Сорванные цветы

      Следующие несколько дней после того утра Дар избегал встреч. Арно не торопил его. Он всё понимал: омеге тяжело. Ему необходимо всё обдумать. Кроме того альфа испытывал чувство вины из-за своего допроса с пристрастием.       Иногда, возвращаясь вечером в пустую квартиру, он подолгу сидел у камина, размышляя обо всём произошедшем. Взвешивал каждое сказанное слово, анализировал то, что говорил Дар. Ему думалось, что всё вышло неправильно. Не так, как должно быть… С другой стороны, а должно-то как? Арно путался, прокручивал в голове диалоги, придумывал, как можно было сказать правильнее. В итоге он ложился в постель с тяжёлыми мыслями, а просыпался с больной головой. Единственное, что ему стало известно о Дарнелле за последние дни, это то, что у него будет конференция в одном из центральных книжных магазинов. Общение с читателями – важная часть работы писателя.       Порой Арно возвращался мыслями к тому, что произошло на его постели, смаковал те диковинные ощущения. Прикрывая глаза, он снова слышал тихие стоны омеги, чувствовал, как внутри него самого происходит нечто необъяснимое. Они действительно в тот момент соединились, пусть ненадолго. Но даже запахи поменялись, ощущения, вкус. Всё вокруг стало будто ярче. А Дар... Как он был расслаблен… А потом всплывал этот образ затравленного, перепуганного мальчишки. Истинное «Я» Дара. Альфа не сомневался. Он прочувствовал омегу, он видел его без всего наносного. Сколько боли и тревоги было в этом взгляде. Невыносимая мука. Арно кусал губы, думая об этом. В час единения истинных происходит освобождение. Но Дар был не готов к последнему шагу. Если бы метку попытался поставить не истинный – ничего бы не произошло. Но недаром истинные требуют полного обнажения души. Это произошло, и принесло только боль его омеге. Он не готов выплакать, не готов вырваться из собственной клетки. Альфа сжимал в руке стакан с виски, забывая о нём. Он часами смотрел на пылающий электрический огонь и не мог отвлечься.       Неделя подошла к концу. От Дара по-прежнему не было вестей. Арно не звонил ему — давал время. В субботу вечером, он возвращался домой с делового ужина. Телефон трезвонил, не переставая, все выходные, и поэтому альфа решил не отвечать на очередной звонок, когда ехал за рулём. Кто-то сделал всего три гудка, и это было странно. Обычно оптовики и подрядчики звонят до победного. Арно стоял на светофоре. Открыл окно и закурил, бросив взгляд на дисплей, и чуть не выронил сигарету.       На экране мобильного светилось: «Пропущенный вызов: Мэл». Старший сын Барнса звонил ему до этого лишь однажды, и то — передать пару слов от отца.       Арно тут же схватил сотовый и перезвонил. Мэл ответил после первого гудка.       — Мэл, ты звонил?       — Да… Мистер Брукс, извините, — голос звучал робко и напряжённо. — Вы можете разговаривать?       — Да, могу. Что-то случилось?       — Н-нет… Просто … А папа не с вами?       Арно сдвинул брови и кинул взгляд на наручные часы. Одиннадцать вечера.       — Нет, не со мной. Мэл, у него сегодня вроде как конференция в книжном магазине.       — Да, но она была в шесть часов. Папа сказал, что к половине девятого точно будет дома. Он не отвечает на звонки, — мальчик запнулся. По ту сторону что-то грохнуло, и Мэл шикнул на кого-то из младших. — И я подумал, может быть, он с вами?       — Нет, Мэл. Погоди, — Арно резко развернул автомобиль в другую сторону. — Я сейчас приеду. Ты один с младшими?       — Вы… Не надо приезжать, всё хорошо. Просто я пытаюсь понять, где папа. Это на него не похоже, — голос ребёнка по-прежнему звучал сбивчиво и робко. Он чуть не плакал.       — Мэл, я приеду.       И он отключился. Выдохнув, альфа снова начал набирать номер. Он позвонил Кэйси, узнал, не у него ли в баре Дар. Но там писатель не появлялся. Тогда он набрал нескольким людям из издательства, с которыми мог общаться Барнс. Никто с ним не пересекался в последние дни.       