На пути к бессмертным мукам.

Почему?! Ну, какого чёрта я не отправился вместе с Владом в Снаговский монастырь? Почему я остался в замке? Если бы я был рядом с ним, ничего бы этого не произошло! Зачем я поддался его просьбе?! Неужели было так трудно настоять на своём?! Ответ на все эти вопросы был один: дело в Марии. Именно мысль о ней заставила меня согласиться исполнить волю Влада. Конечно, я её не обвиняю, она совершенно не виновата, а вот я… Я повёл себя, как самый настоящий слабак! Ненавижу себя за это! С того момента, как все узнали, что с Владом случилась беда, мы начали его поиски. Ну, «мы» — это очень громко сказано. Послать свои дружины на поиски князя согласились отнюдь не многие. Честно сказать, единицы. Некоторым людям было на руку исчезновение, а то и смерть Влада. Без него им было бы гораздо легче плести свои интриги и воровать у народа. Но я верю, что их надежды не оправдаются и тогда они жестоко заплатят за своё отрешение! Нам удалось выяснить, что князь все же побывал в монастыре. По словам настоятеля, он прибыл вместе с предателем, которого казнил в этих стенах, затем провел в монастыре один день, а после отправился обратно в Валахию. Я пришел к выводу, что враги Влада подстерегли его либо в середине обратного пути, либо в самом его конце. Они не должны находиться далеко от нас. Но первые три часа поисков не принесли нам ровно никаких результатов, ни единой зацепки о его местонахождении и состоянии! Я уже готов был рвать волосы на своей голове от отчаяния, но тут от Владимира, отца Марии, подоспел гонец, который передал, что боярин со своей дружиной наткнулся на место, где очевидно находился ночной лагерь. Также гонец поведал, что там осталось множество следов, и все они ведут непременно к реке Олт, которая является границей между Мунтенией и Олтенией, то есть Западной и Восточной Валахией. Кусочки мозаики постепенно сложились в моем мозгу. Очевидно, что на Влада была организованна засада. Цель нападения заключалась либо в его убийстве, либо во взятии в плен. Характер передвижения неизвестных, давал понять, что движутся они к туркам. Зачем? Чтобы предоставить живого или мертвого Влада в качестве доказательства верности султану Мехмеду. Но я не позволю им увезти Влада с этой земли!

***

Мы затаились неподалеку от разбитого предателями лагеря, в ожидании нужного момента для наступления: — Ждём ваших указаний, командир. Солдатам уже не терпится наказать негодяев. — Сказал мне старшина моей дружины, Мирослав. — Обождите пока. Мы должны дождаться знака от Вакара, что он со своей дружиной принял нужную позицию. Нам надо замкнуть вокруг лагеря кольцо и совершить неожиданный налёт, чтобы эти подлецы не смогли ничего осознать до того как лишаться голов. — А остальные, кроме Вакара? — Они тоже ждут, но уже моего знака, — мой взгляд в миллионный раз упал на фигуру Влада, который был привязан крепкими путами к старому дубу. Выглядел он уставшим и измученным, но при этом несломленным. Потерпи, друг мой. Ещё немного и ты вновь свободен. Ты вернёшься в Тырговиште, и всё встанет на круги своя. К счастью, а может, и к сожалению. Я запутался в собственных чувствах. Не знаю, кто для меня дороже: лучший друг, которого я знаю всю жизнь и которому обязан всем или же любимая женщина, лишь недавно поселившаяся в моём сердце. Я услышал волчий вой. Точнее, казалось, что волчий. В действительности же, это был отнюдь не звериный клич. Это был знак, что всё готово для наступления. На самом деле, копировать звуки животных для передачи некоторой информации между воинами в таких ситуациях — это идея Влада. Он талантливый воин и воевода. Иногда я, по-доброму, завидую его умению руководить войском, его нестандартным решениям. Единственное жаль, что порой он не выглядит образованным христианским правителем, а походит на