На пути к бессмертным мукам.

(одну неделю спустя) Я поступил правильно. В конце концов, я тоже хочу иметь нормальную семью! У Влада с Марией она есть. Да, пусть там истинная любовь лишь со стороны Влада, но я также знаю, что Мария относится к мужу хорошо: почитает, уважает, переживает и боится за него. Может быть, она даже его любит, пусть и несколько иначе, чем меня. А сейчас у них будет общий ребёнок. Как я могу посметь вторгнуться в их мир? Мария не моя и пора с этим смириться. Я буду рядом, если ей понадобится. Я буду рядом с Владом, как было это всегда. И у меня, наконец, появится семья. Мне больно, но так надо. Мою невесту зовут Адриана Оничану. Эта девушка из древнего и знатного румынского рода. У нее имеются уйма достоинств, начиная с прелестной внешности и заканчивая различными умениями. Она действительно хороша: у неё темно-каштановые волосы; светло-зелёные глаза, опушённые длинными ресничками; нежная белая кожа; розоватые губы и немножко вздёрнутый носик. Ловлю себя на греховной мысли что, несмотря на все старания выбрать непохожую на Марию девушку, у обоих в облике есть нечто схожее. Возможно, мне это всего лишь кажется. Точнее, я глубоко надеюсь, что это только моё воображение желает видеть лик Марии в своей невесте. Если же это не так, то от Влада сей факт не ускользнет, и он сделает свои самые поспешные выводы. Адриана милая девушка, и мне становится стыдно перед ней за то, что она нужна для того, чтобы я смог забыть Марию. Но смогу ли я забыть женщину, которая всегда будет рядом с Владом, а значит и со мной? Сильно в этом сомневаюсь. Я не хочу доставлять Адриане страдания, так что буду таким же притворщиком в наших с ней отношениях, каким был Влад в браке со второй женой. Ох, бедная и несчастная Элона. Девушка, не блиставшая красотой, стала для Влада ключом к свободе, а для её дяди Мытьяша Хуньяди, короля Венгрии по прозвищу «Ворон», средством для удержания моего друга в узде. Я прекрасно знаю, как Влад не любил свою вторую жену, как ему порой было омерзительно её присутствие рядом. Но к чести моего друга, должен отметить, он осознавал, что Элона ни в чем не виновата, посему и играл с ней в любовь, не желая причинять бедняжке боль. Однако через приличное количество лет, его терпению наступил конец. Я один из немногих, кто знает, что княгиня не сама изъявила желание уйти в монастырь: это Влад заставил её. Элона любила своего супруга, посему выполнила его желание и даже письмо дяде Корвину написала с просьбой ничего не предпринимать. Их младший сын Влад решил разделить материнскую судьбу и ушел в монахи, чем немало огорчил своего отца. От воспоминаний о тех событиях мне становится только хуже: я самолично превращаю свою жизнь в кошмар…. — У тебя удручённый вид. — Что? — я отвернулся от окна, около которого стоял всё это время, и увидел Александру. Боже правый! Иногда у меня возникает ощущение, что он становится всё больше похожим на скелет. Эта его болезненная худоба, истончившаяся кожа и бледность давали понять, что Александру серьезно болен. Также мне было очевидно, что он старается скрыть своё состояние от окружающих. И мне не хотелось изобличать его. Он хороший человек. — Ты не выглядишь счастливцем, у которого скоро свадьба. Я не хочу отговаривать тебя, потому что понимаю, почему ты принял такое решение. Но дело даже не в моей девочке, а в той, которую выбрал ты. Мне её уже жаль. Ты обрекаешь её на страдания. Я горько вздохнул: — Об этом я и думаю все эти дни. Вы и представить не можете, как меня это терзает. Адриана милая, хорошая, добрая и заслуживает большего! Ей нужен мужчина, который будет её любить, а не тот, который будет обманывать её. Но мне так хочется иметь семью! А с Марией мне этого не суждено. Её муж — Влад. У них будет ребёнок. — Адриана — означает воинственная. — Задумчиво протянул Александру. — Имя