Desperado

      Утро следующего дня оказалось достаточно приветливым. Вернее, это было даже не утро. Ведь я так вымоталась за эту неделю, что проспала почти сутки. Это значит, что когда я разлепила свои сонные глазки, то дело уже близилось к вечеру. А потому я сразу приняла решение остаться здесь на ещё одну ночь, а с утра пораньше вновь двинуться в дорогу. Такая перспектива меня ничуть не смутила, потому что я всеми фибрами своей души желала лишь отдохнуть ещё чуток. Да я вообще готова была лежать под тёплым пледом до последней минуты. Но потом совесть, а точнее голод взял верх и мне пришлось покинуть тёплое пристанище, чтобы найти хоть что-то съедобное в ближайших домах. Правда, я была более чем уверена, что во всех зданиях округи уже похозяйничали мародёры. Но энтузиазма мне было не занимать, поэтому я искренне надеялась на свою внимательность и прыткость. В конце концов они могли что-то упустить и любезно оставить это мне, как вчерашнюю пачку хлопьев.       Я решила не мусолить это дело, а потому сразу же надела теперь уже сухие вещи и, прихватив кобуру и неизменный нож, двинулась в путь дорогу. Надо успеть до темноты, а иначе я в очередной раз рисковала быть съеденной заживо.       Садившееся солнце невероятно красиво заливало ярким светом, на удивление, пустые улицы небольшого городка. Его прожорливые лучи пробирались сквозь густую листву деревьев, что росли на обочинах. На мгновение я замерла, наслаждаясь моментом. Такая атмосфера была мне хорошо знакома, потому что каждый день именно в это время я ходила в Центральный парк вместе со своей собакой. Она, как и любой лабрадор, была очень доброй, поэтому я могла спокойно освободить её от поводка и позволить ей гулять поблизости, пока я качалась на своих излюбленных с детства качелях. Жаль, что я ничегошеньки не знаю о её судьбе. Ведь это животное было самым настоящим членом нашей семьи.       В первом доме, к превеликому сожалению, не оказалось ничего, кроме парочки бутылок с коньяком. Это было досадно осознавать, потому что этот громадный домище пришлось взять штурмом. К тому же я потратила немалый запас энергии, чтобы угомонить разбушевавшихся хозяев, что высказывали в мой адрес явное недружелюбие, пытаясь разорвать меня на части.       Зато со вторым мне повезло гораздо больше. Там удалось найти несколько баночек с тушёнкой и консервированной кукурузой. Особенно рада я была тушёнке. Не каждый раз такое попадается! Вдобавок ко всему прочему, я даже отыскала в пыльном доме много полезных вещей вроде целого мотка прочной бечёвки, фонарика, батареек и огнива, которое могло бы пригодиться мне для того, чтобы разводить костёр в рекордное время.       Абсолютно довольная новыми приобретениями, я припустила обратно к дому. Солнце село, а на улицу опустились сумерки.       Уже после знатного ужина я почувствовала себя по-настоящему сытой. Правда, банку с кукурузой я тоскливо опустила на дно рюкзака. Лучше оставить хоть что-то на крайний случай. Никто ведь не знает, что может приключиться со мной снаружи. На дно багажа также опустились все остальные вещи, найденные мной ранее.       Щёлк-щёлк-щёлк. Удар.       Кто-то ломился в дверь.       Я резко вскинула голову и задержала дыхание, стараясь не издавать ни малейшего звука. Аккуратно застегнув рюкзак, я поднялась с места. Сразу же взяла в руки пистолет и саму себя.       На мгновение всё стихло — ни движения, ни света, ни звука. Томительное ожидание потихоньку начинало сводить с ума, но я знала, что радоваться рано. Кто-то всё ещё был за дверью. И дай Бог, чтобы это была всего лишь парочка ходячих. Замок и придвинутый кое-как книжный шкаф мог их удержать. Но какое-то внутреннее чутьё подсказывало мне, что это вовсе не мертвецы и бояться всё же стоит. — Я видел, что она забежала в этот дом, — отдалённо проскрипел незнакомый мужской голос. — Чур я первый, — загоготал ещё один более противный, чем предыдущий. — Эй, милая, выходи! Мы знаем, что ты прячешься здесь.       Чёрт! Неужели за мной всё это время вели слежку, а я даже и не заметила?       На меня нахлынула паника, а вместе с тем ещё и некое разочарование в самой себе, ведь я была невнимательна и позволила себе расслабиться. Покой нам только снится.       