безумного злодея, который не видит грани между светом и тьмой. Я сложил руки чашей и провыл в ответ. Ну что же…, началось! Я достал из ножен свой меч, который когда-то давно верно служил моему отцу, до него моему деду, а до него моему прадеду. Может когда-нибудь он достанется моему сыну. Если же, конечно, сын у меня вообще появится! Также я не забыл прихватить с собой ещё один меч — для Влада. Я знал, что уговорить друга уйти без его участия в битве не получится, наверняка он захочет лично наказать обидчиков. Я сам бы так же поступил. Мы ворвались в лагерь, не дав ни единого шанса опомниться нашим противникам. Пока остальные принялись за расправу над предателями, я первым делом подоспел к Владу и одним ударом меча перерубил верёвку, которая удерживала его. Сам же Влад широко улыбался, он явно был рад нашей встрече: — Габриэль! Друг мой! Я знал, что ты появишься! Надеюсь, ты припас оружие для меня? — Разумеется! Как же иначе? — улыбнулся я ему в ответ и отдал меч. Влад расправил плечи, внимательно посмотрел на своё оружие, несколько раз рассёк мечом воздух, после чего кивнул мне и, не произнеся ни слова, ринулся в гущу сражения. Мне оставалось лишь последовать его примеру. Должен сказать, я не очень удивился, когда увидел Георга, других влиятельных мужей и бояр. У многих были личные счёты с Владом. Но меня удивило количество народу, которое их сопровождало в этом деле. Их оказалось куда больше, нежели я думал. Хотя, нам не в первой, изничтожать превосходящие силы противника. Передо мной сверкнул вражеский меч, но я отбил удар и насквозь пронзил нападающего. Откуда-то вынырнуло еще несколько мерзавцев, окружив меня плотным кольцом. Западня. Деваться было некуда. Я крепче сжал меч, готовясь подороже продать свою жизнь. В это же мгновение один из врагов, крича, рухнул на землю с перерубленными ногами, а другой потерял голову, не успев издать и звука. В круг ворвался Влад — стремительный, словно молния. Его бледное лицо было забрызгано чужой кровью, а глаза сверкали безумным огнем мрачной, свирепой ярости. Мы заняли оборонительную позицию, стараясь держаться спиной к спине. Появление друга придало мне сил, зажигая в груди всепоглощающую звериную радость, сродни тому чувству жестокого опьянения битвой, которое прозвучало в смехе Влада: — Ты смеёшься?! — я бросил на него ироничный взгляд через плечо. — Нас могут сейчас убить, Влад! — Даже не рассчитывай умереть сегодня, Габриэль! — Влад вновь расхохотался, ловко парируя удары врагов. — Нас впереди ждёт ещё долгая жизнь! Полная незабываемых событий и ярких впечатлений! Я тебе это гарантирую! — Ты просто сумасшедший! — я невольно расхохотался ему в ответ. — Ты знаешь об этом? — О, да! Вражеские ряды дрогнули под нашим бешеным напором. Мы своими острыми мечами секли головы, вспарывали животы, разрубали спины, вселяя в души наших соперников страх и панику. Многие уже не ожидая конца битвы, исход которой был предсказуем, попытались бежать в лес, но мы не дали им такого шанса. Пока я сражался с Дорином Зыргчиту, бывшим когда-то нашим казначеем, Влад сцепился в схватке с Георгом. С легкостью распоров брюхо Дорина и оставив того валяться в собственных кишках, я посмотрел на лучшего друга и увидел, как мечи Влада и Георга скрестились почти у рукояти. Они оба замерли, вглядываясь в глаза друг другу: — Ты предал меня, Георг! — Влад яростно прошипел эти слова прямо в лицо Бузому. — Знаю! — глаза Георга блеснули ледяной решимостью. — И я доведу свой замысел до конца! Георг оттолкнул Влада и сделал стремительный выпад, но клинок моего побратима отбил его удар, словно пушинку. Он отразил очередную атаку соперника, прежде чем его меч с хрустом вошел в тело Георга. Бузой со стоном пошатнулся, снимаясь с лезвия, и упал на колени. Кровь хлынула у него изо рта. Ненужный ему более клинок