На пути к бессмертным мукам.

Толкнув достаточно тяжелую дверь в небольшую комнатушку, я поспешила зайти внутрь и запереть её за собой. Любая заминка может сыграть злую шутку со мной, поэтому надо все делать четко и быстро. Габриэль встал с кровати и радостно поприветствовал меня: — Здравствуй, моя Мария, — я подошла к любимому ближе, он обнял меня и зарылся носом в моих волосах, — Как же ты вкусно пахнешь, счастье моё! Я так соскучился по тебе! — Я тоже, милый! Скажи мне, почему ты назначил свидание именно здесь? Я думала, мы вновь увидимся в твоем доме. Он недовольно прищелкнул языком: — Слуги стали слишком подозрительными. Я невольно услышал их разговоры, относительно моей таинственной гостьи. Я не хочу, чтобы они как-то пронюхали, что моей гостьей была ты. Нам надо быть осторожнее. Я могу доверять только Стефану, он нас не подведет и даст знать, если вдруг запахнет жареным. Любовь моя, у меня к тебе тоже есть вопрос. Ты немного опоздала, что-то стряслось? — Можно и так сказать, — грустно ответила я. — Мне пришлось убегать прямо из-под носа охраны. Я боюсь, что когда они поймут, что меня нет, то незамедлительно сообщат об этом Владу. Он рассердится и тогда неизвестно, что от него ожидать. Ты же знаешь, когда он в гневе… — Он будто похож на одержимого дьяволом. Я знаю. Мы что-нибудь придумаем, дорогая. Фантазия у нас ведь неплохо развита, — он отодвинулся и улыбнулся мне, и я улыбнулась ему в ответ. Уверенность Габриэля в том, что мы ловко избежим неприятностей, передавалась мне, — Я должен заметить, ты очень смела, раз решилась на такой поступок, будь я на твоём месте, то отказался бы от нашего свидания. — Но откуда во мне столько бесстрашия? Раньше я бы боялась даже подумать о таком! Откуда во мне столько веры в собственную безнаказанность? С каких это пор я научилась нагло врать, глядя в глаза собственному мужу? И почему он, который без труда распознаёт ложь, не понимает, что я и ты обводим его вокруг пальца? Габриэль чуть погрустнел и тихо пробурчал: — Он любит тебя и доверяет мне, поэтому, возможно, не замечает всего этого. А может и не хочет замечать. — Долго ли так будет? Или вскоре придёт этому конец? — Это, мне неизвестно. Я бы сам хотел, чтобы всё было по-другому. Ах, если бы ты была свободна… — Но, увы, я не свободна. И Влад дал четко мне понять, что не отпустит меня ни при каких условиях, — я опечалено опустила голову, Габриэль же взял меня за подбородок и заставил смотреть прямо в глаза. — Давай не будем об этом. Мы здесь, чтобы побыть вместе и насладиться этим моментом. Если мы не можем быть вместе законно, то мы можем быть вместе нарушая правила. Это, конечно, малое утешение, но на большее мы пока не способны. Отныне я не могла отказаться от наших с Габриэлем отношений. Всё слишком далеко зашло. Пути назад нет. Можно двигаться лишь вперёд по этой опасной тропе и надеяться, что сильный ветер не сбросит нас в пропасть. — Знаешь, Габриэль, мой внутренний мир будто бы раскололся на две части: одна вопит, требуя от меня решительного побега, вторая же рыдает и бьётся головой об стену, умоляя, чтобы я осталась! Габриэль печально усмехнулся: — Поверь, я понимаю тебя больше чем кто-либо, ибо сам испытываю нечто подобное. Но ты здесь. Рядом со мной. Остальное уже не особо важно. Габриэль наклонился ко мне и слегка коснулся губами моего ротика. После чего он подвёл меня к постели, упал на кровать, подтянул меня сначала к себе, а затем и вовсе уложил под себя. Я не могу передать словами, какое удовольствие испытывала, когда Габриэль ласкал моё тело своими такими удивительно чуткими и нежными пальцами. Его прикосновения, к самому сокровенному местечку на моём теле, да и на теле любой женщины в принципе, заставляли забывать меня о реальности. Я задыхалась от охватывавшего меня чувства экстаза, сгорала во всепоглощающем огне нашей страсти и жаждала большего! — Габриэль я хочу… — Чшш, любовь моя. Позволь мне доставить тебе удовольствие. Не нужно слов! Мой возлюбленный неожиданно проник в моё разгоряченное лоно, я откинула голову назад и громко застонала, не в силах больше сдерживать себя. Мне было невероятно хорошо, но я понимала, что истинное наслаждение ждет меня впереди. Как любое физиологическое действо со стороны