На пути к бессмертным мукам.

— Габриэль! Габриэль! Громкий голос Стефана вырвал меня из липкого мира сновидений, навеянных непомерным количеством выпитого различного вида алкоголя. Я со стоном разлепил отяжелевшие веки и тут же снова зажмурился. В глаза бил слишком яркий солнечный свет, ощущение было такое, словно мне осколки стекла вставили в глазные яблоки. А всё из-за того, что Стефан открыл портьеры в моей спальне. — Габриэль!!! — Хватит орать! Я проснулся! Что тебе нужно, Стефан?! Оруженосец неодобрительно покачал головой, глядя на меня. Этому есть некоторое объяснение. Я пребывал не в лучшем физическом состоянии. Последнее время я пил буквально без остановки. А в данный момент у меня было похмелье. Голова раскалывалась, во рту было суше, чем в пустыне и меня тошнило. Но физиологические страдания не идут, ни в какое сравнение с душевными муками. Хоть я и считаю наш с Марией отказ от нашей же любви правильным решением, я не могу успокоиться. У меня даже возникала мысль о смерти. Я действительно хотел умереть. Но передумал. Не потому что струсил, а потому что понял — этим своим поступком я причиню боль тем, кому дорог, и в первую очередь Марии. Поэтому и отогнал от себя заманчивую, в некотором роде, идею. — Ты два дня не появлялся в замке! Ты абсолютно не интересуешься, что сейчас с князем! Ты засел в своём доме и приложился к бутылке, как горький пьяница! — Стефан набрал воздуха в лёгкие, — Я, кажется, знаю, в чём причина такого поведения. И должен тебе сказать, что этого следовало ожидать с самого начала и именно поэтому хочу попросить тебя перестать пьянствовать и вернуться к своим прямым обязанностям! Вот так! — в заключении он решительно кивнул. Я непонимающе посмотрел на него, он же закатил глаза и снова заговорил: — Может быть, я не отличаюсь особым умом, но у меня есть глаза и уши, Габриэль, и я не мог не замечать того, что происходило между тобой и княгиней. — Что за чушь ты несёшь?! — Только не говори мне, что я не прав! — Стефан сложил руки на груди. — Я уже практически научился читать ваши взгляды и жесты, адресованные друг другу! Мне кажется, что вы очень близки и… — Прекрати нести весь этот бред! — меня обуяла ярость. Я с трудом поднялся с кровати и, шатаясь, подошел к столу. — Между нами ничего не было, и быть не может! Это чушь собачья! — Мне кажется, или ты врёшь самому себе? Я схватил пустую бутылку вина со стола и с размаху швырнул её в стену, Стефан от этого моего действия подпрыгнул на месте. Я же угрожающе наставил на него палец: — Я сказал, что это БРЕД! Так что, Стефан, заруби это на носу и просто не лезь не в своё дело! — Я хочу тебе помочь, но как я могу это сделать, если ты сам не хочешь принять помощь! Я же не обвиняю тебя! Я просто хочу помочь! — Чем помочь? Я не нуждаюсь, в чьей либо помощи! — Взгляни на себя в зеркало! Неспроста же ты напиваешься уже второй день! Я сомневаюсь, что так ты переживаешь за князя! И уж точно тебя не совесть мучает за тех, кого ты убил там! — Стефан взял меня за руку и подвёл к зеркалу. — Посмотри, на кого ты похож! Это не мой наставник, с которого я беру пример! Разве этот человек похож на моего учителя, который всегда заступается за меня?! Я посмотрел на собственное отражение в зеркале и на какой-то миг не поверил тому, что увидел. Это бледное изможденное лицо с больными запавшими глазами, не могло принадлежать мне. Черт бы меня побрал, я был похож на пьяную свинью! Выдохнув, я внезапно понял, что и разило от меня не самыми приятными ароматами! Надо взять себя в руки! Слабо похлопав Стефана по плечу, я произнес: — Извини, что наорал на тебя. Спасибо, что пришёл. Стефан кивнул: — Не за что. Просто хочу, чтобы ты знал — мне можно довериться. Я чужих тайн не выдаю. Тем более твоих. И можно вопрос? Только не буянь, хорошо? — Хорошо. — Что случилось? Я понимаю, что ты в таком состоянии из-за княгини Марии, но почему? Я отвернулся от зеркала, подошёл к своей постели и сел на неё: — Когда я увидел Влада в том кошмарном состоянии, я понял, что не смогу его предавать, да ещё и так подло. Да и вдобавок, Мария тоже от всего этого страдает, а я не хочу ей причинять боль. Но чёрт меня дери, как я хочу на всё плюнуть и отбить её у него! Алкоголь помогал мне забыться и избавиться от этих мыслей. Я наклюкался, желая унять животное внутри себя! Стефан сел рядом со мной: — Мой отец любил говорить: «не руби с плеча, Стефан». А теперь вот я хочу сказать тебе это. Может быть, умысел Господа и есть в том, чтобы ты встал на пути у своего старого друга. Кто знает? Меня передернуло от слов оруженосца. Мне не хотелось верить, что Бог, в которого я верю, может столь жестоко играться с людскими судьбами. Я отрицательно покачал головой и серьезно сказал молодому парню: — Если ты меня уважаешь, Стефан, то сделай так, чтобы подобный разговор больше никогда не всплывал. — Хорошо, — печально отозвался парень, — Хотя я был бы счастлив, если бы вы с моей спасительницей были парой. Послышался стук в дверь, от которого я невольно вздрогнул. Хрипло я сказал: — Войдите. В комнату зашла служанка, по имени Родика, которая уже достаточно давно служит в моём доме. Она поклонилась мне и заговорила: — Хозяин, прибыл гонец из замка с радостной вестью, что князь пришёл в себя, и его жизнь уже вне опасности. Я упал на спину и радостно улыбнулся. Хоть что-то хорошее произошло за все эти дни. Спасибо тебе, Господи, что уберег моего безумного друга и отсрочил его свидание со смертью! — Спасибо за принесенную весть, Родика. Иди, приготовь мне воды, чтобы я мог умыться. И ещё, скажи, чтобы подготовили моего коня. — Как прикажете, господин, — она чуть поклонилась и поспешила выполнять указания.