Моему отчаянно бьющемуся сердцу не менее отчаянно требовался кислород, поэтому я сделала несколько небольших вздохов через нос. Мне стало страшно. Эта странная фраза: «Чур я первый»... Что это значит? Думаю, явно ничего хорошего. Главное дождаться удачного момента, чтобы постараться избежать неприятных событий и ни в коем случае не стать их главной героиней.       Но после пары тяжёлых ударов по двери и любезных просьб выйти «по-хорошему» эти люди начали колотить так, что ветхий шкаф зашатался, как при обряде экзорцизма, а пара скупых томов, что были на полках, посыпались к моим ногам.       Моё сердце ушло в пятки. Таким шумом они привлекут сюда ходячих, и вот тогда несдобровать нам всем. Но лично меня не заботила безопасность этих людей. Намерения у них отнюдь не благие.       На лету я схватила свой рюкзак вместе с автоматом, что всё ещё был при мне, и взлетела по лестнице вверх. Гул от, казалось бы, бесконечных ударов всё не прекращался. А сердце колотилось словно бешеное, грозясь вот-вот выпрыгнуть из груди. — Идиоты! Вы сейчас сюда всех местных жмуриков позовёте, — грозным шёпотом отозвалась я на их очередную попытку пробраться в дом.       Когда же я забежала в одну из комнат на втором этаже, то сразу полетела на пол, споткнувшись о труп, оставленный мной здесь вчера. Но, не обратив никакого внимания на ноющую боль в коленках, я резко поднялась и побежала к окну. Встав сбоку, я попыталась рассмотреть что-нибудь подозрительное внизу. В конце концов они не могут быть такими наивными идиотами, чтобы не предусмотреть факт моего побега. Хотя откуда мне знать? Может, именно таковыми они и являются.       Поскольку я не заметила никакого движения с этой стороны, то я распахнула окно и пролезла наружу. Призвав всю свою осторожность себе на помощь, я попыталась ступать по навесу максимально тихо, но шелест черепицы под ногами полностью игнорировал мои усилия. И мысленно я крыла всё благим матом, желая только выбраться отсюда. Приключения мне были не нужны.       Высота оказалась приличная. И вариант просто спрыгнуть вниз был хорош лишь в том случае, если бы я хотела быстро расстаться с жизнью.       Оставалось одно — попытаться ухватиться за массивную ветку дуба, что рос прямо под окнами.       Я вздохнула побольше воздуха в лёгкие, отойдя немного назад, чтобы взять разгон для прыжка. Надеюсь, удача всё ещё со мной. Хотя лично я думала, что лимит свалившихся мне на голову неприятностей уже исчерпан. Но нет. Это же всё-таки я.       Я с силой оттолкнулась ногами от крыши и крепко вцепилась в шершавую ветку руками. Полдела было сделано. Теперь мне нужно было подтянуться, чтобы залезть на неё верхом и тихонько спуститься вниз, избежав всякого взаимодействия с этими ненормальными, чей ор всё ещё был слышен в отдалении.       На секунду мне пришлось зажмуриться, чтобы собраться с духом. А вот в следующее мгновение я изо всех сил согнула руки в локтях, подтягиваясь ближе к ветке. Каждая мышца руки посчитала своим долгом начать болеть именно сейчас. — Её здесь нет! — заорал чей-то мерзкий голос.       Я шарахнулась, когда услышала звук распахивающейся со свистом двери, а после и громкий крик мужчины, что заметил меня, повисшую на ветке. — Она пытается улизнуть!       Глубокий вздох. Мне всё же придётся прыгнуть.       Усилием воли я разжала пальцы и слишком резко провалилась вниз, словно кто-то убрал землю из под ног. Что-то с силой хлестануло меня по щеке. Руки цеплялись за воздух, пока я не уловила нечто, напоминающее верёвку. Понятия не имею, откуда она здесь, но спасибо. Она обожгла скользнувшие по ней ладони, заставив меня заскулить от боли.       Время двигалось безумно медленно, пока я, плюнув на всё, начала просто съезжать по этой штуке вниз. Раны на стёртых до крови руках нестерпимо болели, и только выброс адреналина помогал справиться с переполняющим меня страхом, когда я заметила людей, которые бежали прямо на меня. Но я старалась целенаправленно двигаться вперёд. Мне надо.       Когда я почувствовала под ногами твёрдую почву, то, превозмогая нечеловеческую усталость, что есть мочи припустила прочь. И мне не нужно было оглядываться назад, чтобы понять, что за мной погоня. На счету была каждая секунда, поэтому я оббегала ходячих, что приползли на шум.       Вперёд. Направо к дороге. Топот ног и свист позади не ослабевал, но и громче не становился — я держала темп. — Стоять! — прокричали командным тоном. — Не убежишь ведь!       