Как назло, конференция в магазине была камерной. То есть писатель подписывал книги и отвечал на вопросы один. Сейчас книжный уже закрыт, а номер сотового директора магазина был у Брукса в офисе.       Через двадцать минут издатель въехал на гравиевую дорожку, ведущую к дому. По дороге он несколько раз набирал Барнсу, но тот не отвечал. Телефон не был отключен, гудки шли. Издатель заехал в магазин. Без разбора накидал в тележку сладостей, фруктов и игрушек и теперь выгружал всё это с заднего сидения. Во всём доме горел яркий свет. На втором этаже сквозь стекло на улицу смотрела Шер, подперев ладошкой щёку.       «Как же его угораздило бросить детей на ночь одних, без присмотра?» — мысленно недоумевал издатель, торопясь к дому.       Дверь была заперта, что похвально. Он несколько раз позвонил.       «Как они мне откроют? Хотя, Шер вроде как меня видела. Узнала ли?»       — Кто там? — прервал его размышления тихий голос Малькольма.       — Мэл, это я. Арно.       Молчание. Мэл терзался. Ему строго-настрого запрещено открывать дверь, когда отца нет дома, кто бы там ни был. И альфа прекрасно это знал.       — Мэл, давай я подойду к окну. Ты убедишься. Я просто не хочу, чтобы вы оставались ночью совсем одни.       И мужчина подошёл к карнизу. Маленький омега внимательно смотрел на него. Отец бы не одобрил. Никого нельзя впускать, будь это хоть президент.       Арно снова схватился за телефон и начал набирать Дару, — всё без толку. Он чувствовал себя странно, но отступать не собирался.       Видимо, решившись на что-то, мальчик исчез из окна. Входная дверь чуть приоткрылась после долгого лязга многочисленных замков. Омега взялся за цепочку и замер, глядя на альфу.       — Мэл, — издатель протянул пакет с гостинцами, — возьми пакет. Я пойму, если ты так и не впустишь меня. Всё это странно. Просто не понимаю, как мне вам помочь.       — Мистер Брукс… — омега всё же снял цепочку, открывая дверь пошире, — проходите.       Из глубины дома доносились приглушенные крики младших близнецов, больше похожие на скулёж. Мэл выдохнул, забирая пакет, и, пропустив альфу в прихожую, закрыл замки обратно.       — Папа даст мне за это нагоняй, — проговорил он. Арно быстро снял пальто и развязал шарф.       — Мы договоримся с вашим папой.       — Где он может быть? — взволнованно спросил мальчик, стоя с пакетом в руке. Ситуация явно была исключительной. Дети никогда не оставались совсем одни. Мэл мог посидеть с младшими несколько часов, и то — с недавних пор. Мальчик был так растерян и напуган, что по его рукам пробегала дрожь.       — Мы найдём его, Мэл. Сейчас главное, чтобы с вами всё было хорошо.       — Что-то случилось с ним, да?       — Не обязательно, нет, совсем не обязательно.       Арно понятия не имел, как успокоить маленького омегу. В дверях, вдруг, возник Ро. Он явно только что проснулся.       — Я думал, ты спишь, — старший брат с укоризной взглянул на младшего.       Ро сверлил издателя свирепым взглядом.       — Что он здесь делает?       — Ро…       — Где папа?       «Вот же ж… Точно, Дар говорил про Ро…»       — Это ты впустил его сюда?       Младший альфа смотрел на брата, будто сверху вниз, хотя ростом был ниже.       — Так, давайте все успокоимся, — сделав вдох-выдох проговорил Арно.       — Папы нет, — сказал омега.       «Ну, вот зачем?»       Ро смерил и омегу и Брукса таким взглядом, что сразу стало ясно – он хозяин этого дома.       — Мы одни, — продолжил Мэл. — Мистер Брукс приехал, чтобы…       — Чтобы что, Мэл? Ты забыл, что он сделал?       Восьмилетний альфа отчитывал брата таким тоном, будто ему уже за двадцать.       — Это что? Подарки? — подала голос Шер со второго этажа. — Арно! — выпалила она и едва не сбила альфу, прыгая на него с середины лестницы.       Мужчина успел выставить руки и удержать девочку, да так ловко, что сам не потерял равновесия. А малышка громко расхохоталась.       — Чтобы уложить всех вас спать! — нашёлся с ответом Мэл и гордо выпрямился.       