***

— Мой друг! — воскликнул Влад, завидев меня в дверях. — Я очень рад тебя видеть! — я улыбнулся, хотя далось мне это с трудом. Влад, конечно, пришёл в себя, но вид у него был всё ещё болезненный. Собственно, будто у меня он был лучше. — Влад, хвала небесам, что ты жив! — я на ходу взял стул, поставил его возле кровати и сел на него. — Как ты себя чувствуешь? Он странно ухмыльнулся: — Отнюдь неплохо. В некоторой степени даже хорошо! За это надо благодарить мою супругу. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я? — Влад негромко рассмеялся, я же натянуто улыбнулся, при этом мои руки сжались в кулаки. От мысли, что Влад занимался с Марией любовью, мне захотелось разбить его, и так порядком пострадавший от ударов Георга, нос! Отсмеявшись, Влад внимательно посмотрел на меня:  — Однако Габриэль, я думаю, что могу задать тебе встречный вопрос. Что с тобой? Откровенно говоря, выглядишь ты неважно, весь какой-то напряжённый и…. — Он принюхался. — Боже правый! Сколько ты выпил, друг? Опустошил весь мой погреб? — Я…. Эти два дня, прошли для меня как будто в тумане, дружище. Меня посещали различного рода мрачные мысли. Я пытался себя успокоить. Вышло это не самым удачным образом. Влад поднял руку, давая понять, что не нуждается в дальнейших разъяснениях: — Я понял, Габриэль. Но всё равно не следовало тебе так делать, — Влад покачал головой. — Это влияет на здоровье, а ты хоть и моложе меня, но тоже уже не мальчик. Ты мне живым и здоровым нужен, брат. — Ты прав, я просто не знал, что делать. Честно, я перепугался! — Понимаю. Когда нечто подобное происходило с тобой, я буквально на стенку лез. Но, видимо, удача к нам благосклонна нынче. — Неожиданно Влад стал чрезмерно серьезным, его явно что-то сильно беспокоило, — Я хочу задать тебе один вопрос, который меня волнует. На душе как-то неспокойно. За моё отсутствие не было ничего, что могло бы вызвать мой гнев? Никто не пытался завладеть моей главной драгоценностью? — Ты о…? — Именно о ней. Так как? Перед моим внутренним взором снова всплыли картины признания в любви к Марии и тех несколько наших поцелуев. Но не мог же я сказать лучшему другу, что единственный человек, посягнувший на его любимую жену, носит имя Габриэль Ван Хельсинг. Я мысленно сосчитал до пяти и как можно более уверенно произнёс: — Всё было как всегда. — Точно? — Определённо. Влад ещё некоторое время подозрительно вглядывался мне в лицо, после чего утвердительно кивнул, поверив моим словам. Слава богу, что он ничего не заподозрил! А то если бы он разглядел мою ложь…. Не миновать беды! Влад итак опасается меня, как соперника. Я уверен в этом. Сразу же после нашей короткой беседы, в комнате появилась Мария. Я мельком посмотрел на неё, и этого с лихвой хватило, чтобы моё сердце забилось как сумасшедшее. Ох, если бы я не признался ей в своей любви, нам обоим было бы лучше. Теперь же до конца наших дней, мы будем вынуждены скрывать ото всех свои истинные чувства, и будем испытывать неловкость, видясь друг с другом. Моя любимая Мария прикусила губу, едва завидев меня, а затем спокойно поздоровалась со мной, при этом на ее лице появилась легкая улыбка. Но я видел, насколько сия радостная эмоция лживая: — Здравствуй, Габриэль. В ответ я сухо ответил, стараясь всем видом не выдать свою глубокую привязанность к ней: — Доброго дня, Мария. Мне так не хотелось, чтобы она видела меня в таком неподобающем виде! Но уже поздно. Увидела. Мария поймет истинные причины моего пьянства, будет сильно переживать из-за этого и отчасти винить себя. — Моя дорогая, — Влад подозвал её к себе и она покорно подошла к нему. Он взял её руку и поднёс к губам. — Я только что говорил своему старому другу, что ты моё главное сокровище! Правда, она чудо? — На самом деле мой друг не ждал от меня ответа на данный вопрос. Влад метнул в мою сторону взгляд, в котором явно читалось: «поговорим позже, уходи».

