И всё благодаря одноклассницам, которые все уши прожужжали, ничуть не пытаясь говорить тише в классе на последних партах. Гук прекрасно знал, что это никакие не ужасы. Тэхен же переглядывался с Джихе, а после вновь возвращали свои взгляды на экран. Ким успел выучить весь фильм, благодаря своей кузине, но не хотел отказывать Гуку в просмотре, просто потому, что хотел посмотреть на реакцию. Просто интересно, как себя поведет Гук, когда начнется постельная сцена. Тэхен сам себя не понимал временами, но объясняться перед самим собой не хотелось. Джихе было неинтересно в десятый, или какой там, раз пересматривать фильм, потому она просто следила за братом и тонсэном. В комнате находилось три человека, которые недоговаривали, имея свои маленькие тайны друг от друга. На экране изображено море, двое возлюбленных, невольно Гук представляет на их месте Тэхена и себя, а после косится в сторону, на Кима, который одну руку забросил за голову, а другой переплел свои пальцы с тонсэном, поглаживая большим пальцем теплую чужую ладонь. — Ты куда? — забеспокоилась Джихе, когда Гук внезапно принял сидячее положение, опуская ноги на пол. — Воды хочу, жарко и душно. — Ты сиди, сиди, смотри фильм, — девушка кладет свои руки на плечи Чонгука, опуская обратно, а сама направляется к выходу из комнаты, — я принесу холодной минералки. Как только хлопает дверь, у Тэхена в голове взрываются красные флажки с предупреждениями. Он наблюдает за тонсэном, который аккуратно опускается обратно на подушку и разочарованно стонет, потому что жарко. На экране первый поцелуй, который Гук не успевает толком рассмотреть из-за чужой ладони, которая накрывает его глаза. Тэхен склоняется ближе и другой рукой стирает испарину с верхней губы тонсэна. Чон замирает, не хочет даже шелохнуться, желая не испортить момент, как сделал это на пляже ночью. Ким же прикрывает свои глаза и целует Гука, прикасаясь влажными губами к сухим. Тэхен перемещает ладонь с глаз на затылок и языком касается уголка губ. Чон боится открыть глаза, он жмурится сильнее, не зная что делать дальше. Его впервые целуют так, Тэхен даже отстраняется на секунду, рассматривая легкий румянец на щеках и закрытые глаза. — Ты такой классный, малой, — еще немного и Ким бы запищал, но стоит Гуку приоткрыть глаза, как поцелуй возобновляется. И эти слова куда лучше «ты милый», которые всегда удручали Чонгука, заставляя ощущать себя не в своей тарелке. Чон неуверенно кладет свои ладони на щеки Тэхену и приоткрывает рот, как старший мягко проходится кончиком языка по небу, задевая чужой язык. С ноутбука слышатся не просто звуки поцелуев, но Тэхену вовсе не интересен фильм, когда рядом есть Гук, который выдыхает в рот, смотрит снизу вверх, заламывает брови и пытается отвечать на поцелуй, облизывая чужие губы. — Ой, бутылка чуть не упала, — громко говорит Джихе, слышно на весь этаж, что дает парням время отстраниться друг от друга и лечь так, как они лежали до ухода девушки. Через несколько секунд в комнату входит Джихе, бутылку сразу же бросает на кровать к Тэхену, а сама ложится на соседнюю, скрывая улыбку. Все-таки, не заметит этих красных и влажных губ у двоих только слепой. Чонгук открывает бутылку дрожащими руками, не особо уже вникая в происходящее фильма. Гук пьет, словно не в себя. Капли скатываются вниз, попадая на футболку. Щеки горят, будто только что получил пощечины. Чону всё больше не хочется уезжать домой.