оно, наверное, могло показаться немного отвратительным, но я уверена, что также великолепным и завораживающим. Я и Габриэль были равными в своем желании. Мы растворялись друг в друге, становясь единым целым. Это было безумным и запрещенным действом для нас. Но правильно говорят, запретный плод всегда сладок. Когда мне стало казаться, что сердце выскочит из груди, или я неизбежно умру от нахлынувших ощущений, бешеный ритм движений закончился одновременной судорогой, пробежавшей по нашим телам. Габриэль, тяжело дыша, лег набок рядом, и я повернулась к нему лицом. Мы смотрели друг на друга, и улыбки не сходили с наших лиц. Подобные мгновения, для меня, были наиболее ценными: — Ты выглядишь чрезмерно довольным, милый, — я стерла пот со лба Габриэля, он усмехнулся. — Ты просто зверь, — мой возлюбленный удивлённо моргнул, я же серьёзно продолжила: — Навалился на бедную, хрупкую и беззащитную девицу. Начал к ней приставать… — Но мне показалась, что эта самая девица была не против этого, а даже наоборот! Всячески помогала мне в этом нелегком занятии! — Габриэль погладил меня по бедру, а я шлёпнула его по руке: — Ты наглец! И эта одна из тех черт, которые наиболее любы мне в тебе. Ты такой наглый задира! — я запустила пальцы в его густые темные волосы. — А ты? За что именно ты полюбил меня? — У тебя много достоинств: ты добрая, смелая, великодушная, милосердная, умная, прекрасная…. Но больше всего меня умиляют твои очаровательные выходки, которые открылись мне в последнее время. Ты меня просто обезоруживаешь ими! — Выходки? — Габриэль многозначительно приподнял левую бровь и на ушко напомнил мне некоторые из моих ухищрений. От его слов я ощутила, что у меня покраснели уши и щеки: мне не верилось, что я могла позволить себе подобные действия. Видя моё смущение, возлюбленный хрипло рассмеялся, и через мгновение я хохотала уже вместе с ним: — Какой же ты всё-таки наглец! Самый любимый и неугомонный! Мы долго лежали в объятиях и любовались красотой друг друга, пока вдруг в дверь не раздался стук, и мы не расслышали нервный шёпот Стефана: — Быстрее! Собирайтесь! Надо убираться от сюда! Скорее!!! Мы с Габриэлем переглянулись и, вскочив с постели, начали поспешно одеваться. Мы оба знали, Стефан бы не стал нас беспокоить, если бы не серьёзная необходимость. Я не знаю, было ли страшно Габриэлю в тот момент, но лично я чувствовала, как во мне зарождается паника. Что же случилось?! Из-за чего мы вынуждены прервать нашу встречу подобным образом?! Неужели мой муж выследил меня?! Габриэль распахнул дверь, и Стефан буквально ввалился внутрь, захлопнув её за собой. Наш юный друг облокотился об неё и попытался отдышаться: — Что случилось?! — Габриэль положил Стефану руку на плечо и чуть потряс его. — Здесь появился неожиданный посетитель, — он обвёл нас беспокойным взглядом, после чего произнёс: — Вакар. Григорий Вакар. Я не знаю, случайность это или нет, но вам срочно надо покинуть таверну! — Случайности не случайны, — тихо проговорил Габриэль. — Я уверен, что Вакар не просто так здесь. Я уверен, что он и не один здесь. Наверняка этот змей что-то пронюхал! Я не удивлюсь, если он весь в предвкушении нашего с тобой обнаружения, — Габриэль взволнованно взглянул на меня, потом вновь посмотрел на Стефана. — У тебя есть идеи, как вывести Марию отсюда? — Наверное, я смогу провести Марию через погреб или чёрный вход, но есть риск, что нас обнаружат. Габриэль достал кошелёк с золотыми монетами и кинул его Стефану в руки: — Дай его хозяину таверны, Олофу. Скажи, что это от господина Ван Хельсинга. И намекни, что он получит ровно столько же завтра, если отвлечёт Вакара и его шайку. — Ты не боишься, что он потом всё разболтает князю? — Если всё получится, я скажу ему завтра, что если он взболтнёт что-то лишнее, я ему отрежу…— Габриэль вновь посмотрел на меня и встряхнул головой. — Не важно. — Габриэль? А ты? — спросила его я. — Что ты сейчас будешь делать? В данную минуту я не волновалась за себя. Я беспокоилась за Габриэля. Я боялась, что с ним могут сделать что-то нехорошее, что его могут убить. Я не переживу, если он исчезнет из моей жизни! — Я выберусь через окно. Милая, не переживай. У нас всё получится! Верь мне! — Я тебе верю. Только будь осторожен.