***

Я сидел в чёртовом трактире под названием «Хромая кобыла» уже несколько часов. И чем я занимался? Я снова пил. Как же мне плохо! Они там вместе: целуются, обнимаются, шепчут друг другу всякие комплименты…. Нет, это невозможно вынести! Указываю трактирщику на пустую рюмку, он подливает мне ещё яблочной цуйки. Я залпом выпиваю эту отраву, морщусь и закусываю пастромой. Увы, алкоголь сегодня не помогал забыться. Не могу ни о чём больше думать! Я схожу с ума, понимая, что Влад имеет беспрекословное право обладать этой женщиной. Я начинаю ненавидеть друга за это! Проклятая Мария! Эта ведьма изменила меня! Перевернула мою жизнь с ног на голову! Господи, ну за что я полюбил именно её?! Почему я не мог полюбить другую? За что мне это проклятье? Мало ли женщин на свете?! — Может, господин желает, чтобы ему составили компанию? — рядом со мной, неизвестно откуда, возникла вертлявая девица. Она поклонилась мне в самом изящном книксене, на какой была способна. Девица сильно наклонилась предо мной, посему моему взору открылись её прелести, кокетливо скрытые за кружевами лифа. — А то вы сидите здесь такой одинокий и печальный. — Компанию, говоришь? — Да, господин, чтобы вам не было холодно и грустно, — девица села мне на колени, положила руки на плечи и стала нашептывать на ухо. — Потому что со мной вы точно не соскучитесь, я обещаю вам. — И во сколько… — я обнял её одной рукой и прижал к себе. — Мне обойдётся это? — Всего ничего, мой господин. Пять золотых — это отнюдь не дорого в наше время. Недолго думая, я кивнул: — По рукам.

***

— Чёрт. Снова эта проклятая головная боль, — я со слабым стоном проснулся. Первую минуту я пытался сообразить, где вообще нахожусь, но переведя взгляд на пышногрудую девицу, спящую рядом со мной, я сразу всё вспомнил. Мне стало тошно от самого себя. Я никогда не был себе настолько противен! Мария — замужняя женщина. Её дело — это удовлетворять потребности её мужа — Влада. А я, ослеплённый ревностью, решил найти утешение в обычной шлюхе, которая готова отдаться любому за определённую цену. Я встал с кровати и начал одеваться, полный чувства отвращения к самому себе. Поздравляю Габриэль, ты достиг дна, ниже падать просто некуда! Ох, мне страсть как захотелось смыть с себя остатки этой ночи! Придя домой, обязательно так и поступлю! Приведя себя в относительно пригодный вид, я бросил кошелёк с золотыми монетами на рядом стоящий прикроватный столик. — Как договаривались.