На пути к бессмертным мукам.

Я с величайшим трудом раскрыл глаза. Мне не сразу удалось признать тот факт, что я нахожусь в собственных покоях. Я это понял лишь благодаря чуть скосившемуся столбику кровати, к которому крепится балдахин. Вечно забываю приказать слугам исправить эту неровность. Однако, как я оказался в своей спальне, я не помнил. Я быстро стал перебирать в голове последние события, произошедшие со мной. Все началось с того, что я узнал о предательстве Кэли Нягу. Затем, самым жестоким образом, я расправился с ним в Снаговском монастыре. Через день после этого я отправился назад в замок, но был взят в плен шайкой предателей, во главе которых стоял Георг Бузой. Потом прибыли мои союзники и освободили меня. Произошла битва…. Ах, да. В последние минуты сражения меня ранили. В меня вонзилось две стрелы. С этим разобрались. Остался лишь один вопрос, который беспокоил меня: — Мария? — слабо позвал я. Сбоку от меня, на постели, я услышал мычание и почувствовал движение. Я перевёл взгляд на свернувшуюся, буквально, в клубочек Марию и вновь почувствовал, как в моей душе благоухает цветок нежности по отношению к моей жене. Она здесь, рядом со мной. Бережет моё спокойствие. Что ещё нужно мне для полного счастья? Я провёл рукой по её растрепавшимся волосам цвета золотой пшеницы, она чуть поежилась, после чего слабо улыбнулась и уткнулась в меня своим очаровательным носиком. Я тихо хохотнул. Любимая походила на маленькую и ласковую кошечку. Как бы мне хотелось уберечь Марию от всего мрака и грязи этого мира. Если бы я мог сделать её жизнь более безоблачной, я бы приложил все усилия и не пожалел своего собственного существования! Я готов на всё возможное и невозможное, лишь бы она была счастлива рядом со мной. Габриэль перед нашей свадьбой спросил меня: «Не жаль ли тебе девочку?», и лишь сейчас я могу ответить — жаль. Я связал Марию со своей тёмной жизнью и безрадостной судьбой. Я самолично обрёк её на муки, часть которых перекладываю с себя на эти хрупкие плечи. Я не думал, что полюблю Марию так сильно. Она пока не родила мне наследника, но для меня это стало не самым важным. Всему своё время. А пока, пусть моя Мария просто будет рядом со мной. Я не хотел будить свою жену. Мне нравилось наблюдать за ней, когда она спит. Но Мария недолго пребывала в царстве Морфея. Вскоре она вытянулась на постели и открыла свои удивительно яркие глаза. Она приподнялась на локотке и перевела на меня свой взгляд. Я широко улыбнулся ей и раскрыл свои объятия, желая прижать Марию к своему сердцу. Она сначала потянулась ко мне, но потом резко отпрянула и вскочила с постели: — Я иду за лекарем, он должен тебя осмотреть! Михей сказал, чтобы я обязательно его привела! — Мария, не надо, отложи это. — Но, я должна! — Пожалуйста, не ходи. Считай это моим приказом. Иди ко мне, — Мария в озадаченности постояла на месте, но поняв, что не переспорит меня, вновь легла рядом, положив свою голову мне на грудь. Я обнял её одной рукой: — Сколько времени я был без сознания? — Практически два дня, — Мария странно всхлипнула. — Габриэль сказал, что ты потерял сознание прямо перед самым входом в замок. У тебя началась жуткая лихорадка. Ты так кричал! Я боялась за тебя, я думала это конец. — И тут мой ангел заплакал. Нет – нет, я не желаю быть причиной её слёз! Моя красавица не должна грустить и печалится в моём присутствии. При мне моя жена должна лишь улыбаться и смеяться! — Любимая, не надо. Всё обошлось. Скоро я окончательно встану на ноги, я себя знаю. — Я от радости, — она вытерла слезы, — Я счастлива, что Бог не забрал тебя к себе! — А он бы и не забрал. Моей души ему и даром не надо. Мария укоризненно поглядела на меня: — Нельзя так говорить, Влад! Это грех! — Грех, знаю. Но это правда. Думаю, для меня заготовлено место в царстве падшего ангела, — Мария встряхнула головой, я слабо улыбнулся. — Знаю, тебе не нравятся эти слова, однако для таких как я, входа в рай нет. Я слишком грешен, радость моя. — У каждого есть шанс на исправление и на очищение от грехов, дорогой, — Мария легонько коснулась губами моей шеи. — Или я не права? — Права, — я потёрся носом о её щёку. — Только не каждому дано им воспользоваться. Знаешь, давай уйдём от этого разговора. Все это заставляет меня впадать в мрачные думы. Сойдемся на том, что мы точно не знаем ничего о замыслах Господа, для нас всё это тайно. — Тайно… — эхом отозвалась она. — Иногда мне кажется, что меня окружают одни лишь тайны. Особенно с тех пор, как живу в этом замке. — Это и не удивительно, Мария. Жизнь властителей — это множество тайн, заговоров, интриг, лжи. — Я поцеловал её в висок. — И очень редко появляется такое чувство, как любовь. Я рад, что мне повезло, что я нашёл тебя, милая моя. Очень аккуратно я провел пальцем по её нижней губе. Я успел соскучиться по вкусу этих уст! Я склонился над женой и поцеловал ее. Я бережно и осторожно ласкал губы Марии, наслаждаясь их мягкостью и сладостью. Затем, оторвавшись от них, я поцеловал ее щеки, подбородок, нос, лоб…. Я хотел коснуться губами каждого участочка ее лица. Я стал зависимым от неё! Мария нужна мне, как воздух! Иногда, оставаясь наедине с самим собой, я поражался и даже пугался собственных чувств к этой женщине. Но все подобные мысли улетучивались, стоило Марии оказаться рядом со мной. Постепенно я начал терять контроль над своими эмоциями и телом. Поцелуи стали более жаркими и страстными, а мои руки судорожно обняли тело Марии и крепко прижали её ко мне. Любимая же в свою очередь обвила мою шею руками. Я совершенно не чувствовал слабости и ноющей боли от ран. Всё ушло на второй план. Если можно так сказать, то Мария моя панацея! На мгновение я отстранился от ее уст ради того, чтобы перевести дыхание. С интересом посмотрев на вырез блузки Марии, я развязал шнуровку, высвободил красивую аппетитную грудь и сжал ее в ладонях. После снова нашел губами рот возлюбленной и впился в него уже с жадностью голодного зверя. Моя правая рука сползла вниз, задрала ей юбку и, погладив нежную кожу, устремилась к внутренней стороне бедер. Последующий сладострастный стон супруги, был для меня настоящей райской музыкой! Она соскучилась по мне, и я очень этому рад! О, Мария нужна мне немедленно! — Влад… — прошептала Мария, с трудом оторвавшись от меня и с сомнением проведя рукой по моей спине. — Наверное, не стоит сейчас этого делать. Я имею в виду, что… Может лучше подождать? Ты был серьезно ранен. Тебе должно быть очень больно. Я не желаю доставлять тебе неудобства. — Глупенькая моя, я хочу тебя! — шумно выдохнул я. — Потому что ты для меня лучшее лекарство!