Меч и Ножны

Уже больше получаса они сидели в абсолютной тишине. Кеншин не двигался, казалось, даже не дышал: на самом деле, ему было ужасно стыдно за затекшие ноги и отчаянно ноющую спину. Аоши даже глаза закрыл от удовольствия, не замечая, как печально его рыжеволосый сосед коситься на дверь. - Почему ты это сделал? - Шиномори распахнул глаза слишком неожиданно: сидящий напротив мужчина даже растерялся слегка. Хотя и быстро взял себя в руки. - Не мог поступить иначе, - Кеншин страдальчески поморщился: в позвоночник словно иголок натыкали, - Реальность слишком предсказуема, и возможно, на твоем месте я поступил бы также. - Я мог убить твою женщину. - Я бы не позволил тебе этого сделать, - Химура проигнорировал часть его слов, да и смысла опровергать их не было, - И все же, я допускал такую вероятность. Самоуверенность обычно приносит больше горя. - И после этого ты продолжаешь сидеть здесь, словно ничего не произошло?! - не выдержал Аоши. Ледяная маска спала, на миг обнажив его истинные эмоции, - Ты хоть понимаешь, что сейчас мог уже быть мертв?! И после этого вы позволили остаться в вашем доме?! - Это дом госпожи Камия. И если она так решила, значит, так тому и быть. Что касается меня... - пожал плечами рыжий, хмыкнув, - Еще не известно, кому пришлось бы яму копать. Уступать тебе я не собирался. - Значит... - Я не поддавался тебе, если ты об этом. - многозначительный взгляд на выступающий край бинта, - Мы были на равных. - Похоже, - Аоши никогда еще не был настолько человечен, - Друзьями нам не суждено стать. - Но и врагами тоже, - парировал Кеншил ему в ответ. Спина встала колом, и он держался из последних сил. И в этот момент Аоши без всякого предупреждения легонько толкнул его в плечо, сваливая на бок - волна боли прокатила по телу, а затем отпустила практически мгновенно. - Жалкое зрелище, - холодный принц вернул свою корону, хотя губы его предательски кривились в усмешке, - Хиттокири Баттосай не может и пяти минут просидеть в позе лотоса! А я то думал, ты просто образец терпения. - Шел бы ты...- пробурчали с пола. Выпрямившись, Шиномори протянул руку - и Химура ухватился за нее, поднимаясь. - Не друзья, - напомнил ему лидер Онибаван-сю. - Не враги, - самурай усмехнулся, поворачиваясь было к выходу и тут же отступая: Окина переводил взгляд с Аоши на Кеншина - первый насупился, второй вежливо кивнул. - Не позволишь мне поговорить с ним наедине? - Аоши заметно напрягся, ведь старик, не дождавшись ответа, уже входил в дверной проем. Бежать было некуда. Шиномори, впрочем, и не собирался. *** - Ты оставил их одних? - Мисао охнула, - Я не говорила, но у них уже были стычки! О небо, они могут такого наворотить! - Окина просил только поговорить, - осторожно вставил пару слов Кеншин, - И оружия у них нет. Кодачи я забрал, когда уходил. - Оставил его без меча? - похоже, такое даже ей в голову не приходило, - Это неплохая идея. Но их так долго нет! Может, стоит все же проверить, что там происходит? - Каору уже отправила Яхико,- безнадежно махнул рукой самурай, сдавая позиции,- К тому же, Хання тоже крутился тут. Наверняка, все четверо уже дежурят у дома. - Не нервничай так, - вмешалась Каору. Она прибирала комнаты, но услышав голоса, решила немного отдохнуть, - Лучше угостись, у нас есть рисовые шарики... - Нет, спасибо, - поспешно отговорилась Мисао. - ...которые готовила Мэгуми, - закончила Каору. Конец фразы порадовал собравшихся, тем более, что к компании присоединился Санацуки. - Моя лисичка отлично готовит, - пробормотал он, запихивая в рот порцию сладкого риса, - Каору, может стоило бы поучиться у нее? - Сейчас я разозлюсь и кто-то пойдет отсюда, - девушка даже не оборачивалась, но Сагара сглотнул, тут же исправляясь. - С другой стороны, ты и так прекрасная хозяйка! - подмигивая Мисао, он потянулся за следующим шариком, но взять его не успел. Взволнованный Яхико окрикнул их, едва появился во дворе. - Скорее! Я уже сбегал за Мэгуми! Что-то произошло, Хання просил меня сходить за Мисао! - отдышавшись, выпалил ребенок, - До смерти перепугал Цубаме своей маской! - Что произошло? - волнение передалось и другим. - Он сказал, что Окина и Аоши не подают признаков жизни,- немного невнятно вышло, - В общем, они закрылись, и велели их не тревожить. Когда наступил вечер, Секидзе решил нарушить приказ, уж больно долго они не выходили, а когда вошел внутрь, то они уже лежали на полу! Я позвал Мэгуми, а сам бросился сюда! Больше на разговоры времени не было. *** Четверка встречала их