Арно невольно усмехнулся, глядя на детей. Как же он по ним скучал эти две недели.       — Ты привёз мне подарки, да? — не унималась Шарлиз, тряхнув гривой тёмно-рыжих с красным оттенком кудрей.       — Да, посмотри в пакете.       Она тут же выскользнула из его рук, подобно змее, и ринулась к пакету, на который наступил ногой Ро, отрезая, таким образом, к нему доступ. Мальчик сверкнул сапфировыми глазами, впиваясь в обидчика его отца-омеги.       Арно втянул воздух в грудь, приготовившись нести ответ за всё содеянное. «Барнсы. Я вечно перед ними виноват. Это у них в крови».       — Ро, что ты делаешь? — заныла Шер, пытаясь отпихнуть ногу маленького альфы, — ты помнёшь подарки. Там апельсины, Ро! Уберись с пакета.       — Уйди, Шер. Нам не нужны его подачки. И сам он здесь лишний. Уходите.       Девочка непонимающе уставилась на брата.       Арно сделал шаг к непреклонному альфе и опустился на корточки.       — Ро, твой гнев оправдан. Я прекрасно тебя понимаю. Я бы тоже разозлился.       — Так зачем пришли, если понимаете?       Мальчик стоял, поставив ногу на пакет и скрестив руки на груди. При этом буравил альфу таким пронизывающим взглядом, что заставлял воспринимать его как равного. Даже Шер притихла. А Мэл ушёл к близнецам, что ныли на втором этаже в своей кроватке, но тут же умолкли, едва мальчик скрылся в дверях отцовской спальни.       Альфа выдержал взгляд Ро, не отвёл глаз. Они смотрели друг на друга больше минуты. Это своего рода ритуал: поединок взглядов. В данном случае Арно показывал, что ему нечего скрывать. Кроме того, угрозы он не несёт, а ещё – по-прежнему в приоритетной позиции старшего альфы. Ро медленно убрал ногу с пакета, но Арно не пошевелился.       — Ро, я хочу, чтобы вы не оставались ночью в доме одни, — без взрослых.       — Зачем вы ударили моего отца? – будто не слыша слов Арно, мальчик задал волнующий его вопрос.       Шер округлила глаза, хотя была занята потрошением пакета.       — Того требовали обстоятельства, — Ро склонил голову набок, прожигая издателя взглядом. Ответ его явно не удовлетворил. — Иногда так случается, люди совершают ошибки.       Ро смотрел исподлобья, изучающе. «Альфа в действии» — мысленно усмехнулся Арно.       «Придётся быть откровенным. Голову ему не задуришь. Нужна конкретика».       — Мы поругались. Он ударил меня. Если ты видел — все кулаки сбил об меня до крови. Я лишь хотел его остудить.       Этот ответ мальчик оценил выше.       — Один раз я ударил одноклассника-омегу, потому что он весь урок тыкал в меня карандашом, — тут же поделился опытом маленький альфа. — Но я пытался договориться с ним словами. А вы? Пытались?       — Конечно, — кивнул Арно. — Но, видимо, я плохо пытался.       Ро вздохнул и обвёл взглядом коридор, вопрос был решён по его меркам. Шер уже съела большую часть шоколадок, вокруг только фантики валялись. Девочка вертела в руках новую игрушку — мягкую куклу с рыжими волосами-верёвочками.       — Ребята, не пора ли вам спать? — поинтересовался альфа. К ним уже спускался Мэл. — Мэл, давай ты тоже спать.       — А…       — Я их уложу, — заверил его издатель и похлопал по плечу. — Отдыхай.       Мальчик потёр глаза, вздохнул, посмотрев на корки апельсинов и шоколадные фантики, обвёл взглядом перемазанную этим же шоколадом Шер и поплёлся в свою спальню.       Арно подхватил сладкоежку поперек живота и, под её заливистый хохот, потащил в сторону ванной. Ро отправился в комнату мальчиков сам, бросив одобрительный, но всё ещё настороженный взгляд на издателя.       Тот быстро помыл мордашку девочки и обтёр пушистым полотенцем. Она всё это время не выпускала куклу из рук.       — Понравилась? — Да, на меня похожа!       — Ты лучше, глупая. Пойдём-ка, — и мужчина снова подхватил девчонку, подкинул коленом выше и отнёс в её владения.       — Сказку будешь читать? — поинтересовалась она, прыгая в кровать. Глаза её так и сверкали бликами в сумраке едва освещённой комнаты. Улыбка не сходила со счастливой рожицы.       — Поздно уже для сказок. Время не детское.       — А…       — Шер, давай уже ложись, хватит прыгать. Пружина может выскочить, и ты поранишься.       — Не поранюсь, не поранюсь, — прыгая по кровати, говорила она. Волосы вихрем поднимались и опадали в такт прыжкам. Арно невольно умилился.       — Где ты был вообще? — напрыгавшись, она опустилась сразу на свою пятую точку и принялась снимать носки.       — В смысле?       — Давно не приходил!       — Ну, я работал…       — Ты всегда работаешь, — Шер уложила голову на подушку, подложив ладони под щёку, — Ах! — её глаза выразили испуг.       — Что такое?       — Где кукла? Куклу потеряла!       — Не потеряла, вот же она, — издатель выудил игрушку из-под одеяла с другой стороны кровати.       Шестилетняя альфа тут же расплылась в улыбке, показывая ямочки и сжимая подарок в руках.       — А про что ты говорил с Ро? Ты подрался с папой?       Арно сжал пальцами переносицу, предвкушая очередную беседу на эту тему с маленькой альфой.       — Да, мы подрались.       Девочка закусила нижнюю губу, две секунды смотрела на него, а потом издала чмокающий звук и мечтательно проговорила:       — Жалко, я не вииидела…       — Шер, — Арно невольно рассмеялся. — Ну всё? Спать?       — Сказку! Сказку! Сказку! — Каждое слово она произносила всё громче. — Инаааааачеее…       — Что иначе? — сбил её альфа, понимая, что она сама ещё не решила.       — Инааааче… Я разбужу ВСЕХ, кто в этом доме живёт. И не только братьев… — она лукаво прищурила свои тёмные глаза и выжидающе посмотрела на издателя.       — Ну, хорошо, кого ещё ты разбудишь?       — Всех, до кого докричусь. А я способная, — сказала малышка игривым тоном.       — Я не сомневаюсь.       — Ты боишься призрачных домовых?       Арно был готов биться головой об стену, но, с другой стороны он испытывал радость. Мужчина помнил, как нелегко было найти общий язык с этой девочкой-альфой. Несмотря на то, что она даже младше Ро и Ру, характер у неё дьявольский, от слова совсем. Даже в самых заоблачных мечтах ему не представлялось возможным вызвать такое доверие, какое она демонстрировала ему сейчас.       — Конечно, боюсь. Их все боятся, — кивнул издатель, сделав испуганное лицо.       — Ах! — девочка тоже округлила глаза в испуге.       — Что, ах?       — А кто же меня будет от них защищать, если ты их тоже боишься?       — Вот незадача. Придётся нам придумывать, как защищаться от этих призрачных домовых. Как они выглядят хоть, ты знаешь?       — Как большие…. Страшные… — она поводила взглядом по комнате, наткнулась на шкаф и продолжила: — Халаты!       После этого она расхохоталась, и Арно зашикал на неё.       — Так ты быстрее перебудишь все эти большие страшные халаты. Я знаю одно верное средство от домовых.       — Ох! Какое же? — девочка опять изобразила удивление.       — Закрыть глаза и досчитать до ста.       Шер мгновенно нахмурилась.       — Я умею только до пятидесяти, — она начала теребить свои пальчики, хмуря лоб.       — Ты начни, я помогу тебе после пятидесяти.       Она вздохнула и перевернулась на спину, глядя в потолок.       — Раз… Два… Три… Четыре… Пять… Арно! — крикнула она его имя так, что он подпрыгнул на месте.       — Да что ж ты так орёшь?       — Я подумала, ты заснул! — она снова широко улыбалась. — Арно, где папа?       — Солнышко, если вы все заснёте, то папа придёт быстрее.       — Да? Не ври мне, Арно, — сказала она строго, как-то грустно вздохнула и закрыла глаза.       Через пару минут мужчина понял, что девочка спит: по мерному дыханию и по тому, как блуждали глаза под веками. Альфа на цыпочках вышел и бесшумно закрыл за собой дверь.       В кухне он подошёл к окну и снова взялся за телефон. У Кэйси Дар по-прежнему не появлялся, а его сотовый был всё также безответен.       «Где же ты, Дарнелл?» — прошептал мужчина, ставя турку с кофе на плиту.