Сорванные цветы

В каждом маленьком ребенке, И в мальчишке и в девчонке есть по 200 грамм взрывчатки Или даже полкило. Должен он бежать и прыгать, Все хватать, ногами дрыгать, А иначе он взорвется - трах-ба-бах и нет его.

      Дар заснул в кресле, читая малышке Шер сказку на ночь. Та тоже погрузилась в сон. Книга выскользнула из ладоней мужчины: тихий стук и шелест страниц заставили его вздрогнуть и проснуться. Очки сползли, и омега плохо видел. Потерев глаза, он водрузил очки обратно на нос. Осторожно, чтобы не разбудить дочь, он поднялся с ней на руках и переложил в постель. В этой комнате она была хозяйкой. Единственный ребёнок, которому выделена целая комната. Дар переодел спящую дочь в пижаму и накрыл одеялом.       Омега хотел выйти, но почему-то присел на край кровати и стал разглядывать спящую малышку в тусклом свете ночника в виде улыбающегося мишки. Её тёмные волосы разметались по подушке, и в этом освещении будто искрились красным. Он смахнул выбившиеся на лицо пряди и провёл пальцем по виску девочки, а потом прислонился к подушке, вдыхая её запах. Малышка пахла терпкими ягодами и свежескошенной травой. Её аромат всегда действовал на него успокаивающе. Дарнелл зажмурился и расслабился, а потом сполз с кровати на колени, да так и заснул: прислонившись головой к подушке дочери.       Проснувшись среди ночи, омега вышел из комнаты Шер и прошёл чуть дальше по коридору. Медленно повернул ручку следующей двери и заглянул в комнату мальчиков. Ро и Ру спали в обнимку наверху двухэтажной кровати. Ро перевалился через брата и опасно свисал с края. Дар подошёл к сыну и осторожно переложил его к стене. Поцеловал каждого в висок. Никто не проснулся. Мерное детское дыхание настраивало на сон. Мужчина повернулся к другой стороне комнаты, где Мэл растянулся на своей мягкой двуспальной кровати. Омега поцеловал и его, после чего покинул мальчишескую спальню и отправился в свою. У него в комнате была большая гардеробная, которую он переделал под детскую для двух младших детей — Тео и Винса. Мальчики были разделены ширмой в своей кровати с высокими бортами, но спали, повернувшись друг к другу. Он провёл ладонью по белым пушистым волосикам, коснулся губами их носиков и только после этого лег на свою постель, где до утра не сомкнул глаз. Он равнодушно смотрел в потолок, и почему-то всё время перед глазами проходили образы всех шести детей: от младших Винса и Тео, которым уже почти два года, до старшего Мэла.       Мэл. Омега. Такой добрый, непринуждённый. Сердце болезненно сжималось при мысли о нём. Возможно Дарнелл не хотел бы для своих детей судьбы омеги. Он принимал и любил каждого своего малыша, но Мэл, Винс, Тео. Что с ними будет, когда настанет пора зрелости? Как оградить их от мира? Мэлу уже почти одиннадцать. Годы прошли быстро, слишком быстро. Сколько там осталось до часа икс? Образ старшего сына так и стоял перед внутренним взором отца-омеги. Мальчишка отрастил волосы до лопаток, чуть вьющиеся, нежно-каштановые. Нежные черты лица, миндалевидные янтарные глаза, пухлые губы…. Дар, вдруг, содрогнулся. По мальчику не скажешь, что его отец – мулат, но сам омега знает. С опаской наблюдал за сыном, боясь ненароком обнаружить черты явного сходства. Иногда ему мерещилось что-то такое в неловком жесте, взгляде. Нет, ничего общего. Иллюзия. Мэл — только его сын. Нет у него второго отца.       Дар с шумом выдохнул и повернулся на бок. Перевёл взгляд на часы, красные цифры указывали, что скоро нужно будет вставать.

***

      Завтрак начинался не с кофе. Дар мчался в ванную с Тео наперевес , чтобы подмыть мальца, попутно объясняя Мэлу, где найти коробки с хлопьями для трёх альф, что нетерпеливо били ложками по столу.       — Ру, возьми табуретку и достань эти хлопья с холодильника! — кричал Мэл, пытаясь утихомирить Винса, что потерял неведомое нечто, без которого жизнь была невозможна. Полуторагодовалый сорванец надрывал глотку, выражая всё возмущение по этому поводу.       — Да что ты потерял? Что? Это? Нет? Не кидайся в меня машинками! Винс!       Винс и не думал закрывать рот.       — Вот истеричка, — хмыкнул Ро и взялся за пакет молока, который тут же оказался на полу.       — Молодец, братец, теперь у тебя не будет молока для хлопьев. Своей порцией ты помыл пол в кухне, — прокомментировал Ру, который балансировал на табуретке, стоя на одной ноге, и пытаясь дотянуться до заветной коробки с хлопьями.       Синеглазые, черноволосые, вечно растрёпанные, точно демонята, средние близнецы-альфы грозили кухне очередной катастрофой.       — Так, всё, тихо! — рявкнул влетевший в кухню счастливый отец. Тео тащился за ним следом, держась за полу халата. Мужчина тут же достал коробку хлопьев, ловя уже падающего с табуретки сына и усаживая его за стол.       — Мэл, займись молоком, — проговорил он, потирая виски и подходя к разбушевавшемуся Винсу, что кидался чем ни попадя уже во всех.       — Так, ты это потерял? — он протянул малышу гипсокартонную кошечку, которая была в кармане его халата, и тот сразу угомонился. — И откуда у нас вообще эта дрянь? — пробурчал он себе под нос, оглядывая замусоленную игрушку.       Младших близнецов он посадил в просторный манеж и быстро соорудил старшим подобие завтрака: заварил чай, достал черничный джем, хлеб для тостера, ещё одну пачку молока, выдал каждому по ложке.       — Мэл, ты будешь хлопья с малышнёй, или тебе омлет жарить?       — Омлет! — с энтузиазмом ответил старший сын.       — Сейчас, кашу поставлю младшим и займусь омлетом.       Движения Дара были непривычно резки, а тон — напряжённым. Мэл разливал заваренный чай по стаканчикам и искоса поглядывал на отца.       — Папа, — тихо позвал он.       — Что, малыш?       — С тобой всё хорошо?       — Да, всё хорошо, а что та… — он задел локтем кастрюлю с кашей, и та с громким лязгом свалилась на пол, — вот чёрт. Всё хорошо, малыш. Ничего страшного, — проговорил Дар, принимаясь за уборку под громкий хохот Шер и старших близнецов.       — Оборжаться, — хмуро констатировал Мэл, ставя перед ними чашки с горячим чаем.