***

      За то время, отведенное на двоих, Чонгук буквально слился воедино с Тэхеном. Они ходили на завтрак вместе, а после без лишних вопросов вставали и в одну раковину клали тарелки. Джихе опускала взгляд, когда её мать шутила, что парни, как близнецы. Девушка знала чуть больше, чем Чонгук, чем Тэхен. Каждый из них, оставаясь с ней наедине, открывался полностью. Ким обеспокоенно и испуганно взглядом скользил по комнате, запускал пальцы в волосы, а после прикладывал кулак ко рту, грыз ноготь на большом пальце. Чонгук в этом плане поспокойнее. Он смотрел в окно, где не переставая шел дождь. Уже который день гроза, которая, словно магнит, притягивала парней друг к другу в комнаты, пусть они и молчали. Чонгук надевает новые вещи, которые они с мамой успели купить на море. В которых он был, когда губы Тэхена касались его пальцев, забирая маршмэллоу. Вещи благополучно заброшены в багажник, рядом с сумкой Тэхена, их разделяет только надувной круг Санни. Как символично. — Это лето было для меня лучшим, — говорит старший, стоя у открытой дверцы машины. Чонгук улыбается так, что щеки болят. Ему сейчас нельзя преждевременно грустить, нужно до конца наслаждаться временем, проведенным вместе. Ему до ужаса сильно хочется сказать, что он влюбился. Просто так, сказать, чтобы Тэхен знал. Тонсэн садится на заднее сидение, около окна. Там уже ждут его Джихе и Санни. Девушка подмигивает Гуку, вызывая улыбку на лице парня. — По пути к городу, заедем, завезем Тэхена, — говорит отец Джихе, заводя машину, — ты же не спешишь домой? Мужчина оказался понимающим и добрым, чего не ожидал Гук. Он всё время спрашивал, не дует ли с окна, не плохо ли, ничего ли страшного, что они задерживают парня. Чонгук улыбался сам себе в отражение. После переводил взгляд на окно рядом с передним сидением. Тэхен выглядел уставшим, не улыбался. — Гукки, — на выдохе выдал Ким. Это слышно было по всему салону. — Один уже уснул, — засмеялся отец Джихе, поворачивая голову к Тэхену. Чон ощутил, как ноги стали ватными. Он едва сглотнул, чувствуя некое волнение, смешанное со страхом. Но не успел Чонгук мысленно перекреститься, как послышался смех хёна. — Засранец, чего притворяешься, — мужчина подхватил смех Тэхена. — Вы такие все кислые были, — Ким заворочался и повернулся к тонсэну лицом, выглядывая из-за сидения, — ну ты хоть улыбнись. Чонгук из вредности сжал губы в полоску, приподнял бровь и оглядел старшего так, словно тот спятил. Гук положил свою ладонь на лоб Тэхена, отодвигая хёна обратно. Ким в зеркале увидел, как Чон кусал губы, давил улыбку, и как его глаза смотрели точно на него.       По приезду в пригород, Чонгук понял, что он это место проезжает каждое лето. Через небольшие строения, городок, в котором люди говорят на диалекте, есть небольшие школы, а на полях выгуливают разный скот. Тэхен первым выбегает из машины, помогая своей кузине с сумками, а после открывает дверцу Чонгуку, который до последнего просится отсидеться в машине и не входить в дом. Снова появляется то, от чего на базе Тэхен отучил его. Гук смотрит хмуро, ему не хочется встревать в семейные объятия, которые только для родственников, а он кто такой? Но рука Тэхена крепко сжимает пальцы младшего. — Пирог на столе, иди в дом быстрее, — на порог выходит женщина, просто зеркало Тэхена. Они с матерью настолько похожи, что в первые секунды Гук теряется и удивленно рассматривает женщину, а опомнившись, кланяется и здоровается. Женщина смеется в ладонь, приглашает в дом и Чонгук следует за ней, как загипнотизированный. Пока все усаживаются, Тэхен бегает по комнатам, скользит по паркету и громко выкрикивает, отчего мать на него недовольно смотрит, а после переводит взгляд на Гука, который сразу же перестает улыбаться. — Джихе, он так же выделывался на море? — спрашивает женщина, но смотрит не на племянницу. — Да, тёть, бывало и хуже, — со смешком отвечает девушка. — Вот как, — хмыкает мать Тэхена, улыбаясь Гуку, — и с чего он такой… Джихе отставляет стакан с соком на стол, поднимая взгляд на тетушку. Та говорит в точности, как Тэхен, когда отвечал своё «не знаю», а сам вел себя так, словно догадывался обо всём. — Гукки, хочешь пойти со мной козу пасти? Тут недалеко, — в кухни показывается взлохмаченный Ким, у него веревка в руках и на ногах шлепанцы. Женщина смотрит на своего сына и только хочет сказать, что Гуку это может быть не совсем интересно, что он может испачкаться, что в городе вообще живут по-другому, как Чон встает из-за стола и с сияющими глазами благодарит за вкусный пирог, который съел быстрее всех, а после убегает следом за хёном. — Этот мальчишка, он такой, — мать Тэхена удивленно смотрит на Джихе, когда та задерживает дыхание, ожидая продолжение, — обычный.       