Ухмылка. Это мы ещё посмотрим.       Я всё бежала и бежала по дороге вниз. Нужно в лес. Мне нельзя было останавливаться. Дыхание так сильно сбилось! Я делала очень глубокие вздохи, чтобы максимально насытить лёгкие кислородом, но лучше не становилось. У меня создавалось впечатление, что я задыхаюсь. Даже голова закружилась.       Завернув за угол, я остановилась как вкопанная. Тяжело дыша, я глядела вдаль, будто зачарованная: прямо в мою сторону, прихрамывая и шипя, надвигалось целое стадо мертвецов. — Ты чего замерла, крошка? Одумалась наконец? — издевательски поинтересовался грузный мужлан, остановившись в паре метров от меня.       Это и было моим преимуществом. Я стояла прямо напротив стада, что пока не заметило меня, а лишь меланхолично топало прямо вперёд без явной цели и мотивов. Их видела я и не видели они. Не собираюсь я тут помирать. Без боя не сдамся. Схватка с целым стадом, о котором они пока не знают, была худшим вариантом, поэтому чуточку проще провести этих кретинов.       Не сказав ни слова, я стремительно рванула назад — прямо навстречу мужчинам, которые на долю секунды даже перестали смеяться, словно оторопев от такой неслыханной дерзости. На их лицах было написано полнейшее смятение.       Уловив их замешательство, я с воинственным кличем бросилась в атаку. Нужно было привлечь стадо, чтобы они прибыли сюда быстрее и дали мне немного форы, чтобы я могла скрыться в лесу.       Когда до столкновения оставалась лишь секунда, а неотёсанные лица мужиков всё ещё находились в ауте от моей выходки, я резко свернула в сторону к забору, который приметила, ещё когда бежала сюда. Путь к отступлению был свободен. За деревянным забором простирался лес. — Лови её!       Я уже вскарабкалась на забор и готова была прыгнуть вниз, когда заметила их отмеревшие от шока физиономии. — Чао, лузеры, — саркастично пропела я.       Не забыв даже помахать им, я демонстративно спрыгнула за ограду. И бодрым шагом направилась в тёмный лес, на ходу слыша истеричные вопли и какие-то ругательства в мою сторону. Теперь убегать будут они, а я в кой-то веки на коне.

***

      Вокруг леса и сверх него блуждал лёгкий ветерок, и я уже в который раз радовалась своей расторопности, потому что во вчерашней суете додумалась надеть тёплую кофту. Но тем не менее солнце пригревало, но было совсем не душно. Погода располагала к себе. К тому же весной внутри леса всегда было тихо, всегда зеленые тени ложились под ноги, и приятная прохлада будто трогала тебя невидимыми руками. Лесной воздух здесь всегда пестрел тысячами разных запахов, они будто кружили всюду и старались напомнить о себе. Особенно отчётливым казался запах ягод и влажной лесной земли, что щекотал ноздри.       Только вот одно, но всё же было. Мои израненные ладони болели просто адски, а глубокая царапина на щеке отзывалась ярким дискомфортом, потому что периодически кровоточила. И я даже не знала, за что зацепилась. И самое худшее — это то, что у меня не было никакой возможности что-то с этим сделать, ведь никаких лекарств я не нашла. Но я хотя бы просто промыла раны относительно чистой водой из реки, но всё равно было проблематично руки даже просто в кулаки сжимать. А о попытке убить ходячего, что привязался ко мне ночью... Лучше промолчу на этот счёт. И мне нечем их перебинтовать. Может, всё же я и найду что-нибудь, но пока приходится мириться с ежесекундными вспышками неприятных ощущений, что не давали мне спокойно идти и думать.       Вчера я впервые в своей жизни встретилась с людьми, о которых была наслышана уже достаточно давно. Это не значит, что они вызвали у меня какие-либо чувства, кроме безмерного отвращения. Но, согласитесь, что их можно в какой-то степени понять. Должно быть, они отчаялись. Но этот чрезвычайно наблюдательный факт меркнет и тускнеет в сравнении в тем, что они позволяют себе делать. И мне совершенно не жаль, если они погибли вчера. Эти люди ничем не лучше ходячих. Ещё парой гнилых в этом мире меньше.       