выпал из ослабевшей руки. — Никогда бы не подумал, что ты станешь предателем. Но, увы! Понеси теперь заслуженное наказание! — Влад занёс меч над шеей Георга и отрубил тому голову. И в этот самый момент в его плечо вонзилась стрела. Через мгновение вторая угодила ему в ногу. Я готов был рвануться к другу на выручку, но путь мне преградил вражеский воин. Я быстро обменялся с противником парой ударов и молниеносным движением развалил того почти до пояса. Фонтан крови обильно хлестнул из разрубленного тела, обрызгав меня с ног до головы. Но мне было всё равно, я со всех ног побежал к другу, по пути заметив, что незадачливого лучника уже покромсал на куски Мирослав. Влад, опустившийся на траву, со стоном боли выдернул первую стрелу из себя, посмотрел на нее и с раздражением отбросил в сторону. Затем он осмотрел свою ногу. Стрела проткнула икру насквозь. Влад отломал острый металлический наконечник, выкинул его, и медленно вытащил деревянное древко с оперением. Затем зажал рукой рану. Я опустился перед другом на колени. Сняв с себя один наплечник, я открепил от него кожаный ремешок и с его помощью затянул кровоточащую рану побратима: — Влад, ты…? — Я в порядке. Пока что. Не беспокойся, мой друг. — Влад тяжело задышал, делая большие паузы между словами. — Я просто…. Несколько устал… — Битва окончена. Безоговорочная победа. Нам здесь делать нечего. — Я помог ему встать на ноги, после перекинул руку Влада через свое плечо и повел его в сторону лошадей. — Нужно скорее вернуться в замок, тебе необходима помощь лекаря. Сам ехать сможешь? Друг слабо кивнул, и затуманенным от боли взором, осмотрел побоище: — Все перебиты? — Вроде как. Но мои люди проверят окрестности на всякий случай. — Надеюсь, что Ванька не додумался сюда возвращаться. — Я непонимающе посмотрел на друга, но потом догадался, о ком он толкует: о парне, который передал нам подвеску. — Надо будет его найти и поблагодарить за помощь. — Только после того, как ты восстановишь силы и оправишься после ранений. — Ты бы о себе так позаботился, — усмехнувшись, вставил Влад. — А то ты так беспокоишься обо мне…. Нас могут с тобой неправильно понять. Помнишь те грязные слухи…? Я до сих пор от них в ужасе! — В отличие от тебя, мне не для кого себя беречь, Влад. Вот, например, тебя дома ждет молодая жена, — я чуть прикусил язык. Ох, не стоило мне говорить о Марии. Влад резко затормозил. Мой друг был так рад тому обстоятельству, что я пришел к нему на помощь, что совсем забыл о своей супруге, которую я обещал охранять за время его отсутствия. Он испуганно посмотрел на меня: — Ты что? Оставил её, чтобы отправиться на мои поиски? — я кивнул, а Влад вскипятился. — Какого чёрта?! — он тихо застонал и чуть пошатнулся, я не дал ему упасть на землю. — Я же просил тебя не отходить от неё! — С Марией всё в порядке, Влад! Не время выяснять отношения, нужно уходить! — Если с ней что-то произойдёт, я же не переживу этого! — он с трудом оседлал лошадь. Раны давали о себе знать. Надо будет внимательно следить за ним на протяжении всего пути, — Она единственная радость, которая у меня есть в этом грешном мире. — Я знаю, друг, я знаю! — с моего языка чуть не сорвалось нечто похожее на фразу: ведь она и моя радость тоже. Встряхнув головой, я оседлал коня. — Не волнуйся, я уверен, что Мария цела и невредима. Губы Влада скривились: — Надеюсь. Наш отряд ехал по Олтении, когда начался рассвет. Я время от времени обеспокоено оборачивался на Влада. Его бледное лицо казалось призрачным, черты обострились, а глаза смотрели в пустоту. Повод безвольно провис в ослабевшей руке. Обессиленные и измученные, мы добрались до замка, к этому времени Влад уже впал в полуобморочное состояние, иногда он что-то говорил, абсолютно не связанное по смыслу. То его знобило, то бросало в жар. У него началась лихорадка.