***

Слава небесам! Всё прошло гладко! Стефану удалось вывести меня из таверны через чёрный ход. Люди Вакара, да и он сам, были слишком заняты, осматривая комнаты на втором этаже, поэтому не обратили внимания на меня, прибегнувшую к небольшому маскараду: за щедрую плату Стефан взял одежду у дочери Олофа, и благодаря ее наряду я стала похожа на обычную горожанку. Оказавшись на улице, я заметила Габриэля, который находился на крыше соседнего здания. Он подмигнул мне, и я почувствовала несказанное облегчение, увидев, что он не попался на глаза злобному боярину. Мы смогли обмануть Григория Вакара. Но впредь, нам придется быть с любимым в разы осторожнее! Теперь же мне предстояло самое страшное. А именно разговор с Владом и объяснение моего, так сказать, побега. Я очень боялась, что Влад начнёт кричать и что вообще запретит мне выходить за пределы замка. И, увы, такой расклад вполне вероятен. Я зашла в гостиную, прилегающую к моим покоям, и ничуть не удивилась, когда увидела там мужа, явно пребывающего не в радужном настроении. И я уверена, что по большей степени из-за меня. Едва я прикрыла за собой дверь, раздался его голос. Он не был, таким как обычно, в нём было гораздо больше сухости: — Здравствуй, Мария. Интересно мне, как ты провела сегодняшний день. Который должна была провести в компании дяди и няни, а также охраны, которую я подослал. Поэтому я хочу узнать: где тебя, чёрт возьми, носило?! — от резкой смены интонации в голосе Влада я почувствовала, как страх сжимает моё сердце своими отвратительными скользкими щупальцами. Мне не хватало сил ответить мужу, видимо я ещё не отошла от сегодняшнего пережитого стресса, от той паники. — Мне долго ждать?! — он поднялся с места и начал приближаться ко мне, я же стала отступать, чего делать не стоило. Этим лишь я подтвердила свою вину. Через мгновенье, я ощутила, как упёрлась спиной в холодный камень. Влад же подошёл ко мне практически вплотную и облокотился руками об стену, тем самым не давая мне возможности вырваться от него: — Певчая птичка попалась в клетку. — Прошептал он, и это прозвучало очень зловеще. — Где ты была?! — рявкнул Влад. — Или лучше спросить: с кем?! — Я была одна. — Неужели?! В самой глубине глаз мужа заплясал адский огонь, а губы его сложились в подобие хищного оскала. Я нервно сглотнула. Влад никогда не был ТАК зол на меня, как сейчас! — Повторяю: я была одна, — я постаралась придать голосу больше уверенности и твердости, но получилось это неважно. Мои слова звучали неестественно. И Влад это заметил: — Если ты не врешь, то почему твой голос так дрожит, м?! — он резко схватил меня за руку выше локтя и с силой её сжал. Ощущение было такое, что меня держит не человеческая рука, а металлические тиски! От этого действия мужа на моей коже появится синяк, это точно, — Говори правду! Я почувствовала, что из моих глаз хлынули слёзы. Я всегда испытывала перед мужем трепет, но никогда я не боялась его до такой степени, как сегодня. Собравшись с духом, я быстро стала говорить заранее придуманную мной ложь, в мыслях молясь Господу, чтобы Влад поверил в то, что я говорю ему правду: — Я увидела у одного торговца интересный товар и видимо вырвалась чуть вперёд. Когда я обернулась, то увидела множество незнакомых лиц! Я пыталась найти дядю с Моной, но в итоге я зашла в незнакомую мне часть города! Я испугалась! — Я попыталась высвободиться из железной хватки Влада, но у меня не получилось, — Ты делаешь мне больно! — Знаю, — прошипел он мне в лицо и отпустил мою руку, — Иди к себе! Я запрещаю тебе выходить сегодня из своей комнаты! И попробуй только ослушаться меня вновь! Ты моя жена, и ты обязана меня слушаться! Я научу тебя подчинению! Я решила не