Ещё одолевали мысли о предстоящей дороге. Я не могла скитаться так вечно, но какой-то определённой и конкретной цели у меня не было. Я просто шла. Двигалась вслепую, потому как не знала, что искать. Искать. А может, мне стоит попытаться найти выживших из тюрьмы? Но как, чёрт возьми?! Я ведь ушла совершенно в другую сторону и не имею ни малейшего представления о том, кто вообще жив. Вдруг выбралась только я? Но это было бы нечестно. Хотя жизнь вообще несправедлива. В одну секунду она может отобрать разом всё, и ни у кого не хватит аргументов, чтобы заставить её вернуть всё назад. Увы и ах, но таковы порядки. Диктовать их не в нашей компетенции.       Спустя какое-то время мне посчастливилось набрести на железнодорожные пути. Этот событие никак меня не обрадовало. И я правда не знала, куда направлялась, пока не услышала звуки борьбы и чьи-то голоса. — Их слишком много, Брайан! Надо уходить! — истошно завопил приятный женский голос. — Я не собираюсь бросать дело, когда мы почти его закончили.       Я подобралась к кромке деревьев. За густой листвой простиралась небольшая поляна, но она казалась ещё меньше из-за огромного количества ходячих на ней. Небольшая же группка людей ютилась лишь на крошечном куске земли, толкаясь и стараясь не угодить под гнилые зубы. — Не будь идиотом! Мы здесь все погибнем из-за тебя.       Голос показался мне до безумия знакомым. Эти ноты плавно растекались в воздухе, словно сливочное масло в жару. Неужели?.. Но я не спешила с выводами и лишь выжидала. Их лиц я видеть не могла из-за толпы мертвецов. Заметны были лишь макушки и блеск оружия.       Утробный хрип за спиной оказался чересчур неожиданным, потому что всё моё внимание было полностью приковано к группе людей, что отчаянно сражались неподалёку. И я не собиралась им помогать, лишь крепче сжала в руках автомат, что был заряжен лишь наполовину и всё ещё болтался на моём плече. Жаль, что мои планы были так бессовестно разрушены. У этих ходячих совершенно отсутствует чувство такта. Впрочем, неудивительно.       Я успела обернуться, когда гнилая туша вытолкнула меня прямиком на поле ожесточённой схватки. Но я не позволила себе даже пискнуть, когда, упав на спину, мне пришлось удерживать руками сгнившие челюсти. Израненными руками, которые отозвались на эту выходку ярчайшей вспышкой боли. Но я уже достаточно пожевала соплей за всё это время. Такие нюни я не распускала никогда в своей жизни. — Поздравляю с дебютом, Блэр, — едко шепчу я самой себе, пытаясь отпихнуть от себя это убожество и сдержать слёзы, что наворачивались на глазах из-за жгучего дискомфорта.       Каким-то немыслимым чудом мне удалось сбросить ходячего с себя, и я принялась яростно лупасить его голову об камень, игнорируя собственную кровь, что вновь хлынула из открывшихся ранок. Ходячий дёрнулся пару раз, а после сразу затих, будто всегда и был мёртвым.       Подняв голову, я лишь устало возвела глаза к небу. Теперь на меня надвигались как минимум пятеро мертвецов, что решили отбиться от всеобщего праздника пожирания людей заживо. Демонстрация поразительной независимости, от которой хочется просто прострелить себе голову, но вместо этого я с некой досадой перехватила автомат поудобней и открыла огонь, который сразу привлёк всех остальных.       Трупы валились прямо мне под ноги, но мне некуда было отходить. От встречи с людьми мне тоже не убежать. Хотя постараться всё же можно. Но это полный бред. Патроны на дороге не валяются, поэтому они будут мне обязаны.       Каких-то ходячих приходилось отпихивать ногами и оставлять на потом. Но количество их своеобразной армии потихоньку редело, когда люди, оказавшиеся у них прямо за спинами, начали активно мне помогать. Хорошо, что хоть не бросили.       Последнего гнилого я ударила прямо по ногам, и он упал передо мной на колени. Пули кончились, поэтому я замахнулась посильней и точным ударом приклада автомата отправила его на тот свет. Даже легче стало. — Можете не благодарить, — пробормотала я, не поднимая головы и стирая пот с лица краем кофты.       В ответ на мои слова стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь моими частыми вздохами. Такая ситуация меня не напрягала. Но я рискнула поднять глаза на людей, что оторопело осматривали меня с ног до головы. Всё произошло с потрясающей скоростью, и лишь усталость не дала мне возможности рассмотреть человека, что кинулся на меня. Но вместо удара я вдруг оказалась в кольце крепких рук, что с силой сжимали меня в объятьях. В нос ударил уже привычный аромат пота и крови, но уловить тонкий запах лесного ореха оказалось просто. — Том?