определяет характер и судьбу. Нашу с Владимиром сестру так звали, бойкая была девочка. Жаль, что она умерла от подагры…. А почему ты считаешь, что не суждено? Мы ведь не знаем своего будущего. — Это верно, всё в руках Господа, — ответил я, перекрестившись, при упоминании создателя. — Господь даёт выбор, а уж что выбирать — это решать нам, людям. Кто-то идет по одному пути, кто-то по другому, есть и те, кто отворачивается от Бога, но о них даже говорить не стоит. Так что подумай об этом. — В этом нет смысла. — Просто подумай. Коню даже ясно, что Александру переживает за чувства своей племянницы и боится, что моя свадьба навредит ей. Да я и сам теперь боюсь этого. Я думал, Мария отреагирует более спокойно, но видимо женщины эмоциональнее всё воспринимают. Я видел её глаза, в которых была обида и отчаяние. Я не хочу даже представлять, что за буря эмоций охватила Марию. В последнее время столько всего навалилось на неё, а тут ещё и я с безрадостной вестью. Честно говоря, если бы не беременность Марии, я бы даже не вздумал искать себе жену. Молчание затянулось, и Александру решил его нарушить: — Я сказал то, что хотел сказать. Конечно, я переживаю за Марию, но также я хочу предотвратить твои неверные шаги. Ладно, сейчас мне нужно сходить к травнику, я неважно себя чувствую. Он наверняка посоветует что-нибудь стоящее. — А придворный лекарь? Михей очень хорош во врачевании. Почему бы вам не обратиться к нему? — Для меня он хуже шарлатана, — отмахнулся Александру. — Он предложил мне пустить кровь. Это совсем не выход. Я с каждым разом убеждаюсь, что лучше лечиться самому, — он кашлянул. — Хорошего вечера, Габриэль. — И вам. Он вышел из комнаты, а я с размаху сел в кресло и посмотрел на огонь в камине. Я вновь вернулся к своим размышлениям о грядущем браке и о своей тайной любви. И за что мне всё это? За какие такие грехи? Господи, ты так наказываешь меня, но дай понять за что, и я постараюсь исправиться, искупить перед тобой свою вину! Только дай понять, в чём я виноват! Хуже всего то, что я не могу выкинуть Марию из своей головы! Вот проклятие! Не могу, да и не желаю этого делать! Проклятая женщина! До её прихода всё было замечательно! А теперь? Я рвусь на части и не знаю, какую дорогу мне выбрать! Зачем она появилась здесь? Её послал сам дьявол дабы искусить меня! Но разве может создание Сатаны быть ангельски чистым? Разве может оно видеть красоту в тех вещах, в которых обычные люди ничего не заметят? О Мария, что же ты делаешь со мной? У меня был порыв прийти и объясниться с Владом, рассказать всю правду. Но я даже не хочу представлять, что стало бы с моим лучшим другом. Влад испытал бы чудовищную боль, узнав, что и мы его предали. Наверное, тот демон, который заставляет его вершить все эти кровавые безумства, вырвался бы наружу и стал крушить всё на своём пути. И под его горячую руку могла бы попасть моя возлюбленная. А я не хочу, чтобы это произошло! Влад жесток и он редко прощает. Что же мне делать? Я обхватил голову руками. Какой же я дурак! Несчастный, безмозглый дурак! Мои мысли причиняли нестерпимую боль сердцу, и с каждым днём я становился слабее. Лучше умереть, чем терпеть всё это! Лучше умереть! Я взял графин с вином и плесканул себе в кубок напитка. Залпом выпил, лишь отстранено подумав, что вино более горькое, чем обычно. Некоторое время я сидел терзаемый своими мыслями, но потом начался приступ кашля. Вначале я решил, что просто поперхнулся, но затем стал кашлять намного сильнее и просто не мог остановиться. Мне не хватало воздуха! Я начал задыхаться! Постарался встать, но голова закружилась настолько, что я, мужчина крепкого телосложения, не смог удержаться на ногах. Я упал на пол, держась за горло, предпринимая бесполезные попытки позвать на помощь, при этом захлёбываясь от кашля. Постепенно, меня начала окутывать тьма….