снаружи, виновато понурив головы. Мисао бросилась в комнату, где уже суетилась Мэгуми, что-то ворча и ругаясь себе под нос. Бэсими попытался было остановить свою юную госпожу, но она его не слушала - в отличии от остальных. Впервые в жизни Сагара пожалел, что у него нет фотоаппарата. "Трупы" действительно лежали на полу. Как и бутылки от саке вкупе с недоеденной закусью. Аоши даже во сне оставался серьезным, разве что благородное лицо его было не так напряжено. А вот Окина засыпать не желал - то, что показалось Мэгуми кровью, было лишь соусом, размазанным по рукаву. - Какая хорошенькая девушка! - выдавил из себя старик, изловчившись и целуя своего доктора. Целился он в губы, но координация движений подвела и он облобызал женщине нос. Санацуки отчетливо стесал половину зубов, но вмешиваться не пришлось - хороший пинок уложил деда не хуже колыбельной. - Да они ужратые к ёкаям! - Яхико заржал не хуже жеребца, уворачиваясь от цепких рук сестры, - Эй, я только правду сказал! - Что? - Мисао, единственная, кто начал было всхлипывать, наклонилась и принюхалась к качественному запаху перегара. Во дворе едва слышно выдохнули, - Так он не ранен?! - Именно это мы и хотели вам сказать, - Бэсими заискивающе поклонился, - Но вы не слушали... - Убью вас позже, - вынесла вердикт девушка, - Чего стоите?! Не оставлять же их тут на ночь! Мужики суетливо, как излишне трудолюбивые муравьи, понесли своих командиров к додзе. Каору обреченно шла за ними, причем теперь не она боялась, а боялись ее - настолько свирепым было ее лицо. Видимо, она вспомнила, что только сегодня закончила-таки уборку в доме. Как никогда сейчас она понимала Кеншина, ведь обычно эта обязанность ложилась на его плечи. Это заставляло ее порой бросать на него понимающий взгляд, в ответ на который Кеншин озадаченно приподнимал брови. - Если что,- Сагара фыркнул, указывая пальцем на Шиномори, - Я на его стороне. Хотя в этом есть определенно положительный момент. Четыре пары глаз уставились на него. Но Санацуки не смутился. - Если они не поубивали друг друга, - хитро усмехнулся он, - Можно считать, что отец и сын помирились? *** Поезд давно скрылся за деревьями - железнодорожное полотно огибало город по восточной стороне и уходило на водную насыпь, но Каору все еще махала рукой на прощание. Когда же запоздалый свисток расплескался эхом, девушка печально вздохнула. - Я уже привыкла к ним, - наконец призналась она, - Даже Хання не так пугал, ну разве что немножко. Тем более, что ворота они починили. - Так они же их и разбили, - пожал плечами Сагара, нагоняя Мэгуми: уж кто-кто, а она точно скучать не станет. По крайней мере, по некоторым так точно! - Я зайду в "Акабеко", - отрапортовал Яхико на молчаливый, но многозначительный взгляд своей сестры, - Да ладно тебе, мы же вчера все вместе дом убирали! Я обещал Цубаме, что помогу ей. - Не задерживайся, - вздохнула девушка. Не поверив своему счастью (что-то она сильно сговорчивая!), паренек исчез с глаз со скоростью ветра. Кеншин удивленно хмыкнул, так что ему все же пришлось пояснить причины собственной покладистости, - Я себя чувствую Окина, если честно. Яхико нравится Цубаме, а я постоянно его одергиваю. Нет ничего дурного в том, что он старается заботится о ней. К тому же, он обещал. - А слово самурая стоит дорого, - подытожил Кеншин. Красные листья кленов уже начали облетать, напоминая о приближающейся осени. Но вечер выдался теплым, что делало прогулку особо притягательной. Мужчина обернулся, явно собираясь что-то спросить, немного морщась - рана на боку заживала, но все еще порой причиняла беспокойство. - Сильно болит? - даже ее голос тут же изменился, - Все так странно вышло. Он ранил тебя, и вы сцепились... Я так испугалась! Но ты вел себя так, словно совершенно не волнуешься. - Я волновался, - он продолжал смотреть воду, заполняющую каналы, - И мне тоже было страшно. - Тебе было страшно? - она не поверила, - Вот бы не сказала, что Шиномори мог испугать тебя! - И все же, мне было страшно, - рыжеволосый повернул голову, поднимая глаза и пересекаясь взглядом с Каору, - Ведь он мог причинить боль тебе. И тогда некому было бы меня остановить. - Кеншин... - она замерла. Заходящее солнце обдало их золотым потоком, и мир вокруг вспыхнул мирриадами красок. Всего шаг, но слишком внезапный: мужчина обнял ее, прижимая к себе нежно, но крепко. - Спасибо, что была рядом, - это было искренне. Они вернулись домой затемно, но даже во дворе он так и не отпустил ее руки. (продолжение следует)