Тэхен ведет козу, а рядом идет Чонгук, полностью завлеченный рассказом с детских лет хёна. Ему всё равно, когда на ноги попадает болото, когда Тэхен случайно ступает в лужу, брызги летят на ноги, но не достают новых джинсовых бриджей. Они общаются так, словно завтра снова встретятся. Будто это ещё один их день вместе, вовсе не последний. — Переименуй меня в своём телефоне, — просит Тэхен, когда они возвращаются домой. Ноги полностью в грязи. — Зачем? — Интересно просто, как ты можешь меня ещё назвать, кроме «хён» и имени. — Что? — прыскает со смеху Гук, складываясь пополам, — Это ты на прозвище нарываешься так? А нет, нет, подожди, дошло. Ты меня переименовал в своём телефоне, так? — Ничего не знаю, — улыбается Тэхена, дергая веревку на себя, когда коза остановилась, чтобы пощипать траву, тем самым перекрывая дорогу Гуку. — Хё-о-о-он, а как я подписан теперь? — канючит Чонгук, подбивая старшего своим плечом в чужое, — Ну скажи, скажи. — Заткнись, — уже не выдерживает Тэхен, подхватывая заразительный смех. Они так и доходят домой, смеясь просто с ничего. Чонгука уже ждет отец Джихе и сама подруга. Санни решил остаться с Тэхеном, потому что тот ему обещал показать кроликов. Внезапно, как гром среди ясного неба, обоих озаряет, что это конец. Они стоят на расстоянии вытянутой руки друг от друга, пока меж ними прощается мать Тэхена и Джихе. Гуку тревожно. Он видит только хёна, который смотрит на него и слабо улыбается. А вот тонсэну вовсе не до смеха. И хочется ещё один день. Всего один. Хочется просто сказать «спасибо», а потом «хён», добавить в конце «давай встретимся как-то», или просто признаться в чувствах. Коленки начинают дрожать. Всё это можно было сказать, пока они были наедине. Чонгук не знает зачем, но ему просто необходимо сказать. — Ну вы хоть обнимите друг друга, — говорит Джихе. Это как на стадионе. Как выстрел, как знак, что нужно бежать. Бежать и не оглядываться. Потому Чонгук делает шаг вместе с Тэхеном и руками сперва цепляется за широкую футболку, а после скользит ладонями. Ким обнимает крепко, заставляя Гука чуть прогнуться в пояснице из-за того, что старший выше. Обнимают друг друга так, словно хотят поглотить. Гук отстраняется и открывает глаза. Когда только успел зажмуриться так, что влага осела на ресницах? И последний вдох около Тэхена. Чон садится в машину, не отрываясь смотрит на хёна. До самого отъезда. Глаза в глаза. Чонгук не может поверить, что закончилось всё так просто. Что под рёв проезжающего мимо трактора, мать Тэхёна зовет его и тот уходит обратно во двор. Гук запоминает название поселка и невольно улыбается. «Нечаянное». Хочется дать себе по лбу ладонью. Он немного нечаянно влюбился в парня, который живет в Нечаянном.       По приезду домой, Гука зовут в гости, он впервые видит такой огромный арбуз. Парень закатывает глаза и отмахивается, когда спрашивают, появилась ли у него невеста. И друзья родителей за столом говорят, что Чонгук за это лето изменился. В социальной сети, где Гук проводил всё своё время, сейчас меньше записей, зато больше сообщений. Чон читает всё, что прислал ему Тэхен. «Мне кажется, я до сих пор чувствую твой запах. Это так странно, вот вдыхаю и реально он чудится» — пишет хён. У Чонгука то же самое. Он делает вдох и не резкий одеколон Тэхена щекочет кончик носа. «Мама сказала, ты когда уезжал, то смотрел на меня с таким влюбленным взглядом» — ещё одно сообщение, а Гук не может не улыбаться. Просто невозможно спрятать все чувства. А Ким Тэхен зазнайка, если не заметил за собой того же. И ещё десятки сообщений. Чонгук вдыхает снова, ощущая, как внутри оседает ком.