искушать судьбу, пытаясь в лишний раз доказать Владу свою невиновность, поэтому, опасливо поглядывая на мужа, поспешила скрыться в собственной спальне. Оказавшись в комнате, я перевела дыхание. Господи, еще чуть-чуть, и я бы раскрыла перед Владом все карты! Я просто бы не выдержала его испепеляющего взора! И тогда бы он меня убил на месте! Одним ударом бы прикончил! Я подошла к кровати, опустила драпировки балдахина, забралась на постель и села, обняв собственные ноги, пытаясь тем самым унять дрожь в теле. Как же мне хотелось спрятаться в ту минуту! А еще лучше, для меня, было бы и вовсе провалиться сквозь землю! В ожидании чего-то ужасного, я просидела в подобной позе пару часов. Но когда услышала звук открывающейся двери, решила притвориться спящей. Я легла на бок, почти подтянув колени к животу, и закрыла глаза. Влад опустился рядом со мной и погладил меня по щеке: — Ты такая у меня беззащитная. Я еле слышно вздохнула, но не открыла глаз и не сделала, ни единого движения. Однако муж всё равно понял, что я не сплю, поэтому продолжил разговор: — Не знаю, правильно ли я делаю, что верю твоим словам. Надеюсь, что моя любовь к тебе не ослепляет меня, и что я действительно вижу истину, а не то, что хотел бы видеть, в случае лжи. Ты даже не представляешь, как ревность разъедает меня изнутри! Если, когда-нибудь, ты подумаешь предпочесть другого мужчину, клянусь, я убью его! Я отчётливо представила сцену, как Влад убивает Габриэля, как калечит и жестоко измывается над ним! Я увидела, как муж стоит над окровавленными останками моего возлюбленного и безумно хохочет, пребывая в эйфории от совершенного возмездия! Пребывая во власти страшного видения, я вновь заплакала. Дабы Влад не смог, верно, определить причину моих слёз, я перевернулась на другой бок: — Видимо я оскорбил тебя, любовь моя. Оскорбил своим недоверием. Прошу, прости меня. Позволь мне утешить тебя, приласкать, подарить успокоение. Доставить удовольствие… Влад нагнулся и стал жадно покрывать мою шею поцелуями, иногда он даже покусывал её. И я, зная его собственническую натуру, понимала, зачем он так поступает. Муж оставлял метку всем остальным мужчинам, что я его собственность. Что я только его любимая куколка. Нетерпеливые руки супруга буквально сорвали с меня платье и принялись ласкать моё тело. Прикосновения Влада, как и прежде, были довольно приятными, но как странно и необычно было их ощущать на своём теле после прикосновений любимого! Если сказать, что во время занятий любовью с Владом я не получала удовольствия, это будет лицемерием. Влад великолепный любовник, который в первую очередь доставляет удовольствие любовнице. Мой муж дарил мне наслаждение, необычное по своей остроте и сладости. Но, если моё тело получало удовольствие и жаждало большего, то моё сердце холодно относилось к происходящему. Сердце желало быть с другим мужчиной…. После окончания любовных утех, мы с Владом остались лежать на постели. Я была спиной к нему, он же расположился немного ниже меня: его нос упирался мне между лопаток. Будучи уверенной, что муж заснул, я позволила себе немного расслабиться и успокоиться. Но когда левая рука Влада скользнула ко мне и осторожно погладила бок, я вновь напряглась. Он это заметил: — Я был слишком груб сегодня? — я помотала головой. Рука Влада спустилась на бедро, и он сделал ладонью несколько круговых движений, — Радость моя, не молчи. — Если бы я знала, что мне говорить, я бы сказала. Влад поднялся выше на постели и крепко меня прижал к себе: — Я знаю, что напугал тебя сегодня. Но видишь ли, страх — хороший залог того, что ты больше никогда не будешь поступать опрометчиво. Да и мне нравится напоминать тебе, что ты только моя. Моя!